ПРЕДАТЕЛЬ

Группа солдат Борлории кончали с последним бродящим по улице исчадием, тем самым давая возможность выжившим безопасно выйти наружу.

Во время расправы с монстром один боец случайно забрызгал кровью упавший бежевый флаг со знаменем Страны двенадцати богов. Рука, держащая светящуюся сферу.

- О боги, — с ужасом говорит провинившийся солдат, — простите, командующая. Я этого не хотел. Я...

- Да успокойся, неовозник, — резко, но мягко говорит командующая. — Я сомневаюсь, что кому-то будет дело до испорченного флага.

- Вы уверены? Осквернение флага — очень серьёзное преступление...

- Успокойся уже. Сейчас особый случай, но лучше не распространяться об этом, чтобы, не дай боги, на перевоспитание не отправили.

- Слава богам. Я-то успел десять раз с жизнью попрощаться.

Вскоре в бойца на бешеной скорости падает Войн, оставляя под собой кровавое месиво.

Под указом шокированной командующей все присутствующие солдаты наставили свои винтовки на великого, приказывая тому сдаться. Однако вместо этого он просит их всех бежать. Бежать как можно быстрее и как можно дальше.

Группа зачистки недогоняла, о чём говорит тот бугай, а потом так поняли, что сердце в пятки ушло.

Неподалёку от солдатишек на остатки квартиры с грохотом приземлилась двухметровая женщина, будто вышедшая из фильма ужасов. И она была зла.

Не успели солдаты навести на дайманку дула винтовок, как их шлемы вместе с черепами были проткнуты отростками. Лишь благодаря помощи великого командующей с парочкой бойцов удалось избежать этой участи.

- Чё встали?! Бегите! - гавкнул Войн на непутёвых солдат.

Забыв о долге, вся оставшаяся группа, сверкая пятками, поспешила спасать свои жизни, пока один здоровяк пытался справиться с сумасшедшей барышней, взгляд которой будто прожигал ему броню.

В одно мгновение Эшли, как гоночный автомобиль смерти, настигла Виктора и стала бить его своими когтями, пуская повсюду искры. Она вела себя не как человек, а скорее как бешеный зверь под жёсткой дурью, что выражалось в её ударах.

Махаясь своими орудиями смерти, враги мотали друг друга из стороны в сторону, снося всё вокруг. Дороги покрывались ямами, стены ломались, а стоящие неподалеку люди разлетались на куски, покрывая кровавыми ошмётками и без того запачканные улицы.

Во время попытки пронзить голову Эшли, она увернулась и врезала Войну по лицу, отправив его в воздух.

Пользуясь своими отростками, обезумевшая дама окутала ногу великого, после чего протащила того через несколько домов, ломая целые квартиры и жизни.

Оказавшись на открытом пространстве, воин обрезает ветви, а затем на своих цепях устремился к ней, чтобы врезать. Та также направилась к нему и, как и он, совершает задуманное.

Враги ударили друг друга прямо в воздухе, но именно Виктору удалось занять верхнюю позицию, что помогло ему вдарить дайманку в землю.

От атаки асфальт под ними продавился, а обломки на пару секунд будто бы получили иммунитет к гравитации.

Разумеется, это не остановило злодейку. Находясь на земле, она выпустила из себя сотни шипастых отростков, которые пустили парню крови.

Чёрные доспехи заметно износились. В них появилось много трещин, вмятин и пробоин в менее укреплённых местах. У Эшли же с защитой всё было в порядке.

Войн осознавал, что продолжаться так далее не может и нужно что-то делать. Первым делом он собрался перенаправить разрушительное сражение в менее людное место, ведь происходящая битва мало того, что губила инфраструктуру, но и забирала жизни людей. Причём очень жестоким образом. Для этого Виктор решил, воспользовавшись безумием его, однако тактика не проканала.

Как только он начал уводить её от жилых районов, Эшли сразу окутала его ветвями и закинула в рядом находящийся многоквартирный дом. Там они ко всем хренам всё раздолбали, из-за чего вместе с жильцами здание сложилось как карточный домик. Однако перед этим враги вылетали из окна, вцепившись в друг друга, как два диких волка. Ну точнее Эшли, используя ветви, вцепилась в воина, как дикая волчица, когда же он изо всех сил пытался от неё отцепиться.

