ГЛАВА 9 Пустой стеклянный замок и здоровая ведьма
ГЛАВА 9
Пустой стеклянный замок и здоровая ведьма
Когда первый принц Лайонел Брем Эдвард Ридилл закончил свои официальные дела на сегодня, он наведался на пост Магического корпуса с бутылкой вина для Луиса в руках и своим сопровождающим Нейтом на буксире.
Он знал, что в этот день проходил отбор Семи мудрецов. Результаты еще не были известны, но его друг был необычайно талантлив и, несомненно, показал хорошие результаты. Подаренное им вино предназначалось для раннего празднования.
Возможно, с их стороны было бы неосмотрительно пить весь вечер до полного заживления ран Розали, но она, несомненно, простила бы кубок или два.
Лайонел знал, что Луис пролил кровь, пот и слезы, чтобы стать одним из Семи Мудрецов. И поэтому, как его друг, он хотел вознаградить его за все усилия.
«Подумать только, он и сегодня на работе... Он привязан к своей работе больше, чем я ему доверял...»
«Возможно, он ищет преемника, который заменит его, когда он присоединится к Мудрецам».
Лайонел обменивался словами с Нейтом, пока они поднимались по лестнице. Поднявшись наверх, он заметил свет, просачивающийся из кабинета Луиса. Как он и ожидал, его друг был еще внутри.
"Извините нас, - сказал он, открывая дверь.
Внутри Луис и его ученик молча смотрели друг на друга. Лайонел никогда не встречал мальчика, но слышал его имя: Гленн Дадли.
Густые брови Лайонела сошлись узлом. «Я очень сожалею о своем внезапном визите», - нерешительно сказал он. «Вы заняты?»
«...Если вы поссорились, мы можем пойти домой», - добавил Нейт.
Луис перевел взгляд на Лайонела и Нейта. " Я занят, - прорычал он, - но вам не нужно уходить. Более того, я бы хотел, чтобы вы остались здесь в качестве свидетелей".
Луис пылал глубоким, тихим гневом.
Он не стал сразу же кричать и вопить, как делал это, когда его еще называли проблемным ребенком Минервы. Но блеск в его глазах остался прежним - и он по-прежнему резал, как бритва.
«Луис, что ты имеешь в виду, говоря о свидетелях?»
Лайонел был в замешательстве, а Нейт приготовился разбираться с Луисом, если тот решит выйти из себя.
Луис оскалил зубы, но его тон был тихим и спокойным. «Ваше Высочество, вы уже предположили, что амнезия Розали могла быть вызвана магическим вмешательством, верно?»
«А. Д-да.»
От стирания воспоминаний Розали никто не выиграл. Но после того как Луис упомянул эту идею, он задумался.
"Кто бы мог это сделать? Без учета мотивов?" Луис сделал паузу, затем поднял два пальца. "В то время у двух человек была возможность применить к ней такое заклинание. Оуэн Райт, который был на месте преступления, и Гленн Дадли, который первым обнаружил ее".
Лицо Гленна заметно напряглось.
Магия ментального вмешательства была полузапрещенной техникой. На ее использование было наложено множество ограничений, но в исследовательских целях она была разрешена.
При этом любой маг, использовавший ее без разрешения, мог навсегда лишиться сертификата мага. Поэтому почти никто не стремился ее изучать. В королевстве существовала лишь горстка пользователей.
Луис достал из кармана сложенный пополам лист бумаги и улыбнулся. "Несмотря на то, каким я могу показаться, я прилежный ученик... и поэтому я составил список всех библиотек королевства, в которых есть книги по магии. И их коллекции, разумеется, тоже".
Гленн жалко задрожал.
С лицом дикого зверя, загнавшего добычу в угол, Луис раскрыл сложенный лист бумаги. "Став моим учеником, Гленн получил право читать книги по магии. Я просмотрел записи о том, на что он потратил полномочия своего мастера, и обнаружил кое-что очень интересное".
На листе бумаги было название библиотеки, название книги по магии и список дат.
«В библиотеке Аскарда есть книга по магии ментального вмешательства, и имя Глена было в записи о просмотре».
Записи начинались в начале предыдущего месяца и продолжались почти каждый день. Такая частота была неслыханной для Глена, который вряд ли был прилежным учеником.
