Глава 1221.0
Глава 1221: Нарратив
Аттикус предвидел их намерения за версту. Политические интриги. Та самая жадность, что когда-то разъедала Эльдоральт, вновь поднимала голову. Многие стремились укрепить влияние через потомков.
Всё же Аттикус не остановил их. Не видел нужды микроменеджментить.
Когда Оберон доложил обо всём, он сказал лишь одно:
— Простолюдинов можно простить за нарушение закона. Но любой высокопоставленный нарушитель умрёт немедленно.
Оберон сглотнул и передал божественный указ.
К счастью, ни один Парагон не оказался настолько глуп, чтобы ослушаться.
Теперь рядом с Парагонами сидели знакомые лица Аттикуса — его бывшие одноклассники:
- Серафина и Джеральд Стелларис.
- Лила и Делл Алвериан.
- Зефир Небулон.
И многие другие.
Они вздрогнули и опустили взгляды, когда глаза Аттикуса остановились на них.
«Давно не виделись», — лишь подумал Аттикус. Значимых связей он с ними не строил.
Но их мысли бушевали:
Лила кипела от ярости. Несколько лет назад они учились в одной академии, были равны по статусу. Теперь же тот самый парень... стал богом, правящим миром.
Делл дрожал всем телом. Унизительное избиение от Аттикуса всё ещё жило в его памяти.
Остальные были не менее потрясены. Слухи о подвигах Аттикуса меркли перед его подавляющим присутствием.
Но что бы они ни думали — Аттикус был главным.
Парагоны и Эльдориане вскочили при его появлении, склонив головы.
Тишина. Аттикус спокойно окинул толпу взглядом.
«Неужели это необходимо?» — спросил Озерот.
«Да» — мгновенно ответил Аттикус. Он собрал всех перед Виреленной, чтобы предупредить о битве.
Озерот считал это ненужным, но Аттикус думал иначе:
«Тихий Огонь предупредил: соревнование затронет весь мир, не только бога. Возносимся все мы».
Он просто был осторожен.
— Можете садиться, — произнёс он.
Они послушались. Аттикус скользнул взглядом по первому ряду: Дженера, Оберон, Магнус, Авалон и другие Эльдориане. Затем обратился к остальным. Его аура распространилась, воздух сгустился.
— Перейду к сути. Я собрал вас, чтобы сообщить о грядущем.
Многие заёрзали на местах. Им не нравился тон.
— Угроза Зорванов исчезла. Но появились новые. Подробности излишни. Новые миры существуют... и охотятся за нами.
На лицах Парагонов отразился ужас. Особенно у молодёжи.
— Мы сойдёмся с ними в битве уже скоро. Будем сражаться за выживание. Не знаю, чем всё обернётся... но готовьтесь к войне.
Аттикус сделал паузу.
— Оберон и Дженера передадут инструкции. Всё.
Он исчез с последним словом. Зал на секунду онемел, осознавая услышанное.
Затем спокойствие сменилось паникой. Они жили в мире больше года. Без угроз. Без войн. Без кризисов вымирания.
Но всё изменится.
Шёпот перерос в хаос. Оберона и Дженеру засыпали вопросами со всех сторон.
...
— Всё равно не понимаю, зачем это было нужно, Связь.
Аттикус чувствовал недовольство Озерота. Понятно. Гордецы ценят правду выше лжи.
А он только что солгал.
— Технически, я не лгал. Просто... умолчал полную правду.
— Не оправдывайся! Это трусость! — проворчал Озерот.
Аттикус покачал головой:
— Безопасный вариант. Меня не будет здесь. Тебя — тоже. Лучше перестраховаться.
Аттикус прекрасно понимал, что сделал:
Он создал иллюзию, будто инопланетяне атакуют мир, хотя на самом деле он вступал в соревнование за вознесение.
Лидеры уже под его контролем. Но он не доверял мана-контрактам слепо — они не абсолютны.
Чтобы гарантировать верность Парагонов, он изменил нарратив.
Оберон и Дженера знали истинную причину соревнования. Но остальным Парагонам велел передать другую историю:
Мирa решили уладить разногласия игрой.
Теперь вместо недовольства его «безрассудством» у каждого Парагона будет одна мысль:
Они обязаны защитить свой мир.