Глава 12.0
Глава 12
Алекс вернулся в понедельник. Он вошел в класс так же бесшумно и небрежно-элегантно, как и тогда, в первый день. Но что-то в нем изменилось. Он был бледнее обычного, под глазами легли темные, почти фиолетовые тени, выдававшие либо бессонные ночи, либо истощение. Его движения были по-прежнему отточенными, но в них чувствовалась зажатая, словно натянутая струна, усталость.
Иль Сон увидев, его почувствовал смешанный всплеск облегчения, досады и беспокойства.
-Ты… живой, – не смог он сдержаться, когда Алекс занял свое место рядом с ним.
Тот бросил на него быстрый, оценивающий взгляд, словно проверяя, все ли на месте.
-Вроде того, – сухо отозвался Алекс, доставая учебник. Его голос был хрипловатым. – Тренировки затянулись.
Больше объяснений не последовало. Иль Сон хотел спросить, что это были за тренировки, которые выжали из человека все соки, но знакомый, ледяной барьер в глазах Алекса остановил его.
Начался урок. Все как будто возвращалось в норму, но лишь на время. На большой перемене Иль Сон, решая задачу по алгебре, услышал у двери класса знакомый серебристый голос:
-Пак Иль Сон? Ты здесь?
Он поднял голову. В дверном проеме стояла У Ён, улыбаясь и держа в руках две упаковки соков. Она выглядела особенно ярко на фоне серого школьного коридора.
-Привет! Мы вчера забыли решить тот пример с интегралом. Я принесла тебе сок в качестве взятки за помощь, – она подошла к его парте, не обращая внимание на любопытные взгляды других учеников.
Иль Сон почувствовал, что на него уставились десятки глаз. Он слегка смутился, но встал ей навстречу.
-Спасибо, но не обязательно было…
-Конечно, обязательно! – она весело перебила его, протягивая пакетик. – Я же не могу оставаться в долгу у своего бесплатного репетитора. Займемся после уроков? В библиотеке?
В это момент он почувствовал, как пространство рядом с ним похолодело. Он обернулся.
Алекс не встал, он сидел на своем месте, откинувшись на спинку стула. Его лицо было абсолютно непроницаемым, но глаза… его темные глаза были прикованы к У Ён с такой концентрацией, что по спине Иль Сона пробежали мурашки. Казалось, Алекс видит не просто девушку со соком, а что-то гораздо большее, что-то скрытое под ее улыбкой и дружелюбием. Его пальцы, лежавшие на парте, слегка сжались.
У Ён почувствовав этот тяжелый взгляд, на мгновение замедлила шаг и обернулась к нему. Ее улыбка не исчезла, но стала чуть более натянутой, вежливой.
-О, Алекс! Ты вернулся. Здравствуй. Поправился?
-Здравствуй. – ответил Алекс. Его голос был ровным, и абсолютно пустым. Он не ответил на вопрос о здоровье, он просто смотрел на нее.
В воздухе повисло неловкое, напряженное молчание, которая У Ён поспешила разрядить.
-Ну, я не буду мешать. Иль Сон, подумай насчет библиотеки, ладно? До встречи!
Она кивнула им обоим и быстро вышла из класса, оставив после себя легкий фруктовый шлейф и тяжелую тишину.
Как только дверь закрылась, Иль Сон почувствовал, как напряжение, исходящее от Алекса, достигло пика. Тот медленно повернул к нему голову.
-Вы, как я вижу, подружились, – произнес Алекс. Каждое слово было отчеканено из льда.
-Мы… просто иногда занимаемся, – ответил Иль Сон, сам не понимая, почему чувствует себя оправдывающимся. – Она благодарна за помощь тогда, с велосипедом. И просит объяснить что-то по учебе.
-Ясно, - коротко бросил Алекс. Он отвернулся и уставился в окно. Его челюсть была напряжена. – «Благодарна». «Занимается». Очень мило.
Иль Сон хотел что-то сказать, возразить, но слова застряли в горле. Он видел не просто ревность или раздражение. Он видел настоящую, глубокую тревогу, и понимал, что все его попытки объяснить естественность этого общения разобьются о каменную стену того, что знал Алекс и о чем молчал.
Прошло несколько томительных минут.
-Ладно, – наконец выдохнул Алекс, все еще глядя в окно. В его голосе появилась лишь усталая обреченность. – Что сделано, сделано. Раз уж вы… сдружились, – он произнес это слово с легким, едва уловимым отвращением, – то я не могу тебе это запретить. Но Иль Сон. – он наконец посмотрел на него прямо. – Будь осторожен.
Иль Сон молча кивнул, и звонок на урок прозвенел. Их хрупкое перемирие было восстановлено, но теперь над ним нависала новая тень. Тень У Ён, которая стояла в дверях с улыбкой, и тень Алекса, который смотрел на нее так, будто видел сквозь плоть и кровь прямо в скрытую, опасную сущность. Теперь ему предстояло балансировать между ними.
Странный треугольник из Иль Сон, Алекс и У Ён постепенно обрел неустойчивое равновесие. Теперь они проводили время втроем: в школьной столовой, в библиотеке, иногда выходили вместе после уроков. Со стороны это могло выглядеть как обычная компания друзей. Алекс практически не говорил с У Ён напрямую, он обращался к ней с ледяной, безупречной вежливостью, отвечал односложно, но его присутствие было ощутимым, как щит, постоянно находящийся между ней и Иль Сон. Он слушал, наблюдал, анализировал каждый ее жест, каждую интонацию. У Ён же, казалось, не замечала этой холодной враждебности или делала вид, что не замечает. Она продолжала быть милой, общительной и неизменно доброжелательной ко всем, включая Алекса, что, по-видимому, раздражало его еще сильнее.