"Подожди, Луис," - прервал его Лайонел. "Я занимался магией. Я понимаю, что заклинания ментального вмешательства требуют большого количества маны и точного контроля. Я знаю, что говорю это грубо, но мог ли твой ученик научиться этому за столь короткое время?"
«У Гленна больше маны, чем он знает, что делать, но, как вы сказали, он еще неопытен... Однако этот мой ученик-идиот решил компенсировать несовершенство заклинания своими огромными запасами маны и все равно произнес его».
Когда Гленн побледнел и задрожал, Луис бросил на него презрительный взгляд. "Ты хотел заблокировать ее воспоминания о конкретном событии, не так ли? Уверен, ты хотел убрать у нее всего несколько минут, но твоя неопытность и неумение привели к тому, что заклинание получилось некачественным, и в итоге ты полностью стер ее воспоминания".
Гленн никогда не разбирался в магических формулах, но у него была способность взглянуть на одну из них и понять, как произнести соответствующее заклинание, а также запас маны, чтобы довести его до конца.
Поэтому заклинание сработало. Однако эффект оказался не таким, как он ожидал.
Луис уставился на Глена глазами, начисто лишенными сострадания, и направил на него наконечник копья. "Если тебе есть что сказать в свою защиту, Гленн Дадли, говори. Молчи, и я буду считать, что прав".
«......»
Лицо Гленна исказилось. Казалось, он вот-вот разрыдается. Но он упрямо молчал.
«Скажи мне, какую формулу ментального вмешательства ты использовал на Розали».
Магия ментального вмешательства имела несколько разновидностей. Если Луис не знал, какую формулу использовал Гленн, ему было бы гораздо сложнее ее развеять. При наличии времени он, вероятно, смог бы выяснить это сам, но быстрее и надежнее было бы попросить Гленна выложить все начистоту.
Но Гленн покачал головой. "Н-нет. Не буду".
Не говоря ни слова, Луис поднял свой посох.
Лайонел схватил его за плечи, чтобы остановить, а Нейт встал между Луисом и его учеником.
"Луис, успокойся, - сказал принц. «Ты должен услышать, что скажет твой ученик».
"Нет. Он дурак. Идиот. Я должен задушить его и как можно скорее развеять магию". Луис посмотрел на Глена и прошипел: "Ты хоть понимаешь, что натворил? Магия ментального вмешательства может оставить серьезные последствия в сознании человека. Одна ошибка - и Розали уже никогда бы не проснулась".
Гленн вздрогнул, как будто его только что ударили кнутом. Его крупная фигура сжалась и затряслась. В его глазах появились слезы.
Видя это, Лайонел тихонько напутствовал своего друга. "Луис, посмотри на него внимательно. Я не могу представить, что он заблокировал воспоминания Розали по злому умыслу". Он встал между Луисом и Гленом, затем повернулся лицом к последнему. "Гленн Дадли. Кого ты пытаешься защитить?"
«...!»
Глаза Гленна распахнулись, и он посмотрел на Лайонела.
"В зависимости от обстоятельств, мы можем смягчить твое наказание. Прошу тебя. Расскажи нам правду"
Глаза Гленна блуждали. Он колебался.
Лайонел глубоко поклонился мальчику. «Я прошу тебя об этом не как Лайонел Брем Эдвард Ридилл, первый принц королевства Ридилл, а как друг Луиса».
Это неожиданное упоминание о статусе Лайонела, похоже, еще больше задело Глена. Смятение, страдание, чувство вины - целый парад эмоций промелькнул на его лице.
"Пожалуйста. Мой друг любит свою невесту. Я хочу, чтобы ее воспоминания были восстановлены".
Гленн энергично покачал головой. И тут плотину словно прорвало, и его эмоции хлынули наружу.
«Это ложь!» - закричал он в страхе. «Он... Мастер... Он совсем не заботится о мисс Розали!»
На висках Луиса начали проступать вены. Нейт, почувствовав агрессивные намерения мужчины, с силой схватил его за подол одежды. Лайонел переместил свое тело, чтобы скрыть это, а затем заговорил с Гленом спокойным голосом, чтобы не возбуждать мальчика еще больше.
"Почему ты так уверен в этом? Я уверен, что Луис..."
"Потому что! Потому что я это слышал! Мастер, он... Он..." Гленн захрипел, жалобно хныча, как ребенок.
