Глава 6

Глава 6

Эдвард, уже однажды отвергший Йелодию прямо перед Императором, виновато опустил голову.

— Если по этому поводу Вы собираетесь отчитывать юную госпожу Ксавьер, прошу, накажите лучше меня, — сказал он спокойно.

— Хах, вот жеж… — герцог Ксавьер недовольно цокнул языком.

Ему явно не понравилось, что будущий зять уже сейчас встаёт на сторону своей невесты.

К тому же Йелодия не выказывала ни малейшего раскаяния.

Он растил свою единственную дочь бережно, словно редкий цветок, и теперь даже в такой момент она не могла правильно оценить ситуацию.

— Йелодия, немедленно отправляйся в свою комнату и приведи мысли в порядок, — строго сказал герцог. — Если я не увижу твоего раскаяния, ты не выйдешь из дома до самой помолвки.

— Папа…

— Я же велел не говорить таким детским тоном! — резко перебил он, повысив голос.

Герцог явно смутился тем, что показывает себя в таком свете перед Эдвардом.

— Отец, я вовсе не…

— Достаточно! Хватит оправданий.

Йелодия бросила на отца короткий взгляд и с поникшим видом присела в поклоне.

Однако, когда она поднялась, в её движениях чувствовалась холодность.

Сделав несколько шагов, она ещё раз посмотрела на герцога с явной обидой и, резко развернувшись, вышла.

По блеску её глаз было ясно — раскаиваться она не собирается.

Эдвард едва не усмехнулся.

Его невеста вела себя до крайности странно, но именно это почему-то казалось ему милым.

Куда больше его удивили отношения между отцом и дочерью в этом доме.

Во всей Империи было, пожалуй, всего два человека, способных поставить герцога в неловкое положение — император Раодин и Йелодия.

И почему-то Эдвард вдруг подумал, что однажды и сам окажется в такой же ситуации.

— Кхм, присаживайся, — сказал герцог.

— Благодарю, — коротко ответил Эдвард.

Он сел, и дворецкий тут же подал чай.

Герцог нахмурился, словно у него разболелась голова, и поднял чашку.

— С детства у неё было слабое здоровье… Мы постоянно баловали её, поэтому характер у неё непростой, — сказал он. — Когда она станет баронессой, тебе придётся это контролировать.

— Меня это нисколько не беспокоит, Ваше превосходительство, — спокойно ответил Эдвард. — Прошу лишь, чтобы юная госпожа не переживала из-за этого.

Герцог прищурился и внимательно посмотрел на него.

Он нарочно высказался о Йелодии резче, чем следовало, но реакция Эдварда его удовлетворила.

Мужчина, который без колебаний встаёт на сторону женщины, которая станет его супругой, не мог ему не понравиться.

В глубине души герцог облегчённо вздохнул.

Он давно беспокоился о том, сможет ли его дочь быть счастлива в браке.

— Если ты так говоришь, мне больше нечего добавить, — сказал он. — Всё равно после свадьбы она станет твоей головной болью.

Герцог поставил чашку и, немного помедлив, продолжил:

— Думаю, будет лучше ускорить помолвку.

— Его Величество что-нибудь говорил об этом? — уточнил Эдвард.

— Прямо — нет, — ответил герцог. — Но вряд ли Его Величество хочет, чтобы у тебя не было никакого влияния в штабе флота. По крайней мере, поставь пятерых своих людей на ключевые должности.

Лицо Эдварда едва заметно напряглось.

— Договор о перемирии ещё не заключен, — сказал он.

— Именно поэтому, — спокойно ответил герцог. — Нежелательно, чтобы война завершилась слишком быстро. Пока знать занята делёжкой выгод, нужно разместить людей Императора в правильных местах.

Он смотрел на Эдварда острым, внимательным взглядом человека, который всю жизнь держал власть в своих руках.

Эдвард без труда понял, что за этой помолвкой скрывается намерение Императора подчинить себе флот, а значит, это было выгодно и самому герцогу. И, следовательно, Эдварду тоже.

Если он поспешит с помолвкой до завершения перемирия, у него появится возможность опереться на дом Ксавьер и закрепиться в штабе.

— Флот до сих пор оставался местом, куда не дотягивалась рука Его Величества, — добавил герцог. — Даже если придётся притащить колонны из моего особняка, размести там свои силы.

— Я приложу все усилия, — коротко ответил Эдвард.

Это было всё, что он мог сказать.

Герцог удовлетворённо кивнул, открыл небольшую коробку и достал сигарету. Слуга тут же поднёс огонь.

— Будешь? — спросил он.

— Благодарю, я воздержусь.

Герцог глубоко затянулся и выдохнул дым. Серое облако наполовину закрыло его лицо.

«Как ни крути, а Йеди ему небезразлична», — подумал он.

Император, должно быть, учёл всё, прежде чем свести их.

Да, это было не совсем по правилам, но с того момента, как Эдвард осмелился просить Императора пересмотреть брак, он уже начал вызывать у герцога интерес. Ведь он отказался от возможности стать зятем великого герцогского дома и родственником Императора одновременно.

