Прошлое
— Мисс Стелла, пора вставать.
Личная горничная Стеллы была уже бабушкой, но хорошо справлялась со своими обязанностями.
— Ааааааааааах! Доброе утро, Лидия. Уже встаю. — потягиваясь и зевая, Стелла встала с кровати.
— Я нагрела воды. Вы можете умыться и почистить зубы перед завтраком.
— Спасибо. Аааааааааах.
— Когда закончите, я помогу вам одеться, чтобы выглядеть прекрасно, как всегда.
— Лидия, вы же каждый день это делаете. Зачем повторять?
— И вправду! Простите меня, госпожа. Я уже так привыкла это говорить. Если хотите, я не буду этого говорить.
— Да нет, не нужно. Я тоже привыкла это слушать каждое утро. Просто подметила для себя.
— Да, простите. Я открою окно на проветривание в вашей комнате. Сегодня просто отличная погода.
— Да, конечно.
Стелла взяла зубную щётку, смочила её в воде, которую принесла горничная, насыпала на неё смесь из тёртого древесного угля и ракушек моллюсков из банки, засунула в рот и принялась чистить зубы. По окончании процесса Стелла сплюнула жижу в умывальник, набрала воды из тазика и обильно прополоскала рот от остатков древесного угля. С водой горничная принесла немного мяты. Пока умывалась, Стелла жевала мяту для свежести запаха изо рта. Такой ритуал по утрам помогал Стелле проснуться и поддерживал её красоту в тонусе.
— Мисс Стелла, завтрак уже подан. Прошу, пройдите в триклиний.
— Хорошо, уже иду.
Стелла вышла из своей комнаты и устремилась к лестнице, которая вела на первый этаж. Триклиний находился сразу за лестницей. Это были красивые двери из красного дерева вдвое выше самой Стеллы. Через панорамные окна с мраморными вставками в замок пробивался солнечный свет нового дня. Стелла вошла в зал, и в нос ударил запах свежего завтрака, который только что вынесли с горячей кухни.
— Доброго утра, мисс Стелла. Прекрасно выглядите с утра!
— Утречко, Радригис. С самого утра на посту?
— Конечно, это моя работа, мисс Стелла.
— Понятно. И тебе доброе утро, Лимберт.
— Эээ... И вам тоже, мисс Стелла.
На посту у двери стояло двое мужчин, и обеих Стелла прекрасно знала. Один из них — Рой Радригис, маршал и советник короля Кайзера Валленштейна. Второй же, его подчинённый — Лимберт Овердрайв, простой стражник, выполняющий свою работу в замке.
В зале находился большой стол, за которым сидели двое человек. Они с аппетитом ели то, что приготовили повара на кухне.
— Стелла! Ну где ты так долго пропадала? Завтрак уже почти остыл, а тебя всё нет. — сказал тридцатилетний мужчина за столом.
— Не преувеличивай, пап. — ответила девочка.
— Доброе утро, сестра. Какие планы на сегодня? Хотя, какие планы могут быть у девятилетней принцессы. — выпалил парень, сидящий недалеко от Кайзера.
— И тебе доброе утро, Кассиан. А ты как всегда остёр на язык. Вообще-то я занятая личность, и у меня очень плотный график на день.
— Кассиан, тебе скоро шестнадцать, а ты всё подкалываешь свою младшую сестру. Не пора ли повзрослеть?
— Говоришь как мисс Гинна, отец.
— Не смей вспоминать имя своей умершей матери, малец.
— Да всё, не ссорьтесь вы. — попыталась остановить перепалку Стелла, но безуспешно.
— Ты всё ещё думаешь, что она умерла по моей вине?
— Прекратите вы!
Радригис ударил кулаком по столу, и все обратили внимание на него.
Я даже не услышала, как он подошёл.
— Вы оба не виноваты в гибели мисс Гинны, поэтому не стоит ссориться. Вы же всё-таки отец и сын.
— Ещё бы я стал слушать своего стражника.
— Король Кайзер, я всё-таки ваш советник.
— Да всё, заткнись и стой на посту молча.
— Как прикажете, ваше величество.
Какое неуважение к стражникам. К самому Радригису! Я точно его дочь?
Хоть Кайзер и сказал это, но больше к разговору с Кассианом не возвращался. Молча доел всё, что было, и, не убрав за собой посуду, вышел из триклина и пошёл на второй этаж замка в свой кабинет. Следом за ним, не убрав посуду, встал и вышел Кассиан, только он направился на улицу, по всей видимости в оружейную, чтобы попрактиковаться и отточить навыки владения мечом.
