Ты также должен уметь красть сердца.
— Это не я! — резко выкрикнул мужчина, отпрянув, но протестовать было бесполезно.
Лицо на портрете идеально повторяло его собственное.
Гём Мугык снова перевел взгляд на набросок.
— Знаешь, когда я впервые увидел тебя, то сразу подумал: нужно найти того, кто это нарисовал, и выдать ему особую награду. Может, даже отправить в отпуск.
— Нет, вы всё не так поняли! — Мужчина в негодовании отчаянно затопал ногами.
Когда выражение лиц троицы осталось прежним, он в чистом отчаянии забарабанил себя в грудь, а на его глазах выступили слезы.
— Это не я! Мир полон похожих людей, разве нет? Мне нужно возвращаться и спасать младшую сестру. Пожалуйста, вы должны меня отпустить!
Его игра была столь убедительна, что любой другой наверняка решил бы, что совершает ошибку.
Однако Гём Мугык остался непоколебим.
Он указал на строчку текста под рисунком.
— Ох, гляди-ка. Похоже, я что-то упустил, когда читал сведения о тебе. Тут сказано, что ты прекрасный актер и мастер в искусстве обмана. И правда что-то можешь, а?
Там всё было написано черным по белому.
— Разве вы не видели, когда обыскивали меня? У меня не было никакой карты сокровищ.
— Знаю. Ты её уже сжег, так что теперь она вся в твоей голове, верно? У тебя наверняка отличная память, и я готов поспорить, что к запоминанию карт у тебя особый талант.
— Это неправда! Почему вы так со мной поступаете?
— Почему? — Гём Мугык ухмыльнулся. — Потому что это ты.
Он дважды ткнул мужчину в бок.
ТЫК—! ТЫК—!
Эффект последовал незамедлительно.
ПШШИИ—!
Воздух с шумом хлынул в легкие мужчины, и его щуплая детская фигура начала расширяться, пока перед ними не предстал обычный взрослый человек.
Тычки Гём Мугыка казались игривыми, но их цель была совсем иной. Искусство Сжатия Костей было сокрушено, вынуждая вора вернуться к истинному облику.
— Приятно познакомиться, Тхэ Су!
Этим человеком был Тхэ Су, сын Великого Вора Тхэ Гона. Шок от разоблачения уступал лишь ошеломлению от того, что его Искусство Сжатия Костей разбили в одно мгновение.
На этом его потрясения не закончились.
Старик и женщина, сопровождавшие юношу, даже не шелохнулись, когда он трансформировался. Их невозмутимость не пошатнулась даже после того, как раскрылся его истинный облик.
— Дай мне воды, — произнес Демон Клинка Кровавых Небес.
Гём Мугык опустил на землю свой рюкзак и достал бамбуковый флакон.
— Вам нужно пить много воды, чтобы кожа стала лучше. Раз уж она обновилась, надо поддерживать форму.
БУМ—!
В то же взрывное мгновение Тхэ Су рванул вперед. Его боевые искусства были посредственными, но он гордился своим цингуном, считая, что в скорости ему нет равных. Он вмиг растворился на месте. Первый прыжок унес его более чем на шестьдесят метров. Вторым он удвоил это расстояние, преодолев уже сто пятьдесят. Он рассчитывал, что к тому моменту, когда приземлится после третьего рывка, от него останется лишь воспоминание.
«Кто же эти люди, раз они так точно знают, кто я такой!»
Однако стоило ему коснуться земли после третьего прыжка, как из его груди вырвался немой вздох.
— ……
Его глаза расширились от ужаса. Троица стояла прямо перед ним.
Гём Мугык всё так же спокойно протягивал бамбуковый флакон Демону Клинка Кровавых Небес, а тот откупоривал его и прихлебывал воду, будто ничего и не случилось.
«Как, во имя небес?...»
На миг Тхэ Су задался вопросом, не спит ли он или, быть может, видит иллюзию, но сейчас было не время для раздумий.
БУМ—!
Он снова оттолкнулся от земли, вкладывая в рывок каждую каплю своей скорости.
И когда он остановился, троица вновь оказалась перед ним.
— И мне дай воды, — произнесла Владыка Меча Одного Удара, протягивая руку.
Гём Мугык достал для неё другой флакон. Они вели себя так, словно вор никуда и не убегал.
Тхэ Су замер в оцепенении. Ощущение дурноты захлестнуло его. Ему казалось, будто это они стоят неподвижно перед пещерой, а сам мир вращается и меняется вокруг них, но это было не так.
