ОТКРОВЕНИЕ

Войн парой взмахов разрубил идущие на него лозы, а после без всяких церемоний вонзает в Эшли меч.

- Как же ты меня задрала своим грёбаным бредом! - кричит Виктор, стараясь располовинить противницу. - Называешь меня мудаком, а сама та ещё тварь!

Окутав отростками меч и руку воина, дайманка грубо вырывает из себя опасный предмет, после чего швыряет парня в разрушенную статуя Бога знаний, большим обломком от которого тот сразу воспользовался.

Эшли торпедой разрушила кусок камня, а затем схватила Война за горло, давя на его прочную шею острым шипом.

- Как ты смеешь меня так оскорблять, когда сам меня обманул! - разгневонно отвечает Эшли на обвинении бывшего друга.

Отбросанный меч Война притягивается к владельцу, попутно сделав надрез на руке злодейки. Вскоре эта рана становится больше, из-за чего вся рука сваливается на землю.

- А я что, не прав? Ты без угрызения совести устроила бойню в городе моча всех подряд лишь бы достигнуть своего!

- Всё это оправданно! Они заслужили свою жалкую участь!

Эшли продолжает свои попытки устроить Виктору мощное кровотечение.

- Офигенное оправдание, прямо отличное, - саркастически говорит Войн. - Уверен Корсал бы оценил.

В бешенстве дайманка хватает рядом лежащий грузовик и отправляет его на голову великому. К несчастью для неё, он успевает увернуться и заодно вмазать ей по роже, что ни на каплю её не утихомирило.

- Забавно это слышать от урода, обманувшего меня!

Озверевшая девушка даёт воину ответный удар, откинувший того в стену порушенного дома из которо ему почти удалось выбраться, но Эшли схватила его за голову и стала вдавливать в пол. Виктор пытался разрубить ветви, однако она сменила расположения отростков, тем самым существенно усложнив ему задачу.

- Серьёзно, зачем ты это делаешь? Нахера защищаешь этих людей? Почему ты не хочешь отправить в ад ублюдков, разрушивших наши жизни? - стиснув чёрные зубы, спрашивает дайманка. - Не думала, что ты полюбишь церковников.

- Да насрать мне на церковников!

Виктор частично вырывается и даёт гадине по морде, откидывая её от себя достаточно далеко, чтобы полностью освободиться от всех оков.

Встав в боевую стойку, Войн накидывается на Эшли двумя мечами, но вскоре его напал заметно гаснет и не без причины. Вместо перекорёженного от гнева лица девушки, он увидел её реальную растерянность и непонимание, вызывающий у него самого растеряннось.

- Я не понимаю? Тогда почему ты их защищаешь?

Дайманка не пыталась атаковать, однако Виктор всё равно оставался на чеку, готовясь продолжить драку.

- Я не хочу этого делать. Богом клинось, если бы я предвидел весь этот кашмар, то без везкой причины в жизни бы сюда не припёрся. Но... Но я тут... И тупо стоять в сторонке не могу, зная что способен сделать хоть что-то.

Осмысливая сказанное, Эшли нервно бросает свой взгляд то тут то там перед тем как что-то сказать.

- Ты больной? Ты реально не хочешь убить ублюдков из-за которых мы сюда попали?

- Ооооо нет... Ещё как хочу. Чёрт, ты даже не представляешь насколько сильно я хочу расквасить рожи уродам, превративших мою жизнь не весь что... Однако я не хочу превращаться в чёкнутого психопата, творящего любые ужасы, оправдывая всё своей непростой жизнью.

- Секундочку, ты намекаешь, что я чёкнутая психопатка?

После всех принесённых Эшли разрушений и всех садиских поступков направленный на неё взгляд Виктора наполнился эмоцией: "ты это серьёзно?".

- Да, - котортко и ястно отвечает парень.

- Нет... Нет... Нет... Харе врать, я не плохая, - отрицая истину говорит перерождённая.

- Не сы мне в уши. Где это видано, что хороший человек с садистким удовольствием натравливает кровожадных монстров на целый город?

- Это было необходимо! Другого способа устроить переполох попросту не было!

- Сомневаюсь что это реально был единственный способ, но допустим. Тогда нахрена ты пыталась грохнуть Барселя?

- Я хотела заставить его мерзкого папашу страдать, за приченённое им унижение в Щолоке.

После недолгой паузы Виктор отвечает:

- То есть ты собиралась убить в целом неплохого парня, чтобы отомстить его отцу за то, что он тебя отмудохал? При чём по сути когда ты сама спровоцировала конфликт, вторгнувшись на охраняемый им объект?

