Глава 6: Оленёнок, кабанчик, медвежонок (Часть вторая)
Увидев разложенные внутренности, старший Ванван скривился так, словно разжевал горькое лекарство.
— Мы же договаривались оставить жёлчный пузырь.
Маомао тоже нахмурилась.
— Пойти сейчас же отобрать его обратно?
Жёлчный пузырь медведя — это сырьё для медвежьей желчи. Можно даже сказать, что Маомао вообще занимается разделкой медведя главным образом ради этого.
— Маомао, почему ты берёшь нож, чтобы отобрать жёлчный пузырь?
Маомао тут же спрятала разделочный нож.
— Про ночлег вы уже говорили, да?
— Да. Похоже, нам смогут приготовить две комнаты — общую и маленькую.
Какие именно это комнаты, неизвестно, но если учесть сумму денег, которую врачи выдают в качестве вознаграждения, вряд ли их поведут в конюшню.
— Я бы и сам хотел пойти прямо сейчас, но сперва — разделка органов.
— Прямо сейчас нельзя?
— Нельзя.
Старший Ванван, проверяя разложенные органы, продолжал объяснять всё младшим врачам. Смертельно бледная Яо, со слезящимися глазами, смотрела на внутренности.
«Если не подходит — бросила бы, и дело с концом».
Но она этого не делала — в этом был её недостаток и достоинство. Похоже, слова, сказанные ей ранее Чаншой, сильно задели её, и сейчас она вернулась в родительский дом.
И раз уж речь зашла о Чанше…
— Простите… А это потом можно будет съесть? — спросила она, разглядывая медвежьи потроха.
— Потроха должны быть свежими, иначе вонять будут так, что их не съешь.
Так ответила Маомао, и брови Чанши уныло поползли вниз.
— Даже если добавить имбирь?
— Дикий медведь: неизвестно, чем питается.
Маомао высказала своё честное мнение. Говорили, что раньше при разделке медведя находили человеческие волосы.
— Это довольно мерзко.
Нервы у Чанши были крепкие.
«Теперь понятно, почему её позвали».
Пока Маомао не стала вместе с другими врачами заниматься разделкой, возникало множество проблем. Самая большая проблема — отсутствие прецедента.
Зато раз уж прецедент появился, Чанша, видимо, смогла присоединиться без особых препятствий.
Когда осмотр внутренних органов завершился, пригодные части начали обрабатывать. Самым известным лекарством из медведя, конечно, была медвежья желчь, но и другие части имели своё применение.
— А нельзя ли нам получить медвежий жир? — спросил врач, который действовал сравнительно уверенно. Он участвует не впервые — уже был на таком несколько раз.
— Жир не был оговорён, но зачем он тебе?
— Просто слышал, что если намазать на волосы, они будут расти.
— Правда? — старший Ванван тоже заинтересовался.
Кажется, мужчины после определённого возраста начинают беспокоиться о волосах.
Маомао плеснула водой на камень, где после обработки лежали внутренности, стирая и смывая впитавшуюся кровь. Кончики пальцев коченели — было очень холодно.
— У-у…
Скребя соломой, то же делали Яо и Чанша. На руках у Яо появились трещинки. Если каждый день работать с водой, они появятся, сколько ни увлажняй.
— Эй вы, уборку тоже делайте как следует.
По требованию Ванвана, молодые врачи тоже присоединились к уборке. Среди них есть и такие, кто всё ещё сидит, явно чувствуя себя дурно, и те, кто считал, что уборка — не дело врачей. Яо нахмурилась и уже собиралась сказать что-то тем, кто не убирался, но Маомао похлопала её по плечу.
— Давай не будем.
— Почему?
— Глаза старшего Ванвана не дырявые.
Яо посмотрела на того. Как и положено наставнику, он внимательно наблюдал за всем. Конечно, он оценивал врачебные качества, но невыполнение порученной работы было неприемлемо. Неужели они не думают, что это может повлиять на их будущее продвижение?
И как оценивали саму Яо? Можно сказать, что у неё нет способностей к разделке, но, может, хотя бы признают её упорство — то, что она всё ещё продолжает? Способности важны, но отношение к делу — ещё важнее. Иначе везде будут одни только такие бесполезные, как Тянью.
— Закончите уборку — и направляемся в деревню.