Подобные мысли могли возникнуть у многих, но сказать это вслух не осмелился бы почти никто.

Чем больше герцог наблюдал за Эдвардом, тем четче понимал: перед ним человек прямой и лишённый притворства. И, к тому же, весьма привлекательный.

«Если бы не война, его бы уже давно увели», — мелькнула мысль у него в голове.

Он стряхнул пепел и продолжил:

— Назначим помолвку на тридцатое апреля. Императору я сообщу сам. Свадьба потребует времени — должны присутствовать и вассалы, и родственники. Но после совершеннолетия Йеди можно будет сразу её и провести.

— Не слишком ли это поспешно? — спросил Эдвард.

Герцог посмотрел на него с удивлением.

— Забавно, — сказал он. — Похоже, я, как отец невесты, переживаю больше, чем ты. Но если ограничиться одной помолвкой, обязательно найдутся те, кто решит, что воли Императора недостаточно. А до свадьбы могут появиться и те, кто попытается вмешаться.

— Понимаю, — тихо ответил Эдвард.

Он не до конца принимал этот мир, но осознавал, что должен подчиниться.

— Я подготовлю всё, как Вы сказали.

— Есть ли что-то ещё? — спросил герцог. — Если нужны деньги, я выпишу чек.

— В этом нет необходимости, — ответил Эдвард. — Но у флота есть традиция — на свадьбах старших офицеров солдаты выстраиваются в почётный караул. Я хотел бы узнать Ваше мнение.

— Почётный караул? — герцог слегка нахмурился.

Он никогда не устраивал свадьбу с военной семьёй и просто не подумал об этом.

— Ты имеешь в виду, что солдаты в форме стоят с обнажёнными мечами? — уточнил он.

— Да, именно. Я хотел убедиться, что это не будет воспринято как неуважение.

Герцог выпустил дым и задумался.

— Это нужно согласовать, — сказал он. — В нашем доме церемонию проводит священнослужитель не ниже архиепископа. Всё будет зависеть от его решения, но, думаю, проблем не возникнет.

Храм, пусть и обладающий огромным влиянием, вряд ли станет идти против дома Ксавьер. К тому же священнослужители бога Райхеля, ставящие во главу угла послушание, не станут отвергать традиции флота, служащего Императору.

Герцог немного подумал, затушил сигарету и сказал:

— Этим займусь я, а ты подготовь почётный караул. Если это традиция флота, её нарушение может вызвать лишние разговоры. Лучше избегать всего, что может помешать тебе укрепить своё положение.

— Понял, — кивнул Эдвард.

— Тогда на этом закончим. С этого момента у меня будет мало свободного времени. Если что-то понадобится — передай через дворецкого.

— Да, Ваше превосходительство.

Герцог резко поднялся и вышел из комнаты.

Эдвард покинул особняк в сопровождении дворецкого.

Даже садясь в карету, он не мог избавиться от ощущения, что жизнь его мотает, словно он попал в шторм.

«В итоге я всё-таки женюсь на этой леди…»

Среди слуг мелькнуло лицо семнадцатилетней девушки. Йелодия смотрела на него яркими, почти птичьими глазами. Она была больше похожа на любопытную кошку, нежели на гордую аристократку.

Эдвард невольно улыбнулся.

Йелодия станет баронессой, которую будут любить и уважать вассалы и жители её земель. Возможно, будут почитать даже моряки флота.

«Союз, устроенный самим Императором…»

Он долго смотрел на удаляющийся особняк.

***

— Боже мой, морской офицер? Да о чём только брат думал, чтобы подтолкнуть Йелодию прямо к краю пропасти?! Это просто немыслимо!

Судя по всему, Изабель примчалась в особняк сразу после завтрака.

Её тёмно-синие волосы, аккуратно закреплённые изумрудной шпилькой, не дрогнули даже в порыве гнева.

— Даже если это брак по расчёту, у герцогского дома есть куда более подходящие партии! О чём он вообще думает?!

Она говорила, тяжело дыша, и в какой-то момент её глаза покраснели, а на лбу проступили вены.

— Барон Адриан? Неужели он рассчитывает, что человек без рода и племени может войти в светское общество?

Йелодия молча слушала.

Изабель была дальней родственницей её отца. Настолько дальней, что почти считалась чужой, но не настолько, чтобы её можно было просто проигнорировать.

Йелодия слишком мало знала о своём женихе, чтобы возражать. И к тому же ей ужасно хотелось спать.

«Ах… Устала…»

Она изо всех сил старалась не закрыть глаза.

— К тому же разница в возрасте целых шесть лет! — вмешалась Клара. — Чуть не получилось, что она вышла бы замуж за ровесника Киаса!

— Я сейчас же должна поговорить с братом! — заявила Изабель. — Как ни посмотри, этот брак совершенно не имеет смысла!

Она резко поднялась.

Йелодия с трудом подавила зевок и наконец открыла рот.