— Радригис, а ты как считаешь, папа плохо с тобой обходится?
— Не мне судить слова его величества. Я просто делаю свою работу.
— Как по мне, папа несправедливо тебя отчитал.
— Как вам будет угодно, мисс Стелла.
Доев свою порцию, Стелла взяла свои керамические тарелки, тарелки отца и брата, положила их друг на друга и провалилась в попытке отнести их на кухню.
— Давайте я вам помогу, мисс Стелла. Лимберт, иди сюда. Бери одну часть и неси на кухню, а я вторую понесу.
— Как скажете, сер Радригис.
Лимберт взял с десяток тарелок и в своих тоненьких ручках понёс их в сторону кухни. Радригис пошёл следом за ним, неся в руках свой десяток тарелок. Стелла открыла дверь на кухню, и мужчины занесли тарелки внутрь.
— Куда грязные тарелки поставить можно? — крикнул Радригис.
— Поставьте их на тумбочку возле двери! — ответила заведующая кухни.
— Идите обратно на пост, я уже тут сама разберусь, — продолжила заведующая, подходя к тарелкам.
— Как скажете. Идём, Лимберт. Работа не ждёт!
— Да, сер Радригис!
Мужчины вышли из комнаты, а заведующая отвлеклась от тарелок и подошла к Стелле.
— Ты такая умница. Вот король за собой никогда не убирает. А ты, его дочка, убираешь и за собой, и за королём, и за наследником трона.
— Ну да. Для меня это несложно, а вам это облегчит работу. Я считаю, что так я смогу сделать на одно доброе дело больше и на пару работников кухни счастливее.
— Какие умные слова! Ты вырастешь мудрой, доброй и лучшей королевой за всю историю нашей страны. Запомни мои слова!
— Спасибо вам! Я побежала! Мне на урок рисования пора!
— Удачи тебе, юная госпожа.
Стелла попрощалась с заведующей и выбежала из кухни.
— Такая добрая девочка. Молюсь за её будущее. — пробормотала заведующая себе под нос.
Поднявшись по лестнице, Стелла вошла в свою комнату, где её уже ждала молодая женщина двадцати лет.
— Доброе утро, мисс Стелла. Вы как раз вовремя. Доставайте свой холст, кисти и краски, и будем начинать наш урок рисования.
Стелла ещё вчера подготовилась к приходу учительницы. Бумага, натянутая и закреплённая на деревянном каркасе, кем-то названная "холстом для рисования", лежала в шкафчике около двери. Там же лежали кисточки из конского волоса и краски.
— Сегодняшняя тема для рисования — человек. Я знаю, какая вы девочка. Вам нужно вдохновение, и вы просто так кого-то или что-то рисовать не будете, поэтому можете нести мольберт на балкон. Там и воздух свежий, и людей ходит по улицам много. Может, кого-то и захотите нарисовать. Давайте я помогу. Вы несите холст и краски, а я перенесу мольберт.
Учительница взяла деревянную конструкцию, состоящую из трёх ножек и перекладины, так называемый "мольберт", и понесла его на балкон. Следом за ней пошла Стелла с красками и кистями в руках. Мольберт был установлен, холст поставлен, краски разбавлены водой, а Стелла с кистью в руках и с задумчивым взглядом, устремлённым на холст.
— Работаем как и всегда. Вы рисуете, а я корректирую вас по мере продвижения.
— Хорошо, учитель!
Стелла отошла от холста и подошла к перилам балкона. Опёршись на перила, Стелла взглянула вниз, на город. Город, больше похожий на огромный муравейник. По улицам бегают люди. Кто-то стоит за прилавками, торгует фруктами, украшениями. Где-то были лавки кузнецов. На их прилавках красовались самые разные вещи. От оружия по типу мечей, топоров и щитов до вёдер, подков, гвоздей, молотков, а у некоторых даже были часы на прилавках. Не все могли их себе позволить.
— Мисс Стелла, будьте осторожнее. Не выпадите.
