Когда я купила рабов, один из них оказался принцем!?!?!?!?

— Ну что ж.

После того как деловой разговор завершился, Киноко-кун ушёл, а передо мной осталось около тридцати больных и раненых рабов.

У всех на лицах было написано, что они совершенно не поспевают за происходящим. Впрочем, это всё же лучше, чем их прежние мертвенно-пустые лица. Те и вовсе были безнадёжны.

— Я купила вас всех по одной причине. Чтобы вы покорились этой Рейте-Хунгарии-саме и до самой смерти защищали меня.

Когда я это сказала, они растерялись ещё сильнее. И что это значит?

— Прошу прощения. Можно один вопрос?

Подал голос молодой человек с самого левого края.

Именно он, если я на него «смотрю», должен умереть уже завтра.

Его раны — это ожоги по всему телу и рваные раны с головы до ног. Хоть его и обмотали грубыми бинтами, из-под них тянет гноем и запахом смерти, так что даже без [Зеркального глаза королевы] ясно: он уже почти покойник. Особенно жутко изуродовано лицо.

...И всё же он уверенно стоит на ногах. Неужели он особенно крепкий?

— Кто ты? Как тебя зовут?

— Меня зовут Вайс... просто Вайс. Я низший по званию солдат.

Хм, запомню. И что же хочет сказать этот Вайс-кун?

— Вы сказали, что купили нас, чтобы мы «защищали вас до самой смерти»... Но, как видите, мы все в таком состоянии, что в телохранители совершенно не годимся. Поэтому—

С этими словами он опустился на одно колено.

— Если вы намерены заставить нас работать через силу, прошу, возложите всё только на меня...! Прошу, позвольте остальным спокойно отдохнуть и получить лечение...!

Какое нахальство. Этот раб с ходу осмелился выдвигать просьбы своему хозяину. Для какого-то низшего солдата держится он уж больно высокомерно.

Остальные, услышав, как он говорит подобные глупости, прослезились и с искренним восхищением принялись бормотать что-то вроде: «Какой благородный человек...!» и «Пожалуйста, не беспокойтесь о нас!»

Я не совсем понимаю, но, похоже, этот низший солдат весьма популярен.

Но, к сожалению,

— Нет. Работать начнёте все с сегодняшнего дня.

— !?

Вайс-кун уставился на меня в потрясении.

Похоже, он недоволен, но это вполне естественно. Я заплатила большие деньги, так что и работать они должны начать немедленно.

— Вы... нет, ты...! До чего же... чудовищно зла...!

— Ага! Ты всё правильно понял, Вайс-кун! Да! Я и есть само воплощение зла, Рейте-Хунгария! Величайшая злодейка этих земель!

Ахх, до чего приятно ощущать такую неприкрытую злость и ненависть!

Все в моём владении прекрасно умеют скрывать подобные чувства, но, похоже, Вайс-кун притворяться не способен. Это даже успокаивает.

— ...Когда вы без разбору выкупили всех нас, больных и раненых рабов, я решил, что вы великодушная дворянка...

— Как прискорбно. Я не [великодушная дворянка-идиотка], которая тратит деньги без всякой выгоды, а [злая дворянка], которая ищет практическую пользу. С этого дня вы будете работать, как вьючные лошади.

— Кх...!

И потому—

— [Рог священного божественного единорога], исцели этих людей.

В то же мгновение рабов окутало золотое сияние.

— Это...!?

— Что это за тёплое сияние!?

— Боль... уходит!?

Наблюдая за их растерянностью, я вытащила из глубин рукава своего готического платья один-единственный рог.

Это [Рог священного божественного единорога]. Легендарный предмет, способный исцелить любую рану или болезнь, стоит лишь этого пожелать.

Правда, с каждым использованием он уменьшается, так что после исцеления тридцати человек сразу стал таким маленьким, что теперь помещался у меня на ладони.

