Собрание Древних

Перед Эриосом, в центре комнаты, словно из ниоткуда, появилось письмо. Оно парило в воздухе, освещённое мягким зеленоватым светом, исходящим из печати, украшенной странными, извивающимися символами. Мантия Эриоса, с тихим шорохом, слегка приподнялась, создавая впечатление, будто она реагировала на письмо. Он медленно протянул руку, и письмо раскрылось перед ним.

Слова на пергаменте менялись и пульсировали, как будто жили своей собственной жизнью. Но смысл был ясен: это было приглашение на сбор двенадцати Древних. Эриос, один из них, редко посещал такие мероприятия. Он считал их пустой тратой времени, особенно когда каждый участник пытался лишь продемонстрировать свою силу и влияние. Однако на этот раз причина встречи была иной. Самый молодой из двенадцати был убит — событие неслыханное. Враг, способный уничтожить одного из Древних, был угрозой для всех.

В конце письма указывалось, что каждый приглашённый должен привести с собой не менее двух спутников.

Эриос убрал письмо в складки своей мантии и направился в комнату для переговоров, где уже ждали пятеро его подчинённых. Комната, освещённая мягким мерцающим светом, была наполнена напряжённым ожиданием. Эриос, сидя в высоком кресле с изогнутыми подлокотниками, выглядел внушительно. Его мантия, слегка колыхаясь, касалась пола, издавая тихий, шуршащий звук.

— Я был вызван на встречу Двенадцати, — начал он, его голос разнёсся по комнате, заставляя каждого напрячься. — В этот раз цель собрания заслуживает внимания. Один из нас был уничтожен. И кто бы ни стоял за этим, представляет опасность не только для Древних, но и для всех.

Подчинённые переглянулись, пытаясь осознать масштаб услышанного. Эриос продолжил:

— Для участия мне необходимо взять двух из вас. Вы пойдёте добровольно. Я гарантирую вашу полную безопасность во время всей встречи, вплоть до нашего возвращения сюда. Но выбор за вами.

Комната на мгновение погрузилась в тишину, прерываемую лишь шорохом мантии. Первой вперёд шагнула эльфийка с длинными серебристыми волосами. Её звали Лирия, и она отличалась проницательностью и хладнокровием.

— Я пойду, мастер, — сказала она твёрдо, опустив голову в знак уважения.

За ней выступил человек с рубленным лицом и глазами, полными решимости. Его звали Калдрис, бывший воин, который нашёл своё место в служении Эриосу.

— И я готов, — добавил он. — Если мы столкнёмся с тем, кто осмелился бросить вызов одному из вас, я хочу быть там.

Эриос кивнул, довольный их выбором.

— Подготовьтесь. У нас есть немного времени до отправления. Лирия, Калдрис, вы можете взять всё необходимое. Помните, что эта встреча — не место для проявления эмоций. Вы будете лишь наблюдателями. Всё остальное — моя забота.

Лирия и Калдрис поклонились и покинули комнату, чтобы подготовиться. Оставшись один, Эриос погрузился в раздумья. Его мантия слегка дрогнула, как будто отражая его внутренние сомнения. Кто мог уничтожить одного из Древних? Даже самый младший из них был существом огромной силы. Было ли это проявлением враждебной силы, которую они недооценили? Или, возможно, кто-то из самих Древних замышлял нечто более тёмное?

— Интересно, — пробормотал он, и мантия, словно в ответ, чуть заметно шевельнулась.

Впереди было многое, что требовало его внимания, но одно было ясно: этот сбор станет началом чего-то куда большего, чем просто встреча старых знакомых.

Все приготовления были завершены. Эриос, Лирия и Калдрис собрались у входа в лавку. Мягкий шепот, издаваемый мантией Эриоса, наполнил воздух вокруг них. В следующее мгновение пространство исказилось, и они исчезли, словно растворились в воздухе, чтобы вновь появиться перед массивными воротами замка.

Замок возвышался среди мрачного пейзажа, его башни исчезали в низких облаках, а стены из чёрного камня, покрытые древними рунами, словно поглощали свет. Эриос взглянул на своих спутников.

— Вы слушаете только меня. Никаких действий без моего приказа, — сказал он, его голос звучал твёрдо и не терпел возражений.

Лирия и Калдрис молча кивнули. Они оба чувствовали тяжесть этого места, древнюю мощь, исходившую от самого замка.

Эриос сделал шаг вперёд, и массивные ворота беззвучно распахнулись, впуская их внутрь.

Внутри замка их встретил просторный зал, освещённый магическими светильниками, которые плавали под высоким сводчатым потолком. В центре зала стоял круглый стол, сделанный из чёрного дерева. Вокруг него располагались двенадцать кресел, одно из которых было разрушено. Осколки и обугленные следы на полу говорили о его насильственном уничтожении — молчаливое напоминание о гибели одного из Древних.

Уже пятеро из двенадцати собрались за столом. Они обменивались редкими, отрывистыми фразами. Их взгляды на мгновение задержались на Эриосе, но вскоре они продолжили свои обсуждения. Эриос молча подошёл к своему креслу и сел. Лирия и Калдрис остались стоять за его спиной, опустив головы, чтобы не привлекать внимания.

— Эриос, — мягко поприветствовала его женщина, сидевшая сбоку. Её голос звучал с лёгкой мелодичностью, в нём слышались отголоски древности. Она была укутана в тонкие шелка, которые светились слабым серебристым светом. — Рад видеть, что ты всё же решил явиться.

Эриос слегка кивнул, его мантия едва заметно дрогнула в ответ.

— Причина собрания слишком интересна, чтобы её игнорировать, — коротко ответил он.

После непродолжительной беседы с теми, кто уже собрался, двери зала вновь открылись. В зал вошли остальные из двенадцати, один за другим. Каждый из них нес с собой ауру силы и тайны. Теперь, за исключением разрушенного кресла, за столом сидели все участники собрания. Их взгляды молча встретились, когда тишина заполнила зал.

Через мгновение один из них, высокий и худощавый, поднялся. Его движения были медленными, но исполненными власти. Как только он начал говорить, сопровождающие всех Древних — Лирия, Калдрис и другие спутники — ощутили странное давление. Оно было словно невидимая рука, прижимающая их к полу. Некоторым пришлось ухватиться за стены или спинки кресел, чтобы устоять.

— Хватит, — холодно произнёс Эриос, его голос прорезал воздух, как клинок. Его мантия слегка поднялась, и тёмная энергия прошла по залу, нейтрализуя давление.

— Если ты собрал нас здесь, — продолжил Эриос, устремив взгляд на говорящего, — то начни собрание, а не издевайся над нашей свитой.

Сопровождающие остальных Древних с облегчением взглянули на Эриоса. Кто-то даже чуть заметно кивнул в знак благодарности. Тот, кто поднялся первым, медленно опустился обратно в своё кресло.

— Ты прав, Эриос, — признал он, его тон был скорее деловым, чем примирительным. — Приступим.

Собрание началось, и в воздухе зала витало напряжение, словно каждый из присутствующих чувствовал, что эта встреча изменит всё.