Он отчетливо помнил, как убегал, используя цингун, и это место было совершенно иным. Они не гнались за ним. Они просто оказывались на месте первыми и продолжали заниматься своими делами.
«Насколько же они быстры? Этот малец даже тащит на себе ту здоровенную сумку?!»
И это был не единственный вопрос.
«Как они узнали, что я побегу именно в эту сторону?»
Гём Мугык вернул флакон в рюкзак и закинул лямку на плечо.
— Ч-что… кто вы такие? — пролепетал Тхэ Су, и его голос задрожал, словно он увидел призрака.
Самый юный из призраков улыбнулся и шагнул к нему.
— Люди становятся раздражительными без причины, когда голодны, не так ли?
Небрежным взмахом руки Гём Мугык запечатал меридианы Тхэ Су.
— Хватит бегать. Сначала поедим.
......
В лесу, вдали от Пещеры Десяти Тысяч Путей, пылал костер.
Пока Гём Мугык готовил еду, Тхэ Су сидел с заблокированной ци, не сводя глаз с каждого его движения.
«Это наверняка прелюдия к пыткам. Они бы не стали останавливаться ради трапезы в такой момент. Должно быть, они подмешали в еду сыворотку правды. Или, быть может, это яд, который они используют для угроз. Они не могут заставить меня есть силой, ведь я могу попытаться убить себя или уйти в такой отказ, что скорее сдохну, чем заговорю… значит, таков их план! Заставить меня съесть это добровольно!»
«Да кто они такие, черт подери? Я никогда не слышал о такой троице мастеров в Муриме. При столь уникальном сочетании слухи были бы неизбежны».
Гём Мугык принялся обжаривать овощи и грибы, добавляя соль и секретные специи. Закончив готовку с отточенной быстротой, он разложил грибы по четырем чашам и поднес одну Тхэ Су.
— Вот, ешь, — произнес Гём Мугык, освобождая вору одну руку, чтобы тот мог есть сам.
— Я не голоден.
— Ешь сейчас. Чтобы потом не ныл, что хочешь есть.
Гём Мугык поставил чашу перед Тхэ Су и вернулся к рюкзаку. Он вытащил нечто, завернутое в бумагу. Когда он развернул её, взору открылся клочок мха.
Специфический аромат донесся до Тхэ Су, и тот вмиг одеревенел.
«Этот запах… неужели? Сталактитовый мох бессмертных?»
Гём Мугык разделил мох, положив порции только в свою чашу и чаши двоих Высших Демонов.
— Он слишком пресный, чтобы есть его отдельно, но так должно быть в самый раз.
Тхэ Су округлил глаза. Это была чистая правда. Сталактитовый мох бессмертных славился своей безвкусностью.
«Быть не может. Неужели он настоящий? Быть не может. Ни за что на свете они бы не стали просто так мешать Сталактитовый мох бессмертных в обычное блюдо из грибов, верно?»
Тем не менее вид и запах были неоспоримы. Как вор, он досконально изучил бесчисленное множество чудодейственных трав.
«Нет, это невозможно. Сталактитовый мох бессмертных — легендарное сокровище. Быть того не может, и троица никогда не стала бы делить нечто столь драгоценное. О, теперь я понял! Они пытаются взять меня на мушку».
Он был уверен, что это приманка. Если они втроем будут это есть, притворяясь, что это подлинник, он может соблазниться и тоже съесть свою порцию.
«Этот мох наверняка подделка, сдобренная ядом или сывороткой правды, а сами они наверняка уже приняли антидот».
Гём Мугык посмотрел на него, подцепил мох из своей чаши и предложил:
— Хочешь немного?
«Так я и думал. Всё идет в точности по моему сценарию», — Тхэ Су внутренне усмехнулся и покачал головой.
— Я пасую.
Гём Мугык притворно удивился.
— А ты непрост, раз отказываешься от такого. Потом ведь локти кусать будешь.
Тхэ Су лишь фыркнул. Сталактитовый мох бессмертных не мог быть настоящим. Будь это так, они бы никогда не предложили им поделиться.
Демон Клинка Кровавых Небес сравнил мох в своей чаше с остальными и заметил:
— Похоже, моя порция — самая большая.
В его миске и впрямь было больше всего мха.
— Вам кажется, — ответил Гём Мугык.
— ......
Разумеется, Демон Клинка Кровавых Небес понимал: Гём Мугык отдал ему лучшую часть.
