Ради моего сына

Со Дэ Рён вел за собой всех следователей Павильона Преисподней и силовиков — более сотни человек — в Деревню Мага.

Поначалу люди на рыночной площади удивленно глазели на них, решив, что это обычная процессия, направляющаяся по делам.

Однако силовики входили в каждый дом и громогласно объявляли:

— Мы эвакуируем все дома прямо сейчас. Всем собрать только самое необходимое и выходить!

Бойцы Павильона Преисподней действовали согласно заранее подготовленному плану эвакуации, распределяясь по участкам и направляя людей в безопасное место. Они прочесывали жилища в Деревне Мага, выводя всех на улицу. Зачистив жилые кварталы, они принялись не только за рыночные лавки, но и за обитателей окраин. Поселение оказалось больше, чем казалось на первый взгляд, ведь за пределами городка жило немало народу.

Со Дэ Рён лично взял на себя таверну «Текучий Ветер», застав врасплох Чо Чунбэ и его посетителей.

— Мы эвакуируем деревню. Вам придется какое-то время провести в одном из убежищ нашего Культа.

— Что-то случилось? — изумился Чо Чунбэ.

Со Дэ Рён спокойно ответил:

— Прошу прощения, но я не могу разглашать подробности. Пожалуйста, поспешите со сборами.

Клиенты организованно поспешили домой. Поскольку дело поручили бойцам Павильона Преисподней, которые и прежде много помогали жителям, люди в Деревне Мага меньше тревожились и не поддавались панике.

Всё это стало возможным благодаря Гём Мугыку, открывшему отделение прямо в Деревне Мага. Стараниями сотрудников филиала те времена, когда практики запугивали и притесняли жителей, канули в лету.

Однако среди царящего переполоха Чо Чунбэ не на шутку обеспокоился, заподозрив, что на Божественный Культ обрушилась какая-то беда.

— С Юным Владыкой ведь всё в порядке, верно?

Со Дэ Рён улыбнулся:

— Разумеется, с ним всё хорошо.

Вопреки собственным словам, он тоже переживал за Гём Мугыка. Приказ поступил внезапно, и хотя он не знал точных обстоятельств, он догадался: жителей уводят, потому что Главное Отделение может подвергнуться атаке. А если даже ставка Культа в опасности, то за её пределами будет еще менее безопасно.

«Юный Владыка! Пожалуйста, берегите себя».

Поначалу он расстраивался, что не смог последовать за Гём Мугыком. Но теперь Со Дэ Рён был рад, что остался. Здесь были люди, которых он был обязан защитить: сын, жена и свояченицы. Он прикроет семью, даже если ценой станет его жизнь.

Чо Чунбэ собрал пожитки и вышел на улицу. У самого входа он оглянулся и бросил встревоженный взгляд на стену второго этажа, молясь, чтобы та уцелела до его возвращения.

Когда он наконец выбрался на улицу, люди, вышедшие раньше, вовсю шушукались. Впервые их эвакуировали подобным образом, так что все были на взводе и напуганы. Поползли слухи, что началась настоящая война.

Для Чо Чунбэ радостью стало лишь одно. Его супруга, Ян Ин, сейчас гостила у их замужней дочери. Если говорить прямо, сам он прожил достаточно долго и не побоялся бы смерти. Но он не мог не тревожиться о жене, страдавшей всю свою жизнь, и о детях.

— Приезжие гости тоже подлежат эвакуации. Если члены ваших семей сейчас за пределами деревни, скажите нашим бойцам, куда именно они направились. Мы отправим отдельное предупреждение, чтобы они пока не возвращались.

Несмотря на задачу по перемещению почти тысячи человек, процесс шел гладко. Никто не пререкался с силовиками и не мешал эвакуации.

Чужак мог бы подумать, что люди попросту боятся демонических практиков, но дело было в другом. Глубокая привязанность к Юному Владыке и воинам Павильона Преисподней, всё это время защищавшим их, не давала повода заподозрить Божественный Культ в злых намерениях. Ибо теперь они верили Божественному Культу. Верили, что всё делается ради их спасения.

