Глава 7

Глава 7

Крупному войску требуется несколько месяцев, чтобы передислоцироваться даже на небольшое расстояние.

Кроме того, северо-западная граница империи, хоть и находилась не так уж далеко от столицы по сравнению с южными регионами, но отличалась крайне сложным рельефом. И даже донесения, передаваемые через гонцов, доходили с задержкой.

Поэтому то, что прошло уже несколько недель с момента церемонии отправления войск к Гискале, а Александра так и не получила никаких известий, не являлось чем-то странным.

Весть о победе пришла внезапно.

Не прошло и половины дня с того момента, как в императорском дворце воцарилось ощутимое беспокойство из-за сообщений с поля боя, когда на улицах начали распространяться экстренные выпуски газет.

Неожиданная новость о великой победе перевернула столицу вверх дном.

Министра Тинки срочно вызвали в кабинет наследного принца, и он долго не возвращался.

Александра, ожидавшая его вместе с другими сотрудниками, рассматривала газету, которую кто-то принёс снаружи.

Её сердце колотилось. Судя по статье, победа была одержана именно тем способом, о котором она говорила.

Второй принц, вместо того чтобы идти прямо на Гискалу и разворачивать осаду, разместил войска в расположенной поблизости крепости Норелль.

После этого девятая дивизия в течение нескольких дней тайно возводила плотину в верховьях ущелья Даванес, перекрывая поток воды.

Затем Зенон, возглавив передовой отряд, атаковал Гискалу, после чего сделал вид, что отступает, и выманил противника за пределы крепости.

Войска Ваникии, решив, что могут легко одержать победу, начали преследовать отступающие имперские войска вплоть до гор Даванес.

Свою роль сыграло и то, что командующий армией Ваникии был честолюбивым военным политиком.

Он, желая воспользоваться случаем и захватить заодно крепость Норелль, повёл основные силы через пересохшее ущелье прямо к подножию крепости.

Крепость Норелль, возвышавшаяся над ущельем, обычно была труднодоступной, поскольку протекающая внизу река выполняла роль естественного рва.

Однако в нынешних условиях, когда воды почти не было, казалось, что её будет легче взять.

Но в тот самый момент, когда последние солдаты империи скрылись внутри крепости, тяжёлые ворота опустились. И одновременно с этим со стороны вершины горы раздался звук, похожий на гром.

К счастью, на складах крепости в большом количестве находился порох, доставленный с Келлийских островов. Плотина была взорвана, и скопившаяся вода разом обрушилась вниз, словно водопад.

Десятки тысяч солдат Ваникии были унесены потоком.

И в тот самый момент, когда они исчезли, ожидавшие в засаде Зенон и девятая дивизия с безумной скоростью ринулись обратно к практически пустой Гискале.

И прежде, чем оставшиеся в крепости солдаты успели понять, где свои, а где враги, крепость была без труда захвачена.

Это была великая победа, одержанная почти без потерь.

Газеты описывали второго принца как героя, подчёркивая, что имея менее двадцати тысяч солдат, он разгромил более шестидесяти тысяч воинов Ваникии и вернул утраченный город Гискала.

Образ распутника, который за ним закрепился в высшем обществе, словно исчез без следа. Наоборот, начали активно вспоминать его заслуги на западной войне, которые до этого почти не освещались.

Александра испытывала гордость, но не могла этого выразить.

Она прикусила губу, с трудом сдерживая улыбку, которая сама собой пыталась появиться, и снова и снова перечитывала газету.

Её переполняла гордость.

«Я не ошиблась! Мои предположения оказались правильными».

И то, что благодаря этому империя одержала победу, а люди ликовали, ещё сильнее воодушевляло её.

Но больше всего её радовало то, что это словно доказывало — она не является бесполезным и ничтожным человеком.

Александра была по-настоящему счастлива.

Подобного чувства она никогда прежде не испытывала и была благодарна Зенону за то, что он прислушался к её словам.

***

Однако лицо министра Тинки, вернувшегося после аудиенции у наследного принца, не было радостным.

Чиновники Министерства иностранных дел, которые стояли небольшими группами, обсуждая новости, увидев его напряжённое выражение лица, сразу насторожились и посмотрели на него.

Маркиз Тинки бросил принесённые документы на стол и сказал:

— Нужно срочно разработать меры по ситуации с Гискалой, так что сегодня всем придётся работать допоздна.

— Ах…

Среди чиновников прокатился приглушённый стон.

Даже те, кто сначала просто радовался известию о победе, вскоре осознали, что всё это время они готовили дипломатические переговоры с королевством Ваникия, исходя из предположения о неизбежном поражении.

Александра тоже это поняла и поспешила вернуться на своё место, однако министр Тинки уже подзывал её жестом.