— Ч-что... [Рог священного божественного единорога]...!? И использовать такую вещь так... небрежно...

Даже Вайс-кун, который ещё совсем недавно стоял одной ногой в могиле, теперь сиял чистотой.

Кожа, видневшаяся в просветах между бинтами, снова стала белой, а чёрные волосы, прежде опалённые и тусклые, вернули себе блеск.

— Ну вот, этого должно хватить. Теперь вы ведь сможете работать, не так ли?

[……]

Группа рабов молчала.

На их глазах исцелились не только ожоги и рваные раны — восстановились даже раздавленные глаза и носы, а также утраченные пальцы, руки и ноги, и от потрясения они дрожали, не в силах поверить увиденному.

Среди них рот открыл только Вайс-кун.

— Ты... нет... кто ты такая...?

— Рейте-Хунгария, маркграфиня. Больше всего люблю мясо и рис с яйцом, а из увлечений у меня прогулки и наблюдение за кошками.

— Я не это имел в виду.

Тогда что же ты имел в виду? Я совершенно не понимаю смысла твоего вопроса.

— Ты назвала себя «злой дворянкой, которая ищет практическую пользу». Тогда почему использовала такую вещь, как [Рог священного божественного единорога], на каких-то рабах? Продай ты его — и выручила бы несколько миллиардов золотом...!

— Ах, вот ты о чём?

Так вот что тебя смутило. Ну, это же просто.

— Причина одна. Я хотела сделать так, чтобы вы были мне обязаны, и получить [телохранителей, которые ни за что меня не предадут].

— Что...?

— Вы — больные и раненые рабы. Все вы в ужасном состоянии, и у вас нет ни одежды, ни еды, ни жилья, ни кого-то, на кого можно положиться, верно?

Следовательно—

— Именно поэтому эта Рейте-сама поможет вам всем чем только сможет! Я исцелю ваши телесные недуги, разумеется, но ещё дам вам деньги и жильё! Если после ран вам будут сниться кошмары и вы не сможете уснуть — я даже поглажу вас по голове. Если у вас будут тревоги, я вас выслушаю.

Фуфуфу. Если заботиться о вас столь основательно—

— Тогда, как бы сильно вы меня ни ненавидели, вам станет трудно меня предать! Вот он — путь чрезвычайно злой госпожи!

О-хо-хо-хо-хо!

Ахх, как же приятно! Рабы смотрят на меня с такой яростью, а их сжатые кулаки дрожат!

Уверена, все они сейчас думают что-то вроде: [Какая коварная красавица...! Хочется осудить её, но если мы причиним ей вред, то лишимся человека, на которого можем опереться. Что же нам делать...!]

Уфуфуфу. Не знаю, какими именно солдатами вы были, но раз вы служили в армии, значит, вы, должно быть, люди справедливости.

Заставлять таких людей мучиться от внутреннего конфликта... до чего же я зла! Ухохи!

— В любом случае, я бы хотела, чтобы вы приступили к работе немедленно, но... что такое, Вайс-кун? У тебя до сих пор такой недовольный вид.

— Нет... дело не в недовольстве, просто...

Вайс-кун шевельнул губами под бинтами. Если тебе есть что сказать, говори яснее.

— ...Даже так, использовать [Рог священного божественного единорога], который стоит несколько миллиардов, лишь для того, чтобы вызвать чувство благодарности... Это всё равно слишком расточительно... Вот этого я и не могу понять...

— А? О чём ты вообще говоришь?

Это я не понимаю, к чему он клонит.

Несколько миллиардов расходов? И что с того?

— Прежде всего, уясни одну вещь. Моя жизнь стоит куда больше нескольких миллиардов. Так почему я должна жалеть денег на её защиту?

— Вот это уверенность.

— Я ведь чрезвычайно зла. И ещё—

Я перевела взгляд на мужчин, стоявших за спиной Вайса-куна.

