Я по сути вообще не гений!
Хотя ситуация была крайне щекотливой, Бай Луань обманывал Герту не в первый раз! (?)
Подумаешь, один из восьмидесяти с лишним гениев за всю историю вознесения Нус. Обману ещё разок!
– Госпожа Герта.
Тон Бай Луаня был неторопливым.
– Три года назад я говорил вам, что даже видя судьбу, нельзя в нее чрезмерно вмешиваться.
– Ты хочешь отмахнуться от меня сказками про «эффект бабочки»?
– Вовсе нет, госпожа Герта. Я молчу не чтобы отвязаться, а чтобы не мешать вам.
Бай Луань развел руками: – Это вы захотели построить станцию, а не потому, что я предсказал, что вы её построите, верно?
Важна Герта, а не пророчество. Если я скажу лишнего, разве это не исказит вашу изначальную идею?
Герта задумалась, скрестила руки и возразила: – Но в той судьбе, которую ты видел изначально, ты ничего не говорил, а я всё равно построила станцию. Какая разница, скажешь ты или нет?
– Малейшее отклонение ведет к огромной ошибке.
Госпожа Герта, влияние пророчества в краткосрочной перспективе ничтожно, но в долгосрочной — огромно.
Нынешняя вы хотите сделать что-то, потому что именно вы этого хотите. Но если вы будете слишком полагаться на пророчество, мотивация превратится в: «Будущая я сделала это, значит, у неё была причина».
Бай Луань посмотрел прямо в глаза Герте, говоря с достоинством: – Разве госпожа Герта не считает, что такая версия себя больше похожа на марионетку судьбы, чем на саму Герту?
Герта молчала. Их взгляды скрестились надолго. Наконец Герта улыбнулась и заговорила первой: – По сравнению с началом, ты здорово вырос.
– …
«Разве в этом суть?!»
Бай Луань беспомощно улыбнулся.
– А госпожа Герта совсем не изменилась, все так же полна энергии, молода и прекрасна.
– Короче говоря, если ты скажешь слишком много, я стану марионеткой судьбы, поэтому ты не хочешь говорить?
Бай Луань кивнул в знак согласия.
– Вот как…
Кажется, она поверила.
Фух…
Бай Луань выдохнул. Похоже, и в этот раз пронесло.
Но следующая фраза Герты снова заставила его сердце уйти в пятки.
– Тогда ты тоже участвуй в делах по постройке Космической станции «Герта». Так ты сможешь не рассказывать мне о будущем, но при этом поможешь.
Бай Луань остолбенел, открыл рот, но так и не нашел аргументов против.
Это и есть логика гения при решении проблем?
– Но, госпожа Герта, такое масштабное дело… доверять мне, дилетанту, участие в нем… это нормально?
Бай Луань предпринял последнюю попытку сопротивления.
– Разве ты не умный? Я читала отчеты куклы о тебе. Там сказано, что какую бы работу тебе ни поручили, ты осваиваешь её за срок от одного до семи дней.
Станция, конечно, сложнее тех задач, так что дам тебе месяц.
– Я… это…
– Ты не сможешь?
– ?
«Кого это ты презираешь?
Построю, чтоб тебе пусто было!»
– Абсолютно без проблем!
– Вот и славно. Доставай телефон.
[Великая Герта просит добавить вас в друзья]
[Вы добавили Великую Герту в друзья]
– Будет прогресс — пиши напрямую.
Герта ушла довольная.
Строительство Космической станции «Герта». Это тяжелое бремя внезапно свалилось на его плечи.
Одна мысль об этом вызывает головную боль…
Соглашался уверенно, а как до дела дошло — сдулся.
И какое там копить на корабль…
После этого испытания я, наверное, сам смогу корабль построить?
Ладно!
Бай Луань похлопал себя по щекам, подбадривая.
Раз уж так вышло, жаловаться и жалеть бесполезно!
Подумаешь, космическая станция!
Вымучаю её на чистом упрямстве!
Черная Комната!
Запуск!!!
Следующий месяц Бай Луань провел в режиме «адская сложность», полностью погрузившись в проектирование станции.
Сначала он умолял Систему найти карты станции из игры прошлой жизни, чтобы использовать модели как референс.
Начав работу, он понял, что карта HoYoverse — это супер-упрощенная схема, годная только как ориентир.