Крутясь как лопасти вертолёта, противники с размаху влетают в перевозящий очень взрывоопасные вещества грузовик. Взрыв произошёл незамедлительно и так мощно, что ударная волна сбила убегающих людей с ног.

Все, кто был рядом с цистерной, погибли в языках пламени, кроме двух перерождённых, которые, будто находясь в пучине ада, пытались друг друга убить.

Никто из них не планировал прерывать обмен ударами выходом из огня. Первому он не приносил вреда, а второй просто было насрать на возможный вред, потому они бились как демоны, пока одна не выбила другого.

Эшли жёстко прислонила голову Война к земле и стала бежать вперёд, терев воина об асфальт.

С замутнённым зрением от поднимаемой пыли Виктор парой движений обламывает руки маньячка как старую ветку и кувырком отдаляется от неё. И всё бы удалось, если бы дайманка не схватилась за его плащ, по крайней мере так она думала.

Стоило чёрной накидке затянуться, так она отсоединилась от брони великого, после чего он ловко замотал противницу как шаурму.

Сумасшедшей дамочке не сразу удалось вырваться из плена, так как плащ обладал огромной прочностью. Однако он не был удароустойчив, потому парень успел без особого сопротивления несколько раз хренакнуть ей по тыкве.

Когда Эшли всё же удалось освободиться, она, проклиная предателя, накинулась на него, окутав его руки отростками.

Можно было подумать, что Человек, несущий войну, был обезоружен, но тому удалось найти решение проблемы, ведь он умел работать головой. Буквально.

Будто бы не думая, Виктор сразу стал бить своей головой в морду чертовки, и ещё, и ещё. Потихоньку дайманка стала пускаться к земле, пока воин всё бил и бил её качерышку.

Вскоре хватка ветвей вовсе исчезла, а лицо красавицы превратилось в кашу.

После долгой битвы Виктор, стирая со своего лба свежую кровь, встаёт в полный рост и смотрит на результат своей работы. Оно его ни радовало, ни печалило. Всё, что он чувствовал, это облегчение, что это безумие закончилось. Как оказалось, на пару секунд.

Внезапно вроде безжизненный глаз с яростью посмотрел на воина.

Нехило обосравшись, Войн пытается как можно скорее добить противницу, но не успевает. Востановившись, как новый пугающий цветок, Эшли продолжила ужасающую битву.

И, как в одном месте кровопролитие продолжается, в другом оно заканчивается.

Последним взмахом меча Барсель полностью кончает последнюю нападающую тварь. Их было много, очень много, но тому, не без помощи кое-как оклемавшейся девчушки, удалось покончить с оравой за рекордно короткий срок.

Естественно, данный подвиг не прошёл без последствий на организме гордеца, и тот уже еле держался на ногах. Он хотел куда-нибудь присесть, но куда он ни посмотрел, повсюду кровавые кучи.

Файрил заметила трудности своего спасителя и организовало ему местечко. Она накрыла одну из туш куском своей отслоившейся кожи, и, хотя это было мерзко, Барсель всё равно сел.

- Давненько я себя так не изнурял, - уставше говорит великий. - Вроде монстрики не шибко сильные, но когда идут толпой...

Израненная девочка сжирает своими зубастыми отростками трёх дохлых монстров, после чего с большим трудом отращивает крылья и собирается взлететь.

- Эй, летяга, куда собралась? - останавливает Файрил Барсель, хватая ту за хвост. - К Войну что ли намылиться решила?

Девочка тут же отвечает:

- Естественно. Ему сейчас нужна помощь.

- И сколько помощи может дать измождённая девчонка в битве с сумасшедшей бабищей? Будь она в своей первоначальной форме, это куда ни шло, но сейчас... Боги, она тебя размажет.

- Лучше сделать хоть что-то, чем ничего.

В нашей ситуации правильней сказать: если ничего не можешь сделать, не делай.

Девчушка не поняла смысла фразы, потому Барсель стал всё ей разъяснять.

- Посмотри на нас. Я стоять нормально не могу, а ты еле двигаешься. Думаешь, что от таких бойцов будет прок в бою? Поверь, как только мы влезем в эти разборки, тут же задачи Война расширятся нашей защитой.

Файрил думала возразить, но когда, несмотря на выпитые регины, она в сопровождении с ужасной болью блеванула кровью, у той кончились аргументы.