Владыка Меча Одного Удара, сидевшая напротив, взглядом велела ему принять дар и приступить к трапезе.
— Просто ешь.
— Никогда не думал, что буду поглощать нечто столь ценное вместе с какими-то грибами, — промолвил Демон Клинка Кровавых Небес.
— Как говорится: всё, что попадает в рот, должно поедаться с аппетитом, тогда и для тела будет польза, верно?
Троица принялась за еду.
— Это вкуснее, чем я думала, — довольно произнесла Владыка Меча Одного Цветка.
Демон Клинка Кровавых Небес кивнул в знак согласия, и вот так, буднично, они прикончили весь Сталактитовый мох бессмертных.
Закончив трапезу, они молча уселись и начали циркулировать ци. Когда они закончили, свет в их глазах стал глубже. Этот мох славился способностью восстанавливать жизненные силы и даровать долгое, крепкое здоровье.
— Ты выглядишь даже моложе, чем до того, как поел, — заметила Владыка Меча Одного Удара.
— Правда? — Гём Мугык обнажил меч, используя его как зеркало. — Я что-то не замечаю.
Однако разница определенно была. Две поглощенные чудодейственные травы стали огромным подспорьем для Гём Мугыка, но еще большим благом они обернулись для Демона Клинка Кровавых Небес и Владыки Меча Одного Удара.
Демон Клинка Кровавых Небес молча взирал на собственное отражение в отполированном лезвии дао. Внезапно он произнес слова, которые, возможно, ни разу не говорил за всю свою жизнь:
— А ведь это весело.
Владыка Меча Одного Удара в шоке уставилась на него. Она, как никто другой, знала, что он не из тех, кто склонен к подобным излияниям чувств, и понимала всю глубокую значимость этих слов.
Что ответит на это Юный Владыка?
Ответ Гём Мугыка был прост:
— Мне тоже весело.
Владыка Меча Одного Удара не произнесла этого вслух, но и она наслаждалась моментом. То была радость, которой она не чувствовала уже очень давно.
Наблюдая за ними, Тхэ Су ощутил, как в его душе зашевелилось странное чувство.
«Да что не так с этими людьми?»
Они вели себя так, будто и впрямь съели Сталактитовый мох бессмертных, и теперь напрочь его игнорировали.
Тхэ Су осторожно спросил Гём Мугыка:
— Что вы теперь собираетесь со мной делать?
Гём Мугык ответил не колеблясь:
— Мы вместе найдем Могилу Мечей.
«И кто же это решил?»
Тхэ Су внутренне негодовал, но продолжал ломать комедию и отнекиваться до последнего.
— Вы правда всё не так поняли. Я оказался там случайно. Я тренировался ориентироваться в этой сложной пещере и практиковал Искусство Сжатия Костей.
Гём Мугык улыбнулся и снова выудил из одежд портрет.
— Ты и понятия не имеешь, сколько усилий и скольких людей потребовалось, чтобы этот листок бумаги попал ко мне в руки, не так ли? Эта информация пропитана тяжелым трудом десятков специалистов, которые посвятили свои жизни одному делу. Людей, которые во много раз умнее и тебя, и меня.
Двое Высших Демонов слушали это, думая про себя: пусть всё сказанное Мугыком — истина, есть одно исключение.
«Они вовсе не умнее тебя».
Именно поэтому им было безумно любопытно увидеть, как Гём Мугык выведает местоположение карты сокровищ.
— В данной ситуации тупое отрицание — худшая из возможных стратегий, — продолжил Гём Мугык. — Оно лишь заставляет противника смотреть на тебя свысока, мол: «А, этот парень способен лишь на жалкие уловки». Ты ведь не такой, верно? Здесь черным по белому написано, что ты другой человек.
Тхэ Су долго всматривался в лицо Гём Мугыка, прежде чем окончательно сменить тактику. Он осознал, что слепое упрямство здесь не сработает.
— Твоя правда, — признал он. — Карта у меня в памяти. И не только координаты сокровищ, но и то, как попасть внутрь через настоящий вход, а не ловушку-пустышку, и как миновать механизмы внутри. Я единственный в мире, кто это знает.
Это было лишь наполовину правдой. В жизни до регрессии Гём Мугык бывал внутри Могилы Мечей. Однако он шел туда не за сокровищами, а потому не знал внутреннего устройства в деталях. Он ходил туда, чтобы встретиться с одним человеком.
Гём Мугык молча уставился на Тхэ Су.
