Глава 18: Золотой город и шепот древних камней
Дорога на Камелот вилась золотистой лентой среди бесконечных полей ржи, которые волновались под теплым ветром, словно океан. Но для меня, шагающего босиком по теплой пыли, этот мир все еще пах свежей краской. Я чувствовал, как под слоями чернозема и глины спят обломки прошлого, которые я сам же и похоронил, но на поверхности жизнь била ключом — дикая, наивная и прекрасная в своей мимолетности.
Рядом со мной тяжело стучал доспехами сэр Галахад. Его конь, могучий чалый жеребец, шел на поводу, так как рыцарь считал за честь идти пешком рядом с «беззащитным дитя». Галахад был воплощением этой эпохи: непоколебимая вера в добро, блестящая сталь и полное отсутствие понимания того, как на самом деле устроено мироздание.
— Видишь ли, мальчик, — гудел он, поправляя перевязь тяжелого меча, — Камелот — это не просто город. Это оплот Света. Король Артур получил корону из рук самой Девы Озера, а его советник Мерлин видит сокрытое. Тебе там будет безопасно. Мы найдем тебе приют в монастыре или при дворе.
Я посмотрел на него снизу вверх, щурясь от яркого солнца. [БЕЗОПАСНОСТЬ — ЭТО ИЛЛЮЗИЯ ДЛЯ ТЕХ, КТО БОИТСЯ ТЕМНОТЫ, ГАЛАХАД,] — подумал я, но вслух лишь кротко произнес: — А Мерлин… он правда умеет превращать свинец в золото? Или он просто знает, где лежат настоящие сокровища?
Лиара, шедшая с другого бока, звонко рассмеялась. Её магический посох, украшенный навершием из лунного камня, тихо постукивал о камни дороги. Она была чувствительна к потокам энергии, и я видел, как она время от времени бросает на меня подозрительные взгляды. Моя аура для неё была пугающе пустой — я научился скрывать бесконечность внутри себя, оставляя лишь крошечный огонек, имитирующий душу ребенка.
— Мерлин — провидец, малыш, — сказала она, поглаживая пальцами кристалл на посохе. — Он чувствует ритм мира. С тех пор как Цитадель Пепла на севере рухнула, он не спит. Говорит, что «Великие Весы» качнулись.
Орк Грог, тащивший на плече огромную секиру, сплюнул в придорожную канаву. — Весы, ритмы… Тьма ушла, это главное. Теперь торговые пути станут безопаснее. Хотя тени в лесах всё еще кусаются. Вчера я видел след виверны. Совсем свежий.
Я почувствовал, как высоко в небе, за слоем перистых облаков, скользнула золотая тень. Бахамут следовал за мной, стараясь не пугать моих новых спутников. Его присутствие успокаивало меня — он был единственным существом в этом мире, которое знало правду.
Камелот предстал перед нами на закате. Город был выстроен из белого известняка, который в лучах уходящего солнца казался отлитым из чистого золота. Семь концентрических стен, высокие шпили соборов и величественный замок на вершине холма — Арий действительно постарался, вдохновляя местных строителей на этот архитектурный подвиг.
На воротах нас встретила стража в гербовых накидках. Увидев Галахада, они преклонили колена. — Сэр Галахад! Король ждет вас. И ваших спутников. Мерлин предсказал, что вы приведете с собой «нежданного гостя».
Галахад гордо выпрямился, а Лиара и Грог переглянулись. Все трое посмотрели на меня. Я же просто ковырял пальцем дырку в своей поношенной тунике, изображая смущение.
Мы шли через жилые кварталы. Город дышал жизнью: ремесленники закрывали лавки, пахло печеным мясом и сеном, слышался смех и музыка менестрелей. Я ловил каждый звук, каждый запах. Это было так непохоже на стерильную тишину Крепости или безумие пепельного мира Калеба. Здесь была душа. Хаотичная, глупая, но живая.
В тронном зале Камелота было прохладно. Факелы горели ровным светом, а на высоком помосте сидел человек в простой мантии, но с короной, которая казалась частью его головы. Рядом с ним стоял старик с длинной седой бородой, чьи глаза светились мягким, но глубоким синим светом. Мерлин.
Я сразу понял, что старик — не просто маг. В его жилах текла разбавленная, почти исчезнувшая кровь тех древних эльфов-астромантов, которых я когда-то направлял. Он был эхом моего прошлого.
— Приветствую вас, герои, — голос Артура был спокойным и властным. — Вы вернулись из земель Пепла. Скажите, правда ли, что Тень исчезла?
Галахад вышел вперед, преклонив колено. — Да, мой король. Цитадель пала. Но не от наших мечей. Мы нашли лишь руины и живую землю там, где веками была смерть. И мы нашли этого ребенка.
