Глава 3.0

Недолго продержавшись, неприятный слух о том, что у молодого господина Эдана есть тайная дочь, вскоре утих.

Талисман Отряда Героя.
Проводница, что следовала за героем Максимилианом словно тень.
Ру Луиньон.

Привлечённые миловидной внешностью девочки с впечатляющими зелёными волосами и глазами, слуги семьи Гогенбергов слетелись к ней, словно облако. Они начали предлагать множество сладостей — конфеты, шоколад — будто подношения фее. Неудивительно, что она была невероятно популярна. В самом деле, она была достойна быть символом всей истории.

Как второй сын семьи, я никогда не удостаивался от слуг подобного обращения…

— Эдан!
— Да?

Маленькая прожорливая особа приблизилась, зажав в обеих руках шоколад. Я наклонил голову и ответил.

— Я много слышала о тебе от Макса! Ты младший брат Макса!
— Этот чёрствый айсберг говорил обо мне? Наверняка большей частью ругался.
— Ой, а откуда ты знаешь?!
— ……

Я потерял дар речи от этого невинного ответа, в котором не было и тени лжи. Проклятый брат. Страшно подумать, какие сплетни он мог распускать за моей спиной. Голова заболела от одной мысли, как тот парень, с каменным лицом, отбарабанивал слова, словно пулемёт.

— Но он много хорошего тоже говорил!
— Не верю.
— Ага, ты прав, на самом деле это была ложь.
— ……

Кхм.
Я почувствовал себя жалким за то, что хоть на секунду поверил.

— Сначала тебе нужно принять ванну. К тому же, ты, наверное, очень устала. Мне бы хотелось сразу же спросить о местонахождении того парня, который внезапно впал в юношеский бунт в двадцать пять лет, но…
— В-ванну?! Я в порядке! Мне просто нужно немного ополоснуться водой…
— Запах грязи и впрямь очень силён.
— Иии!

Я жестом подозвал горничных. Вскоре служанки начали сопровождать фею, запылённую и покрытую грязью после долгого пути, в сторону ванной комнаты. Ру отбивалась, размахивая руками, как кошка, ненавидящая воду, но в конце концов капитулировала перед напором горничных.

«И через какие жестокие марш-броски она прошла?.. Проклятый парень».

Двенадцать лет, максимум тринадцать, на вид. Её телосложение было таким хрупким, что она казалась куда младше своих лет. Точно так же, как бросил семью, должно быть, бросил он и этого ребёнка. Меня охватило отвращение к тому, кто отправил хрупкое дитя в столь тяжёлый поход. Если точнее — к его бессердечию, с которым он отбросил, как ненужный багаж, даже спутницу, делившую с ним тяготы пути.

В конечном счёте, я почувствовал жалость и сочувствие к оставленной в одиночестве девочке.

◇◇◇◆◇◇◇

Луиньон.
Духи или феи, рождённые природой. Это раса, известная своим чистым и нахальным нравом, подобным горному ветру в долине. Они жили в пространстве, полностью отрезанном от мира, опасаясь жестокости людей, погрязших в бесконечной экспансии и завоеваниях.

Однако одна любопытная и эксцентричная Луиньон предприняла попытку побега. Одна-единственная Луиньон, избравшая путь беглеца-одиночки, случайно встретила Отряд Героя и была вписана в различные героические сказания.

— Все они внешне выглядят как дети. Более того, это однополая раса, состоящая исключительно из женщин. Что это за раса такая? Они даже не альбиносы.

Я вернулся в кабинет и перечитал книгу, где была записана информация о расе Луиньон. Записей было не так много. Всё-таки они были расой, живущей в полной изоляции. Эксцентричный член Отряда Героя и раскрыл всю информацию, связанную с Луиньон. Если бы не Ру Луиньон, они бы до конца оставались неизвестной расой.

«Назвать ли это поручением или же брошенностью?..»

Я размышлял, зачем он послал свою спутницу, покусывая ногти. Выбросил ли он её за ненадобностью? Или эвакуировал перед лицом опасной миссии? Я продолжал ломать голову, но ясного ответа не находилось. Герой, спасший континент, был одиноким существом, никогда не раскрывавшим своих истинных чувств никому. Даже его возлюбленная, святая, наверняка не могла постичь его внутренних мыслей.

— У-ух, всё тело щиплет, потому что они сильно меня тёрли полотенцем!

Тук-тук-тук.

Со звуком открывающейся двери появилась девочка. И, словно компенсируя свой дискомфорт, принялась семенить на месте.

— Наконец-то ты выглядишь более-менее прилично.

Я погладил пушистые волосы девочки, похожие на высушенную солому. Шурх, шурх… По мере того как волосы ниспадали, разносился лёгкий аромат духов. Накопившаяся за время марш-броска усталость, должно быть, немного отпустила. Я уступил маленькой фее гостевое кресло и протянул ей сладкую чашку какао. Её зелёные глазки тут же засияли от радости.

— Горячо…!
— Его много, пей не торопясь.

Как описать это чувство? Словно имеешь дело с озорным племянником. Хм. Не слишком ли это надуманно? Наблюдая, как Ру потягивает какао, я почувствовал странную близость.

— Куда же подевался мой брат? Не мог же он в самом деле сбежать со святой из-за любви?

Максимилиан — упрямый человек, слепо следующий разуму. Такой человек никогда не бросил бы семью и долг, чтобы сбежать. Когда я спокойно обдумал это, в действиях Максимилиана начали возникать вопросы. Значит, за этим что-то стоит. Прикидывая различные переменные, я спросил фею.

— Он сказал, что направляется на восток.
— …На восток? Тогда это королевство Гистерд.

Я снова принялся постукивать пальцем по столу.
Тук. Тук.