Луис умерил свой гнев. "...Говори, Гленн. Что ты видел?" - спросил он с отвращением.
Это случилось чуть больше месяца назад, в первый день Шелгрии.
Гленн, которому было поручено выполнять разные работы в Магическом корпусе, нес в лазарет ящик, наполненный бутылками с лекарствами. Ящик был довольно тяжелым, и ему приходилось идти осторожно, чтобы не разбить ни одной бутылочки.
Розали шла рядом с ним, неся свою собственную коробку с лекарствами.
"Спасибо, - сказала она. «Я бы не смогла поднять это сама».
"Если вам понадобится помощь, обращайтесь ко мне! Если я в чем-то и разбираюсь, так это в физическом труде!" Гленн весело ухмыльнулся.
«Спасибо», - ответила Розали с небольшой улыбкой.
В первый раз, когда она подлатала Гленна, она строго отругала его за безрассудство во время тренировок. Поначалу она показалась ему пугающей, и он чувствовал себя рядом с ней неловко. Но после того как его снова и снова таскали в лазарет, он стал больше общаться с ней и видеть в ней искренность и доброту.
Она могла быть очень строгой, но только потому, что беспокоилась о Гленне. Несмотря на ее ворчание, она всегда исправно латала его. Когда он не знал, как используется тот или иной инструмент в лазарете, она вежливо объясняла. А еще она слегка улыбалась его глупым шуткам, что всегда его радовало.
"Когда мы придем в лазарет, я дам тебе перекусить в знак благодарности. Доктор Хаузер только что купил вкусную выпечку".
«Потрясающе!»
«Только никому не говори».
«Мои губы запечатаны!»
Гленн практически парил, его шаги были такими же легкими и плавучими, как и голос. Но когда он услышал разговор людей в коридоре, он остановился на месте.
"А, вот еще что. Я слышал, вы недавно обручились, командир".
«Да, это так».
Из-за угла Гленн услышал Луиса и незнакомого мужчину.
О, точно. Разве сегодня здесь не кто-то из Гильдии магов?
Наверное, это связано с выбором Семи мудрецов. Если Гленн продолжит идти, то обязательно пересечется с ними. Может, поздороваться?
В этот момент другой мужчина произнес ярким голосом. "Поздравляю. Я слышал, она дочь мага Аквамантии... Полагаю, это делает вас достойным кандидатом в Мудрецы".
При этих словах Розали тоже остановилась.
Гленн не мог допустить, чтобы она услышала еще что-нибудь подобное. Ему хотелось взять ее за руку и вернуться тем же путем, каким они пришли. К сожалению, его руки были заняты.
«Должно быть, это нелегко - обручиться, чтобы добиться успеха».
Гленн не хотел слышать, что последует дальше. Розали, вероятно, чувствовала это еще сильнее. Но было уже слишком поздно. Они услышали ответ Луиса.
«Я бы не стал этого делать, если бы она не была дочерью мага Аквамантии».
Время остановилось. Пока Гленн стоял в оцепенении, шаги Луиса и другого мужчины затихли вдали.
Затем Гленн медленно повернулся и посмотрел на Розали. Она стояла рядом с ним, взгляд ее был пустым, а лицо - призрачно-белым.
Заметив, что Гленн наблюдает за ней, она тут же развернулась и пошла в противоположную сторону. Ее хрупкие плечи слегка вздрагивали.
"Мисс Розали! Я... э... э..."
Гленн неистово побежал за ней, и она остановилась.
Капля слезы упала на пол. Все еще прижимая коробку к груди, Розали вытерла глаз рукавом своего белого халата.
"Все в порядке. Я знаю, как он ко мне относится. Конечно, знаю".
Чувствуя себя по какой-то причине невероятно расстроенным, Гленн отчаянно искал слова, чтобы подбодрить ее. "Ну, я... вы мне нравитесь независимо от того, являетесь ли вы дочерью мудреца, мисс Розали. Вы очень милая и добрая... И..."
Розали слегка улыбнулась его неловкой попытке утешить ее.
«Спасибо».
Ее улыбка была нежной и грустной. От нее у него сжалось в груди.
Рассказав обо всем, чему он был свидетелем, Гленн глубоко вдохнул через рот. Он был весь забит слезами.
Он фыркнул, а затем продолжил. «Так что я просто...», - пробормотал он. «Я хотел заставить ее забыть...»
