Запись третья: Условия бывшей Владыки Демонов (3)

* * *

— ...Это же просто за гранью разумного. — тяжело дыша и утирая тыльной стороной ладони пот, градом катящийся по лицу, Рэн с трудом переводит дух.

«Как же это вообще возможно?..»

В неистовстве ветра кружатся мириады листьев. Он задерживает дыхание, боясь даже моргнуть, пытаясь сфокусировать всё свое сознание на их движении. Он ловит взглядом их непредсказуемые траектории и...

— Ха! — с этим выкриком, вложив в него всю свою волю, Рэн делает резкий выпад.

Клинок рассекает воздух, лишь вскользь задев край танцующего листа. Однако на этом всё и заканчивается. Сталь лишь слегка надрывает краешек, и лист продолжает свой полет. «Танцует, точно бабочка» — сие выражение как нельзя лучше описывает происходящее. Ему едва удается просто коснуться этой мишени, не говоря уже о том, чтобы поразить центр. Листья колышутся и взмывают вверх под действием воздушных потоков, а значит, сам выпад меча создает малейшие завихрения воздуха, которые заставляют цель смещаться. Попасть в сердцевину при таких условиях — задача поистине титаническая.

Впрочем, дело даже не в этом. Истинная преграда кроется в ином. Раз в пару попыток ему удается задеть лист острием, и со временем, по воле случая, мог бы попасть в центр. Но вот незадача...

— Проклятье, опять?!

Лист, принявший на себя прямой удар меча, просто разлетается надвое и падает на землю. Именно в этом и заключается главная трудность: даже если удар достигает цели, клинок не пронзает лист, а просто рассекает его в клочья из-за избыточной силы. Чтобы попасть по летящей мишени, нужен стремительный удар, но если нанести такой удар в полную силу, лист неизбежно превратится в труху

«Вот оно что!..»

Принцесса драконов проделывала это с такой легкостью, что Рэн лишь сейчас в полной мере осознает, насколько невероятным было её мастерство.

«Пронзи каплю воды или искру пламени единым молниеносным росчерком стали.»

Каждое движение меча порождает свои воздушные потоки, сила которых зависит от вложенной мощи. Не поняв сей механики до конца, невозможно удержать цель на острие. И более того — в тот самый миг, когда кончик меча касается листа, нужно мгновенно убрать лишнюю силу. Нужно уметь управлять мечом с филигранной точностью, используя лишь самый минимум энергии.

— ... И при этом нужно нанизать два листа сразу? Что ж, подкинула мне действительно сложную задачку. — смахнув пот с рукояти меча, юноша невольно улыбается.

Ему было по-настоящему приятно услышать её приглашение в группу. Сначала он не до конца понимал, что Килишэ имела в виду под обучением — думал, будут лишь советы или слова поддержки. А она подошла к делу со всей страстью, даже лично продемонстрировала мастер-класс.

И самое главное... Несмотря на то что он обычный парень, бесконечно далекий от Архигероя, затащила в свой отряд. Рэн всем сердцем хочет оправдать это доверие. Тот факт, что его признали товарищем и позвали в совместный путь, воплощая его детскую мечту, наполняет душу юнца восторгом и небывалой решимостью.

— Будет просто преступлением сдаться после всего этого! — крепче сжав меч замерзшими руками, вновь принимает боевую стойку. — Хотя бы один раз, но это сделаю! — сверкающее острие пронзает два листа, танцующих в пустоте. Точно в центр. Причем они не разлетелись в щепки, а остались висеть на кончике меча, целые и невредимые. — ... А? — сам не верит своим глазам, изумленно глядя на результат своего удара. — Успех... неужели? Хотя больше смахивает на чистую случайность. — зажав меч в руке, некоторое время стоит неподвижно на том же самом месте, а затем внезапно восклицает. — Есть! Получилось! Видишь, тоже могу, если как следует постараюсь! — с воодушевлениемво весь опор устремляется обратно к коттеджу и, не замедляя шага, направляется прямиком в её комнату.

— Килишэ! Эй, посмотри же скорее! Получилось, у меня правда всё получилось!

— Что?! Погоди, Рэн! Не смей входить, сейчас нельзя-я-я-я...

Дверь с грохотом распахивается. И в следующее мгновение за порогом звучит голос:

— ... А ты довольно храбр. Решил подсмотреть, как я раздеваюсь?

Перед ним предстаёт юная красавица, на коей нет ни единой нити. Сбросив прелестное дорожное облачение и сжимая в руках изящную ночную сорочку с оборками, драконица сверлит незваного гостя взглядом, в коем праведный гнев смешивается со стыдливым румянцем, заливающим её лицо.

— А, нет, всё не так, вовсе не... честно не хотел ничего плохого... — оправдываясь, ловит себя на мысли, что против воли залюбовался обликом Килишэ.

Она кажется ему воплощением чистой и искренней прелести. Девичье тело, уже обретшее нежные округлости, и белая, словно безупречный фарфор, кожа заставляют совершенно позабыть о том, что истинная сущность данной особы — дракон. Облик девы наделён столь сильным человеческим очарованием, что его хватает с избытком. Её фигура оказывается на удивление зрелой, чего никак нельзя было ожидать, когда ты была облачена в дорожное платье...

— На всякий случай спрошу. Желаешь что-нибудь сказать в своё оправдание?