Среди серой массы людей Стелла заприметила одного мальчика. Грязная одежда висела на нём, как будто мешок. Грязные чёрные волосы спадали на лицо. С далека не было видно, но казалось, как будто руки и ноги мальчика были покрыты ссадинами и порезами. Он нёсся по улице с коробкой под рукой, убегая от трёх разъярённых мужчин, которые своим телом толкали прохожих в местах, где мальчик, хоть и с коробкой, но легко мог пробежать. Через секунду мальчик залетел в переулок, а мужчины, потеряв его из виду, начали психовать и в конечном итоге пожали плечами и пошли обратно по улице.
Он же ненамного старше меня. Но... Как кто-то может быть настолько бедным, чтобы прибегнуть к воровству. Мы с ним примерно одного возраста, но я сейчас нахожусь в королевском дворце, набитом стражниками, каждое моё слово — закон, а каждое моё желание — обязанность для слуг. А он... вынужден прибегать к воровству, чтобы выжить? Почему судьба повёрнута лицом только ко мне? Почему она обделила его? Почему обделила таких же, как он, за стеной? Может, то, что у меня есть, это только за счёт страданий бедных людей за стеной?
От такой мысли у Стеллы покатились слёзы по щекам.
— Мисс Стелла, почему вы плачете? — обеспокоенно подбежала к ней учительница.
— Ничего. — утирая слёзы, Стелла подошла к холсту. Образ мальчика, бегущего по улице с коробкой под рукой от трёх разъярённых мужчин, надолго засел у неё в голове...
Стелла так зарисовалась, что потеряла счёт времени.
— Мисс Стелла, не забывайте, у вас сегодня званый ужин. Вам нужно к нему подготовиться.
— А! Ой, точно. Простите, учительница, мне нужно идти.
— Ничего. Вы хорошо поработали. На сегодня урок окончен. Я приду через два дня, как и всегда.
— Да, спасибо. Лидия, сколько у меня времени до ужина?
— Примерно один час.
— Мне этого хватит. Пожалуйста, помоги мне собраться.
— Как скажете, ваше величество.
За длинным столом сидело очень много людей. Все они были из знатных родов. Графы, бароны, герцоги — все они здесь. Стелла сидела по левую руку от короля Кайзера. В то же время на другом конце длинного стола сидел наследный принц Кассиан, старший брат Стеллы. Все присутствующие наслаждались трапезой и постоянно говорили друг с другом. Самой частой темой для бесед была политика и дела в стране. Также обсуждали неприбывших на званый ужин. Ну и сплетни в разговорах тоже были не редкостью.
Король Кайзер встал со стула с бокалом красного вина, чтобы сказать тост. Все последовали его примеру и тоже встали. Графы, бокалы которых были пустыми, подозвали к себе слуг, чтобы наполнить их вновь.
— Дорогие гости, отозвавшиеся сегодня на моё приглашение. Я рад вас всех здесь видеть. Данное торжество было собрано дабы почтить память о погибшей королеве и по совместительству моей жене. Что же, давайте почтим её минутой молчания.
Король Кайзер застыл с бокалом в руке. Графы с начала речи так и стояли. В зале был слышен только ритмичный стук стрелок на циферблате часов.
Секундная стрелка пробила двенадцать.
— За будущее страны! — выкрикнул Кайзер и выпил из бокала.
Радостный крик гостей разлетелся от стола по всему залу. Кто-то кричал "За будущее страны!", повторяя слова Кайзера. Кто-то кричал "За короля Кайзера!", тем самым отдавая дань уважения самому Кайзеру Валленштейну. Кто-то в свою очередь кричал "За будущее рода Инктов!" или "Слава роду Генмильтов!". Кричали они это в славу своим домам и родам.
— Чёртов Кассиан. Если бы не он, мне бы сейчас не пришлось устраивать этот цирк. — сказал Кайзер себе в тарелку с мыслью, что его никто не услышит. Но он ошибся.
— Извини, отец. Я бы не хотел устраивать здесь ещё больший цирк, но твои слова меня просто вынуждают это сделать. Ты всё ещё думаешь, что матушка погибла из-за меня?
— Чёртов нахал! Как ты смеешь оскорблять имя погибшей королевы!
Все сидели в недоумении от того, что происходит между королём и наследником.
— Своими словами в мою сторону ты в первую очередь оскорбляешь не меня, а погибшую матушку, которая защитила меня ценой собственной жизни. Отец, ты хочешь сказать, что смерть матушки была напрасной?
— Прекратить базар! — удар Роя Радригиса по столу выдернул всех из ступора. Ближайшие к нему графы аж вскочили с своих мест. Никто не заметил того, как он подкрался к столу. Кроме Стеллы, место которой смотрело ровно на двери, где стоял Радригис.
