Последний вздох нищего

Глава 1. Последний вздох нищего

Тёмный переулок, пропитанный запахом сырости и отчаяния, был единственным домом, который знал Е Чэнь. Его рваная одежда едва защищала от промозглого ветра, а пустой желудок сводило от голода. В этом мире, где сила определяла всё, он был никем — бездарным, неспособным даже почувствовать поток энергии, пронизывающий вселенную. Его существование было лишь тенью на обочине великой дороги культиваторов.

Люди проходили мимо, не замечая его, словно он был частью мусора, разбросанного по углам. Для них он был пустым местом. Но сегодня всё должно было закончиться. Сегодня его жалкая жизнь оборвётся так же незаметно, как и началась.

Внезапно тишину разорвал рёв мотора. Яркий свет фар выхватил из темноты его фигуру. Е Чэнь поднял голову и застыл. За рулём дорогого автомобиля сидел он — Линь Фэн, его единственный друг детства. А рядом с ним, положив руку ему на плечо и смеясь мелодичным смехом, сидела она — Су Юнь, девушка, чей образ он хранил в сердце все эти годы.

Время для Е Чэня замедлилось. Он видел их счастливые лица, видел роскошь, в которой они купались, и понимал всю пропасть между ними. Он не чувствовал злобы, только бесконечную, всепоглощающую пустоту. В последний миг он закрыл глаза, не пытаясь увернуться. Пусть это будет быстрая смерть.

Удар был сокрушительным. Тело подбросило в воздух, и мир погрузился во тьму. Но смерть не принесла покоя.

Вместо вечного забвения Е Чэнь ощутил странное тепло. Оно исходило из его собственных рук. Правую ладонь обожгло так, словно в неё вложили раскалённое клеймо. Перед глазами вспыхнул ослепительный золотой свет, и в воздухе материализовался сложный, витиеватый знак — символ абсолютной власти.

«Душа Бессмертного Императора... Какая ирония. Попасть в тело этого ничтожества», — раздался в его сознании глубокий, властный голос, полный разочарования.

Не успел Е Чэнь осознать услышанное, как левую руку пронзила другая боль — холодная и чистая, как горный родник. Левую ладонь окутал сапфировый свет, формируя другой знак — изящный и величественный.

«Верховная Императрица Богов... И мы здесь. Что ж, хотя бы вместе не так скучно», — вторил первому голосу другой — мягкий, но не терпящий возражений.

Два древних сознания пробудились в одном теле. Они смотрели на мир глазами Е Чэня и видели лишь слабость.

«Он даже не на уровне Ученика... Абсолютная бездарность», — с презрением констатировал Император.

«Печать на его теле... Она не поддаётся моему взору. Словно сама пустота скрывает то, что внутри», — задумчиво произнесла Императрица.

Е Чэнь лежал на холодном асфальте, чувствуя, как две чудовищные воли сканируют его изнутри. Он не мог пошевелиться, парализованный их мощью.

«Но раз уж мы здесь застряли... Придётся сделать из этого мусора что-то стоящее», — решил Император.

«Согласна. Начнём обучение», — поддержала его Императрица.

В тот же миг в разум Е Чэня хлынул поток информации — основы циркуляции энергии, принципы построения меридиан, тайны боевых искусств. Это было мучительно. Его мозг горел от перегрузки, но вместе с болью приходило нечто новое. Тело, привыкшее к немощи, начало отзываться. Тонкие нити энергии впервые потянулись к его сердцу.

«Первый шаг сделан», — удовлетворённо прошептала Императрица.

Е Чэнь открыл глаза. В них больше не было той безысходной пустоты. Теперь там тлел едва заметный огонёк — огонёк воли к жизни и... мести? Он медленно поднялся на ноги. Боль от удара исчезла, исцелённая потоками божественной ци.

Он посмотрел вслед удаляющимся красным огням машины Линь Фэна. На его губах впервые за долгие годы появилась холодная усмешка.

— Вы думали, что я мёртв? — прошептал он в пустоту переулка. Его голос звучал хрипло, но в нём появилась стальная нотка.

Две души внутри него молчали, но их присутствие ощущалось как нерушимая опора.

— Что ж... пора начинать восхождение.

Е Чэнь сделал первый шаг прочь из переулка — в огромный мир культиваторов, богов и демонов. Он больше не был просто нищим. Он был сосудом для двух великих душ и носителем тайны, способной сотрясти сами основы мироздания. И сегодня его путь к вершине вселенной начался с одной-единственной мысли: выжить любой ценой.