Глава 2

Глава 2

Александра не хотела видеться с отцом.

По мере старения и ухудшения состояния здоровья маркиз, казалось, утратил всё, кроме упрямства, и стал тем человеком, с которым ей меньше всего хотелось иметь дело. Вероятно, дело было в том, что в её чувствах к отцу смешивались не только презрение и гнев, но и привязанность, и даже некое чувство родства.

И ещё она не хотела признавать, что в ней самой есть та же гордость и те же амбиции, что и у маркиза Лумора. Однако, намеренно или нет, отец неизменно заставлял её особенно остро это осознавать.

Иногда, когда он своим характерным надменным тоном произносил вслух то, о чём она сама только что думала, Александра испытывала одновременно и растерянность, и странное чувство успокоения. И всякий раз вслед за этим в её душе поднималась буря противоречивых эмоций — стыда и гордости, переплетённых между собой.

То же самое происходило и тогда, когда отец указывал на её аристократические привычки, проявлявшиеся у неё невольно, практически неосознанно.

Маркиз Лумор был для Александры одновременно и самым постыдным напоминанием, и источником её самоуважения.

Но сегодня у неё не было ни сил, ни желания разбираться с этим — она была слишком уставшей, да и предстояло сделать ещё слишком много дел. Поэтому она подошла к двери с явной неохотой и открыла её.

— Сегодня вечером во дворце будет приём. Я должна присутствовать как помощница маркиза Тинки, — медленно подойдя к кровати отца, сказала Александра.

Маркиз Лумор недовольно оглядел дочь.

— Что это ещё за «помощница»? Ты — дворянка, отправляешься на приём и используешь такое слово? Придётся мне сказать пару ласковых Умберто.

Хоть он так и говорил, Александра и сам маркиз прекрасно понимали, что в итоге он не скажет ни слова. Почти не покидая этой комнаты, маркиз Лумор не смог бы передать что-либо министру Тинки без посторонней помощи.

Александра опустила взгляд, скрывая вздох.

— Пожалуйста, не нужно, отец. В нашем положении едва ли найдётся человек, которому мы были бы обязаны больше, чем маркизу Тинки.

— Хм!

Маркиз Лумор недовольно цокнул языком. Однако возразить ему было нечего, и потому он больше не стал читать нотации.

— На приёме держись достойно. Передай Умберто мои приветствия.

Маркиз хотел добавить что-то ещё, но его слова прервал приступ кашля. Александра поспешно налила воды из кувшина у кровати и протянула ему. Сделав несколько глотков, он немного успокоился.

Не дожидаясь, пока отец полностью перестанет кашлять и снова сможет говорить, Александра поспешно попрощалась и направилась к выходу.

— Тогда я пойду, отец. Ложитесь пораньше.

Маркиз прикрыл рот платком и махнул дочери рукой, давая понять, что она может идти.

Несмотря на свои бурчания, ему было вовсе не неприятно видеть, как его единственная дочь, нарядившись, отправляется в императорский дворец.

Даже после того, как Александра закрыла за собой дверь, он ещё долго сидел, мысленно провожая её взглядом.

***

Императорский дворец гудел от оживления. Когда она приблизилась к залу Кадмос, где должен был проходить приём, яркие огни и выстроившаяся на страже гвардия ясно давали понять, что праздник уже начался.

Александра нарочно вышла из экипажа ещё до того, как добралась до зала. Затем, как и велел ранее министр Тинки, она зашла в Министерство обороны, получила нужные документы и уже пешком неспешно направилась к залу.

Такие роскошные приёмы давно перестали иметь к Александре какое-либо отношение. И всё же, несмотря на это, она невольно ощущала лёгкое волнение. Вспомнив, как в юности, только дебютировав в свете, она с трепетом ожидала каждого бала, Александра с горькой улыбкой вошла в зал.

Танцы, похоже, ещё не начались, но зал был уже переполнен людьми. Пробираясь сквозь толпу, она искала маркиза Тинки.

Стараясь ни с кем не встречаться взглядом, она опускала глаза и проходила мимо юных дворянок и пожилых дам, пока наконец не добралась до места, где собрались иностранные послы и правительственные чиновники. Александра непринужденно заняла место рядом с маркизом Тинки. Тот в это время горячо беседовал с графом Силлин, послом королевства Эмюлин.

Королевство Эмюлин стремилось убедиться, что империя, требующая снижения таможенных пошлин, не настроена по отношению к нему враждебно.