После этого Гленн поспешил в Библиотеку Аскарда и начал изучать магию, способную блокировать чьи-то воспоминания.
Но Гленн был хорошим человеком. Естественно, он был в замешательстве.
"Я не тупой. Я знаю, что это неправильно - вмешиваться в чужие воспоминания. Поэтому я решил, что не буду этого делать. Я решил, что просто забуду об этом. Но потом..."
Затем, вспомнив ужасное зрелище, он начал дрожать.
«Но потом мисс Розали упала с крыши...»
Конечно, подумал Луис, желая схватить голову в руки. Когда он впервые узнал о падении Розали, то сразу же решил, что это либо несчастный случай, либо преступление. Но Гленн увидел слезы Розали и пришел к другому выводу.
«Я подумал, что, из-за того что вы сказали что-то ужасное, она пыталась покончить с собой!»
Когда Гленн добрался до лазарета, его охватило облегчение от того, что она не умерла. Но в то же время он подумал: Если ничего не изменится, то, когда она очнется, она обязательно попытается снова. Но что, если я смогу...?
"Значит, ты заблокировал ее воспоминания, - сказал Лайонел.
Гленн кивнул, все еще всхлипывая. «Я думал, она будет так потрясена, если вспомнит, что снова спрыгнет с крыши... А-а-а-а... Хик...»
Луис повесил голову, закрыв лицо одной рукой.
Лайонел смотрел на друга с силой, достаточной для того, чтобы проделать дыру в его голове. «Есть что сказать, Луис?»
"Я понял. Мне жаль".
"Не извиняйся передо мной! Извинись перед Розали!"
«Мне нечего сказать в свое оправдание».
В сущности, защищать Гленна пытался, прежде всего, Луис.
Если бы Гленн рассказал кому-то, почему он заблокировал воспоминания Розали, это выставило бы Луиса плохим парнем. Именно поэтому Гленн не обращался за помощью и пытался решить все сам.
"Я... Я просто хочу, чтобы вы оба были счастливы... Но Мастер, ты... Ты сказал что-то такое жестокое, и... Ты заставил мисс Розали плакать... А-а-а, ва-а-а-а! Вы бессердечны! Вы ужасный человек! Она заслуживает лучшего!"
Гленн разразился рыданиями, Лайонел метнул взгляд в сторону Луиса, а Нейт окинул его ледяным взглядом.
Луис поднял руку в знак капитуляции перед всеми троими. "Я признаю это. Да, я признаю это. Это все моя вина. До последнего кусочка".
"Вы такой глупый, Мастер! Вам не нужно было обручаться с ней! Ты и так достаточно хорош, чтобы стать Мудрецом! Так... Так почему...?"
« Всё у тебя наоборот».
Глаза Гленна, красные и опухшие от слез, расширились.
Луис вздохнул, а затем сказал низким, звенящим голосом: «Я хочу стать Мудрецом только для того, чтобы жениться на Розали».
"...А? ...... Что?"
Казалось, Гленн не мог сразу понять, что он только что сказал. Он моргнул.
Луис бросил на него угрюмый взгляд и застонал. "Отец Розали потребовал, чтобы я стал Мудрецом. Иначе он не одобрил бы мою женитьбу на ней".
Рот Гленна на несколько мгновений открылся и закрылся. Но, увидев серьезность на лице Луиса, он нервно спросил: «Но вы же не любите ее?»
"Сколько раз я должен признаваться ей в любви, чтобы люди мне поверили? А!"
Луис поставил на карту всю свою жизнь, чтобы полюбить ее. Он был настолько серьезен. Если бы он знал, что так случится, он бы всем на посту рассказывал, как сильно он ее любит, не переставая. Он искренне сожалел, что не сделал этого. Он думал, что это смутит ее.
"Но разве вы не говорили...? Вы сказали, что не обручились бы с ней, если бы она не была дочерью мага Аквамансии!"
"Говорил, и я остаюсь при своем мнении. Если бы она не была его дочерью, я бы вообще не стал заморачиваться с помолвкой. Весь этот процесс - сплошная заноза в заднице. Я бы просто сразу женился на ней".
Пока Гленн стоял ошеломленный, Лайонел сложил руки. "Луис говорит правду. Он был влюблен в нее с тех пор, как мы вместе учились в школе. Я готов поклясться в этом своим именем принца".
