Предел Ярости

Алое солнце поднималось выше зенита, окрашивая небеса в тревожный, почти кровавый свет.

В этом мире вечных сумерек даже день казался сном, а воздух — вязким, как застывший янтарь.

Наша группа богов шла вдоль опушки леса — шаг за шагом, не спеша, будто сама тишина вела нас. Атмосфера была странно лёгкой, почти домашней. Впереди, в припрыжку, шёл невероятно радостный Сота — в его шагах звучала беззаботность, будто весь мир был ему по плечу. Позади — Иштар и Дэк.

— Дэк, ты упоминал, что ты из Старшей ступени. А многих ли ты знаешь себе подобных? — с лёгким любопытством спросила Иштар.

Дэк взглянул на неё, потом поднял глаза к алым небесам — будто искал ответ где-то там, за дымкой сумерек.

— А почто вопрошаешь? — протянул он, слегка растягивая гласные, с выразительным стародавним выговором.

— Что… почто? — переспросила Иштар, приподняв бровь. — Эм... а, ну да, просто интересно узнать о тебе побольше, — поспешно добавила она, слегка смутившись.

Дэк тихо усмехнулся, качнув головой:

— Молодь ныне и речей старых не ведает... — пробурчал он себе под нос, потом громче добавил:

— Ведомо мне, кто ты есть, дева. Богиня искушения. Погляди на Соту — мальчонка весь пылает, места себе не находит. Не чаруй его боле.

Голос его был ровен, но твёрд — в нём слышалась не злоба, а усталость старого воина, знавшего, что такое соблазн и его последствия.

Иштар удивлённо моргнула, не ожидая такой прямоты.

— Впрочем, — произнёс Дэк чуть мягче, — то уж не суть важно. Было — сплыло.

В Теуре я знался со многими из Старшей ступени, всех и не упомнишь.

На лице его мелькнула тень тоски — краткая, почти неуловимая. Было видно: скучает он по тем беззаботным временам, когда не нужно было притворяться сильным.

— А кого ты бы выделил? — мягко спросила Иштар, будто стараясь вернуть разговору лёгкость.

Дэк почесал бороду.

— Ну-с… пожалуй, боле иных отличились Кауфман, Тохатсу и... — он осёкся.

— И?.. — поторопила его Иштар.

Он перевёл на неё взгляд — в янтарных глазах блеснул тусклый огонь.

— И Элиас, — произнёс он твёрдо.

Иштар замерла. Дыхание сбилось.

— Ты сказал Эли... — начала она, но её прервал голос Соты, крикнувшего через плечо:

— Иштар! А какие мужчины тебе нравятся?!

Он шёл лицом к ним, не видя того, что творилось за спиной.

Иштар только открыла рот, чтобы ответить — и тут из гущи леса, ломая ветви, вырвалось нечто, похожее на льва. Огромное, с дымящимися когтями и паром, стелющимся по земле.

— Сота! — в унисон крикнули Иштар и Дэк.

Мальчишка развернулся — вспышка света, щит из золотого сияния, и в тот же миг удар. Воздух загудел. Щит треснул. Сота вскрикнул, руку повело, словно вывихнуло. Следующий удар — сильнее, когти выросли прямо из тьмы. Он не успел. Удар отбросил его в дерево. Тело содрогнулось. На груди — рваная рана, от плеча до живота, кровь густая, почти чёрная. Сота потерял сознание.

— Погань! — рявкнул Дэк, и глаза его вспыхнули янтарём.

Жёлтая вспышка — и в его руках появились две широкие секиры, древние, будто выкованные до самого солнца.

Он рванул вперёд, а Иштар метнулась к Соте.

Дэк двигался зигзагами, скользя по земле, сжимая пространство между собой и зверем.

На миг он исчез — и появился сбоку, в слепой зоне.

Две полосы — и сталь вонзилась в тело твари.

«Какого ж беса… ни царапины...» — мелькнуло в голове.