Это привычка, которая часто выдаёт моё беспокойство. Продолжая размышлять, я нахмурился и открыл рот.

— А в тот момент, когда вы расстались… кто был с моим братом?
— Только Макс и Беа. Феликс, Лег и Мад сказали, что присоединятся позже.

Всё было именно так, как и сообщала в секретных документах принцесса Людмилла.
Король Наёмников, Феликс Паван Савойя.
Святой Меча, Легнас Паван Пуг.
Мудрец, Мадбей фон Гистерд.
Остальные члены разбрелись с интервалами, кроме героя и святой. Вероятно, чтобы сбить со следа глаза мира, прикованные к Отряду Героя.

— Миссия Отряда Героя должна была завершиться с падением Короля Демонов, так зачем же они исчезли без слова? Не может же быть, что из-за такой заезженной причины, будто они станут лишь обузой в мирное время?

Члены Отряда Героя никогда не были идеалистами, ценящими мир. Святая. Герой. Король Наёмников. Святой Меча. Мудрец. Герои, представлявшие человечество, были существами, опутанными всевозможными интересами.

— Я… я и сама не знаю этого наверняка. Это правда…! До самого момента расставания Макс ничего мне не сказал.
— Не переживай. Я тебе верю.

Была ли то печаль расставания? Или же страх, что её бросили навсегда? Сжимая кружку обеими руками, Ру заголосила плачущим голосом. Кружка дрожала, казалось, какао вот-вот расплещется. Будь на месте имперская разведка, выслеживающая Отряд, они бы выразили недоверие и принялись выпытывать детали. Но я поверил словам Ру как есть. Не могло быть, чтобы те надменные герои, победившие Короля Демонов, совершили ошибку, позволив девочке узнать детали и выдав себя.

— Ты… ты мне веришь?
— Что ж… Меня тоже когда-то бросали высокомерные люди.

Разве не говорят, что общая боль сближает? Вот почему я мог понять горечь оказаться изгоем лучше, чем кто-либо другой. Это было и чувство ответственности. Ру стала жертвой бессердечия моего брата.

«Проклятый брат. Значит, ты сделал меня её опекуном, прекрасно зная, что я о ней позабочусь».

Маленькая особа, обрадовавшись, принялась вертеть прядью волос, словно антенна. Наблюдая за Ру, я понял, зачем Максимилиан прислал талисман Отряда Героя.

◇◇◇◆◇◇◇

Вернувшись в столицу, Людмилла, едва прибыв в кабинет, немедленно созвала подчинённых. Исчезновение Отряда Героя. Речь шла о том, чтобы справиться с его колоссальными последствиями. Известные своей строгой иерархией, подчинённые, помогавшие принцессе, без промедления собрались в кабинете, как только поступил вызов. Подчинённые изучали выражение лица Красного Дракона, вернувшегося с востока, с напряжёнными лицами.

— Совершенно ясно, что герой исчез вместе со святой. И семья Гогенбергов не замешана.

Людмилла направилась на восток, чтобы привлечь к ответственности Максимилиана, в одностороннем порядке разорвавшего помолвку, и выследить Отряд Героя, чьё местонахождение стало неясно. Король наёмников, святой меча и мудрец пропали. И герой со святой, бывшие центром команды, — тоже. Семья Гогенбергов не причастна к исчезновению, ведь Максимилиан, разорвав помолвку, стал врагом императорской семьи. Если бы семья Гогенбергов знала об этом, они бы любой ценой попытались остановить Максимилиана.

— Керил, ты выяснила то, о чём я просила?
— Так точно.

Спросила принцесса.
Рыцарь-дева с ниспадающими рыжими волосами ответила, отдав честь.

— Шестой член Отряда Героя… Воитель. К сожалению, документов, связанных с ним, было не так уж много.
— Разумеется, не могло быть много. Хорошая работа.

Словно в подтверждение слов рыцаря, документов, касавшихся личности «Воителя», было крайне мало. Долгое время его личность считалась неизвестной. Вот почему собранная информация не заполнила и половины пергамента. Лишь члены Отряда Героя могли знать, кем он был. Людмилла внимательно прочла скудные сведения, уместившиеся на пергаменте, и нахмурилась.

— Ах, и ещё… Ваше Высочество.
— Что такое? Говори.

Один из подчинённых заколебался, прежде чем открыть рот.
Людмилла жестом позволила ему говорить.

— От императорской семьи поступило сообщение. Кажется, оно касается нового брачного предложения для принцессы Елизаветы.
— Уже нашли ей нового супруга?

На вопрос Людмиллы подчинённый едва не выпалил непочтительное: «Потому что, к несчастью, она уже пропустила брачный возраст».
Холодный пот выступил на лбу, и он стиснул губы.
Не замечая этого, Людмилла склонила голову набок, погрузившись в раздумья.

— Хм… Новый супруг для Лизы. Как её старшей сестре, мне следует как следует его проверить.

При этих словах старой девы, медленно приближающейся к тридцати, подчинённые, читая про себя торжественную молитву, постарались очистить разум.

«Дорогая принцесса, вам бы не о других беспокоиться».
Принцессе Елизавете двадцать лет, а вам в этом году двадцать семь.

Богохульные мысли подступали к горлу, но они едва сдержали их сверхчеловеческим усилием.

— Я встретила Эдананта фон Гогенберга, младшего брата героя Максимилиана, в графстве Гогенбергов. Он оказался мужчиной с впечатляюще острым взглядом и весьма красноречивым.

Она встретила второго сына семьи Гогенбергов, о котором прежде знала лишь по слухам.
Людмилла поделилась впечатлениями от встречи с Эданантом и свернула пергамент.

◇◇◇◆◇◇◇