Глава 3

Глава 3

Вскоре граф Айнстон и другие дворяне из Министерства внутренних дел окружили маркиза Тинки.

Сам маркиз не был человеком, жаждущим власти, однако он отличался выдающимися способностями как глава Министерства иностранных дел и не обладал высокомерием, поэтому среди молодых аристократов у него было немало сторонников.

Для тех, кто только начинал свою карьеру в центральной политике, такие люди, как маркиз Тинки, были редкостью — у него можно было перенять опыт и политическую хватку, не опасаясь быть использованным.

Александра тоже уважала его как начальника и прекрасно понимала их стремление.

Однако, глядя на то, как они не приносят никакой практической пользы, так ещё и мешают ему, она не могла не считать это поведение жалким. Осознавая при этом, что подобные чувства могут быть всего лишь завистью или скрытой ревностью к успешным аристократам, она отвела взгляд.

В зале, где приём был в самом разгаре, стоял шум. Роскошные платья, сверкающие украшения, изящно танцующие пары — всё пространство было наполнено этим блеском.

Но Александра могла смотреть на происходящее со стороны, не поддаваясь общей атмосфере. Потому что она слишком хорошо понимала: между этим миром и ею самой больше нет ничего общего.

Несмотря на то, что это был придворный приём, ни один представитель императорской семьи не присутствовал. И всё же настроение оставалось лёгким и приподнятым. Вероятно, дело было в том, что война на западе подходила к концу, и солдаты, участвовавшие в ней, постепенно возвращались домой. Формально этот приём и был устроен в честь победы.

Александра перевела взгляд на молодого рыцаря, недавно вернувшегося с войны, вокруг которого собрались юные дворянки. Казалось, все они слушали его рассказы о подвигах, затаив дыхание. Однако Александра знала, что в действительности он ни разу не был на передовой и служил в тылу, занимаясь снабжением.

Скорее всего, девушек привлекали не столько его хвастливые истории, сколько то, что он был хорош собой и являлся старшим сыном виконта Маджик — семьи, славившейся своим богатством.

Ближе всех к юному виконту держалась дочь барона Сибёль. Александра вспомнила, что совсем недавно торговый дом барона заключил довольно крупный контракт с домом виконта Маджик. Похоже, семья Сибёль рассчитывала на политический брак.

На мгновение прикинув в уме внушительность состояний обеих семей, Александра заметила чуть поодаль группу девушек, стоявших у стены, словно цветы в горшках.

Похоже, это либо дочери небогатых дворян, не имевшие большого опыта участия в подобных приёмах, либо девушки из состоятельных, но незнатных семей, которым повезло получить приглашение. Исходя из собственного опыта, Александра прекрасно понимала, что они сейчас чувствуют, словно это было написано у них на лбу.

«Они, наверное, очарованы ослепительной роскошью дворца и этого зала, но при этом им кажется, что сами они здесь не к месту. Будто они слишком заметны — огромные, как слоны, и стоит лишь пошевелиться, как на них сразу все обернутся. И наверняка их мучают мысли о том, что какая-нибудь заколка не подходит по цвету, брошь выбрана неудачно или туфли выглядят слишком дешёвыми, и от этого они ужасно жалеют о своём выборе».

А если какая-нибудь язвительная дама ещё и нарочно укажет на это, проходя мимо, то им и вовсе будет некуда деться от стыда. И при этом они даже не подозревают, насколько на самом деле они незаметны и незначительны в этом блеске придворного приёма.

Словно увидев отражение самой себя в прошлом, Александра тихо вздохнула. В последний раз взглянув в сторону министра Тинки, она покинула зал.

Коридор был почти таким же оживлённым, как и сам приём. Сновали многочисленные слуги, повсюду горели яркие огни. У входа стояли стражники, из-за чего людей, казалось, было ещё больше. Но стоило отойти подальше от зала, и вокруг сразу стало тихо.

Если выйти наружу и пройти через сад, до главного дворца, где находилось Министерство иностранных дел, идти пришлось бы довольно долго. Поэтому, чтобы как можно быстрее оставить документы в кабинете министра, Александра решила воспользоваться коротким путём. Если не выходить из здания с залом Кадмос, а пройти через несколько соединённых между собой корпусов, можно было добраться до главного дворца гораздо быстрее.