Тхэ Су напряг живот и выдержал этот взор, отказываясь отводить глаза. Он ощущал странную эмоцию, исходящую от ясного взгляда, прикованного к нему.
«Почему он так на меня смотрит?..»
Демон Клинка Кровавых Небес, наблюдавший за ними двумя, отправил послание Владыке Меча Одного Удара.
[— Если мы просто изобьем его, он выложит всё.]
Владыка Меча Одного Удара добавила свои мысли.
[— Или будем отрезать ему пальцы, один за другим.]
Демон Клинка Кровавых Небес ответил странной усмешкой.
[— Юный Владыка и не догадывается, что ты из тех, кто может ляпнуть подобное, а?]
[— Пусть это останется между нами.]
Едва заметная довольная улыбка коснулась губ Демона Клинка Кровавых Небес от её слов.
Как бы то ни было, Гём Мугык не стал бить Тхэ Су и не взялся отрезать ему пальцы.
ЗВЯК—!
Вместо этого он обнажил Чёрный Демонический Меч.
— Пожалуй, такому месту, как Могила Мечей, лучше навсегда остаться тайной Мурима.
Он стремительно вскинул лезвие.
ХВЫЩ—!
Без капли колебания Гём Мугык обрушил меч резким взмахом, целясь точно в шею Тхэ Су.
— Стой! — заорал Тхэ Су.
Меч замер в опасной близости от его горла, лишь слегка задев кожу.
КАП—
Струйка крови стекала по едва заметному разрезу.
Глаза Тхэ Су округлились от смеси страха и удивления.
«Этот чокнутый ублюдок и впрямь пытался меня убить».
— Если ты убьешь меня, ты тоже сдохнешь.
— С чего бы это?
— Ты ведь знаешь, кто мой отец? Тхэ Гон, величайший вор своего времени. Если я умру, мой отец обязательно отомстит. Нет никого, кого бы он не нашел, и места, куда бы он не смог проникнуть. Он бесшумно проскользнет в твои покои, пока ты будешь спать. Будет бесполезно, как бы глубоко ты ни прятался.
Уголки губ слушающих Высших Демонов поползли вверх. Им было безумно интересно, как изменится лицо этого воришки, если он узнает, что это за «место».
Гём Мугык ответил на угрозу собственной:
— Ну, тогда мне просто придется сначала позаботиться о твоем отце.
Тхэ Су на мгновение оторопел, но быстро вернул себе самообладание.
— Тебе никогда не найти логово моего отца.
— Да, это будет непросто, но и не невозможно. Сначала я распущу слух, что карта сокровищ Могилы Мечей именно у Тхэ Гона. Бесчисленное множество людей бросится на его поиски. — Гём Мугык вскинул портрет. — Я использую свою информационную сеть, чтобы узнать о нем абсолютно всё. Я даже добуду его портрет и разошлю его по всем Срединным землям.
— !
— И тогда, когда твой отец, разъяренный всем этим, сам придет за мной, я легко с ним расквитаюсь.
Угроза Гём Мугыка была конкретной и детальной — она попала в цель. Когда Тхэ Су не нашел что возразить, Мугык убрал меч.
— Разве я не говорил тебе есть? Твоя голова совсем не варит от голода, раз ты скатываешься до таких неуклюжих угроз. Сейчас не время для запугивания. Сейчас время заключать сделку. Ты должен спрашивать меня, что я дам тебе взамен, если ты раскроешь местоположение сокровищ.
Немного подумав, Тхэ Су спросил:
— И что же ты мне дашь?
— Всё зависит от того, что там окажется.
— Как я могу быть уверен, что ты оставишь меня в живых, когда мы доберемся туда?
Гём Мугык слабо рассмеялся.
— Я верю, что человек, мечтающий стать величайшим вором своего поколения, не должен уметь красть только вещи.
Тхэ Су вздрогнул. Эти слова ударили его с силой физического толчка, ведь именно эту фразу так часто повторял ему отец — без единого измененного звука.
«Чтобы стать величайшим вором, ты также должен уметь красть сердца».
— !
Выражение истинного шока промелькнуло на лице Тхэ Су.
«Это просто совпадение?»
Но то не было совпадением. В своей жизни до регрессии Гём Мугык слышал это из уст самого Тхэ Гона. Тот человек, с которым он встретился много лет назад в Могиле Мечей, был ни кем иным, как отцом Тхэ Су.
— Ну так что, — произнес Гём Мугык. — Попробуй украсть мое сердце по пути туда.