Глава 979.0

Chapter 979

Со стороны могло показаться, будто Аттикус замер, уставившись на зеленую гору и обдумывая следующий шаг.

Но это была иллюзия.

Никакой паузы. Ни тени сомнения. Ни единого мгновения промедления.

Едва его ступни коснулись земли — он рванул вперёд.

Это не была скорость в привычном для мира понимании.

Не размытый силуэт. Не вспышка света.

Ни визуальных искажений. Ни звуковых волн.

Он появился — и в тот же миг исчез.

Камеры пытались уловить его движение.

Они были созданы для съёмки битв уровня Апекс, где скорости превосходили человеческое восприятие.

Но его они не видели.

На одном кадре — Аттикус у подножия горы. На следующем — пустота.

А потом...

БАМ.

Оглушительный, тошнотворный удар грохнул в горах, отдаваясь эхом.

Голова первого дименсарийца вжалась внутрь, а его тело, словно выпущенная из катапульта болванка, рухнуло сквозь деревья.

Прежде чем остальные успели среагировать...

БАМ.

Второй получил удар в грудь — рёбра сложились, как карточный домик, а сила удара закрутила его в воздухе, будто тряпичную куклу.

БАМ. БАМ. БАМ.

Удары сыпались один за другим, взрываясь чудовищным грохотом, разрывающим тишину гор.

Каждый — точен. Каждый — смертелен. Каждый — неотвратим.

Дименсари даже не успели его заметить.

Только что они окружали Аврору.

А в следующий миг — их уже не было.

Черепа лопались. Тела скручивались. Кости ломались.

Такой силы хватило бы, чтобы убить их на месте.

Но прежде чем смерть успела забрать их, бледный свет окутал искалеченные тела.

И они исчезли.

Следите за новыми главами на N0vel1st.c0m.

Толпа взорвалась.

Глухой рёв прокатился по плавучему острову, экраны мигнули, показывая последствия...

Аттикус стоял неподвижно, безмятежный, незыблемый.

А перед ним — Аврора. Дименсари растворились в воздухе. Никто не успел разглядеть, как он двинулся. Не увидел момента удара. Но результат был налицо — и этого хватило с лихвой.

«Нате, космические ублюдки!» «Шваль Дименсари! Как вам нравится быть стёртыми в пыль за секунду?!» «Вот так! Кланяйтесь человечеству!» «Аттикус! Аттикус! Аттикус!»

Его имя гремело, сотрясая воздух. Кулаки взлетали вверх. Ноги били по земле в едином ритме. Весь лагерь содрогался от ликования. Потому что теперь не оставалось сомнений. Никакие соперники, никакие Апексы, никакие испытания — ничто не имело значения.

Аттикус Равенштейн был здесь. И мир перевернулся.

Овации не долетали до них, да Аттикусу и не было дела до криков толпы. Как и Авроре. Её дыхание сбивалось, тело ныло, будто после многочасовой тренировки, каждый мускул горел огнём. Но когда её пылающий взгляд упал на Аттикуса, боль отступила.

«Аттикус...»

Её шёпот был тише шелеста листьев — никто не должен был услышать. Но он услышал. Чётко. Ясно.

Аттикус усмехнулся. «Хм, я ждал чего-то более эмоционального. Неужели стесняешься, Авро...»

Он не договорил. Его резко обхватили руки, впившиеся в спину с такой силой, будто боялись, что он рассыплется в прах. Аврора прижалась к его груди, спрятав лицо. Аттикус почувствовал — её плечи дрожали. Пальцы впились в ткань его одежды, цепко, отчаянно. А потом...

Тепло. Влажность. Его рубашка промокла там, где её щека прижалась к груди. И тихие, сдавленные рыдания, которые она уже не могла сдержать. На лице Аттикуса дрогнула улыбка.

Он усмехнулся, нежно проведя пальцами по её затылку.

— Правда, Аврора? — поддразнил он, и в голосе его звенела лёгкая насмешка. — После стольких лет встречаешь меня вот так? Я ждал взрыва. Или хотя бы пощёчины.

Аврора не ответила.

Её пальцы впились в него ещё сильнее.

Аттикус вздохнул, медленно погладил её по спине — успокаивающе, твёрдо.

Она молчала.

Просто... не отпускала.

Наконец, спустя целую вечность, она резко отстранилась, фыркнула и грубо вытерла глаза.

Только теперь она разглядела его как следует.

Её пылающий взгляд скользнул по его лицу — резче скулы, выше рост.

От него веяло чем-то нерушимым.

— Ты изменился, — хрипло пробормотала она.

Аттикус осклабился.

— Скажи лучше, что похорошел.

Аврора фыркнула так громко, что эхо разнеслось по лесу.

— Красавчик? Ты? Да ни за что!

Он приподнял бровь.

— И как ты вообще собираешься кого-то соблазнить с таким грязным ртом?

Она надула щёки, скрестив руки.

— Ты даже не представляешь, сколько ухажёров я отшила!

— Ноль, — безжалостно констатировал Аттикус.

Аврора вспыхнула.

— Ах ты...!

Она топнула ногой, сжала кулаки — сейчас запустит в него чем-нибудь.

Аттикус не выдержал.

Он расхохотался. Громко, безудержно.

— Чего ты ржёшь?! — взвизгнула Аврора, но уже через секунду...

Сама залилась смехом.

Напряжение растаяло.

Их голоса переплелись, наполнив лес теплом.

Смех стих, оставив после себя лишь довольные улыбки.

Они молча смотрели друг на друга.

Потом Аттикус выдохнул.

— Рад тебя видеть, Аврора.

Губы её растянулись в сияющей ухмылке. Она отвернулась, скрестив руки, но в голосе по-прежнему плясали искры.

— Ну конечно. Я слишком крута, чтобы по мне не скучали. Аттикус усмехнулся. Больше ни слова. Лишь покачал головой.

Прошло уже больше двух лет. Но ни время, ни расстояние не смогли угасить его любовь к семье. Он тосковал по ней.

Но сейчас было не время для слабостей.

Дименсари нацелились на Аврору.

Одной этой мысли хватило, чтобы в его жилах закипела ярость. Будь его воля, он стёр бы их с лица земли без раздумий.

Это не было случайностью. Они спланировали нападение, действовали сообща.

Он поклялся уничтожить их всех. До последнего.

Но, похоже, они укрылись в этих горах, надеясь на защиту.

"Я должен подать пример."

Аттикус видел всё. Слышал всё. Чувствовал всё.

Бескрайние леса, покрывающие склоны. Тысячи командиров, затаивших дыхание. Каэля, спешащего к нему с дурацкой ухмылкой. Апексов, настороженно следящих за каждым его движением. Кан Восса, венца нуллитов, холодно взирающего на него. Кариуса, мчащегося вперёд, не замечая ничего вокруг.

И, наконец...

Миллионы глаз, прикованных к нему.

Аттикус хотел донести до них одно.

Дименсари — не единственные его враги.

Враги — это все. Каждая раса. И то, что случилось сегодня, повторится снова.

Аттикус не мог этого допустить.

Они должны увидеть.

Увидеть своими глазами, с кем связались. Осознать простую истину.

Он не играет с ними в одни игры.

Аттикус поднял правую ногу. Плавно. Без усилий.

Будто делал обычный шаг.

Но мир замер.

Деревья затихли. Ветер стих. Воздух сгустился.

И тогда...

Его нога опустилась.