— Вы все становитесь моими [вещами], не так ли? Тогда когда-нибудь вы и совершите великие дела, которые будут стоить нескольких миллиардов, разве нет?

[...!]

Так, лекция окончена.

Право слово, раз уж вы собираетесь мне служить, то хотя бы такие вещи обязаны понимать.

— Ах, от такого количества разговоров у меня плечи затекли.

Стоило мне это сказать и слегка повести плечами, как у всех, кроме Вайса-куна, загорелись глаза, и—

[Пожалуйста, позвольте нам размять вам плечи, Рейте-сама!]

Да что это с вами вдруг такое!?

— Эй! Брысь, брысь! Если хотите разминать мне плечи, сначала идите в баню и отмойтесь как следует! Я даже приготовила для вас мягкую сменную одежду! Ах да, за ушами тоже тщательно мойтесь, поняли!?

[Мама...!?]

— Какая ещё мама!!

Я прогнала прочь бывших больных и раненых рабов, которые всей толпой ринулись ко мне.

Ах, ну честное слово. Эти тоже туда же. Стоит мне хоть немного продемонстрировать своё богатство, как они сразу начинают заискивать и лебезить.

Наверняка в их головах крутятся какие-нибудь мелочные желания вроде [Если я буду к ней добр, она, может, даст мне денег].

А может, они задумали усыпить мою бдительность, а потом убить меня?

Но не тут-то было. Эта гениальная Рейте-сама видит такие вещи насквозь. Бесполезно, бесполезно, бесполезно. Наверное, мой IQ равен двумстам. Я ведь прочитала около ста книг. Ну, мангу и тому подобное тоже.

— Хм, кстати об этом...

Посреди этой суматохи я перевела взгляд на одного лишь Вайса-куна, который стоял особняком с холодной отчуждённостью.

— А ты довольно недружелюбный.

— А, простите, дело не в том, что я вам не благодарен...

— Нет, мне это нравится. И дальше оставайся таким же.

— ...!?

Когда я его похвалила, Вайс-кун почему-то удивился. И что это значит?

— Нет... просто мне всегда плохо удавалось выражать эмоции на лице, и я часто ставил других людей в неловкое положение. Впервые мне говорят нечто подобное.

Понятно. Что ж, Вайс-кун высокий, а телосложение у него хоть и стройное, но крепкое, так что если такой мужчина общается с людьми с совершенно бесстрастным лицом, это и правда может пугать.

Но не повезло. В сердце меня, Рейте-Хунгарии-самы, не существует такого чувства, как страх.

Скорее уж это я уставлюсь на него в упор и заставлю его оробеть.

Мм.

— ...Какая милая.

— Чего!?

Это кто тут страшный!? Ты чего это вдруг ляпнул, болван!? Пугаться должен вообще-то ты! Ш-ш-ш!

— А, прости. У меня всегда была привычка сразу говорить вслух то, что я думаю.

— Ч-что ты вообще за человек...

Похоже, я заполучила на редкость хлопотного типа.

Недружелюбный, да ещё и язык за зубами держать не умеет — как правитель он не годится вообще ни на что. И я в самом деле рада, что он всего лишь низший солдат.

Хотя, возможно, именно потому, что в его словах и поступках нет лжи, остальные солдаты его и любят.

Что-то вроде надёжного человека в поле?

— Вайс-сама.

В этот момент его окликнул один из солдат — мускулистый молодой мужчина. От него прямо-таки веяло бодрой, освежающей мужественностью.

Постойте, а? [Вайс-сама]? И почему этот тип так почтителен к какому-то низшему солдату?

— Позвольте мне сказать дерзость... но, быть может, вам уже можно открыть ей своё истинное положение?

— Мм, но разве это не создаст проблем...?

— Всё будет в порядке. ...К тому же, когда госпожа Рейте купила нас, она наверняка уже была к этому готова. В таком случае и дальше обманывать её было бы ещё бесчестнее, не так ли?

