Голос

Богиня развернула вокруг Лапики столбы света, защищаясь от мерзкой плоти. В этот момент из земли показалась огромная рука, но враг взмыл в воздух и с помощью чуда очистил скверну.

Благословения и чудеса, которые богиня использовала на теле Лапики, были невероятно мощными. Лапику переполнял страх, она не могла смотреть на этого жуткого монстра, но богиня позволила ей твёрдо стоять перед злом. Свет развернулся точно крылья, отражая безумие, а золотые пули выжигали тело «авангарда».

Но на обожжённой плоти появлялись всё новые глаза, они свисали с чего-то, напоминающего кишки, и с мерзким звуком объединялись. Авангард, удерживавший парня, которого собиралась спасти Лапика, обладал сильным чувством собственного я. Каждый кусок плоти, часть тела, мясистая трубка будто были живыми существами, прямо единое целое, шевелящееся в утробе матери.

Эта мерзость точно насмехалась над законами мира, этого было достаточно, чтобы у юной Лапики по спине побежали мурашки. Если бы богиня не контролировала её тело, она бы уже потеряла себя от страха и безумия.

— Ува... Хереси, Хэпии в порядке? После такого-то.

— Да. Вообще обгоревшая плоть Хэппи... Вполне съедобна.

— Теперь я больше за тебя переживаю.

Скрываясь за безумного вида «авангардом», Хереси и Конко наблюдали за сражением. Даже перед этим непригодным для жизни мерзким созданием Хереси вёл себя совершенно спокойно. Он определённо был не в своём уме.

— Хереси... Прошу... Приди в себя!..

— «Святая нова».

Вверх взмыл огромный шар света, излучавший святую силу, он пульсировал, а потом взорвался, поглотив всё. Тряска была такой, что могло подбросить всех, кто стоял на земле. Взрыв очищал и уничтожал даже созданий высшего мира, кровавая плоть оказалась очищена, всё заполнил белый свет.

— У...

Такое мощное чудо для изгнания зла было доступно только жителю Хайстеры, обладающему сильным телом и духом. При обычных обстоятельствах Лапика не воспользовалась бы подобным, но в бою доверилась богине. Так как богиня не обладала телом, заплатить цену за эту силу могла лишь Лапика.

Всякий раз, как она использовала чудеса и как использовала незнакомую магию, казалось, что голова взорвётся. Даже сильнейший в истории сосуд... Нет, именно, потому что это Лапика, она могла выдержать это. Она смогла это перенести.

— «Барьер сейкрис».

«... Кха!..»

Несгибаемый дух и бесконечная мана стали для Лапики точно устройство для пыток. Сколько бы «авангард» ни очищали, его плоть не заканчивалась, и Хереси подбадривал его.

«Но... Всё же...»

Тело и разум будут поглощены... Такова цена, которую Лапика, будучи обычным жителем земли должна заплатить, чтобы противостоять прихвостню зла. Но если так можно спасти Хереси, то она будет непреклонна.

Словно насмехаясь над добротой и любовью Лапики, плоть «авангарда» постоянно менялась. Похоже он не собирался подчиняться законам этого мира. Чем больше его плоть обжигал свет чуда, тем глубже были безумие и хаос, они с треском разносились, точно проверяя на прочность чувство справедливости и здравомыслие Лапики.

Позади так же спокойно улыбался Хереси. Будто воплощение безумия, кажется, что он дожидался, когда богиня вместе с Лапикой сломаются. Сам он в бою не участвовал, но его невозмутимость казалась зловещей.

«Богиня не проиграет. Но, если всё так и продолжится... Я не выдержу. Надо что-то сделать...»

Переживая, что они теряют инициативу, Лапика отвлеклась от жуткого существа и стала осматриваться по сторонам.

И тут вдалеке этого от белого пространства... Она увидела маленькое чёрное пламя.

— Всё кончено, Зенафим. «Справедливость, благословение, узри моё сияние».

— М... «Зло, скверна, узри моё сияние»!

Вдалеке ангелы вознесли молитвы своим господам, порождая сферы света. Одна была белой, а другая — чёрной.

Казалось, что вспышки света нейтрализовали друг друга, но вот чёрное пламя стало поглощать сферу света, и вот, окутанная чёрным пламенем, она сгорела.

— Эй, вон там. Это пламя Филиэль и её знакомой?.. Оно сюда направляется?

— ... И правда. Но что это за чёрное пламя. Оно отличается от того, что было... Скверно, скверно, скверно.

Чёрное пламя поглотило серебряный святой свет, а потом жар стал расходиться повсюду.

Конко сразу же наложила защитное заклинание, чтобы защитить Хереси. Богиня, чтобы защитить тело Лапики, использовала чудо.

— «Барьер Сейкрис».

«Йи!.. У-у!..»

Когда пронеслось чёрное пламя, душа Лапики завыла от нарастающей нагрузки. Ей казалось, что что-то в её мозгу сломалось, но сильная воля святой не позволила ей потерять сознание.

Море чёрного пламени испепеляло всё вокруг, мчась к краю измерения, которого не существовало.

«Хха, хха... Хха».

