Рыцарский орден и тело.
Эрик лениво потянулся после крепкого сна и глубоко зевнул.
«Давно я так не спал», — подумал он и спросонья протёр глаза.
Воспоминания обрывались на моменте со сказкой. Что было дальше — он не знал.
Он пробежался взглядом по комнате и задался вопросом: кто же его сюда перетащил? Попытавшись встать, он наконец ощутил тёплую тяжесть у себя на коленях. Там тихо спала его матушка — с лёгкой улыбкой на лице. Поняв это, он замер, не желая её будить.
Он беззвучно смотрел на неё. Внутри боролись два чувства — рациональность и чувства ребёнка.
Взгляд упал на тумбочку со сборником сказок, а после — на мать.
---
За всё время, что он прожил с ней, он всегда относился к ней как к обычному опекуну.
«Разве обычный опекун…» — он оборвал свои мысли, прекрасно зная, что так и может быть. Глупо? Возможно. Но довериться ей — значит забыть своё прошлое.
Рука потянулась, готовая разбудить, но замерла, не смея коснуться даже её волос.
Он думал, что хочет разбудить её и отправиться в орден. Но думать — не значит хотеть. Он и сам не понимал, почему так происходит. Но когда дело касалось матери, он всегда был слишком осторожен, слишком раздражителен, слишком… мягкий?
Рука дрожала. Он вообще перестал что-либо понимать. Улёгшись обратно, бессильно вздохнул. Где-то глубоко в душе теплилась надежда, что она его любит и дорожит им. Но в голове всплывали гниющие воспоминания.
---
— Ты ничтожество! И зачем я родила такого отвратительного сына! — кричала его бывшая мать, которая всего пару дней назад говорила, как любит его и дорожит им.
---
— Ну и ладно… — промямлил он.
«И что мне делать?»
Эрик лежал и думал. О себе, о том, что прожил, о цели. Не потому что надо, а потому что делать больше было нечего.
---
Прошло два часа.
Матушка медленно подняла голову.
— М… Доброе, — поздоровалась она со слипшимися от сна глазами.
— Доброе, — моментально ответил Эрик, с явным намерением встать.
Алиана приоткрыла глаза и посмотрела на него. Смотрела долго, ничего не говоря, не двигаясь, даже не дыша. А потом крепко прижала к груди.
— Какой хороший сон… — Она гладила его по голове без остановки, словно хотела навсегда пригладить волосы.
— Мама… — жалобно прервал её Эрик, когда она усаживала его к себе на колени.
— А-а-а! Какой ты милый! Скажи ещё раз! — упрашивала матушка. Она словно опьянела от счастья, лицо светилось.
— Мама… — повторил он, пытаясь достучаться, но она, не слушая, расцеловала его.
— Это мой самый любимый сон! — радовалась она, как ребёнок, получивший конфету.
— Матушка! Хватит нести чушь! — воскликнул он, сам не зная, почему хочет быть с ней вежливым.
— А? — Алиана пришла в себя, увидела его недовольное лицо, и щёки залились румянцем. — Прости, Эрик!
Она поспешно поставила его на ноги. Он недовольно смотрел на неё — на женщину тридцати двух лет, которая сейчас выглядела как нашкодивший ребёнок.
Он смотрел пристально, она отводила взгляд, смущаясь.
— Эрик… Ты больше не назовёшь меня так? — виновато спросила она.
— Как?
— Мамой… — ответила с видом ребёнка, у которого отобрали конфету.
— …Озабоченная, — прокомментировал Эрик, развернулся и вышел, предупредив: — Я сегодня ухожу в орден. Не забудь.
---
Прошло пятнадцать минут.
Эрик стоял у ворот замка и чего-то ждал. Чего? Он и сам не понимал. Может, мать. Может, просто отдыхал.
«Ладно, надо идти».
Он развернулся, бросил последний взгляд на замок и вдруг увидел вдалеке фигуру. Алиана торопилась к нему, махала рукой. Подбежав, остановилась, тяжело дыша, согнулась, упёрлась руками в колени.
— Прости… опоздала.
— Вижу.
Он смотрел на неё, словно ожидая чего-то. Она подняла голову.
— Хочешь, обниму?
— Обойдусь, — резко ответил он, но в голосе не было прежней уверенности.
Она шагнула и обняла сама, не встретив сопротивления.
— Милашка. Вырастешь — будешь сердцеедом, — сказала она дразняще, поцеловала в лоб.
— Всё, отпусти, — смущённо буркнул он, отстраняясь.
— Ух, вредина.
— Всё, я пошёл. Пока.
Эрик развернулся и быстро зашагал прочь, словно боялся передумать.
— Удачи! — крикнула Алиана.
И в ответ услышала то, чего не ждала:
— И тебе, мам.
---
Эрик шёл по улицам, разглядывая лавки и ларьки. В кошельке позвякивали монеты, на поясе — меч. За это он был благодарен Николаю.
«Ого, а сегодня жарко», — подумал он, пробираясь сквозь толпу и шумных торговцев.
В торговом районе взгляд зацепился за переулок, у которого стояли стражники. Они о чём-то недовольно переговаривались. Эрик прислушался.
— Чёрт, ещё один.
— Сколько можно.
Он подошёл ближе и разглядел знак отличия.
---
Знак отличия — герб одного из четырёх столичных орденов. Каждый существует отдельно, но действуют они под началом императора.
---
«Южные…» — именно туда его зачислили.
Он заглянул за их спины. В тени переулка лежало безжизненное тело.
— Малыш, рано тебе сюда, — заметил бородатый стражник.
— Иди в рыцари поиграй, — поддержал второй.
Эрик порылся в сумке и достал свой знак отличия.
— Эрик, солдат первой дивизии, третьего отряда, новобранец. — Голос звучал спокойно. Стражники переглянулись. — Можно посмотреть?
— А, да, конечно…
Стражник отошёл. Эрик осмотрел тело. Мужчина лет сорока, с седеющей бородой. Руки в красных пятнах — затёртые мозоли. Сердце пронзено насквозь, меч вышел через бок. Судя по ране — классический короткий меч.
«…»
Он окинул переулок быстрым взглядом. На стенах следы от меча — били коротким клинком. Трупные пятна уже появились — смерть наступила больше получаса назад. Кровь не до конца застыла — рядом валялась палка, порванная плёнка на подсохшей крови. Растеклась часов пять-восемь назад. Трупное окоченение, скорее всего, началось. Следов на земле нет — убийца нанёс удар и сразу ушёл.
«Вряд ли мне что-то расскажут. Но судя по их словам, это не первый случай».
— Благодарю. Не подскажете, где орден? Я первый раз в столице.
— Прямо по улице и выйдешь.
Эрик кивнул и поблагодарил.
---
Через десять минут он подошёл к крепости ордена. Всю дорогу прокручивал в голове увиденное.
— Кто такой! Назовись! — стражник преградил путь.
— Эрик, первая дивизия, третий отряд, новобранец. — Он показал знак отличия.
— Проходи!
Стражник отошёл. Эрик прошёл внутрь.
«Какая-то слабая защита для одного из четырёх орденов».
Он вышел на тренировочный плац. Двое стражников устроили дуэль — зрителей собралось немало. Эрик решил подойти ближе.
— Ты кто такой? — раздалось позади.