Глава 9

Глава 9

Йелодия, стараясь скрыть свои чувства, недовольно спросила:

— Я могу подождать, сидя на стуле?

— Кринолин, который вы надели, имеет каркас из китового уса, — ответила Сона. — Вы, конечно, не сможете его сломать, но если сядете, платье придётся переделывать.

— У меня уже ноги болят…

А у Соны на мгновение разболелась голова.

Что ни говори, а благородные дамы умели быть капризными. Но и упрекнуть единственную дочь герцога Ксавьер при её женихе она тоже не могла. Впрочем, даже если бы они были наедине, это мало что изменило бы.

В конце концов, если снять кринолин на время, платье не пострадает.

Сона быстро приняла решение.

— Тогда…

— Не могли бы вы немного развести руки?

Неожиданно проблему Соны решил Эдвард. Он пропустил свои руки под мышки Йелодии и легко поднял её, а затем усадил на высокий табурет без спинки.

Каркас платья едва касался пола, и Йелодия балансировала, словно сидела верхом на лошади, благодаря чему мысль о том, что Эдвард касался её тела, быстро вылетела из головы.

— Вам удобно?

— Да, гораздо лучше. Я и не знала, что в таком платье все-таки можно сидеть.

— Женская одежда, оказывается, более неудобная, чем я думал.

— Со мной всё в порядке. После свадьбы я ни за что не буду носить кринолины с китовым усом или проволокой.

— Это хорошая новость.

Эдвард внимательно следил за ней, опасаясь, что она может упасть.

Когда внимание обоих сосредоточилось друг на друге, Сона, сдерживая улыбку, тихо приоткрыла дверь. Она не забыла подать знак и Марте, стоявшей в углу.

Если через полчаса она вернётся и скажет, что не смогла найти украшения, Йелодия наверняка простит её. Сона увела Марту за дверь.

Как только они остались вдвоём, Эдвард заговорил:

— Я не ожидал, что она портниха. Вы, кажется, хорошо знакомы?

— Моя мать много лет назад помогла матери Соны, когда та владела разоряющейся лавкой, — ответила Йелодия. — С тех пор они были связаны как покровитель и подопечная.

Она продолжила с лёгкой гордостью:

— Сона унаследовала талант матери, и её ателье стало самым известным во Фриере. С тех пор все мои платья шьёт она.

— Я не знал об этом.

Эдвард спокойно опустил взгляд на свой костюм. Йелодия некоторое время разглядывала его.

Высокий и стройный, он прекрасно смотрелся в чёрном наряде.

Среди всех людей, которых она встречала, не было никого, кто сочетал бы в себе такую резкость и изящество.

И, вероятно, больше не будет.

Когда Эдвард внезапно поднял голову, Йелодия невольно сглотнула.

— Может, вам тоже лучше сесть? — спросила она. — У вас, должно быть, ноги устали.

— Я в порядке. Для меня это пустяки.

— Правда?

Йелодия неловко теребила пальцы.

Оставшись вдвоём, она вдруг ощутила напряжение и не знала, о чём говорить.

Ей хотелось спросить о его бывшей невесте, но она не знала, как начать.

И понимала, что это не тот вопрос, который можно задать вот так небрежно.

— Честно говоря, я был удивлён, когда получил вашу записку, — сказал Эдвард. — Я не ожидал, что вы напишете мне лично.

Йелодия подняла голову. Эдвард смотрел на неё с лёгкой смесью доброжелательности и любопытства.

— Если бы я не пригласила вас, мы бы не увиделись до самой помолвки, — сказала она. — Вам было неприятно?

— Вовсе нет. Наоборот, это я должен был пригласить вас. Прошу прощения за свою недальновидность.

— Тогда… в следующий раз вы пригласите меня?

Эдвард немного удивился.

— А герцог не будет против?

— Если я уговорю младшего брата сопровождать меня, всё будет в порядке. И второй брат наверняка тоже захочет увидеть моего жениха до помолвки. Если я возьму их с собой, отец не станет возражать.

— Понимаю…

Эдвард невольно представил Йелодию в окружении её братьев и едва не усмехнулся.