Маомао, растирая закоченевшие руки, выдохнула белое облачко.
— Вот, пользуйтесь этим домом.
Место, куда их привёл охотник, оказалось пустующим домом. Похоже, это жилище крестьянина, который недавно уехал, и потому оно ещё не сильно обветшало. Четыре комнаты — более чем достаточно места.
— Одеял не хватит, так что используйте это как придётся.
Им выдали звериные шкуры. Колючие, но лучше, чем ничего.
Маомао, сверля взглядом охотника, тронула старшего Ванвана. Ванван, сказав «ладно, ладно», приблизился к охотнику.
— За комнату спасибо, но я хочу поговорить о том, что вы унесли медвежьи внутренности, не соответствующие договору.
— Это двоюродный брат. Не я.
— Э-э?
Старший Ванван сделал удивлённое лицо. Маомао тоже удивилась. Разве это не тот охотник, который унёс медвежье мясо?
— В нашей деревне тут все — родня, сборище родственников. Я и двоюродный брат очень похожи, нас часто путают.
— …Прости. Просто вы и правда очень похожи, — честно извинился Ванван. Это оказался не тот охотник, что был раньше, а другой деревенский.
«Но действительно похожи».
Не говоря уже о Маомао, которая плохо запоминает лица, даже старший Ванван ошибся.
«Кстати, человек, которого просили устроить жильё, тоже, кажется, был похож».
Деревня не слишком «открытая», так что, возможно, кровь тут «густая», и у всех лица похожие друг на друга.
— Есть готовая еда, если нужно.
— На всех, пожалуйста. Будет здорово, если сделаете немного больше. — Старший Ванван передал мешочек с деньгами.
— Понял. И ещё, ночью лучше не ходите. Если нападёт зверь, никто не поможет, — сказав это, деревенский житель вышел из дома.
— Холодно.
— Давайте быстрее разведём огонь.
Маомао посмотрела на дрова, сложенные на земляном полу. Похоже, хозяева всё же собирались вернуться. Разная мебель тоже осталась. Чанша быстро достала трут, а Маомао приготовила солому.
— Я принесу воды.
Яо, похоже, тоже нашла работу по силам, взяла ведро и вышла наружу. Маомао подумала, что старший Ванван, тихо последовавший за ней, был очень внимателен. Остальные складывали дрова в печь, искали замену недостающим стульям, кто-то просто бездельничал.
Через некоторое время принесли еду. Похлёбка из овощей и медвежатины, а также каша из злаков. Богатый и простой вкус делил мнения пополам в зависимости от предпочтений.
— Немного пресновато.
— Мне кажется, как раз в самый раз. Соль есть, будете?
— Буду... Кстати, у тебя из-за пазухи что угодно достаётся?
— Мне тоже дай.
— Мне тоже, мне тоже.
— Я думаю, мне одной каши хватит.
— Всё-таки дикое мясо сильно пахнет.
— Надо было имбирь принести.
Ужин закончился под разговоры каждого.
Маомао, Яо и Чанша решили спать в самой маленькой комнате. Тесная, но там была одна кровать побольше, на которой, кажется, могли лечь двое.
На полу лежала одна шкура.
— Я посплю на полу.
— Нет, я.
— Э-э-э.
Маомао не особо возражала против того, чтобы спать на полу и предложила, но с точки зрения младшей Чанши это было неприемлемо.
— У нас же есть ещё шкура, так что не беспокойтесь.
— Возвращаю вам ваши же слова.
— Э-э-э.
Маомао и Чанша продолжили разговор так, будто Яо — барышня из хорошего дома — вообще вне обсуждения.
— Э-э… Я посплю на полу.
— Госпожа Яо, не беспокойтесь.
— Да, верно.
— Но ведь вы собираетесь спать вдвоём на кровати, верно? Интересно, что будет, если Эньен узнает…
— …
Маомао и Чанша переглянулись.
— Простите… вы не могли бы поспать на полу?
— Извините, но…
Это был результат размышлений о том, что лучше: лечь в одну постель с барышней или уложить её на пол. Оба варианта, казалось, вызовут гнев, но если лечь вместе, придётся думать даже об угрозе жизни.
— Да! Я посплю на полу! — Яо сказала это почему-то с необычайно гордым видом.