Глава третья: [Шок] Почему-то, оказывается, я уже знаком с невестой, выбранной предками

— Саката-кун... и есть «Лавли-Сикигами»? Э-э... как это?! — Ватанаэ в смятении отступает назад.

Видя её бурную реакцию, хватаюсь за голову, мысленно причитая о содеянном.

«Зря выпалил это на эмоциях... Не стоило признаваться, что и есть тот самый фанат. Не сочтите за хвастовство, но писем отправил великое множество. Окажись на каком-нибудь крупном форуме, меня бы точно подняли на смех фразами вроде 'Кринж зашкаливает', 'Лавли, ха-ха, Сикигами', 'типичный маньяк' — уровень хейта был бы запредельным.»

Ватанаэ тем временем замирает, приставив руку к подбородку и погрузившись в молчание. Слыша её периодические озадаченные вздохи, внутренне содрогаюсь. И вдруг отвешивает мне учтивый поклон.

— Пускай и не обладаю многими достоинствами... но Ватанаэ Юка, она же Изуми Юна, с сегодняшнего дня приложит все усилия в роли вашей невесты, посему прошу любить и жаловать!

— ... Прости, что?

От столь неожиданного поворота мой мозг на мгновение впадает в ступор.

— Хм-м. Но чего-то явно не хватает. Что же не так... Ах, вежливый стиль! Наверное, из-за него всё звучит как-то странно!

— А, ну да... Мы ведь одноклассники, так что в вежливом обращении нет нужды.

— Решено, переходим возвращаемся к «ты»! Раз уж мы супруги и ровесники, официоз будет только мешать!

— Э-э... Ватанаэ-сан?

— Ах, и обращение! Ну-ка, дай подумать... — она тараторит без остановки, не давая мне вставить и слова. — Зови просто Юкой! Странно ведь называть друг друга по фамилии, когда мы муж и жена!

— Послушай...

— Тогда и я буду звать тебя Ю-кун! А чтобы стать настоящей семьёй, нужно ещё...

— Да послушай же ты! — повышаю голос, чтобы хоть как-то утихомирить разошедшуюся девицу.

Она на секунду замирает, хлопая глазами, после чего послушно, словно притихшая кошка, усаживается на диван.

— Прости... Кажется, совсем заболталась.

— Да нет, это не проблема. Просто твой напор немного ошарашил...

— У меня с давних пор жуткие проблемы с общением. Когда чувствую, что обязана что-то сказать, начинает нести, и творю всякие глупости...

Глядя на приунывшую Ватанаэ, чувствую, как моё сердце начинает биться чаще. Ведь в своём возбуждении она была так похожа на Юнучку. Энергичная, немного наивная айдол-подросток из «Алистэ». Она то весело подначивает тебя, то начинает кокетничать, словно маленькая дьяволица, а стоит подразнить её в ответ — моментально заливается краской. Обожаю Юнучку именно за то, как быстро, подобно калейдоскопу, меняются её эмоции.

— Точно переборщила. Вот ведь незадача... — пока пребываю в своих фантазиях, девушка окончательно поникает.

— В школе производишь совсем иное впечатление.

— В школе я, наоборот, стараюсь побольше молчать, дабы не показаться странной. Не хочу, чтобы считали болтливой чудачкой. Пытаюсь поддерживать диалог на минимальном уровне, вследствие чего окружающие ко мне особо и не лезут.

— О... как же мне это знакомо.

«Не привлекать лишнего внимания, просачиваться сквозь толпу, словно воздух, и проживать спокойные будни — такова школьная ипостась Ватанаэ Юки.»

— Так вот, Саката-ку... нет, Ю-кун. — сделав глубокий вдох, ослепительно улыбается. — Позволишь ли ты мне стать твоей женой?

— Нет. — несмотря на неловкость момента, выражаю свой отказ без тени промедления.

— Че-е-его?! Почему-у?! — возмущённая Юка буквально вскрикивает от негодования.

— Я — Изуми Юна, единственная, кто даёт ей жизнь. Подумать только, твоя невеста по воле родителей — сэйю любимого персонажа, такой шанс выпадает раз в жизни! Да кроме меня на эту роль вообще никто не подходит!

— Согласен. Но... тот, кто стоит за персонажем — реальный человек. — вполголоса произношу я. — Я и впрямь люблю Юнучку больше всех в мире. А ты — единственная обладательница её голоса. Но ставить между вами знак равенства... мне кажется, неправильно. — невесело усмехаюсь. — Мне приятно, честно. Это первое признание от девушки в моей жизни. Однако твёрдо решил, что больше не буду вступать в отношения с реальными девушками. Ведь настоящая любовь приносит боль. Ты либо ранишь сам, либо ранят тебя.

Лицо Ватанаэ мгновенно омрачается. В этот миг её образ накладывается на мои собственные воспоминания о былом.

«Вот оно. Стоит лишь обнажить чувства, как начинаете причинять друг другу страдания — такова цена любви в реальности, и именно этого боюсь до дрожи.»

— ... Правда, прости, ты ни в чём не виновата. Просто я... трус. Вот и всё. Так что...