Зрение затуманилось. В глазах собрались слёзы. Даже в такой ситуации Лапика подняла голову, переживая за друга. Защищавший Хереси «авангард» оказался полностью сожжён, сморщенная плоть пузырилась и не двигалась.

Больше «авангарда» нет, и это возможность спасти Хереси. Возможно его получится вернуть в чувства. Ни к чему оставлять это сражение богине. Сейчас она должна выразить свои чувства и свою волю Хереси сама.

«Что ты делаешь? Это опасно. Предоставь своё тело мне».

— Хереси, Хереси!..

Затуманенным взглядом она искала друга, и вот увидела фигуру рядом с «авангардом». Игнорируя резкий голос в голове, она подбежала и попыталась взять его тёплую руку, но он оттолкнул её, точно отказываясь от помощи.

— Хереси, успокойся! Это я! Лапика!

Возможно, он был в замешательстве из-за того, что промывка мозгов перестала действовать. Перед таким сильным сопротивлением озадаченная Лапика создала нить чуда. Хоть ей и не хотелось этого, надо было его обездвижить.

Нить проплыла по воздуху и оплела туловище парня, продолжая затягивать. Тут Лапика потянула за нить... И парня разрубило.

— ... А?

Верхняя часть тела парня соскользнула на пол. Он был разрублен так же легко, как кукла из папье-маше.

От неожиданности у Лапики перехватило дыхание. Было странно, что он даже не пытался защититься, но тот факт, что она самолично убила друга, больно пронзил сердце пятнадцатилетней девушки.

— Не может быть... Как же так...

Слёзы потекли из глаз, затуманенным взглядом она смотрела на тело. Неестественно ровный разрез был не от меча, а от нити света.

— И-исцеление... Магия исцеления...

«*****».

— А? Ух!..

Пока Лапика оставалась в шоковом состоянии, бесшумно из разрыва в измерении появилась плоть в форме огромной руки. Она схватила тело Лапики и сжала, а девушка стала извиваться, пытаясь вырваться.

— Нет, пусти!..

Она не могла пошевелить ни руками, ни ногами, и даже голос был сдавленным. Лапика оказалась в опасности, из которой не могла выбраться сама, и тут она услышала знакомый голос парня.

— О, ты в первый раз приняла мою внешность, Хэппи. Не зря попросили подсказать, как это делается! Ты теперь настоящий мастер маскировки.

«*****».

— Нет... А? Она сказала, что может подражать тебе, потому я доверилась ей... Но ведь было совсем не похоже... Если такое смогло обмануть, то человеку точно что-то в глаза попало. Или зрение резко ухудшилось.

Со спины Лапики приближался аплодирующий успеху призванного существа Хереси и явно недовольная ситуацией Конко.

— ... Ну, похоже маскировка сработала, потому больше я ничего не скажу. Теперь опробуем мою идею.

Говоря, Конко протянула руку к извивающейся Лапике и достала из-под одежды кулон. Он был украшен полукруглым драгоценным камнем, а вторая половина была пуста.

— Лапика, помнишь ты дала мне на днях камень? — Хереси достал камень, который Лапика дала ему для защиты от зла. Вот только камень утратил своё сияние, в нём вихрилось нечто чёрное. Он был совершенно не похож на тот камень, который дала ему девушка, потому было трудно однозначно согласиться.

— Сейчас он стал такого цвета, но, если вернуть его, возможно получится спасти тебя.

— Ух... Спасти?..

— Позволь сказать. Бог внутри тебя — это не бог звёзд, которому служат жители Хайстеры.

— Что ты говоришь?..

— А ты не поняла? Разве у бога Хайстеры есть такая сила? Ты вообще спрашивала, является ли она богом звёзд?

— Но...

— Неужели бог, которому вы служите, причинил бы тебе столько боги?

— ...

Всё отличалось от того, что она слышала. Ей не доводилось слышать о том, чтобы бог звёзд управлял телом Лапюрьер и использовал незнакомые чудеса и магию. Стоило задаться вопросом, и в сердце появилось сомнение.

— Если вставить этот камень в кулон, получится нейтрализовать его силу, и тогда слишком могущественный бог высшего мира больше не сможет оставаться в твоём теле, и ты станешь прежней. Попробуем? Ты ведь страдаешь, Лапика.

— Стану прежней?.. Я снова смогу гулять с тобой по городу? Мне не придётся тебя убивать?..

— Конечно. Давай вставим камень в кулон...

«Хватит болтовни. Я сохраню контроль над этим телом до конца боя... “Святая нова”».

Святое небесное тело взорвалось. Удар обрушился на землю. Точно в калейдоскопе Лапика видела, как разлетелись гигантская рука, богиня с лисьими ушами и её друг, и хуже всего то, что она поняла, что это результат её собственной силы.

«М?! Голос!..»

В отчаянии Лапика осознала, что снова потеряла контроль над телом. Будто её внутреннее я больше ей не принадлежит. Сознание очистилось, её сознание поглотила белизна, она испытывала утрату, понимая, что уже не станет прежней. Даже разрывающая голову боль чуда казалась невероятно далёкой.