Мерлин сделал шаг вперед, его посох звякнул об пол. Его взгляд впился в меня, пронзая маскировку. Я почувствовал, как его магическое щупальце осторожно коснулось моей поверхности и… мгновенно отпрянуло, словно наткнулось на раскаленное солнце. Старик побледнел, его руки задрожали.
— Мерлин? — Артур обеспокоенно посмотрел на советника. — Что ты видишь?
Старик долго молчал, тяжело дыша. Он смотрел на меня с ужасом и благоговением. — Я вижу… я вижу океан в капле росы, мой король. Я вижу того, кто старше этих гор.
Я улыбнулся Мерлину. Только ему. Это была улыбка, от которой у смертных седеют волосы. [ТИШЕ, СТАРИК,] — прошептал я в его разуме. — [НЕ ПОРТИ МНЕ ИГРУ. Я ПРОСТО ПРИШЕЛ ПОСМОТРЕТЬ НА ВАШИ ЗВЕЗДЫ.]
Мерлин сглотнул, опустил глаза и едва слышно произнес: — Это… особенный ребенок, сир. Его судьба переплетена с судьбой Веги. Мы должны оказать ему высшие почести.
Артур нахмурился, но спорить не стал. — Раз так, пусть мальчик живет в гостевых покоях замка. Галахад, Лиара, Грог — вы награждены. Отдыхайте. Завтра будет большой пир.
Ночью я не спал. Я сидел на широком подоконнике своей комнаты, свесив ноги в прохладный ночной воздух. Камелот спал у моих ног, а надо мной раскинулось полотно звезд. Я искал среди них «знакомые огоньки», но за пять тысяч лет небо сильно изменилось. Многие звезды погасли, родились новые.
В дверь тихо постучали. Не дожидаясь ответа, вошел Мерлин. Он не взял с собой стражу и не зажег огня.
— Кто вы? — прошептал он, останавливаясь в центре комнаты. — Вы не демон и не ангел. Ваша сила… она первозданна. Вы — Бахамут? Бог из старых преданий?
Я повернулся к нему, мои глаза в темноте светились мягким фиолетовым светом. [БАХАМУТ — ЛИШЬ ОДНО ИЗ ИМЕН, МЕРЛИН. МОЙ БРАТ АРИЙ ЛЮБИТ ЭТИ ТИТУЛЫ. Я ЖЕ ПРЕДПОЧИТАЮ ИМЯ ДЕЙМОС. ТЫ УМНЫЙ СТАРИК. ТЫ ПОНЯЛ, ЧТО Я НЕ ВРАГ. НО Я И НЕ ДРУГ В ВАШЕМ ПОНИМАНИИ.]
Мерлин опустился на стул, его силы, казалось, покинули его. — Почему сейчас? Мир только начал восстанавливаться после Великого Гнева. Мы строим королевство чести. Мы пытаемся изгнать тьму…
[ТЬМА — ЭТО ОБРАТНАЯ СТОРОНА СВЕТА, МЕРЛИН. ВЫ ПЫТАЕТЕСЬ УБРАТЬ ТЕНИ, НЕ ПОНИМАЯ, ЧТО БЕЗ НИХ КАРТИНА СТАНЕТ ПЛОСКОЙ. ВАШ КОРОЛЬ АРТУР — ПРЕКРАСНЫЙ ЧЕЛОВЕК, НО ЕГО СВЕТ СЛИШКОМ ЯРОК. ОН ПРИТЯГИВАЕТ НОВЫЕ ТЕНИ. НА СЕВЕРЕ, ГДЕ Я УБРАЛ КАЛЕБА, КОРНИ ЗЛА УШЛИ ГЛУБОКО. И СКОРО ОНИ ПРОРАСТУТ СНОВА.]
— Помогите нам, — Мерлин протянул ко мне руки. — Если вы — создатель этого мира, не дайте ему снова сгореть.
Я спрыгнул с подоконника и подошел к нему. Я был ростом ему по пояс, но в этот момент я казался великаном. [Я НЕ БУДУ СРАЖАТЬСЯ ЗА ВАС, МЕРЛИН. ЭТО ВАША ИГРА. НО Я БУДУ РЯДОМ. Я БУДУ СМОТРЕТЬ. И ЕСЛИ ВАШИ ГЕРОИ ОКАЖУТСЯ ДОСТОЙНЫМИ, МОЖЕТ БЫТЬ, Я ПОДБРОШУ ИМ ПАРУ НУЖНЫХ СЛОВ.]