Зверь повернулся, рыкнул. Воздух задрожал, земля откликнулась.

Ужас, древний и липкий, прошёл по спине даже старого воина.

Он скрестил секиры — удар пришёлся с силой горы, отбрасывая его в валун. Камень треснул, а из груди вырвался хриплый смех.

— Ну-с, потеха будет... — прошептал он, поднимаясь.

Алое солнце разливалось ржавым светом. Воздух стоял тяжёлый, пахло железом и мокрой землёй.

Зверюга, почти в два метра длиной, рванулась вперёд — и вновь земля содрогнулась.

«Воистину погань…» — мелькнула мысль. — «Божественность охоты: Клык Хищника».

Вокруг Дэка вспыхнули тусклые руны, оживая древними символами. Секиры засияли золотисто-белым пламенем.

Он занёс их — удар диагональю, затем сверху.

Вспышка — звон — рев.

Монстр, пронзённый по плечу, дёрнулся, издал глухой вой и отступил в лес.

Секиры растворились в золотом отблеске.

Дэк выдохнул, медленно направился к Иштар. Та, в крови и дрожи, прижимала ладонь к груди Соты.

— Что с его раной? — спросил он глухо.

— Тяжёлая… но органы целы, только крови... слишком много, — голос её дрожал.

«Был бы тут Элиас — до такого бы не дошло… Какая же я бесполезная…» — мелькнуло в мыслях.

Дэк нахмурился.

— Почему мы не можем создать материал? В Теуре же могли! — подняла на него взгляд Иштар.

— В Теуре, девица, воздух сам звенит от божественности, — медленно ответил он. — Там мы вольны и созидать, и рушить. А здесь... лишь тени себя прежних.

Иштар прикусила губу. Её взгляд стал стеклянным.

— Дэк...

— Чего тебе? — бросил он раздражённо. Но, увидев выражение её лица, осёкся.

Она поднялась — и спокойно, почти безэмоционально произнесла:

— Почему бы нам не бросить его?

Дэк резко выпрямился:

— Ты что мелешь, окаянная?!

Она медленно повернулась к нему — взгляд холодный, прожигающий.

Даже он отвёл глаза.

Сота закашлял, кровь вспыхнула на губах.

— Надобно уводить его. Зверь может воротиться, — сказал Дэк уже твёрдо.

— Нам нужно к замку. Мой союзник умеет исцелять, — быстро ответила она, стараясь не показать тревогу.

— Союзник, говоришь?.. — буркнул он. — Что ж, коли иного выхода нет.

Он поднял Соту на руки и пошёл следом за ней.

***

Прошёл час. Они вышли на небольшую поляну, окружённую мёртвыми деревьями. Алый свет солнца едва пробивался сквозь верхушки — и всё вокруг казалось нереальным, будто из сна.

— Почему мы остановились? Где замок? — раздражённо спросил Дэк, ощутив неладное.

— Я... не знаю. Мы уже должны были прийти. Но... не понимаю... — растерянно произнесла Иштар, осматриваясь.

Дэк нахмурился, его взгляд стал цепким.

— Иштар! Там кто-то лежит! — крикнул он, указав в сторону деревьев.

Он аккуратно положил Соту на землю и побежал вперёд.

— Старик?.. — пробормотал он, наклоняясь.

— Кто там?! — крикнула Иштар.

— Тут какой-то старик! Без сознания! — ответил Дэк, присматриваясь.

Иштар подбежала — и застыла. Перед ней лежал Элиас.

Только теперь он выглядел так, будто прожил сотни лет: кожа серовата, волосы седые, дыхание прерывистое.

— Элиас!.. Элиас! Проснись! — Иштар упала на колени, схватив его за руку. По щекам текли слёзы.

Дэк стоял, ошарашенно глядя.

— Ты сказала... Элиас?.. — хрипло вымолвил он, делая шаг назад.

Он будто не верил глазам.

