Прошлое
Дом семьи Тан, столовая.
— Что? Тан Жань пойдёт с нами на званый вечер семьи Ло?
Тан Лоцянь, сидевшая за длинным столом, как раз намазывала джем на только что испечённый поваром хлеб. Услышав слова родителей, сидящих напротив, её лицо изменилось, и она замерла.
За столом повисла тишина.
Видя, что отец семейства, Тан Шисинь, молчит, Тан Лоцянь, едва сдерживая раздражение, повернулась к матери, Линь Маньмэй:
— Мама, папа говорит правду?
Выражение лица Линь Маньмэй не дрогнуло.
— Распоряжения старших нужно слушать, к чему столько вопросов?
— Но помолвлена с сыном семьи Ло ведь я, а не она! Зачем ей идти поздравлять дедушку Ло с днём рождения? С какой стати она появится рядом со мной?
— С твоим‑то нынешним высокомерным характером, — наконец не выдержал Тан Шисинь, поднимая голову, — не то что с младшим господином Ло помолвку сохранить, тебя бы вообще замуж выдать! Посмотри на свое поведение!
Тан Лоцянь обиженно надулась.
— Мама, вы только посмотрите на папу! Он вечно защищает этого своего… подкидыша!
Лицо Тан Шисиня потемнело, он с силой опустил нож и вилку на стол.
— Тан Лоцянь, знай меру своему безрассудству!
Видя, что отец и впрямь разгневан, Тан Лоцянь испуганно притихла. Через мгновение она, всё ещё не смирившись с тем, что её отругали, повернулась к сидевшей во главе стола бабушке, главе семейства: «Бабушка, вы же меня больше всех любите… Помогите!»
— …
Пожилая женщина неспешно подняла на неё взгляд.
Пожилую женщину звали Тан Хан. Её муж умер рано, и она одна подняла на ноги сына и дочь. Среди стаи волков и тигров ей удалось сохранить семейное дело и передать его сыну, Тан Шисиню.
Прожив такую полную решительных поступков молодость, старушка, естественно, была непростого нрава.
Все домашние знали, что её дочь вышла замуж за границей, и под боком у неё остался лишь сын, Тан Шисинь. А у сына, на всеобщем виду, была лишь одна дочь — Тан Лоцянь, и старушка всегда души не чаяла во внучке.
Когда Тан Жань только нашли и приняли в семью, Тан Лоцянь встретила её враждебно и отторгала. Решение отправить Тан Жань жить отдельно принимала именно бабушка.
Прислуга тогда вздыхала: обе девочки были кровью и плотью её сына, но почему‑то отношение старушки к двум внучкам было словно небо и земля.
Тан Лоцянь тоже не понимала причин, но хорошо знала, что бабушка благоволит именно ей.
— Бабушка, скажите хоть вы. Ведь это мой первый официальный визит к дедушке Ло. Что люди скажут, если я явлюсь туда с этой… с этой Тан Жань?
К удивлению Тан Лоцянь, на этот раз старушка Хан не встала на её сторону: «Мы идём поздравить старшего господина Ло с днём рождения. А он ведь знает о Тан Жань. Не взять с собой младшую родственницу… Разве это по‑людски?»
— Но…
— Да и потом, Тан Жань всего лишь слепая девчушка. Неужели ты боишься, что она затмит тебя?
— Я? Да как я могу её бояться!
Тан Лоцянь, с детства была избалована вниманием и не выносила подобных слов. Старушка Хан это знала и несколькими фразами загнала её в угол.
Поняв это, Тан Лоцянь надула губы и, раздражённо хмурясь, продолжила есть.
После завтрака.
Тан Лоцянь и Линь Маньмэй ушли первыми, а старушка Хан и Тан Шисинь, мать и сын, остались сидеть за столом.
— Мама, — подумав хорошенько, Тан Шисинь поднял голову, — мне кажется, и Лоцянь, и Тан Жань уже не маленькие, можно бы рассказать им правду о происхождении Тан Жань…
— Только посмей! — бабушка, в отличие от прежнего доброго облика, гневно нахмурилась, прерывая сына. — Пока я жива, не смей поднимать этот вопрос!
Тан Шисинь нахмурился и замолчал.
Спустя мгновение старушка Хан смягчила выражение лица:
— Как идут переговоры с семьёй Ло? Дела о помолвке младшего поколения тоже пора бы решить, не так ли?
