С детства была не по годам смышлёной

Су Фэнчэнь кивнул:

— Да, всё готово, в доме. Я сейчас принесу.

Он давно уже собирал все утиные яйца, и вместе с теми, что накопились за последнее время, их набралось почти сотня.

Все их он засолил тем способом, о котором рассказала Су Бинхань.

Он хоть и не понимал, как племянница додумалась до такого способа засолки, но стоило ему вспомнить, какой она была в детстве, — и все сомнения исчезали.

Племянница с малых лет была на удивление смышлёной, не такой, как остальные.

К тому же когда‑то к ним в деревню заходил один мастер и сказал о ней несколько слов.

Смысл тех слов он смутно, но всё же понимал.

Вот почему в семье Су никто никогда не удивлялся переменам, которые происходили с Су Бинхань.

Су Бинхань посмотрела на приготовленные дядей солёные утиные яйца и сунхуадань («столетние яйца») и с улыбкой проговорила:

— Дядя, открой одно, попробуй.

Су Фэнчэнь никогда раньше их не пробовал.

Разбив солёное яйцо и увидев желток, он изумлённо замер.

— Желток стал таким?

— Даже масло проступило.

Всё это было ему в диковинку.

Су Бинхань подцепила палочками немного желтка и протянула ему:

— Дядя, попробуй.

Су Фэнчэнь с любопытством откусил.

Стоило ему распробовать, как он застыл, потрясённый.

Он широко раскрытыми глазами уставился на солёное яйцо и только спустя долгое мгновение снова обрёл дар речи:

— Вкус… вкус‑то совсем другой стал.

Су Бинхань чуть приподняла уголки губ:

— Дяде нравится?

Су Фэнчэнь закивал:

— Вкусно. Ханьхань, я никогда ещё не ел яиц с таким вкусом. Они, верно, и называются солёными утиными яйцами?

Су Бинхань пояснила:

— Да, это солёные утиные яйца. Не смотри, что это просто яйцо, — с ним одним можно съесть целую маньтоу, как с полноценным блюдом.

— И правда замечательно. Если их так засаливать, яйца будут хорошо продаваться, — тут Су Фэнчэня переполнили чувства.

С тех пор как он повредил руку, на его лице подолгу не появлялось никаких эмоций.

Но сейчас, глядя на солёные яйца, которые он приготовил собственными руками, он был по‑настоящему взволнован.

Вообще‑то и простые люди держали кур и уток — многие вполне обеспечивали себя сами.

К тому же годы стояли неурожайные, все старались экономить на чём только можно, поэтому покупателей на куриные и утиные яйца было немного.

В городе, конечно, водились богатые семьи, но имелись и крупные хозяйства, которые разводили птицу.

Люди с достатком ходили за покупками в особые лавки, где и покупали яйца.

Так что в базарный день продать яйца в городе было не так‑то просто.

Но стоило ему попробовать солёные утиные яйца, как все тревоги ушли.

Су Бинхань достала ещё один сунхуадань, очистила, разрезала и протянула Су Фэнчэню:

— Дядя, попробуй теперь это.

Су Фэнчэнь, увидев цвет сунхуадань, снова удивился: при разном способе приготовления и яйца получались совершенно иными.

Он откусил кусочек и принялся нахваливать:

— Вкусно! Аромат какой густой. Вкус не такой, как у солёных яиц, но тоже очень хорош.

Глядя на улыбку на лице дяди, Су Бинхань и сама невольно заулыбалась.

Вот таким дядя выглядел по‑настоящему живым.

Прежде, когда она его видела, он всегда казался ей словно стоячая вода — таким же безжизненным и мрачным.

А сейчас всё стало иначе.

Похоже, надежда и какая‑то цель действительно способны вернуть человеку вкус к жизни.

— Дядя, в будущем заведи побольше уток и кур, не переживай, что не продашь. Утка — ценная птица: из её яиц можно готовить сунхуадань и солёные яйца.

— Утиные головы, шейки, да и само мясо — всё можно превратить во вкуснейшие блюда.

— И правая рука у дяди обязательно поправится.

Если бы Су Бинхань завела такой разговор раньше, Су Фэнчэнь, наверное, решил бы, что она просто хочет его утешить.

Но видя перемены, которые произошли с ней за последнее время, он понял: сейчас она говорит совершенно серьёзно.

Глаза Су Фэнчэня покраснели.

— Ханьхань, — тихо сказал он, — спасибо тебе.