Э-э, что...? О чём это вы вообще говорите?

Истинное положение? Что? И какая ещё готовность?

Я ведь просто наугад купила у какого-то работорговца, который сказал, что прибыл из королевской столицы, раненых солдат, разве нет?

...Погодите-ка, хм...? Торговец из [королевской столицы], который привёз... почему-то [каких-то раненых солдат]... может ли это быть...?

— Ты прав. Тогда давайте все представимся как следует.

[Есть, сэр!]

В то же мгновение по слову Вайса-куна все беспокойно переглядывавшиеся солдаты разом выстроились в идеальный строй.

Мускулистый мужчина шагнул вперёд, а затем...!

— Мы — [рыцарский орден королевства Стрейн]! Разбитое войско, потерпевшее поражение во время восстания и теперь живущее в позоре!

Чт—, ч-что-о-о-о-о-о-о-о——————!?

Р-р-рыцарский орден королевства Стрейн!? Потерпели поражение в восстании... то есть вы — остатки сил врагов нынешнего режима!?

— ...К моему стыду, во время отступления нас схватили люди того работорговца. Он сказал: «Если уж вам всё равно помирать задаром, то хоть товар из вас сделаю», — и продал нас в дальние земли.

Я этого не знала!

— Ну, «бывшие солдаты, покрытые ранами, которых продаёт торговец из королевской столицы сразу после восстания» — тут любой догадался бы, кто они такие.

Я не догадалась!

— Рейте-сама наверняка поняла это ещё тогда, когда нас покупала...

Я вообще ничего не поняла-а-а-а-а-а-а——————!?

Вы что, идиоты!? Если бы я знала, что вы враги нынешнего режима, я ни за что бы вас не приняла!

А если я приютила сразу тридцать человек вроде вас, то совершенно естественно, что меня заподозрят в измене!

Идиоты вы эдакие——————!

— Если бы вы не выкупили нас и не привели сюда, что бы с нами стало...!

— Пойти на такой риск, чтобы взять нас к себе, да ещё и исцелить наши смертельные раны и утраченные конечности...!

— Мы никогда не забудем этой доброты... Тот работорговец, должно быть, знал о добродетели Рейте-самы и потому решил продать нас именно вам.

Не сочиняйте тут ничего сами!

Я просто, ничего не зная, взяла и купила вас наобум... но разве могу я сказать вслух что-то настолько жалкое...!

Поэтому, скрепя сердце...

— Д-да, всё именно так! Эта Рейте-сама всё это видела насквозь!

[О-о-о-о-о-о-о-о~~!]

Ч-чёрт возьми——————! Запомните это, рабы!

За унижение, из-за которого мне, злодейской королеве Рейте-саме, пришлось лгать, я вам когда-нибудь отплачу!

Угх... от вранья мне всегда становится дурно...

Я устала и хочу спать... как же уныло~.

— Итак, Рейте-сама.

— Ну что ещё!?

Ч-чего!? Неужели есть что-то ещё!?

Да я уже на пределе от одной только мысли, что вы все здесь — ходячая взрывчатка!

— Мудрая Рейте-сама, возможно, заметила и это. Истинную личность вот этого [низшего солдата Вайса].

Что значит истинную личность!?

Да, я, конечно, подумала, что для низшего солдата он держится слишком уж величаво, что даже под бинтами от его лица веет благородством и что вы все слишком уж на него равняетесь, но что ещё за истинная личность!? Объяснись, Вайс-кун!

— Госпожа Рейте. Прошу простить меня за обман.

С этими словами Вайс-кун сорвал бинты, которыми было обмотано его лицо, и под ними открылось знакомое лицо, которое я столько раз видела в газетах...!

— Я — Первый принц [Вайс-Стрейн]. Наследник престола, павший во время восстания.

Да это же сверхмощная бомба только что объявилась——————————!?