Глава 4.0

Но, не в этот раз.

Атмосфера в столовой была слишком тяжёлой, словно воздух наполнился чем-то невидимым, но ощутимым. После слов Алексея никто не решался заговорить первым. Анастасия нервно поправляла складки на своём платке, Владимир задумчиво разглядывал пустую чашку, а Фёдор постукивал пальцами по столу, стараясь не встречаться взглядом с братом.

— "Извините," — наконец сказал Алексей, поднявшись из-за стола. Его голос был тихим, почти неуверенным. — "Я, наверное, сказал не вовремя." — Наспех придумав какое нибудь оправдание Он начал идти в сторону двери.

— "Сынок, подожди..." — начала Анастасия, но слова увяли на её губах. Она опустила глаза, не зная, что добавить.

Алексей молча покинул столовую, его шаги глухо отдавались в коридоре. Он хотел побыть один, далеко от этих непонятных взглядов и напряжённого молчания. Поднимаясь по лестнице в свою комнату, он чувствовал, как гул мыслей становится всё громче.

Через несколько минут он стоял у окна, глядя на улицу. Холодный ветер шевелил опавшие листья, гоняя их по двору. Ветви деревьев склонялись под его порывами, будто нашёптывая тайны. Алексей провёл пальцем по стеклу, оставляя на нём едва заметный след. «Что они думают обо мне теперь?» — мелькнула мысль.

Внизу раздались глухие голоса. Алексей прислушался. Ещё один звук — тяжёлые колёса кареты.

Волковы приехали.

В это время внизу Анастасия и Владимир переглянулись.

— "Что ж, кажется, наши планы изменились," — сухо заметил Владимир, направляясь к двери.

Алексей продолжал смотреть в окно, наблюдая, как жёлтые листья кружатся под порывами осеннего ветра. За деревьями вдоль дороги он разглядел экипаж, медленно подъезжающий к воротам. Это были Волковы. Алексей ощутил неприятный холодок в груди — он ещё не знал, как вести себя в их присутствии.

Мать с отцом уже направлялись к воротам, Анастасия выпрямила спину и поправила волосы, словно готовясь к приёму важной делегации. Фёдор, тяжело вздохнув, шагнул следом за родителями. Его строгость и собранность, будто списанные с отца, всегда контрастировали с неуверенностью Алексея.

Алексей медлил. Он знал, что рано или поздно придётся выйти, но ноги словно приросли к полу. С минуту он стоял, раздумывая, а затем, собравшись с духом, поспешил за семьёй.

Когда он подошёл, карета Волковых уже остановилась у ворот. Дмитрий Иванович Волков, высокий мужчина с густыми седыми усами, энергично пожал руку Владимиру. Позади него из кареты выбрался его сын, Николай Дмитриевич, высокий парень лет шестнадцати с живым взглядом и самоуверенной улыбкой.

— "Дмитрий Иванович, рад видеть! " — громко сказал Владимир, его голос был полон дружелюбия.

— "Владимир Владимирович, и я рад! " — ответил Волков. Они пожали руки, а затем Дмитрий обернулся к своей жене, помогая ей выйти.

Анастасия с теплотой приветствовала даму, имя которой Алексей не запомнил, даже для него её имя звучало витьевато. Женщины обменялись любезностями, а потом Волковы дружно обратили внимание на детей.

— "Фёдор, давно не виделись! Молодец, выглядишь настоящим офицером," — похвалил Дмитрий Иванович.

Фёдор отдал честь, а потом обменялся крепким рукопожатием с Николаем.

— "А это, должно быть, Алексей? Вымахал-то как! " — весело спросил Дмитрий, наконец заметив младшего сына Владимира.

— "Да, здравствуйте," — пробормотал Алексей, опуская взгляд.

Николай вышел вперёд, его глаза сверкнули. Его губы тронула лёгкая, чуть насмешливая улыбка.

— "Лёшка, давно не виделись. Ты чего такой приунывший? Вновь захворал? Смотри не перенапрягайся."

— "Конечно," — ответил Алексей, пытаясь улыбнуться, но его голос прозвучал слишком тихо.

— "Наш Николай недавно пробудился! " — объявил Дмитрий Иванович с гордостью. — "Это было неожиданно, но радость переполняет! "

Алексей почувствовал, как его сердце сжалось. Его взгляд невольно скользнул к матери и отцу. Владимир Владимирович не выдал своей неприязни и поддерживая весёлую беседу сказал:

— "Впечатляет. Пусть это и было известно из вашего письма."