«Не поддавайся голосу зла. Мы должны рассеять тьму. Если не сделать это, низший мир будет легко уничтожен. Ты ведь этого не хочешь».

«Опасная сила, которая уничтожит мир...»

«Верно. Ты ведь хочешь защитить этот мир, эту планету? Наши цели совпадают. Если ты предоставишь тело, а я — силу, мы достигнем нашей цели».

Скорее всего так и было. Хереси обладал злой смертельной силой. Её интуиция святой, инстинкты и чувства говорили ей об этом.

Но Лапика просто не могла поверить, что Хереси злоупотребляет своей силой. Сомнения, что тлели в ней с тех пор, как она впервые услышала этот голос. Вера в бога и следование его миссии, глубоко засевшие в её сердце.

— Ой-ой-ой...

Парень, упавший после ударной волны, поднялся на ноги, проверяя своё состояние. В его руке всё ещё был чёрный камень.

— Лапика, всё же ты страдаешь. Я поднесу его тебе. Если он станет цельным, ты будешь свободна.

«А... Стой, это невозможно!..»

— «Сияющий дождь стрел».

Бесчисленные стрелы света, созданные богиней, оставили множество ран на теле парня, направлявшегося к Лапике. Одна из них неудачно вонзилась в плечо, окрасив одежду в красный.

«Почему, весь израненный... Он ради меня...»

Он весь был израненным, и неизвестно, когда его ждал смертельный удар, но Хереси шаг за шагом направлялся к Лапике.

«Стой, не подходи!..»

Она убьёт дорого друга собственными руками. Как бы отчаянно Лапика не завывала, она не могла вернуть контроль над своим телом.

С каждой новой раной он становился всё ближе. Сейчас Лапика не могла отвернуться от реальности, которую не желала видеть.

«Нет... Стой, прошу!..»

Серьёзно израненный, он наконец упал, и видевшая это Лапика чувствовала, как из глубины души поднимается нечто пылающее.

Это были не гнев или печаль, а решимость наконец-то отбросить колебания и действовать по собственной воле.

Решимость отказаться от слепой веры в бога.

— Что?!

«Контроль над телом!..»

Затуманенное сознание прояснилось. Сила наполнила её.

— Богиня, я сама буду использовать моё тело. Я буду делать то, что хочу сама, а не исполнять приказы.

Теперь тут стояла не Лапюрьер Хайстеры.

Это была девушка, которая заботилась о народе, дорожила другом и любила мясные блюда.

Она отказалась от слепой веры в бога и восстановила контроль над телом, её аура стала ощущаться сильнее, и она сделала шаг вперёд, собираясь сделать то, что хотела.

Добравшись до друга, она опустилась перед ним на колени, и сама совершила чудо, не уступающее божественному.

— ... Тебе не больно?

«Откуда у тебя, пустого сосуда, такая сила?.. Ты что, взяла под контроль мою силу?..»

Она использовала силу, заключённую в своём теле по собственному желанию. Сейчас Лапика могла всё то, что мог любой обычный человек. Даже голос богини, что заглушал её мысли, она могла по собственному желанию попросту не слушать.

— Хереси, прости. Моя сила... Нет, моя слабость подвергла тебя опасности.

— Нет, что ты... М? Лапика, атмосфера вокруг тебя изменилась?

— Да... Сама не очень понимаю, но кажется я смирилась с чем-то или отпустила... Кажется я смогла вырасти.

— О, вот как. Поздравляю! Если ты снова в себе, а богиня до сих пор внутри, значит не обязательно восстанавливать кулон?

— Нет, я не хочу, чтобы кто-то копался внутри, если верну камень в кулон, можно попросить богиню уйти. Я дала его тебе с возвратом, и сама установка камня в кулон... Имеет особый смысл.

Лапика краснела, думая о роли кулона для Хайстеры, при этом держа его у груди. Пока стояла рядом, желание заполнить кулон только усиливалось.

«Постой. Одна ты не уничтожишь последователей злого бога. Ты же хочешь спасти нижний мир? Для этого ты должна объединиться со мной».

— Да. Я хочу спасти звёзды. Хочу спасти жителей Хайстеры. Это остаётся неизменным. И это не противоречит желанию отослать тебя. Я решила довериться своему другу и поверить в то, что он не злоупотребляет силой.

«Ты не ведаешь силы злого бога. Не знаешь, насколько мерзкими являются его последователи. Из нижнего мира не постичь истину».

— Богиня. Вы не тот бог, которому поклоняются в Хайстере, но я вам благодарна. Спасибо за возможность покинуть церковь и за то, что помогли мне найти нечто важное.

«Стой!..»

— Надо же просто вставить камень? Йей.

Лапика с гордостью вытянула кулон, Хереси взял его и вставил камень. Камни соединились, два цвета нейтрализовали друг друга, и камни стали бесцветными.

В следующий момент. Белое пространство, созданное богиней, исчезло точно сон. Они вернулись в реальность, где парень и девушка общались с искренними улыбками, богиня плодородия с лисьими ушами молча и в неловкости слушала их, а два ангела продолжали словесную перепалку, хоть всё уже и закончилось.

Это был мирный денёк, который идеально дополняла хорошая погода.