Иль Сон находился посередине. Ему было… нормально. Неловко иногда, но нормально. С У Ён он мог расслабиться, говорить о простых вещах. С Алексом – чувствовать странное, безоговорочное понимание, даже когда они молчали. Он почти начал верить, что все может устаканиться.
Но прошлые выходные все перевернули.
Он был один дома, младшие играли у соседей, дядя на работе. Иль Сон готовил ужин, нарезая овощи ровной соломкой, как вдруг воздух на кухне сгустился и наполнился тихим, едва слышимым звоном. Он обернулся. Прямо посреди маленькой кухни, залитой вечерним солнцем, парил Ангел. Не размытое свечение, а ясная, почти скульптурная фигура с полупрозрачными крыльями, которые мерцали, как перламутр. Его лицо было безличным, но обращено оно было прямо к Иль Сону.
Сердце Иль Сона ёкнуло. Ангелы никогда не выходили на контакт, они лишь являлись знамениями. Существо приоткрыло уста, и послышался звук, похожий на шелест листьев и звон хрусталя одновременно. Он сложился в слова, но слова были странными, обрывистыми, как зашифрованное послание:
«…за морозным стеклом… тень в сияющей смеси… ключ повернут не в ту сторону… не пей из ее чаши, смотритель…»
Иль Сон замер, пытаясь уловить смысл. «Смотритель»? это про него? «Ее чаши»?
-Что? Что ты хочешь сказать? – прошептал он.
Но Ангел, произнеся эту таинственную фразу, уже начал таять. Его крылья рассыпались на миллионы светящихся пылинок, а сам он растворился в солнечном луче, словно и не было вовсе. Иль Сон остался стоять с ножом в руке, ошеломленный. Ангел заговорил с ним. Предупредил? Но о чем? Образы были слишком абстрактными. «Морозное стекло», «сияющая смесь», «ключ». И это «не пей из ее чаши». Чаша У Ён? Это казалось натяжкой, плодом его собственной паранойи, подпитанной волнениями Алекса.
Следующие дни он с удвоенным вниманием вглядывался в других Ангелов, которых иногда видел на улице или в школе. Но они вели себя как обычно – парили рядом с кем-то, излучая тихое, значимое присутствие, и совершенно игнорировали его попытки поймать взгляд. То предупреждение было единственным и непонятным исключением. Эти мысли не давали ему покоя все воскресенье и преследовали его по дороге в школу в понедельник. Он шел, уткнувшись взглядом в асфальт, пытаясь разгадать загадку, как вдруг перед ним возникла знакомая тень, перекрыв путь. Иль Сон вздрогнул и поднял голову. Алекс стоял прямо перед школьными воротами, напряженный. Выглядел он немного лучше, чем в день возвращения, но в его глазах горела та же тревожная, гиперфокусированная энергия. Он окинул Иль Сона быстрым, оценивающим взглядом с ног до головы, как в тот раз, когда учуял след крови.
-Что случилось? – сразу спросил Алекс, опуская формальности. – Ты выглядишь так, будто видел призрака.
-Ничего, – автоматически ответил Иль Сон, но его замешательство и бледность были слишком очевидным. – Просто… не выспался. Думал о делах.
Алекс не отвел пристального взгляда. Его тонкие ноздри слегка дрогнули, будто он снова пытался уловить какой-то запах, но на этот раз ничего не нашел, кроме запаха стирального порошка и утренней прохлады.
-Мне кажется, что у тебя постоянно недосып, – произнес он, и его голос стал тише, но в нем зазвучала настойчивая нота.
Иль Сон вздохнул, понимая, что отделаться общими словами не выйдет. Он решил на долю секунды приоткрыть завесу, но без лишних подробностей.
-Все в порядке, Алекс, правда, – сказал он, глядя другу прямо в глаза, чтобы тот видел искренность. – Просто вчера поздно готовил конспекты для нашего занятия и немного пересидел. А потом… были домашние дела. Ничего страшного, к обеду пройдет.
Он слегка улыбнулся, пытаясь снять напряжение.
-Я же не настолько хрупкий, чтобы развалиться от одной бессонной ночи. Ты же сам говорил, что я крепче чем кажусь.
Алекс изучал его лицо еще мгновение, и постепенно острота в его взгляде смягчилась, смешавшись привычной сдержанной наблюдательностью. Он слегка кивнул, принимая это объяснение.
-Ладно. Но если что – говори. Не закрывайся.
-Хорошо, – Иль Сон почувствовал, как комок тревоги в груди немного рассосался. Алекс, казалось, успокоился.
После занятий У Ён с сияющими глазами подошла к ним. Она помахала рукой, ее лицо озаряла открытая, солнечная улыбка.
-Привет, ребята! Не помешаю? – спросила она, но ее сияющий вид уже сам по себе был ответом. Она перевела взгляд с Иль Сона на Алекса и обратно. – Вы выглядите такими серьезными.
Ее легкий смешок разрядил остатки напряженности. Иль Сон расслабил плечи.
-Все в порядке, просто обсуждали учебу, – сказал он.
-Учеба учебой, но и отдыхать иногда нужно! – У Ён сложила руки, и в ее глазах вспыхнул азарт. – Кстати, у меня как раз есть отличная идея для отдыха. У меня есть два бесплатных билета в новый парк аттракционов на окраине – мне тетя подарила. Они как раз на сегодня действуют. Не пропадать же им! Что скажете? Съездим?
Она посмотрела на Иль Сона с надеждой, а затем бросила быстрый, вежливо-вопросительный взгляд на Алекса, словно приглашала и его.
Иль Сон колебался, но Алекс, неожиданно поддержал идею:
-Почему бы и нет. Иногда нужно отвлекаться.