Человек, несущий войну
ПРОВАЛ

ПРОВАЛ

Человек, несущий войну Том 1.0 Глава 15.0

На базе сектантов царила мрачная атмосфера и гробовая тишина. Поражение сильно ударило по духу людей, но они ободряются, когда возвращается Верховный. Все бегут к нему, чтобы узнать, что делать дальше, но он кричит на них, чтобы те не подходили. У него было далеко не хорошее настроение.

- Сэр, пожалуйста, успокойтесь, – говорит Улгол.

Верховному данный поступок не понравился, и он ударяет её по лицу.

- УСПОКОИТЬСЯ! ВСЁ, ЧТО МЫ ДЕЛАЛИ, ПОШЛО В ТРУБУ, А ТЫ ГОВОРИШЬ МНЕ: «УСПОКОИТЬСЯ»! – яростно кричит Верховный. – ВСЕ СОБИРАЕМСЯ, МЫ УХОДИМ!

Он идёт в главный зал вместе с Улгол и, закрыв дверь, облокачивается об стену, прижав руки к лицу.

- Всё пропало, всё потеряно, – с отчаянием бормочет Верховный. – Все труды, все ресурсы, всё пошло зря.

Его самобичевание прерывает звук шагов, которые сильно его пугает. Он встаёт и глазами находит человека, стоявшего возле трибуны. Это был мужчина в буром капюшоне, куривший сигарету.

- Ты наделал немало шуму, – говорит незнакомец, потягивая сигару.

Верховный берёт себя в руки и делает дружелюбное лицо, однако за всем этим скрывался ужас.

- Господин Шип, что привело вас сюда в такой час?

Этот мужчина достает сигарету изо рта и выдыхает струю дыма.

- Дурака из себя не строй, ты отлично знаешь, почему я здесь, – Шип бросает свою сигару на пол зала и топчет её ногой, после чего смотрит на главаря.

Улгол спрашивает у Верховного, кем является тот мужчина, но он затыкает ей рот и шёпотом приказывает замолчать.

- А, вы про сегодняшний случай, – нервничает Верховный, покрываясь холодным потом. - Да, я поспешил, но у меня не было выбора, из-за одного глупца мне пришлось поторопиться.

Атмосфера стала накаляться, было видно, что Шип был недоволен, хоть его лицо и выглядело невозмутимо.

- Короче, появилась парочка новых деталей, и ты вытворил дурость.

Мужчина отходит от трибуны и приближается к Верховному. Между ними напряжение только возросло, из-за чего даже Улгол становилось страшно.

- А что мне было делать, если бы я не поторопился, нас всех бы поймали, – оправдывается Верховный.

Подойдя к собеседнику, Шип поправляет свои наручи.

- Тебе нужно было послать одного из своих шпионов, которые как раз работали в правоохранительных органах, чтобы кто-то из них замочил того парня, а на случай, если поймают, приказать тому принять яд. Учитывая, какие у тебя люди, они бы запросто это сделали, если бы ты им чего-нибудь наплёл.

Страх у Верховного прошёл на новый уровень, но он всё равно пытался его не показывать, однако это уже было видно.

- План в любом случае провалился бы из-за Война, – главарь улыбнулся и продолжил оправдываться. – Да, именно, он спутал все наши карты!

Шип смотрит ему прямо в глаза. Его взгляд был страшен, будто смотришь в пустоту. Он находился настолько близко к лицу Верховного, что сектант чувствовал запах сигар.

- Мне плевать. Тебе дали отличный план, дали огромные ресурсы, фактически, сделали всё, чтобы спектакль удался, но когда сцена была ещё не готова, ты перешёл к финалу и всё запорол.

Верховный начал дрожать, он понял, к чему всё идёт, и от этого ему ничуть не становилось легче.

- Послушай, ты пообещал нашему боссу, если он поможет, предоставишь ему голову короля, - мужчина стучит пальцем по голове главаря, - но я тут вижу лишь голову сказочного дурака.

Верховный отбегает от Шипа и зовёт своих последователей. Дверь открывается, но перед ним предстаёт не его слуги, а жуткий мужчина в белой маске и красном костюме, державшего в руке нож.

- Наконец-то, я уже думал, что ты не позовешь своих, – говорит он.

Верховный находился в шоке, но это было нечто по сравнению с тем, что он потом испытал. За этим человеком лежало куча трупов, а полы покрылись алой кровью. Он смог убить даже улучшенных, которые остались.

- Знакомься, это Физил, он тоже из Легиона, – говорит Шип.

Улгол падает на пол и ревёт, а Верховный молит, чтобы ему оставили жизнь.

Шип достаёт своё ружьё и, зарядив, ставит дуло прямо в лоб церковника.

- Знаешь, босс сильно расстроился, а он не любит расстраиваться.

- Умоляю, пощадите, – Верховный встаёт на колени прямо перед мужчиной. – У меня ещё много связей, они могут пригодиться.

Эта фраза никак не повлияла на ситуацию. Шип взводит курок своего орудия.

- К сожалению, босс уже решил твою судьбу.

После этих слов неизвестный выстреливает в его лысину. Останки мозга и черепа разлетаются во все стороны, а тело падает, как мешок картошки, на пол.

- Физил, ты избавился от всех улик, которые могли привести к нам? – спрашивает Шип, убирая своё маленькое ружьё обратно.

Физил появляется за его спиной, а потом дурашливо подходит к трупу.

- Я нашёл всё, что смог, и сжёг. Ладно, не прям всё. В той комнате осталось немного зацепок, но вряд ли они уже что-то скажут, – отвечает Физил, указывая на комнату с трупами. – Кстати, улучшенные оказались действительно сильными. Разумеется, я с ними расправился, но мне пришлось заморочиться.

Шип достаёт коробку и что-то печатает на её кнопках, после чего кладёт её обратно в карман.

- Всё-таки улучшенные не оправдали себя. Конечно, они сильны, но затраты на них слишком велики.

Физил замечает Улгол, а затем идёт к ней. Она смотрела на него, чувствуя в нём жажду убийства. Она хочет сбежать, но не может. Маньяк берёт её за волосы и подносит свой нож, чтобы перерезать ей горло, однако Шип останавливает его. Безумцу это не понравилось, поэтому он спрашивает своего коллегу, зачем ей оставлять жизнь.

- Босс попросил взять кого-нибудь собой, чтобы провести один опыт, а эта дамочка показалась мне интересной, – Мужчина машет рукой и потихоньку уходит. – Не стой столбом и забирай её, скоро сюда придут рыцари, а нам лучше не светиться.

Физил вздыхает и идёт за своим товарищем и, держа Улгол за волосы, тащит её за собой.

Она начинает орать и плакать, пытаясь вырваться из хватки своего похитителя. Физил протаскивает её по коридору, в котором произошла резня. Улгол, видя всё это, стала кричать на помощь, вопли девушки были настолько сильны, что проходили по всей базе, но никто её не слышал, ведь здесь, кроме них, не было никого, кто смог бы её услышать.

Вскоре крики замолкли, и в этом месте теперь не осталось ничего живого.