— ... Знаешь, ведь тоже поначалу была уверена, что ни за что не соглашусь на этот брак. — внезапно выражение её лица смягчается. Она нежно проводит пальцем по надписи «Лавли-Сикигами» на конверте.

— Я всегда дорожила «Лавли-Сикигами». — она произносит этот насквозь пропитанный духом подросткового максимализма псевдоним с такой теплотой, будто это нечто сокровенное. — Когда только начала озвучивать Юну и у меня ничего не получалось, когда совершала ошибку за ошибкой... Когда на меня кричало начальство, и плакала дома... один фаната всегда присылал мне горы писем.

— Наверное, это выглядело пугающе.

— Ничуть. «Лавли-Сикигами» никогда не писал ничего, что могло бы меня обидеть. Он всегда поддерживал, придавал сил. Осознание того, что есть человек, который действительно за мной наблюдает... ты даже не представляешь, как сильно это мне помогало. — сейчас Ватанаэ выглядит такой умиротворённой, доброй и искренней... Совсем как Юначка. — И помыслить не могла, что моя главная опора однажды окажется прямо передо мной. Причём этот человек добр ко мне не потому, что я Юна. Он готов прийти на помощь простой однокласснице, попавшей в беду на дороге, с таким видом, будто в сем нет ничего особенного.

— Да брось, любой бы так поступил...

— Нет. Ты добрый, Ю-кун, именно такой, каким представляла себе фаната из писем. Оттого моё отношение и изменилось: сперва думала, что это навязанный отцом ненавистный брак, но теперь чувствую... что эта встреча — сама судьба.

Слова, сорвавшиеся с её нежно-розовых губ, пронзают моё сознание, аж голова кругом начинает идти. Видя моё замешательство, Ватанаэ-сан тихонько смеётся. Её щёки окрашиваются в персиковый цвет.

— Пожалуйста, давай попробуем, буду очень стараться стать хорошей женой.

— Я же сказал, что завязал с реальностью.

— Вот поэтому тебе и подхожу!

— ... Прости, что?

«Что она вообще несёт?»

Пока в моей голове множатся знаки вопроса, Юка с абсолютно нечитаемым выражением лица — то ли в шутку, то ли всерьёз — заявляет:

— Смотри! Ведь я... человек из измерения 2.5D!

Это была чистой воды софистика, не решающая ровным счётом ничего. Однако, глядя на её самодовольное лицо, не выдерживаю и прыскаю со смеху.

— Положим, сэйю и впрямь относятся к 2.5D. Но если мы будем жить вместе и ходить в одну школу, это превратится в обыденную реальность.

— Но ведь Юна — из двухмерного мира! Сколько процентов времени в день ты думаешь о ней? Вот если сложить всё и поделить пополам, как раз получится 2.5D!

— Что ты там собралась складывать и делить?! Не понимаю логику этих вычислений...

— Ой, ну какой ты зануда! В общем, хочу сказать, что гораздо ближе к твоему идеалу, чем любая обычная девушка!

— Отчего ты так отчаянно пытаешься меня убедить? Не собираюсь ничего у тебя покупать.

— Да не торгую ничем!.. Имей в виду, я тоже из тех, кто никогда не помышлял о свиданиях или браке с реальными парнями. Именно поэтому перспектива выйти за кого-то, кроме тебя, кажется мне по-настоящему... ужасной. — пока мы препирались, вываливая друг на друга свои аргументы, моё собственное упрямство начало казаться чем-то нелепым. — Эй, чего ты смеёшься! Я тут серьёзные вещи говорю!

— Да понимаю я, понимаю. Просто подумал, что в твоих словах есть рациональное зерно... — успокоив дыхание, пристально смотрю на Ватанаэ. Она отвечает мне прямым, ясным взглядом. — Даже если откажусь сейчас, мой старик-отец вряд ли угомонится. Он наверняка подошлёт вторую или третью кандидатку.

— Угу.

— И вероятность того, что следующая невеста окажется голосом Юночки... стремится к нулю.

— Да она равна нулю! Нет никакой другой Юны, кроме меня!

— Вот именно. И если придёт обычная девушка, откажусь не раздумывая. Отец подошлёт новую «убийцу повседневности», снова откажусь. Эта бесконечная карусель... честно говоря, порядком утомляет.

— Вот видишь, такого шанса больше не будет! Выгодное предложение, бери пока дают!

«Она уже начала рекламировать саму себя,а минуту назад, говорила, что ничего не продает. В отличие от школьного образа, настоящая Юка оказалась довольно весёлой и слегка бесшабашной... Что, опять же, до боли напоминало Юнучку».

— Ладно, давай попробуем. А там видно будет.

— Ура! Мы ещё не в том возрасте, чтобы расписываться официально, посему для начала... станем женихом и невестой! — она расплывается в застенчивой улыбке...

— Потом не жалуйся, если пожалеешь. — ... и невольно улыбаюсь в ответ.

— Я не дам тебе повода для сожалений, так что готовься.

— Ну... тогда удачи нам в совместной жизни, Юкачка.

— Угу. Хоть и не лишена изъянов... надеюсь на тебя, Ю-кун.

Вот так мы с Юкой и стали молодоженами. Говорят, брак — могила для жизни, но постараюсь приложить все усилия, чтобы хотя бы остаться в живых.