- И что с того? Я хотела бы сама с ним разобраться, но так как у меня пока нет этой возможности, метод с убийством его сынка неплохая атернатива. А возможно даже и более луччшая. Только предствавь с какой болью он будет опалакивать своего сына, когда узнает…

Вдруг Эшли резко замолкает застыв в своей надменной позе с залитым шоком глазом. В одно мгновения она поняла насколько безумно звучат её слова, что потихонечку выводило ту из колеи.

- Ну что, оправдания кончились? - грубым голосом язвит Виктор.

Войн уже приготовился к следующему этапу боя, который уже больше казался его окончанием.

С каждой новой секундой вся надменность и злость дайманки стала стекать как вода, оголяя острые скалы жуткой правды. Дыхание девушки становилось всё более частым, а её веки так сумели раскрыться, что казалось ещё чуть-чуть и оставшийся глаз вылетит из орбиты.

Эшли начала оглядываться по сторонам, рассматривая каждый труп, каждое кровавое пятно и каждое разрушенное здание, что ей попадалось. Только недавно она даже не придавала этому значения, но сейчас, глядя на всё это её быстро начал охватывать ужас.

Сначало Виктор думал, что девушка притворяется, однако вскоре понимает насколько всё серьёзно.

С невероятно паническим лицом, Эшли хватается за голову, издавая беззвучный крик. До неё наконец дошло какой трендец она сотворила, сколько звервств наворотила. Быстрыми темпами, вместо оправданий и лилеинея себя любимой, девушка начинает проклинать саму себя, называя монстром.

Эта картина заставила Виктора отпустить оружия и посмотреть на неё совершенно иначе. Она дрожала, сдерала собственными когтями свою кожу всё больше и больше ненавидя себя. Потеряв бдительность, парень уже собрался к ней подойти, но внезапно дайманка вновь выражает злость и призрение в его сторону, называя того обманщиком и лжецом.

Казалось, что зловещая дама наподёт, однако этого не произошло. Вмиг она с дрожащим голосом снова стала проклинать себя, потом захотела разорвать великого, а потом вновь возвратилась в нервное состояние. Каждая её фраза и по-смыслу и по тону противоречила предыдущей, делая из неё сумашедшую, чьё безумие разрушало тело и разум. При чём тело реально разрушалось.

Без сосредоточения недавнее усиление стремительно проявляло своё пагубное воздействие на организм. Каждая переплетающаясяя ветвь потихоньку расплеталась будто бы винок, чьи лозы шелушились как осенние листы деревьев.

Испугавшись за здоровье дайманки, Виктор просит её сосредоточиться, но всё бестолку. Она никак не реагировала на слова воина до одного момента.

Когда тело Эшли истощало, она с полной горечью слёз посмотрела в глаза человеку, которого всей душой хотела убить, после чего всхлипывая сказала:

- Прости... Прости, Виктор... Я ужасный человек... Я... Про... Прости...

Видно было что каждое новое слово приносило ей боль, но та продолжала в слезах извиняться, пока раны всё-таки не сделали своё дело. Сказав последнее прости, Эшли падает за мертво и рассыпается прямо перед тем кого ещё будучи в адеквате называла другом.

Глядя на оставшуюся от девушки кучу переломанных ветвей, Виктор ощущал не облегчение и не радость победы, а грёбаную пустоту.

Парень знал какой добродушной девушкой была Эшли, как она хотела вернуться домой, но к несчастью на своём пути эта дура спятила, превратившись в жестокую тварь. Он всё это осознал как только узнал о её планах и, считая, что той простушки больше нет, был готов убить стоящего перед ним монстра. Однако в той сумасшедшей ещё была та самая Эшли. Эшли, которая благодаря обычному разговору смогла пробиться на свет.

Битва могла закончиться на том, как один воин приводит в себя девушку, ревущую от осознания какой трендец сотворила, но этого не произошло, ведь такой момент перестал быть возможен как только она поглотила энергию королевы исчадий.

Стоя над трупом, Виктор долго думал, как могло всё пойти, если тогда бы он не струсил в катакомбах и попытался банально вразумить Эшли. В его голове пролетало много возможных развития событий, которые были абсолютно бесполезны, потому что прошлое не воротишь.

Обмазговывая произошедшее, Войн вздыхает как школьник над сложной задачей и бросает свой взор по сторонам. Увидя труп исчадия, он резко вспоминает про Файрил , на которую бежала целая толпа таких чудовищ, что зарядили его дух волнением за жизнь девочки.