И всё же на губах Александры оставалась улыбка, которую было трудно скрыть. Ей казалось, что даже если придётся не спать несколько ночей подряд, это будет не так уж и тяжело.

Она подошла к министру Тинки, склонила голову и приняла протянутые им документы.

— Что сказал Его Высочество наследный принц? — осторожно спросила Александра.

Министр нахмурился и ответил тихим голосом:

— Он не выглядел довольным.

— А…

— Всё произошло не так, как он рассчитывал. К тому же Его Высочество всегда считал равнину Беттани более важной, чем Гискалу. И, кроме того, нельзя и забывать о положении наследной принцессы…

Умберто Тинки не договорил.

На самом деле, куда более важной проблемой было то, что для наследного принца Зенон был бельмом на глазу, но одержал победу и получил ту самую славу, которой Керенс хотел его лишить. Но произнести это вслух маркиз Тинки не мог.

К счастью, Александра всё поняла.

Она быстро ответила:

— Да, господин маркиз. Тогда, возможно, нам прежде всего стоит выяснить реакцию со стороны Ваникии?

— Да, задействуйте все каналы. Я записал указания Его Высочества — приведи их в порядок и распространи по ведомству.

— Да, поняла.

Александра взяла документы и вернулась на своё место.

К этому моменту граф Санке, виконт Аспадан и другие высокопоставленные чиновники Министерства иностранных дел уже подходили к министру для совещания.

Хотя министр Тинки предупреждал, что впереди ждет тяжёлая работа, нагрузка сотрудников Министерства иностранных дел оказалась еще больше, чем ожидалось.

Главной проблемой было то, что дипломатическая стратегия строилась на прогнозах о поражении при Гискале.

Теперь её приходилось пересматривать и разрабатывать новую политику.

К тому же реакция королевства Ваникия оказалась более резкой, чем ожидалось.

Посол Ваникии, находившийся в столице империи, был отозван на родину, и опубликовали официальное заявление с обвинениями.

Ваникия вела себя так, словно империя предала её.

Пока жители столицы радовались победе, атмосфера в императорском дворце была напряжённой.

Не только министр Тинки, но и министр обороны ежедневно вызывались к наследному принцу и подвергались его гневу и упрёкам.

Совещания продолжались весь день.

Торжественная церемония возвращения принца Зенона была назначена через два месяца.

Хотя это объяснялось временем, необходимым для возвращения армии в столицу, всё же процесс казался несколько затянутым.

Даже если учитывать, что церемония будет проведена скромно, было очевидно, что она вызовет бурную реакцию, поэтому за это время планировалось максимально успокоить Ваникию и определить стратегию дальнейших переговоров.

Однако на самом деле истинной причиной было то, что императорская семья, а точнее наследный принц, не хотели приветствовать девятую дивизию и второго принца.

Тем не менее, Александра с нетерпением ожидала церемонию возвращения и последующий приём.

Это был первый раз с тех пор, как она отказалась от брака и начала работать в Министерстве иностранных дел, когда она ждала придворный бал.

И дело было не в самом приёме — она хотела увидеть лицо второго принца.

Разумеется, Александра не рассчитывала на благодарность.

Она допускала, что Зенон может сделать вид, что не знает её, или даже попытаться заставить молчать с помощью угроз или шантажа.

Ей лишь хотелось, чтобы на лице принца, которое тогда было окрашено отчаянием, теперь появилось другое выражение.

Александре было интересно увидеть его лицо, когда он будет входить в столицу, встречаемый восторженными криками граждан, как полководец, одержавший великую победу.

Она хотела узнать, как он отреагирует на почести, которых никогда не испытывал с самого совершеннолетия.

И ей было любопытно, какое выражение появится на его лице, когда он, как главный герой приёма, увидит её — человека, который помог ему добиться победы.

Будет ли это радость? Или мимолётное приветствие с оттенком благодарности? Холодное равнодушие, или же неловкость и даже отвращение человека, чьи слабости были раскрыты — ей было бы достаточно любой реакции.

Потому что она считала, что именно в этот момент сможет увидеть истинную сущность второго принца Зенона, которая всегда оставалась для нее загадкой.

Однако тревожные ожидания не оправдались.

***

Два месяца спустя.

Торжественное шествие в честь возвращения Гискалы протянулось от внешней стены столицы Селлея до императорского дворца.

Александра специально вышла во время работы, чтобы посмотреть церемонию, но Зенон не показал своего лица.

Всё, что она смогла увидеть — это фигура, полностью облачённая в доспехи и шлем.

Так, скрыв всего себя, Зенон молча возглавлял процессию, сидя верхом на коне.

Он никак не реагировал ни на крики людей, ни на цветы, которые бросали в его сторону…

То же самое повторилось и на приёме в императорском дворце.