Гленн закрыл рот и замолчал. Казалось, ему требовалось время, чтобы все это осмыслить.
По правде говоря, Луис не мог меньше заботиться о Гленне. Сейчас ему нужно было искать Розали.
Она сама выскочила из комнаты. Что вообще делала эта самозваная « старшая горничная»? Разве он не велел ей защищать Розали? Раздраженный, Луис пошарил в кармане в поисках кольца с их договорным камнем.
Нейт, молчавший до этого момента, заговорил. "Я тут подумал," - прохрипел он.
"Может ли это подождать? Я должен пойти за Розали прямо сейчас..."
«Я думаю, что к мисс Розали Верде обращалось довольно много мужчин, которым нужна была только должность».
«А?» - угрожающе произнес Луис. Это «а» означало, что ты затеваешь со мной драку, дурак?
Но на Нейта такие угрозы не действовали. "Те мужчины приходили к ней, и она им всем отказала. Вы обещали жениться на ней. Она верила в вас и ждала вас... А когда она увидела вас снова, вы изменились до неузнаваемости".
Это было ужасно. «Не хочешь ли ты сказать, что я вернулся за ней, превратившись в прекрасного джентльмена?»
«Думаю, мисс Верде была шокирована... Хотя я и знал, зачем вы это сделали, но подумал: "Вот это да, какой сомнительный плут" - и это еще мягко сказано...»
Как это преуменьшение? поинтересовался Луис. По-моему, это квалифицируется как словесное оскорбление.
Нейт проигнорировал волну гнева, исходящую от другого мужчины. «Более того, на посту в Магическом корпусе все говорят, что вы обручились с ней только для того, чтобы стать Мудрецом... Уверен, мисс Верде это очень беспокоит...»
"Я знаю о слухах. Но это всего лишь слухи. И это не каждый человек, я уверен". Луис надулся.
"Если не считать Оуэна," - пробормотал Гленн, - то почти все. Они говорят что-то вроде: «Командир способен любить что-то, кроме вина и джема?», «Он бессердечный человек, который не знает ничего, кроме насилия», «Мне жаль его невесту» и... Что еще...?"
Луис на мгновение закрыл глаза, чтобы успокоиться. Затем он начал беззвучно кричать.
Как вы смеете?! Вы маленькие крысы! Я буду петь вам ее дифирамбы, пока вы не захотите умереть!
Это было совершенно неразумно. Несправедливо. Еще несколько дней назад он был на грани того, чтобы получить все, о чем мечтал. Он был помолвлен с Розали, кто-то рекомендовал ему стать Мудрецом - его будущее выглядело так радужно, и все же Молчаливая ведьма избила его до полусмерти, ученик выставил его дураком, а невеста сбежала. Это было жестоко.
Пока Луис катился вниз по склону жизни так быстро, как только можно, Нейт нанес завершающий удар.
«Я имею в виду... ваше постоянное плохое поведение заставляло мисс Верде волноваться и заставляло вашего ученика и подчиненных думать, что вы обручились ради статуса».
Нейт, Лайонел и Гленн посмотрели на Луиса, в их лицах было поровну упрека, жалости и сочувствия.
Луис подцепил пальцем монокль и поднял голову. "Я могу поразмышлять обо всем этом позже. А пока давайте просто поищем Розали. Она еще не до конца оправилась, так что не могла уйти далеко... И еще, Гленн?"
Гленн выпрямился, словно его ударило молнией.
"Скажи мне, какую формулу ты использовал на ней. Я развею ее".
«Но, учитель, если ее воспоминания вернутся, она... Она снова прыгнет...»
"Ты не понимаешь кое-чего очень важного. Падение Розали не было ни несчастным случаем, ни попыткой самоубийства. И Оуэн тоже не виноват".
Именно поэтому ему нужно было найти ее и как можно скорее доставить в безопасное место.
Луис на мгновение задумался, не использовать ли ему летную магию. Но из-за Отбора у него осталась лишь треть маны, и он решил, что быстрее будет просто позвать Рин.
Он достал из кармана контрактное кольцо и нараспев произнес. «Ринзбельфид, дух ветра, в соответствии с договором, будь быстр на моей стороне!»
Когда он поднял кольцо, из окна подул порыв ветра, и в комнату вошла Рин. Ее роскошные светлые волосы колыхались, когда она вежливо кланялась.