Иштар уже не говорила — лишь рыдала, капли слёз падали на лицо Элиаса.

— ...Штар... — с трудом выдохнул он.

Иштар замерла.

— Элиас... ты жив! — воскликнула она, улыбаясь сквозь слёзы.

— Иштар... воды... — прошептал он едва слышно.

— Сейчас! — сказала она. — Дэк, подай воды, живее!

Но Дэк не шелохнулся. Он стоял, опустив голову, будто боролся с самим собой.

— Дэк! — резко выкрикнула Иштар.

В его правой руке вспыхнула жёлтая энергия — и из света соткалась секира.

— Дэк, ты... — начала она, но он перебил:

— Юная дева, живо отойди от него, — глухо произнёс он, сквозь стиснутые зубы. В его голосе звучала усталая злость.

Он сделал шаг вперёд.

— Дэк... ты это чего... — Иштар попятилась, не веря происходящему.

— Я даю тебе десять ударов сердца, чтоб отойти от него. А не отойдёшь... сама виновата, — сказал он ровно, с ледяным спокойствием.

— Десять... девять... восемь... семь... шесть... тебе бы послушать, девица. Целее будешь. — Голос его становился всё мрачнее. — Пять... четыре... три...

Иштар встала перед ним, распахнув руки.

— Не дам! — крикнула она, дрожа, но не от страха — от решимости.

Дэк на миг опустил взгляд, потом холодно произнёс:

— Что ж... твой выбор.

Он поднял секиру для удара — и вдруг услышал:

— Иштар... отойди... — хрипло сказал Элиас.

Она вздрогнула, посмотрела на него, прикусила губу — и, неохотно, отступила в сторону.

Дэк подошёл ближе, их взгляды встретились.

— Здравствуй... Дэкориан, — произнёс Элиас, едва дыша. Его голос был стар, но в нём всё ещё звучала сила.

Дэк посмотрел на него с тяжёлым лицом.

— Добрый день, Элиас, — сухо произнёс он.

Гнетущая тишина еще какое-то время висела в воздухе. Лишь тихое дыхание Соты и шелест травы напоминали, что время всё ещё идёт.

Дэк, не сводя взгляда с Элиаса, наконец произнёс:

— Как ты уцелел, старик?

Элиас перевёл взгляд к небу, сделал глубокий вдох, возвращая дыхание в норму.

— А я и не помирал, чтоб выживать, — с лёгкой улыбкой ответил он.

Дэк цокнул языком, будто от недовольства, но за этим звуком скрывалась сдержанная злость.

Элиас, не отводя взгляда, тихо добавил:

— Дэкориан... Ты ведь и вправду желаешь моей смерти, не так ли?

Дэк нахмурился. На его глазах начали проступать слёзы — редкое зрелище для воина, что пережил века. Перед внутренним взором вставала картина — юный парень с пепельно-светлыми волосами, стоящий среди гор трупов, чьи тела уже не имели числа. Он смотрел на яркое солнце, будто ища прощение у мертвого мира.

Дэк стиснул зубы, вены на шее вздулись.

— Ты… один из Совета Тринадцати... — произнёс он, голос его дрожал, но не от страха. — Я…

Он отвёл взгляд. Одна-единственная слеза медленно скатилась по щеке и упала на землю. Дэк крепко сжал секиру — и, замахнувшись, обрушил удар.

— Элиас! — пронзительно вскрикнула Иштар.

Всё вокруг окутало облако пыли. Когда она рассеялась, Иштар увидела: клинок вонзился в землю, оставив глубокую борозду, а от лица Элиаса лезвие отделяло лишь несколько жалких сантиметров.

Выражение Дэка было жутким — в нём смешались ярость, боль и отчаяние. Он будто хотел убить, но не мог заставить себя сделать это.

— Что с тобой, Элиас?! — выкрикнул он, голос сорвался на хрип. — Совсем не страшно помереть, а?!