Маркиз Тинки изо всех сил старался убедить посла Силлин:

— У королевства нет оснований для подозрений. Разумеется, я понимаю, что с учётом вашей внутренней ситуации вы вынуждены проявлять осторожность, но…

— Нет, дело не в наших обстоятельствах. Разве недавно не была урегулирована ситуация на западном фронте империи? Кажется, я видел в газете статью о том, что крупные силы, размещённые на западе, собираются передислоцировать.

— Недавно перемещённые войска… Хм…

Министр Тинки взглянул на Александру.

— Тринадцатая дивизия, господин министр. В настоящее время она направляется в Обин для стабилизации обстановки в восточном регионе, где возникли проблемы с бандитами.

Поняв намерение начальника, Александра спокойно дала нужный ответ.

Воодушевлённый её словами, министр Тинки с ещё большим жаром продолжил:

— Именно так! Проблема бандитов в горах Обина всегда мешала торговле с королевством Эмюлин. Если удастся покончить с ними, это будет выгодно и для вас.

Александра, мягко улыбнувшись всё ещё подозрительно настроенному послу Силлин, передала маркизу Тинки документы Министерства обороны, которые до этого держала в руках.

Маркиз быстро пролистал бумаги, отыскивая нужные фрагменты.

— Это материалы, предоставленные Министерством обороны. В ближайшие дни они, вероятно, будут опубликованы и в газетах. Вы можете заранее ознакомиться с ними и направить отчёт в столицу.

Граф Силлин достал из кармана очки, надел их и, подойдя ближе к маркизу Тинки, начал вместе с ним просматривать документы. Александра, как опытный секретарь, сделала шаг назад и молча наблюдала за происходящим.

Пока министр и посол, изучая бумаги, вели обсуждение, зазвучала музыка, и начались танцы. Маркиз Тинки, стараясь уйти подальше от сточника шума, отступил ещё на несколько шагов в сторону, а граф Силлин снял очки и устало потер глаза.

— Граф, когда, по-вашему, можно будет провести официальные переговоры?

Министр Тинки, похоже, хотел завершить обсуждение с послом Силлин уже сегодня, однако тот, заметив приближающихся к маркизу людей, покачал головой.

— Думаю, подробный разговор лучше отложить до следующей встречи. Мне также необходимо обсудить это с правительством на родине, так что на сегодня, пожалуй, ограничимся этим.

Министр протянул ему документы, но посол отказался, покачав головой:

— Думаю, будет лучше ознакомиться с ними в качестве официально опубликованных материалов.

Глядя на то, как посол, стараясь не вовлекаться глубже, поспешно покидает разговор, маркиз Тинки едва не цокнул языком.

Империя уже долгое время настаивала на взаимном снижении таможенных пошлин ради увеличения масштабов торговли с королевством Эмюлин, однако для самого королевства это не несло особой выгоды. Количество товаров, которые экспортировало королевство, было невелико, тогда как импорт из империи был весьма значительным.

Но, будучи слабым государством, королевство не могло без веских причин бесконечно отвергать требования империи, и потому всячески тянуло время.

Маркиз Тинки каждый раз пытался, пусть даже на приёмах, удержать ускользающего, словно угорь, посла Силлин и продвинуть переговоры вперёд, но, похоже, и сегодня особых результатов добиться не удалось.

Он уже собирался во что бы то ни стало сказать послу ещё хоть пару слов, но в этот момент один из дворян, стоявших рядом, обратился к нему и отвлёк его внимание. Не упустив случая, Силлин коротко поклонился и тут же удалился.

Александра невольно усмехнулась. Она перевела взгляд на министра, вынужденного с недовольным выражением лица поддерживать разговор, и на стоявшего рядом дворянина.

Тем самым дворянином, который помешал министру удержать посла, оказался граф Джереми Айнстон — человек, в последнее время стремительно продвигающийся по службе в Министерстве внутренних дел. Он унаследовал титул в молодом возрасте и, благодаря могуществу своего рода, находившегося в самом расцвете, сумел за короткое время занять высокий пост.

Однако, как это часто бывает с людьми, выросшими в достатке, ему недоставало такта. Судя по всему, он заговорил с министром Тинки не из-за какого-то важного дела, а скорее ради светской беседы на приёме.

Александра отступила ещё на шаг от маркиза. Тот, обернувшись, передал ей документы, которые держал в руках, и слегка махнул рукой.

Проработав с ним уже несколько лет, Александра сразу поняла, что он имеет в виду. Свернув бумаги, она медленно отошла от министра. Она встала немного в стороне, решив, что следует немного подождать на случай, если он снова начнет их искать, а затем отнести документы в кабинет министра.