— "Думаю, Николай сможет многого добиться," — поддержала Анастасия, хотя её голос, едва-ли заметно, дрожал.

— "Алексей," — неожиданно обратился к нему Николай. — "А ты? Не готовишься ли нас удивить? "

Алексей растерялся. Вопрос повис в воздухе, и он не знал, что ответить. Потому, исходя из опыта ответил вопросом на вопрос:

— "О чём ты, Николай? "

Николай наигранно показал удивление, подняв свои брови слишком неестественно.

— "Как-же чем? Днём рождения своим, конечно-же. У тебя каждый раз что-то новое, хаха! "

Дураческое поведения Николая сгладило напряжённые углы в душе Алексея. В кои-то веки, Николай не казался излишне активным. Его привычное, местами насмешливое поведение помогло Алексею прийти в себя.

— "Ну... ничего более запланированной псовой охоты у меня на уме нет."

Меньше всего сейчас Алексея заботил его день рождения. Потому-то он и сказал первое что пришло к нему в голову.

И кажется эта мимолётная идея пришлась по вкусу не только Николаю, но и всем остальным, включая семью Алексея.

— "Какое совпадение, что мы прибыли как раз под этой замечательное событие! " — Дмитрий Иванович наигранно сделал замечание, намекая, что поводы были многогранными для приезда.

Пока Леди Волкова общалась в сторонке с Анастасией, мужчины горланили на весь двор. Такова была семья Волковых. Дружной семьёй, которых слышно за версту.

Именно этой явной помехи, шума, навязанного внимания не хватало сейчас всем в этой усадьбе.

— "Чего ж мы стоим у порога, нас засмеют и заклеймят позорными возгласами, если мы так и оставим гостей у порога. Входите, входите скорее." — Владимир Владимирович поспешно вёл всех Волковых в поместье.

Слуги тот-же час копошились как муравьи. Старательно поспевая за новообретённым весёлым настроем, который пришёл на смену тихому ужасу.

Заново накрытый стол стал подобием поляны перед весёлым праздником.

Шумел фуршет — блюда, аккуратно расставленные на столах, были в лёгкой доступности каждому желающему. Этот формат подачи пищи выбрали специально для Волковых, чья горячая кровь и неугомонный нрав не позволяли долго оставаться на одном месте, даже во время трапезы.

Именно такой подход всегда радовал Волковых, делая гостеприимство Светловых чем-то особенным в их памяти.

Фуршет был в самом разгаре. Николай шумел, обмениваясь шутками с Фёдором, Дмитрий Иванович громко рассказывал историю о недавней охоте, а Владимир поддерживал разговоры с серьёзным выражением лица. Анастасия, казалось, нашла утешение в спокойных словах Леди Волковой, но её взгляд время от времени возвращался к Алексею.

Алексей же держался на периферии событий. Его рука невольно коснулась груди, где затаился ледяной страх. Он не знал, как реагировать на пылкость Волковых, особенно на то, как легко они обсуждали пробуждение Николая. «Они радуются...» — подумал он, чувствуя себя ещё более чужим.

— "Алексей, а ты охотился раньше? " — вдруг обратился к нему Николай, наклоняясь через стол. Его голос был громким, словно не замечающим, что внимание всех в комнате переключилось на младшего Светлова.

— "Не часто... но я удачлив." — ответил Алексей, чувствуя, как покраснели уши.

— "Ну, завтра посмотрим, как ты держишь ружьё," — весело добавил Николай, но в его словах сквозило едва заметное насмешливое превосходство.

Алексей молчал. Он знал, что завтрашний день станет испытанием, но не был уверен, хватит ли ему сил его пройти. И здоровья.

Хотя, на удивление, именно сегодня Алексей почти не чувствовал недомоганий. — «Неужели это хоть что-то приятное от этого "дара"? » — Подумал Алексей только сейчас заметив свой прирост здоровья.

В это время Владимир и Дмитрий Иванович продолжали свой разговор, отойдя чуть в сторону от общей суеты.

— "Дарования становятся всё более непредсказуемыми," — заметил Дмитрий Иванович, аккуратно разливая в бокалы крепкий напиток. — "Но мы стараемся найти в этом радость. Всё же Николай показал себя достойно."

