Лавка разносолов
Бабушка заулыбалась:
— И правда вкусно, кто бы мог подумать, что утиные яйца можно так приготовить.
— Солёные яйца точно пойдут нарасхват.
— Да и сунхуадань, совсем другой вкус, а тоже объедение.
Видя, что и отцу с матерью понравилось, Су Фэнчэнь мысленно выдохнул с облегчением.
Он ведь и сам мечтал побольше зарабатывать, поправить положение семьи, дать отцу с матерью пожить в покое и довольстве.
Вот тогда бы он считал, что по-настоящему исполнил сыновний долг.
Прежде, когда рука у него болела, родители и тревожились, и вынуждены были работать ещё больше за него — и от этого на душе у него скребли кошки, он корил себя без конца.
Словно тяжёлый камень лежал на груди и не давал вздохнуть свободно.
А теперь на душе стало куда легче.
И он знал: всё это благодаря племяннице.
Вся семья ела вкусную еду, думая о будущих заработках, и лица у всех сияли светлыми, ясными улыбками.
……
После ужина Су Бинхань взяла большую корзину, в которую уложила солёные утиные яйца и сунхуадань, и засобиралась домой.
Корзину нагрузили щедро, и вид у неё был внушительный.
Ло Цзиньань протянул руку:
— Давай я понесу.
Су Бинхань хотела было возразить, что корзина, мол, совсем не тяжёлая.
Для неё такой вес — сущий пустяк.
— Правда не тяжёлая, я сама справлюсь.
Ей не хотелось, чтобы Ло Цзиньань делал за неё тяжёлую работу, — просто боялась, что он устанет.
Ло Цзиньань пристально посмотрел на неё — взгляд упрямый, а выражение лица до того повелительное, что дух захватывало:
— Я понесу. Будь умницей.
Встретившись с ним глазами, Су Бинхань, сама того не желая, подчинилась.
Отдала ему корзину.
Ло Цзиньань взял её и зашагал к выходу, и лишь тогда Су Бинхань будто очнулась.
Что это с ней сейчас было?
Словно её околдовали.
Странно, с какой стати ей поддаваться чарам?
Но взгляд Ло Цзиньаня в тот миг был каким-то совершенно особенным.
Она догнала его, забежала вперёд и заглянула ему в глаза — но увидела то же, что и всегда, ничего особенного.
Неужто ей всё померещилось?
По возвращении домой Су Бинхань тоже не сидела без дела.
Она вместе с отцом, матерью, старшим братом и невесткой обсуждала завтрашнее открытие.
Все подробности проговорила до мелочей.
Домашние задавали вопросы, если чего-то недопонимали, и все вместе советовались и разбирались.
Засиделись допоздна, до самой полуночи, и только тогда семья улеглась отдыхать.
На следующий день, ещё затемно, все поднялись, собрали вещи и повезли их в лавку.
В то утро они наняли в деревне воловью упряжку, чтобы перевезти всё в город.
Су Бинхань подумывала и о том, чтобы купить собственного вола.
Только вот вол стоил десять лян серебра — и правда недёшево.
В хозяйстве деньгам счёт нужен, нельзя покупать всё, что в голову взбредёт.
К тому же на открытие лавки и отделку ушло немало серебра — стоило пока поберечься.
Вот заработают — тогда и вола купят.
……
Ещё не рассвело, а семья уже добралась на воловьей повозке до города.
В первый день открытия ожидалась суета, так что с собой поехали даже Су Сюэсюань и Су Сюэхай.
Су Бинхань, пользуясь темнотой, пораньше расставила сладости.
Ценники она приготовила заранее, оставалось только разложить угощение по разным деревянным лоткам.
Кондитерская и тофу-лавка располагались вместе, в одном большом помещении, которое разделили на две лавки.
В тофу-лавке тоже царила чистота.
На прилавке стояли деревянные лотки, а на них — листы тофу-пи, сушёный тофу, жареные каштаны в сахаре, хрустящий картофель.
Даже солёные утиные яйца и сунхуадань красовались каждый на своём блюде.
Выглядело всё точь-в-точь как в лавке разносолов.
По правде говоря, тофу-лавка была великовата, и Су Вэньчжэ считал, что такого большого помещения для неё не нужно.
Но у Су Бинхань были свои планы.
Она думала, что тофу-лавку можно превратить ещё и в лавку тушёных мясных закусок.
Позже, когда появится возможность, разные тушёные мясные деликатесы и закуски можно будет продавать прямо здесь.
Когда совсем рассвело, у дверей лавки появилось несколько человек; они с любопытством заглядывали внутрь.
Автор благодарит дорогих читателей, поддерживающих эту книгу: огромное спасибо вам за силы, которые вы мне даёте, я буду продолжать усердно работать!