Арена

Небо над руинами было освещено огнём; казалось, будто ночь уступила место утру. Пламя играло на изломанных арках и обугленных колоннах, отбрасывая длинные тени и заставляя воздух дрожать от жара. В этом свете развалины казались живыми — это было одновременно красиво и пугающе.

Я стоял, всматриваясь в Еву, и не мог перестать удивляться её силе. Хоть она и приняла облик дракона, объём маны, необходимый для такого огненного натиска, впечатлял. Горячие волны расходились от неё, плавя пыль, даже взгляд в её сторону давался тяжело.

— А она сильна, даже завидно, — пробормотала Тилин. 

Мы подобрались как можно ближе, но нас ждал еще один сюрприз: логово бандитов и Изгнанных охранял магический барьер.

— Что опять... (непереводимые слова этого мира), — выругалась Луиза, глотнув воздуха, пахнувшего гарью.

— Всё в порядке, я знаю, где лежат артефакты, успокоила ее Джун. — Только пока Ева буйствует, я бы не стала снимать барьер.

— Что правда то правда.

— Так что сначала нам нужно успокоить Еву, — сказал я ощущая, как в груди сжимается комок тревоги. — Я не знаю, послушает ли она меня, но я хотя бы попытаюсь, — дополнил я и направился в обход купола, выбирая путь так, чтобы жар был не таким невыносимым. Следом послышалось

— Куда тебя понесло?

Меня преследовали тревожные мысли: может, она ненавидит меня? А я такой подойду и скажу просто привет, наверное это прозвучит глупо. А может каменное лицо и приказ, а ну успокойся, а потом надеется что она меня не зажарит до хрустящей корочки. 

Чем ближе я был к ней, тем обжигающе становился воздух, и дышать становилось все сложней.

Рядом со мной не отставая шел Бам, все это время как Ева покинула нашу группу, он был неразговорчивым и поникшим, а сейчас, по нему было видно, что он воодушевлен.

— Соскучился по ней? — спросил я, на что Бам ответил детской искренностью:

— Да, да, Бам скучал по маме.

Периодически все вокруг сотрясалось взрывами; нам приходилось прятаться за обломками, иногда возводя магией земли стены, чтобы хоть как‑то уберечься от зноя и разлетающихся осколков. Эти короткие передышки давали время чтобы отдышаться.

— Вот куда тебя понесло, мы могли бы сначала все обсудить.

 Я повернулся, Тилин начала отчитывать меня в своей безэмоциональной манере, только сейчас у не дергался глаз. А Луиза и Джун с одышкой стояли рядом.

— Ты когда-нибудь думаешь о своей группе? О друзьях? — продолжала Тилин. — Почему ты всегда бежишь вперёд, не обсудив с нами? Мы могли бы разработать план действий. Но нет, Уилл у нас герой!

— Просто я не хочу, чтобы вы пострадали, — ответил я, чувствуя на себе её взгляд. Он был не обвиняющий, скорее тревожный: 

– А если ты ошибёшься? Ты просто неисправимый дурак.-- Рука лицо

— А тут становится жарко, — сказала Луиза обратившись к Джун

— Вот же я дурак.

— Ну хоть признался, — сказала Тилин.

Я достал из сумки несколько кристаллов холода, мелких, но ярких, и раздал их всем.

— Думаю, это поможет охладиться.

 Кристаллы дали мгновенное облегчение: жар стал терпимее, словно тонкая дымка обволокла нас. Но дыхание всё ещё давалось с трудом; огонь, выдыхаемый Евой, выжигал кислород.

— Моя главная задача — подобраться к Еве как можно ближе, не быть сожжённым и привлечь её внимание на себя, — подумал я вслух, формулируя план в уме. В ответ — недовольное бурчание:

— Опять он за своё. Всё в одного. Пошли, раз решил умереть, хоть не в одиночестве помрешь

Чем ближе мы подходили, тем я все больше понимал: что привлечь ее внимание будет сложно. Сейчас она была настолько велика, что в её глазах мы вероятно казались всего лишь муравьями.

По защитному барьеру пробежали импульсы.