— "Да, это, конечно, впечатляет," — кивнул Владимир, принимая бокал. Его голос был ровным, но взгляд выдавал настороженность. — "Но ты не беспокоишься? Некоторые из таких Дарований приводят к... неприятностям."

Дмитрий усмехнулся, глядя на друга поверх бокала.

— "Беспокоиться всегда есть о чём, Владимир. Но если с Даром справиться, направить его, то это не повод для страха, а шанс. Разве мы не должны учиться использовать дары судьбы? "

— "Это так," — нехотя согласился Владимир, однако его взгляд на мгновение стал жёстче. — "Но не все дары можно контролировать."

— "Вот ты о чём..." — Дмитрий слегка наклонился, понижая голос. — "Ты о том мальчике в городе? О нём слухи ходят, но, честно говоря, я думаю, это преувеличение. А если не преувеличение — это проблема тех, кто не смог воспитать своё чадо."

Владимир не ответил. Он сделал вид, что сосредоточен на бокале, но в его голове гулко билась мысль: «А если это проблема и моего дома?»

Дмитрий тем временем хлопнул его по плечу, пытаясь вернуть дружелюбную атмосферу.

— "Эй, расслабься, друг мой! Завтра твой младший сын покажет себя на охоте, и всё станет ясно. Кто знает, может, сюрпризы и у него будут? "

Эти слова, произнесённые почти шутя, вызвали неприятное ощущение у Владимира. Он оглянулся на Алексея, который стоял в стороне, словно стараясь стать невидимым.

«Сюрпризы...» — подумал Владимир, чувствуя, как у него внутри всё холодеет за своего сына. Его взгляд, казалось, устремился вдаль, хотя глаза внимательно следили за каждым движением Николая. Молодой Волков с энтузиазмом рассказывал о своём пробуждении, жестикулируя так, будто размахивал невидимым мечом.

Владимир сжал зубы. Перед ним мелькали лица. Не Николая — а тех, кто некогда шёл за "Кровавой десницей", и их главарём "Красной рукой". Таких же молодых, горящих энтузиазмом. Владимир невольно сжал кулак, вспоминая тот день.

Роздол. Город, утопающий в крови. Ещё утром его улицы были полны жизни, а к вечеру напоминали поле битвы. Ему всё ещё снился этот момент: запах гари, крики жителей, которые заглушали даже удары пушек.

— "Отступаем! Это невозможно, они нас просто уничтожают! " — кричал кто-то из его людей.

Но он знал: если они отступят, то оставят город на растерзание врагу. Владимир вытащил из ножен саблю и рванул вперёд. Не потому что был храбрее остальных, а потому что знал — если не он, то никто.

Сражение с "Красной рукой" было как кошмар. Дар врага превращал всё вокруг в оружие. Владимир видел, как кровь раненых товарищей взмывала в воздух, оборачиваясь смертоносными клинками. Но он не отступил. Даже тогда, когда это казалось безумием. Даже тогда, когда на его собственных руках и груди остались следы, похожие на ожоги.

— "Мы победили," — сказали ему позже. — "Ты спас город."

Но в памяти остались не слова благодарности, а пустые взгляды мёртвых и отчаянные глаза детей, которых он не успел спасти.

С тех пор он стал другим. Владимир Владимирович Светлов — герой, защитник, офицер. Но внутри него жил человек, который больше никогда не хотел видеть силу Дарований. И когда Николай Волков говорил о своём пробуждении, этот страх оживал вновь.

Владимир, кажется, не заметил, как Дмитрий Иванович подошёл ближе.

— "Что-то не так, Владимир? " — его голос звучал как обычно, но в глазах мелькнула искра беспокойства.

— "Всё в порядке," — коротко ответил Владимир. Его голос был жёстким, словно он пытался этим тоном отгородиться от собственных мыслей.

— "Твой младший тоже пробудился? " — продолжил Волков, будто не замечая настроения собеседника.

Владимир на миг замер.

— "Нет," — ответил он наконец. Голос прозвучал чуть громче, чем он хотел.

— "Жаль," — Дмитрий кивнул. — "Но кто знает? Возможно, Алексей ещё удивит нас всех."

Владимир ничего не ответил. Его взгляд скользнул по сыну, который тихо сидел рядом. «Никаких сюрпризов,» — мелькнуло в голове. «Мне хватило их на всю жизнь.»