Элиас не шелохнулся. Его лицо оставалось безмятежным, даже глаза не дрогнули. Это безразличие лишь сильнее раздражало Дэка. Он вновь занёс секиру — мышцы его рук натянулись, как канаты.

— Хватит уже! — вскрикнула Иштар, встав между ними. — Если ты убьёшь Элиаса, спасти Соту будет некому! Разве это так трудно понять?!

В её голосе дрожала не только злость, но и страх. По щекам катились слёзы.

Выражение Дэка изменилось — гнев будто утих, сменившись странным, усталым спокойствием. Он опустил секиру... а затем резко ударил Иштар ногой в живот. Девушка вскрикнула и упала, отлетев на несколько метров.

— Твоему дружку помощь надобна?.. — хрипло произнёс Элиас, всё ещё не поднимаясь.

Дэк не ответил. Лишь тяжело дышал, глядя куда-то мимо.

— Поднеси руку, — прохрипел Элиас, будто каждое слово давалось ему с усилием.

Дэк нахмурился, но всё же протянул ладонь ближе.

Элиас вытянул руку навстречу, и на его ладони засияла печать — руна, излучающая божественную силу. От неё веяло чем-то древним, первозданным, как дыхание самого мира.

Постепенно сияние на ладони Элиаса стало угасать, будто кто-то медленно гасил свечу. Руна — изломанная, сложная, переплетённая из символов древнего языка — начала переливаться в воздухе, переходя с его ладони на ладонь Дэка.

Когда перелив завершился, Дэк ощутил лёгкое жжение, словно руна вплавилась прямо под кожу. Её линии затрепетали, пульсируя в унисон с его сердцем. Лицо же Дэка оставалось непроницаемым, будто он сдерживал в себе бурю.

— Занеси ладонь над телом мальца... и направь в неё божественность, — глухо произнёс Элиас, едва шевеля губами.

Ни слова не ответив, Дэк лишь коротко кивнул. Развернувшись, он направился к Соте. Тот лежал неподвижно, хрипел, кровь с каждым вздохом пузырилась у его губ. Казалось, жизнь покидает его с каждым мгновением.

— Тише, Сота... всё обстоит ладно, — тихо произнёс Дэк, подхватывая его за шею левой рукой. Правая медленно поднялась над грудью мальчишки, и в тот же миг на ладони вспыхнул мягкий золотистый свет.

Из руки Дэка начали вытягиваться тонкие нити света — живые, пульсирующие, словно дыхание самого мира. Они мягко проникали внутрь тела Соты, сплетаясь и извиваясь, как светлячки в ночи.

Дэк затаил дыхание. Его глаза округлились, когда кожа мальчишки начала медленно затягиваться, раны — исчезать, а дыхание — становиться ровнее.

Всего несколько мгновений назад перед ним умирал человек — теперь же он лежал мирно, будто просто уснул.

На ладони Дэка руна задрожала, пошла трещинами, и, наконец, рассыпалась, оставив после себя лишь пыль золотых частиц, растворяющихся в воздухе.

Дэк глубоко выдохнул.

Тело его обмякло, будто из него вырвали последние силы.

Он рухнул на землю, не проронив ни звука.

— Дэк... — тихо позвала Иштар, но он уже не слышал.

Сон без сновидений окутал его, тяжёлый и холодный, словно сама земля решила прижать его к себе, не отпуская.

Убедившись, что Дэк уснул, Иштар медленно поднялась и подошла к Элиасу. Сев рядом, она с тревогой посмотрела на его усталое, постаревшее лицо.

— Элиас… что с тобой произошло? Где замок? Где Редас? — в её голосе звенела тревога.

Элиас медленно присел, опираясь на руку.

— Я... я не знаю. Всё спуталось. Я уже сам ничего не разумею...

— Почему ты так постарел? — с ноткой страха спросила Иштар.

Элиас на мгновение отвёл взгляд в сторону, словно борясь с воспоминаниями.