Я коснулся его лба прохладным пальцем. [СПИ, СТАРИК. ЗАВТРА ТЕБЕ ПОНАДОБЯТСЯ ВСЕ ТВОИ СИЛЫ. В КАМЕЛОТ ПРИБУДЕТ ГОСТЬ, КОТОРОГО ТЫ НЕ ЖДАЛ.]
Мерлин уснул прямо на стуле. Я накрыл его пледом и вышел из комнаты через окно, растворившись в ночном тумане.
На следующее утро город проснулся от трубного зова. Но это были не трубы Камелота. Звук шел со стороны моря.
На главной пристани пришвартовался черный корабль с парусами, похожими на крылья летучей мыши. С него сошел человек в доспехах из темного стекла, за спиной которого развевался плащ, расшитый серебряными черепами. Его сопровождали воины, чьи лица были скрыты масками зверей.
Это был посланник из Нуменора — затерянного острова на окраине мира, где, по слухам, поклонялись «Древней Тени».
Я стоял в толпе горожан, наблюдая за процессией. Рядом со мной оказался Грог, который недовольно ворчал, поглаживая топорище. — Не нравятся мне эти ребята, малец. От них несет холодной сталью и мертвой водой. Чего им нужно в Золотом Городе?
[ИМ НУЖНО ТО, ЧТО ЛЕЖИТ ПОД ЗАМКОМ, ГРОГ,] — подумал я. — [И ОНИ ПРИШЛИ НЕ ПРОСИТЬ.]
Посланник Нуменора вошел в тронный зал. Его звали Мордред. Он не склонил головы перед Артуром. Его голос был холодным и резал слух, как скрежет ножа по тарелке.
— Король Артур, — произнес Мордред. — Мой господин, Владыка Ночи, посылает вам дары. Но взамен он требует вернуть то, что принадлежит ему по праву крови. Кристалл Резонанса. Тот самый, что ваши предки украли из Сердца Мира.
Артур встал, его рука легла на рукоять Экскалибура. — В Камелоте нет никаких кристаллов, Мордред. Мы живем по законам чести, а не по законам древних механизмов. Передай своему владыке, что Нуменор не имеет власти в этих землях.
Мордред тонко улыбнулся. — Вы забыли свою историю, король. Но камни не забывают. Если вы не отдадите кристалл по доброй воле, тень накроет Камелот, и солнце больше не взойдет над этими стенами.
В зале повисла тяжелая тишина. Мерлин, стоявший за троном, выглядел бледным. Он посмотрел в угол зала, где я прислонился к колонне. Я едва заметно кивнул ему.
Мордред развернулся и вышел, его плащ шлейфом протащился по плитам.
Вечером город не праздновал. Все чувствовали приближение беды. Лиара нашла меня в саду, где я рассматривал цветы роз.
— Ты ведь знаешь, что это за кристалл, да? — спросила она, садясь рядом на скамью. — Мерлин ведет себя странно. Он заперся в библиотеке и запретил кому-либо входить. А Грог говорит, что в порту черные корабли Нуменора не уплыли. Они стоят на рейде.
Я повернулся к ней, вертя в руках сорванную розу. [КРИСТАЛЛ — ЭТО ВСЕГО ЛИШЬ ИСТОЧНИК, ЛИАРА. ОН ЛЕЖИТ В ГЛУБОКИХ ПОДЗЕМЕЛЬЯХ КАМЕЛОТА, ТАМ, ГДЕ СТЕНЫ ЕЩЕ ПОМНЯТ КАСАНИЕ БОГОВ. ОН ПИТАЕТ ВАШИ ЗЕМЛИ, ДАЕТ ИМ ПЛОДОРОДИЕ И ЗАЩИЩАЕТ ОТ ХОЛОДА ПУСТОТЫ. ЕСЛИ ЕГО ЗАБРАТЬ, ВЕГА НАЧНЕТ УМИРАТЬ.]
Лиара вздрогнула. — Но почему Мордред утверждает, что он принадлежит им?
[ПОТОМУ ЧТО ИХ ВЛАДЫКА — ОДИН ИЗ ТЕХ, КТО ВЫЖИЛ В ВЕЛИКОМ ГНЕВЕ. ОН ПОМНИТ ТЕХНОЛОГИИ ПРОШЛОГО И ХОЧЕТ ВЕРНУТЬ ВРЕМЕНА, КОГДА МАГИЯ БЫЛА ЛИШЬ ИНСТРУМЕНТОМ ВЛАСТИ.]
— Мы должны что-то сделать, — Лиара решительно сжала свой посох. — Галахад готов сражаться, но мечи не помогут против того, что несет Нуменор.