— А теперь направляемся в Главное Отделение.

Следователи Павильона Преисподней заходили в каждый дом, проверяя, не остался ли кто внутри. Только когда подтвердилось, что деревня пуста, они повели всех в Божественный Культ Небесного Демона.

Жители Деревни Мага так поразились величию Божественного Культа, что у них отвисли челюсти. Для большинства из них это был первый раз, когда они зашли так далеко внутрь. Пройдя долгий путь за бойцами, они увидели сотни временных шатров. В убежищах нашлась вода, еда и всё необходимое, чтобы с комфортом переждать какое-то время.

— Просим набраться терпения, даже если спать будет неудобно. Понадобится что-то — идите к синему шатру вон там, там обо всём позаботятся.

......

Поодаль два человека наблюдали за тем, как жители деревни заходят на территорию Культа. То были Гём Уджин и Сыма Мён.

Попрощавшись с Говолем, Сыма Мён прямиком направился к Владыке Культа, чтобы доложить о восхождении Звезды Небесного Убийства. Реакция Гём Уджина оказалась в точности такой, как он и предсказывал.

— Вот как?

Он знал, что Владыка не верит ни в астрономию, ни в небесные знамения. Гём Уджин полагался лишь на человеческую волю и мощь боевых искусств. И всё же он был из тех, кто с радостью встретит появление великого светила бойни.

— То, что Звезда Небесного Убийства явилась именно сейчас… не может быть совпадением.

Гём Уджин молча кивнул, вспомнив недавний разговор о зажжении Демонического Пламени и новости о роковой звезде.

— Именно поэтому я хотел бы эвакуировать Деревню Мага. Если те, кого вещает Звезда Небесного Убийства, явятся в Главное Отделение — им не миновать деревни. Боюсь, они могут вырезать всех жителей.

Сыма Мён осторожничал. Владыка запросто мог отмахнуться, решив, что Главный Стратег разводит шум из-за пустяка, выставляя его в глазах других слабаком. В конце концов, появление звезды не означало, что маньяк-убийца нарисуется прямо сейчас. Никто не знал, придет ли он завтра, через месяц или год.

Тем не менее, Гём Уджин с готовностью дал добро:

— Верная мысль. Введи их всех в наш Культ и защити.

Сыма Мён потрясенно уставился на господина. Быстрое согласие уже было неожиданным, но Владыка пошел дальше:

— Если мы отправим жителей в иное место, не поползут ли слухи, что мы затеваем что-то грандиозное? Проведи эвакуацию тихо.

Сыма Мён был тронут. Он всё понял. Это тоже делалось для того, чтобы враг не добрался до Юного Владыки, вздумай он ударить по Главному Отделению.

— Будет исполнено.

Так деревенские жители впервые получили дозволение ступить на священную землю Культа. В этот миг по округе разнеслись восторженные крики людей:

— Ого!

— Глядите туда!

К ним приближалась группа демонических практиков. По сравнению с силовиками и прочими адептами, виденными ранее, от этих людей исходила несравненно более яростная аура. Завидев того, кто шел во главе отряда, стоявшие рядом силовики почтительно склонились. Заметив это, жители Деревни Мага тоже поспешили склонить головы.

Впереди шел человек, один вид которого внушал священный трепет. Это был Король Кулачных Демонов с громадными кулаками и мышцами, которые, казалось, вот-вот лопнут. Даже без учета грозного лика одно его присутствие подавляло всякую волю. За ним следовали Железные Кулаки Фракции Восточного Кулака. Всё это были Чёрные Кулаки, сильнейшие среди равных, а командовала ими сама Чхон Сон Хи — будущая преемница титула.

Любой адепт Чёрных Кулаков был мастером, с которым обычному воину не совладать. Когда они явились все разом, давление стало столь удушающим, что трудно было даже дышать. К тому же их взгляды были остры, словно они уже вступили в битву.

Чёрные Кулаки выстроились на тренировочной площадке, а Король Кулачных Демонов проследовал к Гём Уджину:

— Приветствую, Владыка Культа.