На самом деле девчушке было противно, что у неё никак не получится помочь Войну, и не ей одной. Барселя также бесил этот расклад, ведь тому приходится уже во второй раз оставлять освоено-спасителя разбираться со всем самому.

- Мне самому это не нравится, но посмотри на всё это с другой стороны. Мы лишили эту гадину всех своих слуг, и Войну будет гораздо проще её убить.

Файрил не поверила словам великого, ведь исчадий в этом городе немыслимое количество, на что тогда он попросил её оглядеться. Вскоре девчушка поняла весь масштаб устроенной ими бойни.

Куда ни посмотри, всюду лежали трупы монстров. Они валялись везде: на дорогах, на крышах, даже друг на друге, создавая кучи. Вся территория осеивала столько тушек дохлых тварей, что было легче найти хотя бы одно чистое место, чем сосчитать всю эту ораву.

Глядя на всё это, Барсель в шутливой манере сказал, что вонища здесь скоро будет знатная, что шуткой не являлось. Здесь действительно скоро будет стоять адская вонь.

Думая об этом, Файрил ощутила огромное отвращение, но она всё равно стала уплетать порубленное мясцо.

- Думаю, их битва не продлится долго, - с задумчивым видом заявляет Барсель.

Девчушка прерывает свою трапезу и в ужасе спрашивает великого:

- Ты думаешь, что Войн умрёт?!

- Вряд ли, мужик он крепкий, как минимум живым уйдёт.

- Тогда почему ты думаешь, что битва скоро закончится?

Барсель упирается рукой о своё колено.

- По логике, эта ненормальная должна была сражаться на полную, как только руки лишилась, однако она этого не сделала. Учитывая, что для апгрейда ей хватило бы трупа королевы, означает, у этой силы есть отдача.

- С чего ты это взял?

- Я встречал разных типов различной степени мощности и смело могу сказать, если противник, стоя на пороге смерти, неожиданно вырубает огромную силу, то зачастую у неё есть своя ужасная цена.

Какой у силы не была цена, она была большой, раз уж Эшли могла с пулевой скоростью хлестать своими отростками, режа всё как раскалённый нож масло. Ну не считая одного здорового воина, умудряющегося отбиваться от атак.

Каждый отрезанный кусок врезался как снаряд из пушки, о чём же говорить о мощи ударов хлыстов, оставлявших на броне повреждения.

Виктор планировал отступить, но Эшли, сыпя на него оскорбления, внезапно приблизилась и стала бить по нему своими когтями. Ему с трудом удавалось устоять, но удар машиной выбил его из колеи.

Атака тачкой заставила Война немного проскользить на своих двоих, а затем дайманка попробовала пробить ему голову пройдённым через салон машины отростком, да не получилось. Виктор вовремя отдёрнул свою голову и врезал этой же машиной по без того отшибленной голове.

Тут же очухавшись, дайманка виртуозно выбралась из обломков и, не уходя с места, бьёт ему по бокам. Тому удаётся заблокировать оба удара, но атаку новообразовавшимися руками отбить не удалось. Этими ручищами он получает урон по верхней части спины, уже начавшуюся покрываться зловещими путами под гневные возгласы перерождённой о его предательстве.

Не собираясь принимать свой конец, Войн хватает Эшли и бежит, как носорог, сбивающий всё на своём пути, только роль рога выполняла одна сумасшедшая особа.

Чтобы отцепиться от мужика, пробивающего ей стены, поехавшая пускала ветви в землю, да только они ломались или вырывались, как корни деревьев, растущие со скалы во время оползня, что было неплохим сравнением, учитывая, как они стали падать с искусственного склона.

Мощь гравитации врагам преодолеть не удалось, потому те кубарем влетели на украшенную трупами дорогу, предварительно отлетев друг от друга в полёте.

Получив недолгую передышку, противники перевели дух, после чего продолжили бой с новой силой.

- Ты даже не представляешь, сколько трудностей мне пришлось пройти, сколько раз мне приходилось ставить на кон свою жизнь, а ты... Ты просто нашёл себе тёплый уголок и решил там засеть, - с гневом говорит Эшли, атакуя Виктора. - Мне стоило догадаться, что ты такой же ублюдок, готовый на всё, когда пошёл за Ходором.

Дайманка весь бой проклинала, обвиняла и оскорбляла парня. Всё это время тот игнорировал всю эту срань, но любому терпению рано или поздно приходит конец. Задолбавшись тупо слушать, он решает сам высказаться.