Глава 5.0

В кабинет вновь вошла недавно покинувшая его Вердоза Лэгрунд.

Дверь медленно закрылась за ее спиной с тихим металлическим щелчком, а каблуки размеренно застучали по полу. После всей той сцены, произошедшей несколько минут назад, атмосфера кабинета будто до сих пор хранила остатки тяжелого давления. Воздух оставался неприятно густым, а тишина — давящей.

Я молча наблюдал за ней со своего места возле окна.

Лэгрунд даже не посмотрела в мою сторону. Спокойно прошла к учительскому столу, сняла очки, устало потерла переносицу и села в кресло. На мгновение ее лицо показалось… уставшим. Просто уставший человек, которого бесконечно раздражает сам факт существования окружающих.

Она открыла журнал и начала что-то записывать, полностью игнорируя мое присутствие, будто в кабинете никого, кроме нее, не существовало.

Я уже собирался подняться со своего места и уйти домой, как вдруг случайно задел стул.

Тихий скрип.

И в следующую секунду—

— А-А-А?! Кто здесь?!

Вердоза резко дернулась, едва не уронив журнал со стола. Ее глаза широко раскрылись, а рука инстинктивно потянулась к поясу, где, судя по всему, обычно находился магический артефакт.

Я даже слегка завис от такой реакции.

Она несколько секунд ошарашенно смотрела в мою сторону, после чего напряжение на ее лице сменилось замешательством.

— Кто ты?..

Я моргнул.

— Ваш ученик.

— М-мой ученик?..

В ее взгляде появилось странное сомнение. Она нахмурилась, будто пыталась вытащить что-то из памяти, но в итоге лишь отвела взгляд и неловко кашлянула.

— А-а… да-да, точно. Первый день. Всех не запомнила.

Судя по интонации, она явно пыталась сделать вид, будто все под контролем.

Получалось не очень.

— Ничего страшного, — спокойно ответил я.

— А что ты вообще тут сидишь? Звонок уже давно прозвучал.

— Не особо спешу домой.

Выпалил я первое, что пришло в голову. Хотя сам прекрасно понимал — это ложь.

Я остался здесь вовсе не потому, что мне было нечем заняться.

Просто сцена с Авестой никак не выходила из головы.

Перед глазами до сих пор стояло ее лицо в тот момент, когда Лэгрунд начала говорить про семью. То, как дрогнули ее глаза. Как сжались пальцы. Как она изо всех сил пыталась сохранить спокойствие, пока внутри буквально разваливалась на части.

Меня это раздражало.

Я медленно сжал кулак под партой. Настолько сильно, что ногти неприятно впились в ладонь.

Сердце колотилось быстрее обычного.

Все-таки решившись, я глубоко вдохнул и произнес:

— Вердоза Лэгрунд.

Она резко подняла взгляд.

— Чего тебе?

Кажется, мой голос прозвучал слишком громко для почти пустого кабинета.

Я медленно поднялся со своего места.

— Если не сложно… можете ответить на вопрос, почему вы сегодня позволили себе унизить Авесту Сиену перед всем классом?

Несколько секунд Лэгрунд просто смотрела на меня. Без эмоций. А затем спокойно откинулась на спинку кресла.

— Почему я должна тебе отвечать?

Я ничего не сказал. Просто продолжал смотреть ей прямо в глаза.

Тишина затянулась.

Где-то за окном слышался слабый шум города. Магические платформы медленно двигались между башнями, а солнечный свет постепенно уходил за горизонт, окрашивая кабинет в холодные оранжевые оттенки.

В какой-то момент она раздраженно цокнула языком и тяжело вздохнула.

— А почему ты вообще считаешь, что я ее унизила?

— Разве вскрытие чужих душевных ран перед толпой — не унижение? Особенно когда человек явно испытывает стыд и боль.

— Ты смотришь слишком поверхностно.

Она слегка поправила очки.

— Тебе ведь известно, что именно я уже отвечала ей раньше на этот вопрос.

Я задумался, после чего вспомнил слова Авесты про распределение.

«Так решила организация».

— Да… что-то такое она говорила. Но вы ведь оставили ее без ответа.

— Нет.

Лэгрунд спокойно закрыла журнал.

— Мой ответ и был ответом. Организация решила — ей не положено знать большего.

— Но тогда зачем вы устроили это спектакль при всех?..

На мгновение уголки ее губ слегка приподнялись, холодная насмешка.

— А если подумать хорошенько? Разве я не сказала, что она сама загнала меня в эту ситуацию? Девчонка решила использовать толпу как инструмент давления, чтобы я не смогла уйти от ответа. Манипуляция общественным мнением — довольно грязный метод.

Ее каблуки медленно застучали по полу.

Шаг.

Еще шаг.

Она двигалась спокойно, но почему-то каждый ее шаг ощущался тяжелым.

— Она использовала давление общества. А я использовала информацию.

Лэгрунд остановилась прямо передо мной и слегка наклонила голову.

— Кто победил, как думаешь?

Я почувствовал, как внутри медленно начинает закипать раздражение.

— Такой конфликт вообще не достоин определения победителя.

Мой голос стал жестче.

— Вы неправы как преподаватель.

— Меня не волнуют слова малолетки.

— Тогда ответьте хотя бы на другое.

Я нахмурился.

— Почему ваше лицо изменилось, когда заговорил тот эльф?

Лэгрунд даже не задумалась.

— Я ненавижу другие расы.

Ответ прозвучал настолько спокойно, что на секунду я даже потерял дар речи.

— Ч-что?..

— Что слышал.