— Прибыл-таки. Поздравляю. — Гём Уджин поздравил соратника с достижением новых высот мастерства.

Король Кулачных Демонов почтительно сложил свои огромные кулаки и склонил голову:

— Благодарю.

Этого было достаточно. Ему не нужны были слова, чтобы понять: Гём Уджин поздравлял его от чистого сердца. Эти двое понимали друг друга без лишних речей. Жители Деревни Мага наблюдали за ними, затаив дыхание. Лишь сейчас они осознали, что человек, стоящий в отдалении, и есть Владыка Культа.

Видя Гём Уджина и Короля Кулачных Демонов плечом к плечу, Сыма Мён невольно вспомнил их молодыми. Образы юных воинов из прошлого наложились на их нынешний облик.

В этот момент здесь появились другие практики. На сей раз жителей Деревни Мага раздавило присутствием иного рода. Если перед Королем Кулачных Демонов и Железными Кулаками они застыли в немом восторге, то сейчас от страха захлопнули рты и лишь сглатывали слюну. Вновь все взгляды приковал к себе лидер. То был изящный юноша с невероятно моложавым лицом, но при этом самый грозный военный фактор сдерживания в Муриме — Король Ядов.

Причем двенадцать ядовитых мешочков у него на поясе на сей раз были вовсе не теми забавными мешочками с животными зодиака, которые он носил обычно. Если те были пугающими в своей нелепости, то нынешние выглядели откровенно зловеще. Каждый был украшен яростным ликом зверей. На крысу с красными глазами было противно смотреть, а тигр, казалось, вот-вот выпрыгнет из мешочка и разорвет любого в клочья. То были ядовитые мешочки, которые Король Ядов надевал только перед большой битвой. Знающие люди по ним одним могли безошибочно определить его настрой.

Следом за Королем Ядов шел Сансон с девятью мешочками, возглавлявший Ядовитых Клыков Леса Тысячи Ядов. Количество мешочков у каждого на поясе разнилось, но здесь были лишь те, кто владел как минимум пятью.

Ядовитые Клыки выстроились в ряд подле Железных Кулаков, а Король Ядов подошел к Гём Уджину. Вопреки обычной отрешенности, он поприветствовал Владыку по-военному четко:

— Приветствую, Владыка Культа.

— Добро пожаловать.

Из-за чересчур моложавой внешности рядом с Владыкой и Королем Кулачных Демонов он казался сыном или племянником, но его мощь ничуть не уступала соратникам. Словно этого напряжения было мало, чтобы сердце разорвалось, в зале возник еще один мастер с подавляющей аурой — Владыка Культа Небесного Ветра. Сейчас перед ними был не толстый старик, обычно мелющий чепуху, а абсолютный правитель Запределья.

Приблизившись к Гём Уджину, он вежливо поклонился и спросил:

— Хочу отплатить вам за всю съеденную пищу. Дадите мне такой шанс?

Гём Уджин кивнул:

— Буду признателен.

Сыма Мён втайне изумился. Тот Гём Уджин, которого он знал, вежливо бы отказался. Он бы сказал, что это внутренние дела Культа, и велел гостю отдыхать. Но по какой-то причине он с легкостью принял помощь.

Следом появился четвертый, чей дух не уступал трем великим мастерам. Мужчина с туго завязанными в хвост волосами и единственным мечом на поясе — Король Меча. Он вышел молча, будучи обутым. Обычно Ак Гунхак снимал обувь при виде Юного Владыки. То, что он не сделал этого сейчас, свидетельствовало о решимости сражаться бок о бок с Небесным Демоном.

Когда Король Меча почтительно сложил руки, Гём Уджин ответил кивком. Пообещав однажды помочь Гём Мугыку, мастер меча был волей-неволей вынужден оставаться в Божественном Культе, пока в нем не возникнет нужды. Стало быть, всё, что происходит в стенах Культа, — теперь и его забота.