Луис тут же начал пренебрежительно отзываться о ней. "Дрянная служанка! Где ты шлялась?! Мне казалось, я ясно дал понять, что ты должна защищать Розали!"
"Да, лорд Луис. Вы действительно велели мне защищать леди Розали , пока не закончится Отбор Семи Мудрецов."
У Луиса было ужасное предчувствие. И он попал в точку.
"Отбор закончился сегодня днем. Поэтому я отправилась убирать дом Карлы, чтобы подготовиться к послеобеденному чаю".
У Луиса чуть не подкосились колени.
Его подчиненные, его ученик, его контрактный дух - казалось, каждый из них делал все возможное, чтобы вывести его из себя. Он приложил руку ко лбу, на котором заметно вздулись вены, и снова и снова приказывал себе сохранять спокойствие. Его главной задачей было спасти Розали.
В этот момент кто-то вбежал из коридора. Это был Вайс, капитан Первого отделения.
«Командир Миллер, это срочно!»
Все на посту знали, что Луис в тот день улетел на Отбор Семи Мудрецов. Если уж Вайс ворвался к нему в кабинет, значит, дело было серьезным. Честно говоря, ему хотелось заткнуть уши и не обращать на это внимания.
"В ателье по изготовлению магических предметов Алсон в пригороде столицы произошел несчастный случай, связанный с маной, сэр! Ателье обрушилось, завал нескольких мастеров, а также детей, которые были там на экскурсии!"
Теперь Луис был уверен в этом. Поговорка была верна: Когда идет дождь, он льет. (ПП: фразеологизм, вроде как аналог "беда не приходит одна")
В Ателье волшебных предметов Алсуна произошел несчастный случай, связанный с маной. Получив донесение, Луис надел форму и мантию и вместе с несколькими десятками своих людей отправился на место происшествия.
Ателье, о котором шла речь, представляло собой довольно большое двухэтажное здание, расположенное в пригороде столицы. Однако сейчас оно было полуразрушено, и из него поднимались языки пламени, распространяя темные клубы дыма.
«Сэр, несчастный случай произошел в кладовой на втором этаже, где наделяют магические предметы маной». Капитан первого отдела Вайс протянул Луису карту здания.
Обычно магические предметы представляли собой куски металла или драгоценные камни, на которых были выгравированы формулы магии и пропитаны маной. Но в зависимости от предмета мана могла закрепиться в материале очень быстро. Кладовая предназначалась для хранения предметов, проходящих этот процесс.
Поскольку такие предметы пропускали всю ману, которая не успевала прилипнуть, они часто привлекали магических зверей, таких как духи, которым нравилась мана. Чтобы предотвратить их проникновение, согласно стандартной процедуре, вокруг любого помещения, где хранятся магические предметы, находящиеся в процессе обработки, должен быть установлен барьер.
«А разве над кладовой не поставили барьер, чтобы отгонять духов?» - спросил Луис.
«Ну, сэр, они не переделывали его уже много лет...»
"Понятно. Значит, со временем он испортился".
В результате низшие духи, привлеченные маной, проникли в кладовую и связались с полуготовыми магическими предметами, заставив их активироваться и выйти из-под контроля.
Луис и остальные наблюдали за тем, как пламя стремительно разгорается. Они забрасывали огонь водяными заклинаниями, но, скорее всего, потребуется некоторое время, чтобы полностью его потушить.
«Сколько мирных жителей еще в ловушке?» - спросил Луис.
Вайс сделал серьезное лицо. "У нас нет точных данных, сэр. Но, вероятно, около двадцати".
"Это много. Ремесленники... и дети на экскурсии, вы сказали?"
"Да, сэр. Все, кто был на первом этаже, смогли эвакуироваться, но лестница оказалась погребена под обломками и не позволила выбраться тем, кто был на втором этаже".
Обычно в такой ситуации использовали бы летающие магические средства, чтобы выводить выживших по одному. Но в этот раз нужно было спасти много людей.
Луис сразу же пришел к выводу. Он указал на место на карте. "Я приземлюсь здесь и позабочусь обо всем. Значит, командуете вы, капитан Вайс".
«Да, сэр!»
На этот раз Рин с ним не было. Ее силы духа ветра были слишком велики и могли еще больше усугубить ситуацию. Вместо этого он отправил ее и Глена на поиски Розали. К ним присоединились Лайонел и Нейт.