— ...Ну... это... в общем, ты очень милая.

— Улетывай! — Килишэ произносит своё слово-заклятие, густо краснея от смущения.

Когда впечатанный в стену коридора Рэн наконец приходит в сознание, девушка уже давным-давно успевает переодеться в ночную сорочку.

* * *

— И всё же похвалю тебя за то, что успешно справился с заданием. Признаться, полагала, что на сие уйдёт не меньше недели.

Они находятся в комнате Рэна. Девушка с совершенно хозяйским видом восседает на кровати, в то время как сам юноша, пребывая в состоянии крайнего изнеможения, опускается на расстеленный на полу ковёр.

— Раз дело пошло на лад, завтра разрежешь три листа, а послезавтра — четыре. Ну а затем...

— А что затем?

— Научишься проделывать то же самое с закрытыми глазами.

— Какая высокая планка!

— Искусство владения мечом Эллайна начинается лишь после этого этапа. В любом случае, признаю твои старания. Сегодня можешь отдыхать. — так говорит она, не меняя своего положения на постели.

Паренек понимает, что совет «отдыхать» звучит хорошо, однако есть одна загвоздка — та прочно обосновалась на его кровати, фактически оккупировав её. Лечь спать, пока она находится на ней, решительно невозможно, но и попросить уйти язык не поворачивается.

— Килишэ, а ты разве не собираешься спать?

— Буду. Вместе с тобой.

Рэн не может постичь истинный смысл данного заявления. Некоторое время озадаченно переводит взгляд с одного предмета на другой, замерев с глуповато приоткрытым ртом.

— ... прости?

— Я же сказала, что буду спать в одной постели с тобой. — совершенно без тени смущения укладывается на кровать и даже натягивает на себя одеяло.

— Давай, ты тоже поскорее забирайся под бок.

— Э-э... извини. Не совсем понимаю, почему так.

Сам он — человек. Килишэ же — дракон. Говорят, её нынешний облик — результат сложного сочетания трансформации плоти при помощи высшей магии и искажения пространства, однако внешне выглядит как самая обыкновенная человеческая девушка. Оттого мысль о совместном сне кажется молодому человеку крайне предосудительной.

— Можно всё-таки узнать причину? В твоей комнате ведь тоже есть кровать, верно?

— Такова повадка, так мне спокойнее. — Килишэ сонно потирает глаза, уютно закутавшись в одеяло. — В каньоне на моей родине обитало множество сородичей — привыкла спать в стае. Сон приходит гораздо быстрее, если рядом находится большое количество тех, кому доверяешь.

— ... Значит, драконья привычка. — в голосе юноши слышится изрядная доля иронии, однако в глубине души тайно радуется тому, что она ненароком назвала его «человеком, которому доверяет». — Кстати, а как же справлялась триста лет назад?

— Эллайн мне отказывал. Этот парень даже глубокой ночью не прекращал тренировки с мечом.

— ... Сам Император Меча?

— Тебя это удивляет? Его любимой присказкой было утверждение, будто людей, сильных с самого рождения, не существует вовсе. Если не брать в расчёт его глупое упрямство и невероятную стойкость, сила того мужчины как воина не являлась врождённым даром. Титул Императора Меча обрёл лишь как результат усилий, коих приложил больше, чем кто-либо другой в этом мире. — заметив его изумление, девушка едва заметно улыбается, словно находит реакцию собеседника забавной.

— Кажется, слышу об этом впервые...

В легендах об Императоре, известных парнишке, тот всегда представал прирождённым гением. Юноша привык думать, что Эллайн, в отличие от него самого, обделённого талантами, явился в мир, наделённый божественным даром.

— Я бы хотел послушать об этом поподробнее.

— Обязательно расскажу, но на сегодня хватит. Ну же, давай спать — завтра нужно встать пораньше.

— Э-эй, подожди!

Килишэ приподнимается с кровати, обхватывает Рэна руками и легко, словно пушинку, забрасывает его на постель. Не успевает опомниться, как его накрывают одеялом, а драконица уже ловко юркает следом.

— Послушай, а нельзя ли тебе поспать вместе с Фией?!

— С ней нельзя — не упускает ни единого шанса, чтобы обнять меня, отчего становится слишком жарко и душно.

В тесном пространстве кровати принцесса-дракон прижимается к нему так близко, что чувствуется тепло её тела.

— Вот теперь мне спокойно.

— ... Нет, послушай, я...

— Что такое?

— ... Ничего.

Сереброволосая девушка поворачивает к нему лицо. Её безмятежная улыбка кажется столь кроткой, что Рэн так и не находит в себе сил продолжить возражения. Сия особа, коей страшились как величайшего чудовища на земле и которую до появления Эллайна отвергали и Небеса, и Преисподняя, да даже собственные сородичи, сейчас кажется лишь одинокой девчонкой. Мирно сопит рядом, закрыв глаза, и совсем не походит на те пугающие слухи, что о ней ходят. Быть может, именно данный образ и является её настоящим лицом.

«Однако главная проблема заключается в том...»

Ему почти не доводилось видеть спящее лицо девушки своего возраста. Тем более в такой близости, когда чувствуется её дыхание. Игнорировать данное положение дел просто невозможно.

— ... Разве смогу уснуть в такой обстановке? — ощущая, как лицо заливает пунцовая краска, Рэн всю ночь напролёт повторяет про себя эти слова.