Как только все четверо собрались, Гём Уджин отдал приказ Сыма Мёну:

— Зажгите Демоническое Пламя.

— !

Сыма Мён вздрогнул. Он понимал смысл созыва двух Высших Демонов и принятие помощи от Владыки Небесного Ветра с Королем Меча, но Демоническое Пламя? Совсем недавно Владыка заявлял, что не станет этого делать, иначе враг бросится на Юного Владыку, если ставка превратится в цитадель. Спустя миг смятения он наконец осознал.

«А! Владыка намерен лично увести этих четырех грандмастеров из Главного Отделения и встретить врага прямо в Деревне Мага!»

Он наверняка задумал это в ту самую секунду, как позволил эвакуировать деревню. Причем ему было плевать, прознает ли об этом враг. Скорее, он даже хотел, чтобы те узнали: Небесный Демон покинул резиденцию и находится в деревне с малой группой поддержки.

Он заставлял врага сосредоточить весь удар на себе.

Сыма Мён рассудил, что решение Владыки верно. Если враг достаточно силен, чтобы покуситься на резиденцию Культа, и если он рожден под Звездой Небесного Убийства — отправлять против него рядовых бойцов значит плодить ненужные жертвы. Более того, противник может использовать защиту слабых во время боя в своих целях. Если бы Гём Уджин был из тех, кто жертвует пешками ради изматывания врага — крепость была бы лучше, но он не был таким. Нет, он был тем, кто всегда шел в авангарде, если противник оказывался по-настоящему крепок.

Зная Владыку лучше всех, Сыма Мён смиренно принял его волю:

— Слушаюсь. Прошу, предоставьте остальное мне.

Он поймал взгляд Гём Уджина. «Пожалуйста, берегите себя, Владыка Культа». Гём Уджин кивнул и двинулся к выходу. Король Кулачных Демонов и Король Ядов разошлись слева и справа от него. Следом ступали Владыка Культа Небесного Ветра и Король Меча. Когда они проходили мимо, демонические практики и жители Деревни Мага в едином порыве склонили головы.

Сыма Мён кивнул ждавшему неподалеку стратегу:

— Зажгите Демоническое Пламя.

Тот умчался выполнять. И вскоре…

Бум—! Бум—! Бум—!

Тяжелые удары барабанов раскатились по всему Божественному Культу. Из жаровни в руках гигантской демонической статуи вырвались всполохи огня. В тот же миг активировались формации и механизмы по всей территории. Формации раскинулись и вокруг лагеря жителей деревни, оберегая их покой.

Бум—! Ба-дам—! Бум—!

Пока Божественный Культ Небесного Демона превращался в неприступный оплот, пятеро великих воинов, каждый из которых мог перевернуть Срединные земли с ног на голову, шли наперерез судьбе. В иной ситуации Гём Уджин вышел бы навстречу врагу в одиночку. Или же прихватил бы лишь Короля Кулачных Демонов, вспоминая былую славу. Но сейчас он вел свои лучшие силы.

Причиной был его сын — Гём Мугык.

— Мой сын всегда опасался некоего существа.

Теперь Гём Уджин окончательно в этом убедился. С восходом Звезды Небесного Убийства он понял, почему его сын так неистово трудился и стремился стать столь сильным. Каким-то образом мальчишка загодя знал о пришествии этой твари. И четверо мастеров позади лишь согласно кивнули. У них у всех были крепкие узы с Гём Мугыком, и они понимали чувства Владыки как никто другой.

— Раз это существо внушает страх даже такому дитя, значит, и мне не следует проявлять беспечность.

В этих словах сквозила его вера и доверие к собственному сыну. «Раз ты так боялся этого врага, то и я встречу его со всем своим могуществом». Гём Уджин оглянулся на тех четверых. Поистине, то были люди, которые никогда не отступят в бою. Люди, которых оскорбит и само упоминание о втором или третьем месте в подлунном мире.

— Эта битва не ради Культа и не ради Мурима, — произнес он ровным, безмятежным голосом. — Ради моего сына я намерен стереть этого человека с лица земли.