Серьёзная схватка в семейном ресторане [3]

Даже несмотря на холодный воздух, ударявший в голову из кондиционера, жар оставался, пусть и слабый. Масаоми заставил себя как следует остыть, готовясь принять на себя грядущие волны высокой частоты.

Он любил игры и мангу, так что, если воспринимать происходящее как сеттинг из фантастической истории, всё было в целом понятно. Даже вызывало некую ностальгию. И всё же — ничего реалистичного в этом не было. Идея о том, что где-то есть другой настоящий мир... в средней школе он, возможно, и загорелся бы ею и с радостью бы запрыгнул на корабль. Но в наши дни никто не поплывёт на судне без кондиционера. Это непрактично. И ненормально.

— Астральная Сторона, да…

— Не обязательно в неё верить. Я просто говорю, что верю сама, — коснувшись заколки, будто стараясь что-то сдержать, сказала Хибари со спокойной уверенностью.

Была ли это попытка оттолкнуть его или искреннее признание — Масаоми не понимал. Но почему-то в ней сквозило лёгкое одиночество, словно она сама пыталась убедить себя, что не быть понятым — это нормально.

Есть такая поговорка: любовь слепа. Если достаточно сильно верить, даже чёрное становится белым. В этом смысле любовь — тоже некая астральная реальность. Так же, как Хибари всем сердцем верила в свою «денпа»-сторону, может, если Масаоми тоже поверит в неё, то и детали уже будут неважны. Под таким углом всё казалось проще.

— А есть… хоть какой-то способ доказать? Вот это твоё «погружение»?

— Не особо… Хотя если придётся, то да. Но в конечном счёте всё сводится к доверию.

— Тогда покажи, — сразу ответил он.

Если есть хоть какая-то возможность — он должен увидеть её сам. Даже если всё это окажется просто её воображением — ну и ладно. Но если Хибари, утверждающая, что ненавидит лжецов, прямо не отрицает возможность доказать, то ему остаётся только рискнуть и поверить. Вот и всё.

…Хотя стоп. А не слишком ли я оптимистичен?

Изначально он вообще-то думал, как бы мягко свернуть этот дикий фарс. А теперь сам ищет повод поверить. Пытается как-то оправдать шаткую, двусмысленную логику просто потому, что так сказала Хибари.

Из «тут безнадёжно» в «а как бы сделать, чтобы не было безнадёжно», да?

В глубине души он и не питал иллюзий, а с самого начала знал, что ничего не выйдет. После «перезагрузки» он вернётся в скучную, серую повседневность. А Хибари — в свои иллюзии и внутренний мир. Они снова станут параллельными прямыми и разойдутся.

Но если бы она шутила с признанием, то сказала бы об этом ещё вчера после школы. Даже Хибари упоминала что-то про «период охлаждения» — благородный способ слиться. И Масаоми тогда отказался. Он даже не стал писать Кейдзи.

Так что теперь обязан дойти до конца.

Хината ведь даже внешний вид его оценила. Половина мужской гордости — держать слово. Вторая половина — выглядеть достойно. И если подростки ставят на это свою молодость — что ж, по его мнению, это вполне нормально.

Вот что значит быть обычным старшеклассником.

— На самом деле ты совсем не обычный.

— …Обидно сейчас было. Я вообще-то стараюсь изо всех сил быть обычным.

Совершенно несправедливое обвинение.

Хотя, может, сам тот факт, что оно его задело, уже говорит о том, что он не нормален. Быть нормальным — нелегко.

— Они все приходят с одной и той же фальшивой улыбочкой: «Расскажи о себе» — но им на самом деле плевать. Стоит только заговорить, они либо шарахаются, либо бесятся, мол, не того ожидали, либо делают вид, что пошли в туалет, и просто пропадают. А ты… и вчера, и сегодня — просто сидишь и серьёзно слушаешь. И даже готов дать шанс что-то «доказать»... Нет, это ненормально.

И правда, такая статистика звучала слишком личной, чтобы быть преувеличенной. А если даже забыть про «парня» и «денпа», некоторые из её примеров звучали вообще дико невежливо. Впрочем… звучало так, будто она его хвалила?

— Ты первый, кто не пытался подкатить ко мне какой-то пошлой фразочкой или заставить сделать то, чего я не хочу. Ты позвал меня и честно, искренне признался. Такое сейчас настолько редко, что даже будто старомодно. И всё же…

Хибари замялась, затем — увидев, что Масаоми не насмехается и не отмахивается, — выдохнула. Длинно, тяжело. Вздох с привкусом и тревоги, и облегчения.

— Хорошо. Сейчас может показаться, будто я потеряла сознание. Но не волнуйся, примерно через десять минут вернусь. Просто сиди и тихо жди.

— Понял.

— И ещё кое-что. Это правда важно. Я согласилась, потому что доверяю тебе. Потому что верю в тебя, понял? — взглянула она него украдкой, будто немного стеснялась.

У Масаоми ёкнуло сердце. Хотела она того или нет, но Хибари и впрямь была красавицей. Однако в этот момент… она была не красивой... а милой.

Если ради такого взгляда он и попал в какую-то безумную летнюю историю — значит, не зря.

— Что за пафосная подводка?

— …Пока я «в погружении», не делай ничего странного, ладно? — произнесла она с дьявольской улыбкой, от которой замёрз бы сам ад.

И, не дождавшись ответа, вдруг обмякла и наклонилась вперёд.

Пока Масаоми в изумлении пытался осознать, что происходит, она медленно опустилась на стол и замерла. Длинные волосы свисали по спине, будто хвост. Грудь чуть заметно поднималась и опускалась — как у спортсмена, полностью сосредоточенного перед стартом. Её лицо во сне… было совершенно спокойным.

Нет, она не умерла. Дыхание ровное. Значит, это и было то самое «погружение», о котором она говорила.

Со стороны ничем не отличалось от того, как Кейдзи притворяется спящим на уроках классической литературы или как Касука дремлет, греясь в парочке солнечных лучей. Если так она хотела доказать существование Астральной Стороны… ну, доказательство так себе. Хотя, возможно, впереди было что-то ещё.

Но была одна проблема, и она давила на Масаоми. Очень личная. Чисто мужская.

— …Что за идиот приводит девушку в семейный ресторан, чтобы она вырубилась прямо за столом? Ну это ж точно ненормально выглядит.

Может, именно ради этого она и сказала: «Я верю в тебя».

Сасуга Хибари.

Ну и девчонка, конечно.

———

Продолжение следует.