Нуб! Иди тренируйся!

Сначала все думали, что это обычное задание.

Прошло полмесяца, ни один план не прошел проверку.

Но сказать, что Бай Луань придирается, они не могли.

Его отказы были короткими, но били в точку, лишая дара речи.

Исправляли, отправляли — снова одна фраза, и тишина.

Все было открыто, все видели.

Полмесяца правок — ноль успехов.

Атмосфера сменилась с конкурентной на болезненно-напряженную.

Шанс на мечту?

Об этом забыли. Теперь молились просто сдать.

Время шло. Прошло больше половины срока. Ноль.

Бай Луань не паниковал.

Он не придирался, планы были реально плохими.

Такое хранение приведет к беде.

Он это предвидел.

Диковины — редкость, для многих это первый опыт.

Неопытность плюс гордыня — вот результат.

По его расчетам, пройдут только группы Старка и Коннорса.

Но они пока ничего не присылали.

Ладно, если никто не сдаст, проблемы не у меня.

Цель — сбить спесь с этих «гениев».

Результат достигнут, многие сломлены.

Он даже не давал сложных задач, это их будущая рутина.

Страшно представить, что будет на сложных.

Неудивительно, что Герта быстро бросит это место.

Люди тут не стоят её времени.

После этого я снова смогу похалтурить.

Теперь никто не посмеет повысить голос.

Телефон вибрирует.

Кто-то сдал? Сразу двое?

Чат.

Старк и Коннорс. Один за другим.

Бай Луань улыбнулся.

В составе — старые прожженные нубы.

Наконец-то.

Открыл планы.

Бюджет, риски, реализация — всё четко.

Придраться не к чему.

Отлично, мой гарант сработал.

После месяца проверки мусора — наконец-то работы выше проходного балла.

Видимо, полмесяца полировали.

Эти две группы спасли ивент от полного провала.

Бай Луань: Планы групп Старка и Коннорса одобрены. Пока делят первое место.

Сообщение взорвало станцию.

Наверняка уже бегут к ним за советом.

Это и нужно.

Признать, что ты дно — первый шаг. Второй — просить помощи.

Как говорится: Нуб! Иди тренируйся!

Под страхом увольнения учатся быстро.

А старые нубы пусть учат новичков, мне меньше работы.

И обвинения в халатности сняты, и спесь сбита, и наставничество налажено.

Бай Луань в выигрыше.

Осталось семь дней.

После Старка и Коннорса прошли ещё три группы. Эпический прогресс.

Прошедшие выдохнули, остальные в панике.

С каждым днем давление росло.

Хуже всего тем, кто выбрал самые сложные Диковины из гордости.

Продолжать или менять — оба варианта плохи.

Страдания. Ежедневная маска боли.

Бай Луань гулял, наблюдая этот ад.

Теперь даже новички смотрели на него со страхом и уважением.

Слухи о суровом ассистенте подтвердились.

Бай Луаню было смешно.

Знали бы они, что будет при Герте. Будут скучать по мне.

«Вы не знаете, как легко было при Бай-станционном смотрителе! Вернись!»

Уголки губ ползли вверх.

Семь дней прошли.

Тринадцать планов одобрено.

Из сорока Диковин — меньше половины.

И с таким уровнем вы говорили о самопожертвовании ради науки?

Теперь понимаете, как это смешно?

Но Бай Луань добрый. Увольнения были блефом.

Тринадцать групп — это мало людей.

Нельзя же уволить всех, когда только наладил работу.

Чат.

Бай Луань: На момент дедлайна одобрено 13 планов. Ниже ожидаемого.

Бай Луань: Я поторопился с целями, не учтя реалии станции.

Бай Луань: Это моя вина как начальника. Позже загружу самокритику.

Бай Луань: Наказание в виде увольнения отменяется из-за моей ошибки. Награды остаются. Ответственность беру на себя.

Бай Луань: Приношу искренние извинения коллегам.

Отправив это, он ждал реакции в кабинете.

Самокритика на деле была пощечиной остальным.

Те, кто болтал об идеалах, теперь должны сгорать со стыда.

На следующий день пришло заявление об увольнении.

Бай Луань выкинул его, не читая.

Вычеркнул имя из списка.

Заявления шли одно за другим.

Он не читал причины.

Неважно, почему уходят.

Те, кто не выдержал, здесь не нужны.

Через четыре дня волна увольнений спала. Осталась лишь малая часть списка.

Это отсеянные.

Те, кто смог вытерпеть унижение.

Поздравляю, первый шаг к становлению матерым нубом пройден.

Теперь заставим их двигаться вперед.