Он вспомнил Киаса, который во время ужина у Императора не сводил с него глаз. Его взгляд был острым, словно он следил за каждым движением Эдварда, из-за чего тот почти не чувствовал вкуса еды.

Подумав об этом, он посмотрел на Йелодию.

— …

С самого начала он чувствовал, что несмотря на её юный возраст, к ней нельзя относиться легкомысленно.

Особенно выделялись её большие ясные глаза. На свету они меняли оттенок — становились то похожими на прозрачное озеро, то на густой лес.

Её кожа была гладкой, как жемчуг, а губы — нежного розового цвета.

Если бы она уже дебютировала в обществе, у него не было бы ни малейшего шанса даже заговорить с ней.

— Есть ли что-нибудь, что бы вы хотели сделать до свадьбы? — спросил он.

— До свадьбы?

— От помолвки до свадьбы пройдёт не так много времени, — объяснил Эдвард. — Вы выходите замуж довольно рано. Если есть то, что вы хотели бы сделать, — скажите.

Йелодия улыбнулась.

— Вы действительно плохо разбираетесь в аристократах. Для женщин куда больше свободы открывается после свадьбы.

— Вот как?

— Но это не значит, что я путаю свободу со вседозволенностью. Свобода подразумевает и ответственность. И я надеюсь, что вы тоже будете об этом помнить.

— Разумеется.

Эдвард ответил без колебаний, и Йелодия слегка улыбнулась.

Она догадывалась, что он не до конца понимает скрытую сторону светского общества, но не стала углубляться в эту тему.

— Похоже, Сона не смогла найти украшения, — сказала она. — Поможете мне спуститься?

Эдвард внимательно посмотрел на неё и затем аккуратно опустил на пол.

Её тело оказалось удивительно мягким.

Йелодия опустила взгляд и сделала шаг назад, а затем, как ни в чём не бывало, позвала:

— Марта, можешь войти.

Служанка тихо вошла.

Йелодия, улыбнувшись Эдварду так, словно ничего не произошло, сказала:

— Мне пора возвращаться. Я буду ждать вашего приглашения.

***

На следующее утро Йелодия проснулась и сонно потёрла глаза. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь занавески, был ярким и тёплым.

Она потянулась и дёрнула шнур, вызывая служанок.

— Я хочу умыться.

— Сейчас всё подготовим.

Йелодия с их помощью привела себя в порядок, позавтракала и передала гувернантке, что пропустит занятие из-за плохого самочувствия.

— Я хочу побыть одна.

Она отпустила служанок и прошла через гостиную в гардеробную.

Комната была просторной и уютной. Платья и украшения были аккуратно разложены, словно в сокровищнице королевы.

— Хм…

Йелодия осмотрелась и направилась в угол, который Марта терпеть не могла.

Там висели мужские рубашки и брюки. Марта постоянно ворчала по этому поводу, но всё равно ухаживала за ними.

Йелодия выбрала рубашку, дублет, короткие штаны и чулки. Она собрала волосы синей лентой и закрепила на поясе кинжал.

— Думаю, сойдёт.

Она посмотрела в зеркало и довольно вздохнула — теперь она выглядела как благородный юноша.

Йелодия тихо вышла в коридор и на цыпочках прошла к лестнице, ведущей к чёрному выходу.

— Куда вы идёте?

— …!

Йелодия вздрогнула и едва не вскрикнула. Из тени вышла Марта.

— С каких пор ты здесь стоишь?!

— С того момента, как вы перестали есть и смотрели в окно, — ответила Марта. — Каждый раз после этого происходит нечто подобное.

Она вздохнула.

— Вы правда собираетесь уйти?

— Конечно, я собираюсь купить летние платья.

Йелодия ответила с полной невозмутимостью.

— Правда?

— Я же скоро дебютирую в обществе. К нам будет приходить больше гостей. Я не могу каждый день носить одно и то же платье.

— Это странно, — заметила Марта. — Все ваши платья шьёт Сона.

— Вот именно! Я как раз к ней и иду.

— В таком виде?

Марта не могла не указать на это.

Йелодия была одета как юноша.

И ни одна благородная девушка не отправилась бы в таком виде в элитное ателье, если только не хотела шокировать всех вокруг.

Марта прищурилась.