— Своими словами вы оба, ваше величество и достопочтенный наследник, порочите имя королевы. Поэтому прекратите перепалку.
— Да как ты имеешь столько хамства позорить меня перед гостями, Радригис.
— Ваше величество, вы ошибаетесь. Своими выходками вы позорите сами себя. Поэтому прекратите это делать.
— Нахал. Охрана! Под стражу Радригиса!
— Да как у тебя хватило ума меня под стражу брать? Без меня и моих гвардейцев трон и дня бы не простоял с момента моего первого рабочего дня. И после стольких лет упорного труда ты, жалкий король, который ничего не может без слуг, решаешься на это. Ты в своём уме или старость твои мозги разрушила в ноль?
— Нахал. Я думал тебя в тюрьму на три дня посадить, но после того, что ты наговорил, тюрьмой ты не отделаешься. Стража! В карцер Радригиса.
Стелла хотела вступиться за Роя, но как только она хотела открыть рот, Радригис с руками за спиной так пристально на неё посмотрел, что Стелла резко перехотела что-либо говорить.
После сцены в зале званый ужин был сорван, и стражники по велению Кайзера выпроводили всех из замка, а Стелла пошла в темницу, чтобы поговорить с Роем.
В карцере было темно и холодно, но масляная лампа в руках Стеллы дала достаточно света, чтобы увидеть в дальнем углу мужчину.
— Радригис! Я тебя выпущу. Мы что-нибудь придумаем, и отец тебя отпустит! — прошептала Стелла так, чтобы её услышал только Радригис.
— Стелла! Ты зачем сюда пришла? — ответил ей Рой.
— Я же уже сказала, что спасу тебя.
— Иди быстрее, пока тебя не заметили.
— Я не уйду без тебя! Я тебя не брошу здесь!
— Не переживай. Кайзер меня отпустит. Всё будет хорошо. Уже поздно, тебе пора идти спать.
— Ты правда так думаешь?
— Конечно. Всё хорошо. Всё будет хорошо. Не переживай за меня.
— Хорошо! Я пойду спать, а завтра жду тебя на посту, договор?
— Договор.
— Ура! Я пошла спать, спокойной ночи!
— Давай, иди уже.
Тишину в карцере прервала одна единственная фраза...
— Простите, юная леди, что обманул и подвёл вас.
Но Стелла этого уже не услышала.
Стелла проснулась от того, что кто-то вышел из комнаты и закрыл дверь. Она встала с кровати, открыла шторы, и в комнату не влетело ни одного лучика света. Небо было затянуто тучами, как будто вот-вот польётся проливной дождь. Стелла заметила листок бумаги на тумбочке возле кровати. Это был конверт. Стелла развернула его и увидела лишь одну фразу: "Простите, юная госпожа. Я снова подвёл вас. Надеюсь, мы ещё встретимся. Ваш покорный слуга". На обратной стороне конверта была подпись "Для госпожи Стеллы от Радригиса", но Стелла этого не увидела. Ей это было не нужно. Она и без подписи всё поняла. Слёзы потекли навзрыд, а за дверью стояла горничная по имени Лидия с красными глазами и молча слушала...
Последние два года для Стеллы пролетели как в тумане. Один и тот же день повторялся из раза в раз. Единственное, что было в новинку, так это быть привязанной на крест в одной майке, а рядом такие же подвешенные отец со старшим братом. Из толпы в них летели камни. И все кричали. Толпа ликовала от того, что сейчас придёт конец эпохе правления Кайзера. Стелла знала, что сейчас подходят к концу её последние минуты жизни, но она ничего не предпринимала. Она не знала, за что они с ней так поступают. Стелла только слышала, что к Кайзеру в кабинет ворвались стражники других домов с обвинением в краже денег, после чего Кайзера повязали, и теперь он стоит здесь вместе со своими детьми. Через секунду глухой удар по дереву. Ещё один, и ещё один. И Кассиан полетел в темноту. Удар. Ещё удар. Ещё удар. Через секунду Кайзер полетел в пустоту следом за Кассианом. Под босыми ногами Стеллы просвистел топор. Стуком он ударился о деревянный крест и застрял в нём. Палач выдернул топор и замахнулся. Ещё удар. Крест начал пошатываться. Следующий удар перерубал основание креста, и с привязанной на нём Стеллой он полетел в тьму Бездны...