— Когда я навещал старшего господина Ло, он лишь сказал, чтобы я взял на банкет и Лоцянь, и Тан Жань, — ответил Тан Шисинь. — Больше ничего не упоминал.
— Упрям он насчёт Тан Жань, — недовольно сказала старушка. — Если бы он тогда не узнал, мне бы и не пришлось заставлять тебя забрать эту девчонку обратно, оставив дома эту бомбу замедленного действия.
Тан Шисинь вздохнул: «Как‑никак, Тан Жань ведь спасла младшего господина семьи Ло, а старейшина Ло — человек, помнящий добро. Все эти годы семья Ло нас опекала, во многом благодаря этому».
Старушка фыркнула и промолчала.
На лице Тан Шисиня промелькнуло сомнение, и он снова попытался заговорить:
— Мама, даже если не говорить младшим о происхождении, но, может, всё же стоит забрать Тан Жань обратно домой? Ребёнок‑то ни в чём не виноват, в том, что случилось тогда, нет её вины…
— Об этом поговорим позже, — резко прервала его старушка. — Сейчас самое важное — чтобы ты уладил дело о помолвке Лоцянь с младшим господином из семьи Ло.
Услышав об этом браке, Тан Шисинь снова нахмурился: «Я бы и рад уладить, но вы же должны слышать о нраве того младшего господина семьи Ло, даже если Лоцянь самая лучшая, он может её и в грош не ставить».
Старушка Хан не придала этому значения: «Ты, как отец, не веришь в свою дочь? Среди подходящих по возрасту девушек в знатных семьях сейчас разве есть кто‑нибудь лучше нашей Лоцянь? Если он не жениться на Лоцянь, то на ком же ещё?»
***
— Какое тебе дело, женюсь я или же нет?
В большом кабинете главного дома семьи Ло Ло Чжань, откинувшись на мягкой кожаной спинке дивана и закинув ногу на ногу, холодно усмехнулся уголком губ, взгляд его был насмешлив.
Напротив, строго сидящий пожилой человек нахмурился, словно складками на лбу желая задушить этого непутёвого внука.
— Я твой дед! Разве я не имею права тебя контролировать.
— Власть деда не стоит использовать таким образом.
Старейшина нахмурился: «И как, по‑твоему, её следует использовать?»
Ло Чжань усмехнулся уголком губ, улыбка была усталой и холодной.
— Если тебе так уж приглянулась, женись сам на той Тан… как её там… Цянь. Я обязательно буду звать её бабушкой — вот твоё право.
— …
Старейшина чуть не повалился от злости.
Только когда старший дворецкий семьи Ло постучал в дверь и вошёл, наклонившись к уху старейшины Ло, чтобы что‑то передать, тот немного смягчил выражение лица.
— Я купил кое‑что из‑за границы, — как только дворецкий ушёл, старейшина поднял веки, давая наставления своему судьбоносному младшему внуку. — Позже я отправлю это в вашу лабораторию. Изучи, как этим пользоваться, и проверь, нет ли неисправностей или угроз безопасности.
Ло Чжань уже встал, собираясь уходить, но, услышав это, он лениво повернул взгляд: «Что именно мне надо проверить?»
— Умный бионический человекоподобный робот.
Это совпадало со следующим проектом лаборатории, и Ло Чжань заинтересовался:
— Разве ты не был против того, чтобы я занимался ИИ?
— Даже не надейся, это не для тебя, — старейшина бросил на него взгляд, в глубине глаз таилась какая‑то эмоция. — В семье Тан… есть ещё младшая дочь, в этом году ей исполнится 16 лет. Это мой подарок ей на день рождения.
— …
Услышав «семья Тан», интерес Ло Чжаня мгновенно угас.
Старейшина заколебался, в его глазах мелькнули сомнения.
— Когда ты обручишься с Тан Лоцянь, позаботься и об этой девочке, она…
— Что, и их младшая дочь тебе тоже приглянулась? — Ло Чжань холодно усмехнулся. — Покупаешь одну — вторая в подарок? Одной Тан… как её… Цянь мало, хочешь подарить мне ещё одну девчонку? Извини, дед, но это уже слишком для меня.
Старейшина рассерженно нахмурился: «Ты сам послушай, какую чушь ты несешь!»
— …
Ло Чжань стёр улыбку с лица и повернулся, чтобы уйти.
— Короче, на ком‑то из семьи Тан я не женюсь, хоть умри. Тебе лучше смириться поскорее.
— !
Игнорируя звук стука трости разгневанного деда в кабинете позади, Ло Чжань лениво засунул руки в карманы брюк и спустился вниз по лестнице.