Следуя по следам недавней разрушительной битвы Человек, несущий войну, со всех ног помчался на помощь. На самом деле мог существовать путь покороче, но тот его не знал, потому и пошёл по своим следам, что имело свои плюсы. По пути парень умудрился захватить свой прочный плащик.

Приближаясь к нужной точке, Виктор готовился к худшему и когда наконец прибыл он увидил настоящий кровавый ковёр, которому было ни конца ни края. И что самое странное, на нём спокойно восседал Барсель, который подзывал к себе офигевшего Война.

Это место было так обгажено трупным добром, что шагая по нему Виктор скорее очищал, нежели разводил кровавые массы, от которых уже начанало нести.

- Здаров, ты вовремя. Я тут как раз прикидывать начал, какое теперь меня место ждёт среди Великих. По-твоему, на сколько пунктов в рейтинге я поднимусь? - говорит Барсель, подходящему товарищу.

- Ну с таким отношением думаю тебя ждёт повышение на минус пять, - саркастически отвечает Войн.

- Благодарю, сир Войн, но я не достоин такой чести, - наигранно язвит Барсель. – Её больше заслуживают те лохи, которых мы нагнули.

Гордец на радостях заржал. Его смех был настолько заразителен, что даже хмурый Войн невольно усмехнулся.

На самом деле выход без погивших среди троих из такой масштабной битвы достойно радостных возглосов. Такая победа могла ещё сопроводиться пятюней двух великих, если бы ноги одного из них могли держаться.

Попытавшись встать, Барсель мордой вниз падает на ошмётки чудищ полностью покрываясь их вонючей кровью.

- Что это с тобой? - обеспокоено спрашивает Войн.

- Успокойся, у него просто перенапряжение или что-то типо того, - объясняет состояние воина, рядом стоящая Файрил.

- Чёрт, его опять траванули?

- Нет. Чтобы меня спасти он двигался с сумасшедшей скоростью, выматывая себя по полной. Вот, теперь он даже стоять не может.

- Да нет, всё я могу, - внезапно отвечает Неистовый клинок, валяясь в мясной луже.

Отказываясь от предлагаемой помощи, Барсель со всех сил пытался встать. Сначало один раз, потом два, а потом смирился и склоня голову её попросил.

Войн помог гордецу снова сесть.

- Спасибо... - Барсель стерает со своего лица вонючее мясо. - Как у тебя всё прошло? Удалось прикончить ту сумасшедшую?

Услышав неприятный вопрос, Виктор отводит взгляд, тем самым наводя великого на одну догадку.

- Она чё, сбежала? Зашибись... Ну, хотя бы армии её лишили.

- О нет, нет... Она мертва и так мертва, что не восстановится...

Барселя обрадовало, что со всеми угрозами наконец было покончено. С самого начала заварушки он был в напряжении, которое теперь спало, а и с ней его бодрасть, которую оно поддерживало. Слегка успокоившись, великого стала одолевать усталость и хотя тот пытался сопротивляться, ему не удалось перед ней устоять.

Файрил и Виктору только и оставалось смотреть как сражавшийся без продыху мечник падает на землю. К счастью это не был момент с гибелью как в фильмах, потому те оставались спокойны, и что самое главное их долгожданному разговору ничего не мешало.

- Так, мелочь, теперь, когда со всеми проблемами покончено, ты можешь мне объяснить на кой хрен эти ненормальные устроили такой трендец и нахрена ещё вы сюда припёрлись? - в грубой форме задаётся вопросом Войн.

Девочка отводит взгляд в сторону и нервно ёрзается.

- Колись уже. Ты мне обещала.

Обдумывая как поведать всю нужную информацию, чтобы не возникало лишних вопросов, Файрил решает начать издалека.

- На самом деле существует несколько группировок перерождённых и практически всех их больше не существует. Ну кроме двух. Первую возглавляет Ходр, а вторую какой-то то ли маг то ли ещё кто... Не знаю...

- Ясно. И кем является этот "то ли маг"? Он вообще сильный?

- О, ещё какой сильный и очень жестокий. Если Ходр пытается сделать всё по-тихому и без лишьних жертв, то он же готов хоть страну сжечь.

- Стоп, он уничтожил страну?!

- Нет, но это не первый город, который он раздолбал, - девчушка указывает на разрушения. - Соратничков он собирает соответствующих, а если и берёт нормальных, то проводит с ними "корректировочки".

Вспоминая весь произошедший за сегодня кошмар, перерождённые в какой-то степени радовались гибели тех психов, и зря. Из-за того, что один здоровяк забыл о ещё двух маньяках, те беспрепятственно хреначили бедную Варю.