К тому же не хватало огромного количества знаний: ракетная динамика, модульное проектирование, замкнутые экосистемы, материаловедение…
Хорошо, что в Черной Комнате была Герта в качестве учителя.
Словно компенсируя расслабленность трех лет, интенсивность учебы в этот период чуть не свела Бай Луаня с ума.
Ему приходилось выходить в ботанический сад, чтобы проветрить мозги.
Долгое время Бай Луань даже боялся Черной Комнаты. Вход туда был как тюремное заключение, но если не заходить — дедлайн в один месяц неумолимо приближался…
Под давлением дедлайна потенциал человека безграничен. После месяца мучений Бай Луань таки родил чертежи Космической станции «Герта».
Закончив проект, Бай Луань рыдал как старик в Черной Комнате.
Кто поймет! Люди! Кто поймет!
Снаружи прошел месяц, а здесь я чуть не помер от старости!
Проклятая космонавтика!
Я больше *** буду ***!
Я так устал…
Решено!
Как только появится новость об отправлении Экспресса, я сразу сбегу туда. Если так работать, я рано или поздно сдохну…
Бай Луань отправил чертежи Герте и тут же рухнул на кровать, провалившись в сон.
Это была усталость души, которую простой сон не лечит.
Когда Бай Луань снова открыл глаза, был уже полдень следующего дня.
Спросонья он глянул на телефон — несколько вибраций, несколько сообщений.
Сердце екнуло, дурное предчувствие накрыло с головой.
Открыл — сообщения от Герты.
[Великая Герта приняла ваш файл.]
Герта: ?
Герта: Это ты сделал за месяц?
Герта: Ты месяц гулял по саду и между делом сделал это?
Герта: Почему не отвечаешь?
Герта: Ну погоди у меня.
[Фото]
Герта: Проснешься — ответь.
На фото был он, спящий в своей кровати.
«Твою мать, Герта была здесь?»
Бай Луань мгновенно проснулся и сел.
Глядя на поток сообщений, он почесал голову и, стиснув зубы, написал.
Бай Луань: Работал на износ, переутомился, проспал.
Герта: Я тебя недооценила. Сделать чертеж такого уровня за такое короткое время… Похоже, месяц — это было слишком много.
Бай Луань: ???
Бай Луань: Госпожа Герта, вы серьезно?
Я этот месяц чуть не сдох от учебы.
А вы считаете, что у меня было слишком много времени?
Это вообще по-человечески?
Герта: Я думала дать тебе месяц, чтобы ты освоился в новой области.
Герта: Не ожидала, что ты сразу выдашь готовый продукт, причем настолько зрелый, будто станция уже давно построена.
Герта: Я проверила записи с камер наблюдения.
Герта: Записи показывают, что в этом месяце более 80% наблюдаемого времени ты провел в саду, на кухне или в других нерабочих зонах.
Герта: То с грибом болтаешь, то новые рецепты изучаешь, то просто тупишь.
Герта: Время безделья доминирует.
Герта: И при этом ты сделал проект, используя лишь крохи «свободного времени»?
Герта: И говоришь, что не ленился?
Бай Луань: …
После слов Герты Бай Луань понял: этот месяц в «реальности» он действительно провел, жалуясь Грибу Вдохновения, тупя в холодильник или медитируя в углу, чтобы залечить душевные раны от интенсивной учебы в Черной Комнате!
В глазах любого стороннего наблюдателя это выглядело как наглое, неприкрытое безделье!
Самое ужасное — он не мог это объяснить!
Не скажет же он Герте: «Дорогая госпожа Герта, у меня есть Черная Комната от Системы, где я учился до полусмерти, а время, когда я тупил снаружи — это была реабилитация».
Кто поверит?
Тем более Герта уже полностью уверовала, что его прислал Аха, а не Система.
«Черт, так я в глазах Герты стал суперэффективным гением?!»
Это значит…
Это значит, что в будущем при появлении подобной работы Герта первым делом вспомнит не о ком-то другом, а о нем?!
Бай Луань словно увидел, как его беззаботная жизнь машет ему рукой на прощание!
Нет—!
Вернись!
Ты мне нужна!
Отчаяние отразилось на лице Бай Луаня.
«Госпожа Герта…
Еще не поздно признаться?
На самом деле я вообще не гений!!!»
『Эта история учит нас: ложь вредит и себе, и людям.』
Бай Луань молча глянул на диалоговое окно Системы.
Действительно, радости и горести людей… о, нет, людей и Систем — не совпадают.