Глава 10.0
Кольцо Самуэль надел без особой надежды, скорее из любопытства: [подойдёт - хорошо, не подойдёт - не велика потеря].
Но стоило Ибелии Венион заговорить о нём, как мужчина вдруг расхохотался, легко и искренне.
«Любопытно.»
Он откинулся на спинку кресла и лениво закинул ногу на ногу. Затем снял кольцо.
В тот же миг его внешность изменилась.
[Серебристые волосы, будто вобравшие в себя лунный свет. Золотые глаза - тёплые и холодные одновременно. Именно таким Самуэль описывался в романе «Ария света».]
[Разве что теперь он выглядел моложе, едва ли за тридцать.]
«Что ж.» - протянул он. «С такой леди действительно стоит поговорить.»
Ибелия сразу поняла, что она прошла проверку.
[Если бы она не раскрыла его личность, её бы просто выставили, под каким-нибудь благовидным предлогом.]
«Что вы хотите?» - спросил Самуэль.
Ибелия положила на стол мешочек. Раздался отчётливый звон металла.
«Судя по звуку…украшения?» - прищурился он.
«Сначала прошу обратить их в деньги.»
«А затем?»
«Мне нужно, чтобы вы нашли одного человека.»
«Кого именно?»
«Женщину-врача. Рыжие волосы, зелёные глаза. Имя - Эрин. Вероятно, живёт в столице или поблизости. Этого достаточно?»
«Достаточно.» - он склонил голову. «Какова цена?»
Ибелия коснулась кольца.
«За её поиски хватит и этого.»
Взгляд Самуэля стал острым.
«Но вы собираетесь предложить больше.»
«Да. Я намерена и дальше сотрудничать с «Сьерро». А чтобы сдвинуть такую гильдию с места, нужно нечто ценнее золота.»
Она чуть подтолкнула мешочек к нему.
«Я скажу вам, как можно помочь вашей сестре.»
Рука Самуэля, уже потянувшаяся к украшениям, дрогнула. Он стиснул ткань так сильно, что внутри звякнули камни.
«Осторожнее.» - спокойно заметила Ибелия. «Повредите, потеряют цену.»
Он медленно ослабил хватку.
«Семь лет.» - тихо произнёс он. «С самого её рождения я ищу способ…и ничего. Откуда вам это известно?»
«Я просто знаю.»
«Этого мало.»
Его голос стал жёстче.
Ибелия откинулась на спинку кресла, вспоминая строки романа.
[Название книги - «Ария света».]
[И имя сестры Самуэля - Ария.]
[Любой, кто читал роман, понял бы всё сразу.]
[Ария - героиня оригинальной истории.]
[С детства болезненная, но удивительно тёплая и добрая. Именно она стала тем светом, который согрел сердце Люку Адельхарту - мальчика, выросшего в обмане, предательстве и холоде.]
[Он считал Кассиуса Адельхарта своим отцом. Верил, что Ибелия - его мачеха, презирает его. И только Ария, несмотря на все его отталкивания, продолжала протягивать руку.]
[И лишь она могла исцелить проклятие, тяготевшее над ним.]
[Потому роман и назывался «Ария света».]
[Она была лучом, рассеявшим его тьму.]
[Причина её слабости была проста: чрезмерно сильная божественная сила. Тело не выдерживало её.]
[Та самая сила, способная снять проклятие, медленно разрушала её изнутри.]
[Я не могу изменить всё сразу…но могу облегчить.]
«Попробуйте отвар из цветов талан.» - сказала Ибелия.
«Талан?»
«Они не растут в Империи. Их выращивают в Королевстве Сезия. Отвар укрепляет тело и помогает переносить избыток маны.»
Самуэль пристально смотрел на неё.
«Почему я должен вам верить?»
«Вы глава «Сьерро». Разве не вам решать, достоверна ли информация?»
Молчание затянулось.
«Хорошо.» - он завязал мешочек. «Но пока сведения не будут подтверждены, я не передам вам результаты поисков.»
«Разумеется.» - она чуть улыбнулась. «Но лучше поспешить.»
[Потому что Эрин Лаунер, та, кто создаст лекарство для Арии.]
[В книге Эрин недооценивали, из-за пола. Но именно она разработала несколько новых препаратов, включая средство, способное спасти Арию.]
[Однако, не понимая ценности своего открытия, она продала формулу бесчестному торговцу за дешево.]
[Когда Самуэль позже узнал правду и нашёл её, было уже поздно.]
[Она сама тяжело болела. Знала, какие лекарства ей нужны, но не могла позволить себе их купить.]
[Эрин умерла, до последнего пытаясь спасти Арию.]
[Я не позволю этому повториться.]
[План был прост: поддержать Эрин, помочь ей вывести лекарства на рынок, и разделить прибыль.]
[А, заодно - укрепить позиции в переговорах с Самуэлем.]
[Но об этом говорить рано.]
«Ах да.» - Ибелия уже поднялась, но вдруг снова села. «Мне нужно ещё кое-что.»
К счастью, Самуэль без лишних вопросов выполнил её просьбу.
Маленький стеклянный флакон, размером с большим пальцем. Внутри прозрачная жидкость.
Ибелия убрала его в карман и покинула трактир.
***
В особняк Венион она вернулась незамеченной.
Заранее предупредила Энни, что плохо спала и желает отдохнуть, чтобы та не заходила.
Переодевшись через служебный проход, Ибелия торопливо спрятала чёрный плащ в шкаф и сменила одежду.
Едва она закончила, в дверь постучали.
«Леди, время ужина.» - сообщила Энни.
[Обычно Ибелия ела одна.]
[Но раз в неделю граф Венион требовал общего семейного ужина.]
[Он привёл её в дом, но не как дочь.]
[Для него она была товаром на брачном рынке.]
[Воспитать красивой, послушной, наивной, и выгодно выдать.]
[За неделю в поместье она почти не видела его.]
[И всё же раз в семь дней он демонстративно собирал всех за одним столом.]
[Сегодня был именно тот день.]
[Не хочу идти…]
[После вчерашнего падения тело ещё ныло.]
[Но отказаться, значит упустить шанс.]
«Хорошо.» - сказала она. «Идём.»
В столовой уже собрались все.
Во главе стола - граф Венион и графиня.
Слева - её сводные братья, Артур и Дерек Венион.
Четыре взгляда встретили её без тени тепла.
Особенно - Дерек.
Ибелия с трудом удержалась от усмешки.
[Это ты столкнул меня с лестницы. И ещё смеешь смотреть так?]
Гнев должен был принадлежать ей, но дерзко сверкающие глаза принадлежали ему.
«Ты опоздала.» - холодно произнёс граф Венион.
Она перевела взгляд на него.
[Он худее, чем я представляла.]
Она почему-то воображала жадного, тучного мужчину.
[Но перед ней сидел подтянутый, сухощавый человек с резкими чертами лица. Говорили, он когда-то был рыцарем, и это легко угадывалось.]
«Ты чем-то недовольна?» - спросил он, заметив её взгляд.
«Нет. Просто задумалась.»
Она заняла место.
Теперь её внимание переключилось на графиню.
[Хищные, кошачьи глаза.]
[Сдержанная, но явная неприязнь.]
[С самого появления Ибелии она не удостоила её взглядом, лишь нервно постукивала пальцами по столу и делала слишком крупные глотки вина.]
В комнате повисло напряжение - тонкое, почти незримое.
[Вот он - мой настоящий фронт.]