— Знаете нам нужно постараться побыстрее остановить ее, мне просто кажется что барьер долго не простоит — сказала Джун указав на барьер.

— Согласна, — подтвердила Тилин.

— И мы не знаем, остановится ли она после разрушения барьера или продолжит буйствовать, — добавила Джун.

Мы бросились вперёд. Вокруг творился настоящий хаос: огонь, дым, поднимающаяся пыль, горящие обломки и взрывы — всё это мешало двигаться, видеть и думать. Каждая минута тянулась как час; каждый шаг давался с усилием.

— Луиза, может, вы хоть побудите в безопасном месте? 

— Я не такая уж беззащитная девушка. И опять на «вы»? — возмутилась Луиза и в её словах слышалась стальная решимость: она не собиралась быть лишь грузом.

— Понимаю, но боюсь Изабелла потом меня убьёт.

— Я должна спасти подругу, а что будет потом разберёмся, так что вперёд.

: «Видел бы это мой отец: потерял бы сознание». 

И вот мы остановились в нескольких сотнях метров от Евы. С одной стороны она, словно живая гора; с другой мерцающий купол. Проще сказать это самое удачное место, чтобы умереть.

— Ева!!! — Прокричал я во все горло.

Но я не быль услышан. Мы кричали, махали руками, делали всё, что могло привлечь ее взгляд, но взгляд Евы был прикован к барьеру. Я попытался сотворить заклинание, но тело вдруг начало предательски отказывать: возникла острая боль, и я вынужден был прекратить.

— Вот же... за что мне это всё! — бурчал я, стараясь думать.

Что Ева любит больше всего? Книги, еду, вино. Но книга в этой ситуации казалась бессмысленной. Вино и мясо — возможно, проще. Я поискал в сумке и достал из нее шашлычки и бутылку вина. Это могло выглядеть нелепо, но вдруг получится.

Я размахивал бутылкой и шашлыками, кричал и делал глупые жесты. Всё было напрасно.

– Ладно и это не помогло ну хоть горло промочу – сказал я доставая штопор.

— А что он делает? — спросила Джун.

— Сама не знаю Наверное, готовит напиток к свежеиспечённому мясу, которое получится из нас, — проворчала Тилин

Когда барьер наконец рухнул, мир будто задержал дыхание: на секунду повисла гнетущая тишина, и раздался только лёгкий хлопок открываемого вина. Это звуковое сопровождение показалось нереальным на фоне недавнего шума.

И я увидел, как взгляд Евы повернулся к нам.

— Уилл, — раздался её голос, такое же оглушительно громкий как взрыв в пустой комнате, отзываясь громким гулом в ушах.

Она прекратила изрыгать огонь; густой дым заполнил пространство, и Ева исчезла внем из виду, словно растворившись в мгле.

— Ничего не видно, — сокрушённо произнесла Луиза.

— Зато она прекратила сжигать всё вокруг, — заметила Джун.

Я стоял, погружённый в дым, и думал: может, она просто ненавидит меня? 

— видимо она избегает нас. – Подойдя ко мне сказала Тилин.

. В этот момент из моих рук выскользнула бутылка, но звука бьющегося стекла не последовало.

— Вот зачем переводить такой прекрасный напиток. — раздался голос из-за спины.

Я повернулся

— Привет, Уилл – сказала она улыбаясь, но уводя глаза в сторону.

— Привет... — ответил я не зная что еще сказать. 

Молчание висело между нами, такое же густое как дым.

— Слушайте успеете еще налюбоваться друг другом, да и мне потом ой как хочется послушать твои объяснения Уилл по поводу ее. Да и думаю Изабелле это будет тоже ой как интересно. А сейчас вперед, спасать Изабэлу.

Я опять посмотрел на Тилин, она просто сделала вид, что нечего не понимает.

В тот момент откуда-то сверху послышался голос, полный небрежной самоуверенности.

— Вау, вау, вау, вот это да, я то думал как можно ближе подобраться к дракону даже специально барьер снял для этого. А тут такая удача, передо мной стоит сама принцесса, алхимик, чокнутая эльфийка, и моя дорогая Джун. И о боги, девушка которая недавно была величественным драконом, дай угадаю, ты же демон.