— Я и сам не ведаю. Но, каким-то чудом… я пережил несколько сотен лет. Из прошлого. Может, звучит безумием, но это правда, — тихо произнёс он, будто каждое слово давалось с усилием.

Иштар поняла, что он не хочет ворошить прошлое, и осторожно сменила тему:

— А где Редас?

Элиас помрачнел.

— Сказал же — не знаю, — в голосе его прорезалась злоба и усталость. Он стиснул кулаки. — Когда замок исчез, он, быть может, ушёл… либо... — «...исчез вместе с ним», — добавил он мысленно, с горечью во взгляде.

Иштар выдохнула.

— Надеюсь, он жив. Ты ведь говорил, что спятившие боги сильнее обычных. Думаю, он не погиб, — сказала она с мягкой улыбкой, будто стараясь подбодрить его.

Элиас поднял взгляд.

— Лучше скажи вот что… что у вас за отношения с Дэком, что он, не моргнув, готов был тебя убить?

Он ждал ответа, но Иштар промолчала.

— Элиас? — переспросила она.

— Я не хочу об этом говорить, — нахмурился он, глядя в землю.

Иштар потупила взгляд.

— Тогда… мы хотя бы сможем быть вместе? Все... одной командой?..

— Нет, — резко отрезал Элиас.

— Почему?.. — жалобно спросила она.

— Хватит глупых вопросов. Я ухожу, — устало, но твёрдо произнёс он. Поднявшись, он отряхнул одежду и направился в сторону леса.

— Постой! — Иштар кинулась за ним. — Куда ты в таком состоянии?

— Я в норме, — бросил он, не оборачиваясь.

Иштар хотела что-то сказать, но слова застряли в горле.

— Куда ты хоть направляешься?

— На поиски Редаса. Не следуй за мной, — спокойно, но твёрдо произнёс он.

В этот момент за её спиной раздался хрипловатый голос:

— Не стоит идти за ним, дева, — сказал Дэк.

Иштар резко обернулась. Она не ожидала, что он уже проснулся.

— Поверь, одному ему будет легче, — произнёс Дэк, вставая.

— А тебе-то откуда знать? — резко бросила Иштар.

Дэк нахмурился, и его голос стал глубоким, почти торжественным:

— Поверь, дитя, я знаю, о чём толкую. Не пропадёт он, не из тех.

Под его тяжёлым взглядом Иштар сдалась. Вздохнув, она присела рядом с Дэком и спящим Сотой.

— И что нам теперь делать? — растерянно спросила она.

Дэк почесал подбородок, поглядывая в сторону заката — алые небеса отливали сталью.

— Ну-с... для начала вернёмся к ущелью. Там место надёжное, вода близко, да и кров построить можно.

— Ого, так значит, мы теперь команда? — с лёгкой улыбкой сказала Иштар.

Дэк усмехнулся краем губ.

— Команда, хм... Славное словечко, — тихо проговорил он, глядя куда-то вдаль.

Иштар обернулась на удаляющуюся фигуру Элиаса — и улыбка медленно сошла с её лица.

Дэк вдруг глубоко вдохнул, встал и, напрягая голос, выкрикнул:

— Элиас Деларон! На юге собирается коалиция!

Элиас на миг остановился, но не обернулся.

— Её возглавляет... — Дэк запнулся, переводя дыхание. — Возглавляет Совет Тринадцати!

Элиас застыл. Его тело будто оцепенело.

— Повторяю! — крикнул Дэк, перекрывая ветер. — Коалицию на юге возглавляет Совет Тринадцати! Они собираются воздвигнуть империю!

Элиас медленно обернулся. На его лице — смесь изумления и ужаса.

Он не произнёс ни слова.

Лишь стоял, глядя куда-то в пустоту, пока в голове не разносилось одно:

«Совет... Тринадцати...»

Спустя несколько секунд он пришёл в себя, тяжело выдохнул и продолжил путь на север — туда, где за алыми небесами медленно гас свет вечных сумерек.

Продолжение следует...