Однако, пройдя уже довольно далеко и миновав комнаты, служившие приёмными для императорской семьи, Александра собиралась выйти к главному входу дворца, но вдруг поняла, что заблудилась. Похоже, из множества одинаковых дверей она открыла не ту.

Свист!

Едва осознав, что оказалась в незнакомой комнате, она собиралась развернуться, чтобы выйти, когда внезапно услышала у самого уха резкий звук рассечённого воздуха.

Александра замерла от неожиданности. Кинжал, пролетев прямо у её лица, вонзился в стену позади.

Скованная страхом, не в силах пошевелиться, она могла лишь слушать. И тут раздался мужской голос — низкий, мягкий по тембру, но с едва заметной хрипотцой и холодной резкостью:

— Надо же, промахнулся… Видимо, перебрал.

Мужчина, слегка пошатываясь, прошёл мимо неё и вытащил кинжал, застрявший в стене. Некоторое время он разглядывал его так, словно это было что-то ценное, а затем обернулся к ней. В другой руке у него был бокал с вином.

— Впрочем, хорошо, что промахнулся, не так ли? На наёмную убийцу ты, кажется, не похожа. Что здесь делает юная дворянка? Уж не на тайное ли свидание с возлюбленным пришла?

Александра широко раскрыла глаза, глядя на него.

В комнате было темно. Но стояла полная луна, и яркий свет из освещённого, словно днём, сада проникал через окно, позволяя разглядеть его лицо.

Медленно опустив голову, она присела в почтительном поклоне:

— Приветствую Ваше Высочество. Да пребудет с Вами благословение империи.

Это был второй принц — Зенон Кам Саратис.

Он усмехнулся, но не ответил на приветствие — лишь прошёл мимо неё и, прислонившись, уселся на край стола.

Вообще-то поднимать голову без дозволения члена императорской семьи не полагалось, но Александра осмелилась нарушить это правило и посмотрела на принца.

Он сказал, играючи вращая в руке острый кинжал:

— Для тебя, может, и к лучшему, что нож пролетел мимо. А вот для меня… Не уверен. Если меня схватят и запрут за убийство какой-нибудь дворянки, может, это хотя бы отсрочит отправку на войну.

В его голосе и выражении лица смешивались ленивое безразличие и раздражение, так что Александра не могла понять, насколько серьёзны его слова.

— Насколько я знаю, Ваше Высочество, вы недавно вернулись с войны, не так ли? — осторожно проговорила Александра.

Зенон снова улыбнулся.

— Верно! Едва выбрался живым из войны с варварами на западе. И не раз был на грани смерти, поверь мне.

— Сейчас же идёт торжественный приём в честь победы… — замялась Александра, не найдя, как продолжить.

Зенон расхохотался.

— Ха-ха-ха, верно подмечено! Мой уважаемый старший брат так рад, что этот ничтожный младший сын вернулся живым, что устроил большой приём. А мне, как видишь, велено присутствовать, так что я здесь… Развлекаюсь по-своему.

С этими словами он взял бокал в руку и одним глотком опустошил его.

Александра тихо окинула взглядом комнату. Несмотря на валяющиеся бутылки и густой запах алкоголя, второй принц, казалось, не был сильно пьян. И всё же, конечно, его образ соответствовал репутации распущенного и порой развратного наследника.

Но вот он снова внимательно уставился на Александру:

— Так… А ты, собственно, кто, дамочка? Старший брат, надеюсь, не додумался использовать «средства обольщения» и влезать в мои планы, верно?

— Александра, дочь маркиза Лумор, Ваше Высочество, — тихо ответила она, снова склоняя голову.

— Лумор… Никогда не слышал. Хотя… Похоже, генерал Шираче когда-то упоминал. Твой отец служил в армии во время похода на юг, так?

Александра была слегка удивлена.

Маркиз Лумор не считался известным или выдающимся военным. И хотя её отец действительно служил под началом генерала Шираче, особой близости между ними не было. Даже если генерал когда-то упоминал маркиза Лумор, это была бы пара случайных слов, сказанных мимоходом.

То, что Зенон это запомнил, показалось Александре воистину впечатляющим.