Она равнодушно пожала плечами, будто обсуждала погоду.

— Но… как вы можете настолько открыто говорить об этом? Разве смысл академии не в обратном? Разве «Игурад» не создан для мира между расами?..

И тут она рассмеялась.

Громко.

Ее смех эхом ударился о стены пустого кабинета, отчего атмосфера стала еще неприятнее. У меня по спине пробежал холодок.

— Ох… мальчик…

Она прикрыла глаза рукой, продолжая усмехаться.

— Ты вообще в реальном мире живешь?

Я молчал.

А она вдруг посмотрела на меня так, будто разговаривала с наивным ребенком, который только сейчас начал замечать, насколько отвратителен окружающий мир.

— Никакого мира между расами не существует.

Улыбка исчезла с ее лица.

— Люди, демоны и эльфы до сих пор ненавидят друг друга. Просто никто уже не понимает, почему войны прекратились.

Мое сердце неприятно дрогнуло.

— Что?..

— Будто самим расам запретили воевать.

В кабинете повисла тяжелая тишина. Даже ветер за окном будто стих.

— Тогда… зачем вообще существует эта академия?..

— Деньги. Влияние. Репутация.

Она спокойно подошла к окну.

— Во-первых, академия полностью изолирована мощнейшим барьером. Ни одна информация отсюда не выйдет наружу без разрешения руководства. Ни записи, ни магические артефакты, ничего.

Я медленно сжал зубы.

— Во-вторых… нижние классы вроде вашего могут хоть друг друга перегрызть — никого это не волнует. Но классы B и A…

На ее лице появилась кривая усмешка.

— Это дети знати. Будущая элита мира.

Я уже понимал, к чему все идет.

Но все равно спросил:

— И что?

— Их мнение формирует репутацию академии.

Она развела руками.

— Мы создаем для них идеальные условия, они довольны — академия получает статус, финансирование и влияние.

— Тогда весь этот союз рас…

— Просто красивая вывеска.

Ответ прозвучал слишком быстро.

Слишком спокойно.

Меня начало трясти от раздражения.

— Это отвратительно.

— Что ты вообще можешь понимать, простолюдин?

Ее взгляд резко похолодел.

— Не забывай свое место. Сам факт твоего нахождения здесь — подарок небес.

И тут я не выдержал, из груди сам вырвался смешок.

Тихий, нервный.

А затем я начал смеяться уже в голос.

— Дар небес?..

Я поднял взгляд на Лэгрунд.

— Этот ваш «дар небес» я каждый день вижу возле мусорных баков.

Ее лицо исказилось.

— Следи за языком.

— Неужели вы настолько прогнили, что называете подобное общество благословением?

— Закрой рот, животное.

В этот момент воздух в кабинете резко потяжелел.

Магическое давление.

Стекла окон едва заметно задрожали, а по моей коже пробежала неприятная дрожь. Любой другой ученик, наверное, уже заткнулся бы и начал извиняться.

Но почему-то…

Меня это только сильнее разозлило.

— Забавно.

Я медленно улыбнулся.

— Свобода слова, значит, принадлежит только вам?

Ее взгляд стал опаснее.

— К чему ты клонишь?

— Вы так цепляетесь за авторитет, статус и карьеру…

Я сделал шаг вперед.

— Тогда я лишу вас этого.

Несколько секунд в кабинете стояла абсолютная тишина.

А затем Лэгрунд тихо рассмеялась. Но теперь в ее голосе не было насмешки.

Только раздражение.

— Лишишь?.. И как же?

Я посмотрел ей прямо в глаза.

— Либо меня исключат.

Я медленно сжал кулак.

— Либо кто-то покинет эту академию сам.

Взгляд Лэгрунд стал тяжелым. Очень тяжелым.

— Ха… а D-класс в этом году действительно шумный.

Она прищурилась.

— Уже второй ученик за день пытается манипулировать мной.

— Это не манипуляция.

Я сделал еще шаг.

— Я объявляю вам войну, госпожа Вердоза Лэгрунд.

Даже после этих слов я сам чувствовал, насколько по-детски и импульсивно это звучит.

Но отступать уже не собирался.

Потому что впервые за долгое время меня действительно что-то задело.

По-настоящему.

Лэгрунд вдруг усмехнулась.

— А ты интересный, простолюдин.

В ее глазах появилось что-то странное.

— Ты такой.. нагл..

— Свободный.

Я перебил ее раньше, чем успел подумать.

Слова сами сорвались с губ.

— Я не ищу смысл существования в деньгах или статусе. Мне плевать на мнение общества.

Сердце вдруг начало биться быстрее.

— Моя мечта…

Я запнулся.

Почему-то именно в этот момент внутри появилось странное чувство тревоги.

— Намного дальше подобных вещей.

Я смотрел прямо ей в глаза.

— Именно поэтому я не собираюсь ограничивать себя словами. Я буду говорить то, что считаю правильным. Где угодно. И кому угодно.

Лэгрунд резко нахмурилась.

— Да как ты смеешь упрекать меня за мои идеалы, мусор…

Ее голос стал холоднее.

— Тогда ответь мне.

Она медленно подошла почти вплотную.

— В чем заключается смысл твоего существования?

Мое сердце дрогнуло.

— Чего ты желаешь?

Еще удар.

— К чему стремишься всю свою жизнь?

Мир будто на секунду исказился.

Мои глаза дрогнули, взгляд метнулся в сторону.

Почему…

Почему я не могу ответить?

И в этот момент я вдруг понял одну страшную вещь. Если сейчас попытаюсь произнести ответ…

Меня словно что-то сломает изнутри.