Луис тоже предпочел бы отправиться на поиски Розали. Ему отчаянно хотелось снять заклинание ментального вмешательства, запечатавшее ее воспоминания, объяснить, почему они в последнее время враждовали, и признаться ей в своей безграничной любви.
Но у него были обязанности командира Магического корпуса. Он не мог оставить без внимания несчастный случай, связанный с маной, так близко от королевской столицы. Если он пренебрежет работой, чтобы увидеться с ней, она возненавидит его по-настоящему, и он не сможет ничего сказать в свое оправдание.
Женщина, в которую влюбился Луис, была терпеливой и жесткой, с сильным чувством ответственности. Взяв на себя ношу, она никогда не отказывалась от нее и не перекладывала на других.
«Я скоро вернусь», - сказал Луис, произнес заклинание полета и через окно влетел в горящую мастерскую.
На втором этаже Ателье магических предметов Алсона находились восемь мастеров и одиннадцать десятилетних детей, приехавших на экскурсию вместе со своим учителем.
Они сжались в одном из углов мастерской, отгородившись от разрастающегося пламени. Время от времени в огне происходили небольшие взрывы, от которых во все стороны летели обломки.
Изнутри огня мигали и вспыхивали красные огоньки. Это были низшие духи огня, которые забрели в здание, привлеченные его маной. Они радостно мигали, словно радуясь щедрости. Затем, треща и щелкая, они разбрасывали вокруг себя искры, заставляя пламя плясать.
Огонь взвился вверх, устремляясь к группе, попавшей в ловушку. Но он не испепелил их. Возник полусферический барьер, защитивший их как от пламени, так и от его обломков.
И все же дети были напуганы. Они отчаянно цеплялись за свою учительницу.
«Мисс Мейгер...!»
«Все будет хорошо, дети».
Мейгер, ее седые волосы были аккуратно убраны назад, говорила с детьми твердо и успокаивающе. Как бывший профессор барьерных техник Минервы, ее барьеры были невероятно сильны. Низший дух пламени не смог бы пробить их.
Защищая испуганных детей, она смотрела на пляшущие перед глазами языки пламени.
Первый шаг к тому, чтобы выбраться из этой ситуации, - сделать что-нибудь с этими духами.
Если бы она могла закрыть их барьером, то погасить огонь было бы гораздо проще. К сожалению, запечатывание барьерами требует, чтобы заклинатель находился на определенном расстоянии от цели, а сейчас, когда она поддерживала защитный барьер в виде полусферы, она не могла двигаться.
Она могла поддерживать барьер еще некоторое время, но здание рушилось быстрее, чем она предполагала. Скоро оно похоронит их заживо.
Пламя снова взметнулось ввысь. Должно быть, духи были счастливы получить столько маны. Но с точки зрения Мейгер, веселье духов сулило гибель ей и ее ученикам. Огонь разрастался, загораживая окно и не позволяя ей наблюдать за происходящим снаружи.
В этот момент над головой раздался громкий звук: что-то твердое разлетелось на куски. Мгновение спустя сверху упало несколько крупных обломков, заставив детей вскрикнуть.
Защитный барьер Мейгер устоял, но теперь в полу образовалась большая трещина.
Мы сейчас провалимся!
Если положить несколько яиц в прочный контейнер и уронить его с высоты, контейнер, возможно, и не разобьется, но яйца будут разбиты. В данном случае контейнер был защитным барьером Мейгер, а яйца - людьми внутри.
Взрыв отбросил здание на одну сторону. Мейгер отбросило на спину, но она ни на мгновение не потеряла концентрации.
Ее барьер все еще был на высоте. По жестокой случайности пол рядом с ней провалился, и большой верстак упал на первый этаж. Было слышно, как разбиваются, ломаются и разлетаются на куски предметы.
Вскоре дым и пламя превратились в бурю, и Мейгер едва могла видеть за своим барьером. Но она что-то слышала - за искрами пламени и грохотом обломков она уловила мужской голос, быстро скандирующий.
Я знаю этот напев...
Это был защитный барьер, и не просто защитный барьер.
Со звонким звуком, похожим на удар по твердому металлу, барьер поднялся. Его форма была сложной, не похожей на обычный щит или полусферу. Вокруг них было словно установлено большое стеклянное полотно, чтобы удержать разрушающуюся конструкцию. Прозрачный барьер покрывал не только стены, но и пол, покрытый трещинами.