Сегодня отмечался день рождения старейшины семьи Ло. Множество известных людей стремились попасть в их уединенную усадьбу. Однако приглашения получили лишь немногие. Тонкий картон, на котором были напечатаны приглашения, стал символом статуса в высшем обществе.
Среди гостей присутствовали молодые люди, пришедшие с родителями, чтобы поздравить старейшину. Некоторые из них были ровесниками Ло Чжаня и знали его с детства.
Как только Ло Чжань спустился на второй этаж, на террасе его перехватил человек, карауливший у лестницы.
— Младший господин Ло, как-то не по‑дружески это! Вернулся уже полдня назад, а сюда даже не спустился. Что, слишком долго служил науке на благо страны, статус изменился, и нас, кучку беспутных приятелей, уже выкинул из головы?
Ло Чжаня потащили к столику, и он уселся. Услышав это, он усмехнулся уголком губ, улыбка была легкомысленной и ленивой.
— Ага, так и есть.
Тот человек и сам рассмеялся: «Хе, сам на себя накликал, сам себя и обругал».
Рядом тоже засмеялись с укором: «Себя ругаешь и ладно, зачем нас‑то приплетать?»
— Вот именно.
— Но в одном он прав, разве младший господин Ло не изменился с тех пор, как вернулся?
— …
Все услышали эти слова, и внимание переключилось туда. Даже Ло Чжань лениво приподнял веки в ту сторону.
Тот человек самодовольно продолжал: «Я слышал, что младший господин Ло собирается обручиться с той невероятно красивой старшей дочерью семьи Тан. Перед приездом мои старшие говорили, что, вероятно, уже через несколько дней снова придётся идти в семью Ло на помолвку этой прекрасной пары».
— …
За столом воцарилась тишина.
Несколько сообразительных уже успели слегка изменить выражение лиц, украдкой изучая реакцию Ло Чана.
Видно было, как младший господин Ло сидел, опустив глаза, тонкие уголки губ были приподняты, уголки глаз в форме персиковых лепестков слегка вздёрнуты, словно с улыбкой, но в чёрных зрачках сквозила ледяная отстранённость.
Тот человек под этим взглядом застыл с улыбкой на лице.
Кто‑то поспешил сгладить ситуацию: «Ты, видимо, не в курсе, но у младшего господина Ло высокие требования. Если у девушки не идеальные глаза, то он и смотреть на неё не станет. Говорят, старшая дочь семьи Тан и вправду красива, жаль, неизвестно, какие у неё глаза».
— Говорят, неплохие. Черты лица все хороши, считается красавицей в наших кругах.
— Правда? Тогда надо посмотреть.
— По времени уже скоро должны быть, — кто‑то обернулся. — Эй, младший Ло, ты уже уходишь? Куда?
— Спать.
— Эй, какой сон в такое‑то время? Разве тебе не интересно, как выглядит та старшая дочь семьи Тан?
— …
Ло Чжань поднялся, и, услышав это, он холодно опустил веки: «Не интересно».
И направился прочь.
Остальные, зная, что уже разозлили его, не посмели останавливать и заговорили между собой.
— Кажется, сегодня приедет и младшая дочь семьи Тан.
— Младшая дочь? Разве в семье Тан не одна старшая дочь, Тан Лоцянь? Откуда взялась младшая?
— Я тоже подслушал разговор родителей, говорят, внебрачная дочь Тан Шисиня, зовут Тан… Тан Жань? Кажется, она ещё и слепая.
Ло Чжань внезапно остановился.
В его сознании всплыли слова Мэн Сюэюя, сказанные прошлой ночью в лаборатории.
«Не смейся, Тан Жань очень красивая!»
Ло Чжань прищурился, обдумывая услышанное. Несколько секунд спустя он развернулся, вернулся, одной рукой притащил плетёный стул и сел.
Все замерли, не зная, как реагировать на его внезапное появление.
В тишине, которая длилась всего мгновение, кто-то осторожно спросил: «Младший господин Ло, тебе разве не было скучно?»
Ло Чжань лишь лениво опустил глаза. В его руках вдруг появилась монета, которую он начал медленно перебирать пальцами. Посидев так несколько секунд, глядя на монету, он слегка улыбнулся, тронув уголки губ.
— Теперь мне стало интересно, — произнёс он тихо, но уверенно.
Автору есть, что сказать:
Ло Чжань — известный в кругах ИИ лицемер с двойными стандартами!