[ТЫ ПРАВА, ЛИАРА. МЕЧИ ТУТ БЕСПОЛЕЗНЫ. НУЖНО ЧТО-ТО БОЛЕЕ… ВНУШИТЕЛЬНОЕ.]
Я посмотрел на ночное небо и испустил короткий ментальный импульс. Далеко в облаках раздался приглушенный гром. Бахамут услышал меня.
Ночью на Камелот напали.
Это не была обычная осада. Из тумана, пришедшего с моря, вышли тени. Они просачивались сквозь стены, проходили сквозь стражу, оставляя после себя лишь трупы с замороженными лицами. Крики ужаса наполнили жилые кварталы.
Мордред стоял на носу своего корабля, направляя черные молнии в сторону цитадели. — Разрушьте фундамент! — кричал он. — Пусть древний кристалл почует своего истинного хозяина!
Артур и его рыцари вышли на стены. Экскалибур сиял ослепительным светом, рассекая тени, но их было слишком много. На каждую уничтоженную тень из тумана выходили три новые.
Я стоял на самой высокой башне замка. Мерлин был рядом, он поддерживал магический щит над тронным залом, но его силы таяли.
— Господин Деймос… — прохрипел старик. — Пора. Если вы не вмешаетесь, Камелот падет до рассвета.
Я посмотрел на него. Мое лицо больше не было детским. Черты стали резкими, древними, а вокруг меня начало закручиваться фиолетовое пламя. [СМОТРИ, МЕРЛИН. СМОТРИ, КАК СРАЖАЮТСЯ ТЕ, КОМУ НЕ НУЖНЫ ТВОИ МОЛИТВЫ.]
Я сделал шаг вперед, прямо в пустоту с вершины башни. Но я не упал.
Под моими ногами из воздуха соткалась золотая спина. Бахамут материализовался прямо над городом, заслонив собой луну. Его рев был таким мощным, что черные корабли в порту подбросило на волнах, а тени на стенах просто развеялись от вибрации звука.
Король Драконов раскрыл пасть, и поток чистого солнечного пламени ударил по морю, испаряя туман и сжигая черные паруса Нуменора.
Мордред вскрикнул, пытаясь защититься своим темным щитом, но пламя Бахамута не было магией — это была воля творца. Щит треснул, и предводитель захватчиков вместе со своим кораблем исчез в огненном вихре.
Горожане и рыцари замерли внизу, глядя на небо. Огромный золотой ящер парил над ними, а на его шее сидел маленький мальчик, чьи волосы развевались на ветру, а глаза светились силой, перед которой мерк свет звезд.
Когда рассвет коснулся шпилей Камелота, вражеский флот превратился в пепел на воде. Тени исчезли.
Бахамут опустился во внутренний двор замка. Его тяжелые когти глубоко вошли в известняковые плиты. Я спрыгнул на землю, и дракон склонил голову так низко, что его нос коснулся моих босых ног.
Артур, Галахад, Лиара и Грог вышли навстречу. Они не знали, что сказать. Галахад хотел преклонить колено, но я остановил его движением руки.
— Не нужно, — сказал я своим обычным детским голосом, хотя в нем всё еще слышалось эхо пустоты. — Камелот выстоял. Но помните: Нуменор — это лишь начало. Мир просыпается. И не все, кто проснулся, добры.
Мерлин подошел ко мне и низко поклонился. — Вы спасли нас, господин Деймос. Какова ваша цена?
Я посмотрел на них всех — на героев этого нового, неокрепшего мира. [МОЯ ЦЕНА — ВАША ПАМЯТЬ. НЕ ЗАБЫВАЙТЕ, КТО ВЫ И ЗАЧЕМ СРАЖАЕТЕСЬ. И КОГДА ПРИДЕТ ВРЕМЯ ВЕЛИКОГО СОБРАНИЯ, Я ХОЧУ, ЧТОБЫ У ВЕГИ БЫЛИ ЗАЩИТНИКИ, КОТОРЫМИ Я СМОГУ ГОРДИТЬСЯ.]
Я похлопал Бахамута по боку, и дракон, взмахнув крыльями, исчез в утреннем небе.
Я же повернулся к Грогу. — Ну что, Грог? Где там твой завтрак? Я ужасно проголодался после всех этих полетов.
Орк только рот открыл, а потом хлопнул себя по коленям и расхохотался. — Ну и малец… Ну и чертенок! Пошли, накормим тебя так, что дракон позавидует!
Я шел с ними в обеденную залу, смеясь вместе с Грогом и Лиарой. Глава 18 закончилась. Камелот был спасен, но я знал, что это лишь первый ход в новой шахматной партии, которая растянется на сотни глав.
Моя игра продолжалась. И в этот раз я собирался насладиться каждым ходом.