Затем сквозь дымовую завесу к ним направился маг, установивший этот сложный, тонкий барьер. Он носил монокль и держал в руках высокий посох мага, а его каштановые волосы были заплетены в косу. Поверх его темно-зеленой формы была накинута мантия того же цвета.
«...Кто это?» - спросил один из детей.
Маг поднял монокль и горделиво улыбнулся.
«Это еще один ученик вашего замечательного учителя».
Войдя в здание с помощью магии полета и добравшись до охваченной пламенем мастерской, Луис обнаружил, что его бывшая учительница держит прочный барьер.
В ее работе использовалась новейшая формула, которая не позволяла ей выбрасывать неиспользованную ману - идеальный выбор в подобной обстановке. Если бы она отказалась от изучения новых техник, то никогда бы не смогла справиться с этой задачей. Барьерная ведьма, похоже, была жива и здорова. Несмотря на безвыходность ситуации, Луис почувствовал себя счастливым.
Огонь ревел, сотрясая все здание, а Луис, быстро напевая, несся по труднопроходимой местности к рою низких духов.
Из пальцев Луиса выскочила магическая формула, превратившаяся в буквы золотого света, которые затем сложились в цепочки и связали всех духов разом.
Печать завершена.
Затем он вспомнил план здания и начал новое заклинание. Заклинание направило прозрачные стены по всему зданию, поддерживая его.
Как лидер Магического корпуса, Луис обычно брал командование на себя в подобных ситуациях. Однако он оставил подчиненного за главного и погрузился сам по одной причине: Только он мог справиться с таким сложным барьером.
Защитный барьер, известный как Пустой стеклянный замок, был непростой задачей. Заклинание воспроизводило целое здание с помощью прозрачного стекла, изготовленного с помощью магии. Луис адаптировал эту технику, чтобы временно укрепить разрушающееся здание. В то же время оно сдерживало распространяющееся пламя и не давало ему разрастаться.
«Магический корпус прибыл, чтобы спасти вас», - объявил он. " Кроме вас ранены только два ремесленника, верно? Все остальные, пожалуйста, подойдите к окну".
Луис использовал плоский защитный барьер, чтобы создать склон, ведущий к окну. Другие члены Волшебного корпуса ждали внизу.
Луис позвонил вниз: "Пустой стеклянный замок развернут! У нас есть раненые. Все, кто умеет летать, помогите мне!"
Не раненые ремесленники и дети один за другим сползали по барьеру и выходили из здания, пока не осталась одна Мейгер. Она посмотрела на Луиса и сузила глаза за очками, на ее лице появилось выражение глубокого восхищения.
«Подвиг, достойный твоего имени, Барьерный маг», - сказала она.
Луис приподнял пальцем монокль и ухмыльнулся. «У меня был хороший учитель».
«Хе-хе».
После того как группа в мастерской эвакуировалась, Луис осмотрел здание, чтобы убедиться, что никто больше не заперт внутри.
Пустой стеклянный замок потреблял много маны, и Луис не мог поддерживать его долго без предварительной подготовки.
Похоже, его люди уже успели отвести тех, кто находился поблизости, на безопасное расстояние. Вскоре он получил официальное донесение.
"Командир! Район чист, сэр".
«Очень хорошо», - сказал Луис.
Он частично отключил Пустой стеклянный замок, и здание с грохотом рухнуло. Он сохранил часть барьера, чтобы обломки не разлетелись во все стороны.
Обломки придавили оставшийся огонь, потушив его, и в мгновение ока вокруг потемнело. Солнце давно село, и теперь в зимнем ночном небе виднелись звезды.
Кризис подошел к концу. Теперь Луис должен был найти Розали и убедиться, что она в безопасности.
От Рин и Гленна я многого не жду, но, может быть, Лайонел... Нет, от него тоже не будет толку. Он слишком осторожен. Давай, Уолл. Ты - моя единственная надежда.
Пожелав, чтобы его мысли дошли до сопровождающего принца, Луис начал напевать заклинание полетной магии. У него оставалось мало маны, поэтому он не мог долго находиться в воздухе.
Но это было неважно. Он был уверен в своей выносливости. Если мана закончится, он просто добежит до нее.