Перед нами стоял на полуразрушенной стене Альто 

— Не твоё это дело, — парировала Ева и шагнула в его сторону, будто готовясь к бою.

Альто лишь усмехнулся

 — Ох, один на один я бы справился, но четверо на одного как‑то нечестно. Пока!

Он спрыгнул со стены и растворился в дыму. 

– Вот же трус.

Тилин достала запасной меч и, мощным взмахом, разогнала дым перед нами. Мы заметили силуэт, мелькавший между колоннами, он двигался быстро как тень.

— Он быстрый.

— Не то слово. – сказал я и мы бросились в погоню. 

Выбежав на открытое пространство; перед нами раскинулась арена, и она напоминала старинный колизей: круг и трибуны, на которых сидели бандиты и изгнанные. Стало ясно: нас окружили.

 Но только я об этом подумал, передо мной возникло препятствие в виде защитного барьера я сделал шаг назад, почувствовал что за спиной тоже стена в виде защитного барьера. Мы оказались в маленьких отдельных куполах: девушки я и даже Бам, все в собственных магических клетках, размер которых едва позволял развернуться.

— Прекрасное изобретение, — донёсся голос с центра арены. — Раньше эти барьеры использовали для сдерживания чудовищ на представлениях. Я их усовершенствовал. Да и они находятся в подземельях под ареной, так что выбраться вам не удастся. Даже завидно, что такое придумал не я.

От его слов веяло театром и садизмом одновременно.

— Слышь ты, урод, я тебе выпотрошу все внутренности! — рявкнула Ева, но её слова тонко перекрывались насмешками.

— Ух, какой злой демон. Страшно‑страшно, Интересно, превратишься ли ты в дракона в этом барьере? Во что тогда превратится твоё тело или это просто пустая оболочка? Мне интересно, как работает твоя способность.

– Ты не первый кто мне это говорит, У тебя случайно нет сестры?

— Где Изабелла? — выкрикнула Луиза

—— Ой принцесса, а я про вас совсем забыл. Знаете а я сдержал свое обещание, с вашей подругой все в порядке, отчасти?

— Что ты с ней сделал, урод? — Выкрикнул уже я.

— Слышь, алхимик, слово тебе не давали, видишь я общаюсь с её величеством.

— Что с Изабеллой? – уже спросила Луиза.

— Я же говорю: с ней всё в порядке, Наверное, она сейчас спит. А давайте устроим представление: вы по одному сразится с моими воинами. Выиграете я отпущу вас и вашу подругу. Проиграете, станете моими подопытными.

— Мы не согласны,

– Ах я забыл сказать, отказаться вы не можете. С кого бы мне начать может с вас принцесса, хм думаю это не правильно, сначала защищать вас должны ваши подданные. Может ты алхимик? Только вот смотрю я на тебя и думаю, что ты долго не протянешь, лучше я оставлю тебя на потом, да и у тебя части руки нет, . Может тебя демон? Тоже нет, лучше я тебя оставлю для опытов.

–Хозяин.

 – Ой моя дорогая Джун, ты свободна, иди ко мне.

Барьер вокруг Джун исчез.

— Да, хозяин.

— Ты моя умничка привела их прямо ко мне, садись рядом ты будешь в первых рядах представления, поверь ты не разочаруешься. Так продолжим, значит, остаётся чокнутая эльфийка, ах сколько ты моих товарищей уничтожила?

— Товарищей? У тебя? Не смеши.

.

— Ты умеешь смеяться? 

— Убив тебя, я точно посмеюсь.

— Для начала тебе нужно победить мои творения,-- усмехнулся Альто подав сигнал.

В другой части арены распахнулись ворота, и из них высыпалась толпа людей и полу людей 

— Это мои удачные творения, то есть те кто выжил в моих экспериментах. И теперь они сильнее себя прошлых во много раз.

— Хм, тот кто говорил что четверо на одного это нечестно. Выставил против меня пару десятков соперников,

— Упс меня подловили. В атаку!

Мы переглянулись: страх и решимость кружились в одном ритме. Всё вокруг трепетало от ожидания — арена стала сценой, где на кону стояли жизни, дружба и надежда. Теперь оставалось только одно выжить