Феликс — утренний свет на подушке, как весь день без тревог... 2 часть

8 глава: Феликс — утренний свет на подушке, как весь день без тревог... 2 часть

Мы сидели на скамье в саду, как обычно — вдали от глаз, в уединённом уголке, где могли говорить без страха быть подслушанными. Ветер играл с волосами, светило яркое солнце, обрушившее свои лучи на землю, согревая всё вокруг. Казалось, что этот момент был идеален для того, чтобы рассказать что-то важное.

Феликс сидел рядом, не торопясь, но в его глазах был тот самый интерес, который я так хорошо начинала замечать. Он всегда слушал, когда я начинала говорить о своём прошлом. Иногда мне казалось, что он даже не задаёт вопросов не потому, что не интересуется, а потому, что не знает, как спросить. Я уже давно решила, что не буду рассказывать ему всю правду — слишком много было в этом неизвестного, слишком много могло измениться, если он узнает. Но что-то в его взгляде заставляло меня сомневаться.

— Ты часто говоришь о своём мире, — сказал Феликс, внимательно наблюдая за мной. — Ты вроде бы не знаешь, как оказалась здесь, но ты уверенна, что это не просто случайность, правда?

Я кивнула. Это было не совсем так, как я хотела бы, но признаться в этом было легче, чем дальше скрывать правду. Я сделала паузу, собираясь с мыслями, прежде чем продолжить.

— В моём мире всё совершенно другое, — начала я, чувствуя, как слова выходят из меня, почти без усилий. — Там нет магии, нет странных существ, и не существует таких миров, как этот. Там всё... проще. Я бы даже сказала — предсказуемее.

Феликс чуть наклонился вперёд, и я заметила, как его глаза наполнились любопытством.

— Предсказуемее? Как это? Ты хочешь сказать, что нет ничего удивительного?

Я вздохнула, стараясь подобрать нужные слова.

— Там нет магии, — повторила я. — Там всё основано на законах физики, на науке. Люди не могут делать невозможные вещи, как здесь. Мы не можем летать или менять реальность по желанию. И мы даже не верим в такое... Мы, конечно, читаем о магии в книгах, но все эти истории — это просто вымысел. Мы живём в мире, где почти всё можно объяснить с помощью логики.

Феликс молчал некоторое время, переваривая мои слова. Он явно не знал, как отреагировать.

— Значит, ты считаешь, что это место... это не что-то реальное для тебя, — сказал он медленно, почти как бы проверяя, правильно ли понял. — Ты думаешь, что ты просто попала сюда по ошибке?

Я покачала головой.

— Я не знаю, — призналась я. — Иногда мне кажется, что я была выбрана. Может, даже специально. Но я не могу объяснить, почему. Я не знаю, что будет дальше. Я всё ещё не понимаю, как это работает. Но иногда мне кажется, что я здесь не случайно. Я должна понять, почему я здесь.

Феликс некоторое время молчал, его взгляд стал мягче, как будто он думал о чём-то важном. Он не сказал ни слова, но я видела, что он пытается понять всё, о чём я говорила.

— Я не могу понять, — сказал он наконец, — но если ты не хочешь возвращаться в тот мир, ты не будешь одинока. Я... Я всегда буду рядом с тобой.

Его слова заставили меня почувствовать тепло, которое я редко ощущала в этом мире. Это был момент, когда я почувствовала, что, несмотря на свою странность, несмотря на свою ситуацию, я не была одна. Я была рядом с человеком, который хотя бы пытался понять, кто я на самом деле.

***

Мы решили сыграть в прятки — простая, но забавная игра, которая так хорошо подходила для того, чтобы отвлечься от всего, что нас окружало. Я даже не ожидала, как это поднимет мне настроение. Это было не просто весело, это позволило нам почувствовать себя детьми, без забот и обязанностей, как если бы мы могли скрыться от мира хотя бы на время.

Я спряталась в шкафу за одеждой, сдерживая смех, чтобы Феликс не услышал. Внутри было темно и немного душно, но я не думала об этом. В моей голове крутились мысли, что он меня точно не найдёт. Я пряталась очень тщательно.

Снаружи я слышала, как он шевелится, поднимая предметы, возможно, зная, что я где-то поблизости, но не зная точно где. Он шептал себе под нос, видимо, пытаясь найти следы. Его шаги то приближались, то удалялись, и я начала чувствовать, как страх от неопределённости захватывает меня. Это была не та игра, где ты хочешь быть найдена, но я всё равно не могла удержаться от лёгкой улыбки, которая расползалась по моему лицу.

Я вслушивалась в каждый его шаг, в каждый звук, который он издавал. И вот, он подошёл прямо к шкафу. Я замерла, не смея даже дышать.

— Где ты? — произнёс он с игривым подтекстом. — Я точно знаю, что ты здесь.

С его голосом что-то изменилось, он теперь был не таким уверенным, как раньше. Я не могла не заметить, как он тихо открывает дверцы шкафа, но, на его удивление, внутри не оказалось никого.

Он замолк на мгновение, затем громко сказал:

— Анабель! Где ты? Я знаю, что ты здесь, и ты не можешь мне уйти!

Но я оставалась совершенно тихой, решив, что буду скрываться до последнего. Его шаги снова удалились, и я чувствовала, как напряжение немного ослабевает. Но потом, неожиданно, я услышала, как он снова возвращается в ту же комнату и начинает осторожно подходить к шкафу.

Он снова открыл дверцы, и в этот раз я не смогла сдержать смех. Это был тот момент, когда я уже не могла больше делать вид, что меня нет.

— Ты меня нашёл, — сказала я, смеясь, выходя из шкафа и встречаясь с его удивлённым взглядом.

Он стоял, улыбаясь, и чуть покачал головой.

— Я знал, что ты здесь, — сказал он, но в его голосе звучала лёгкая неловкость. — Но ты так хорошо спряталась, что я уже подумал, что мне придётся вызвать помощь!

Мы оба рассмеялись, и на мгновение всё вокруг стало пустым и лёгким. Мы были просто детьми, играющими, забывшими обо всём.

Феликс в шутку прижал меня к себе, в знак того, что он победил. Я всё ещё смеюсь, чувствуя, как сердце радуется этому простому моменту.

— Я выиграл в первый раз, — сказал он, — и в следующие разы я точно буду тебя находить!

— Посмотрим, — ответила я, поглаживая его плечо. — Но в следующие разы я точно буду прятаться так, что ты меня не найдёшь.

В этот момент всё стало гораздо проще и легче. Время, которое мы проводили вместе, становилось чем-то особенным. Мы могли забыть обо всех тревогах и просто наслаждаться мгновением.

***

Мы сидели на той же скамье, что и в предыдущие дни, и, как обычно, разговор плавно перетёк в нечто важное. Я почувствовала, как слова просятся наружу, словно это было не просто желание рассказать, а необходимость. Я не могла больше скрывать то, что в моём мире казалось обыденным, но здесь было совершенно невозможно. Я начала с того, что мне было проще рассказать о вещах, которые казались такими знакомыми, но для него — абсолютно чуждыми.

— В моём мире есть вещи, которые тебе точно не знакомы, — сказала я, оглядываясь, чтобы убедиться, что мы в безопасности. — Одно из таких чудес — это... компьютер.

Феликс нахмурился, как будто пытался понять, что я имею в виду. В его глазах был тот же искренний интерес, который я видела раньше, но теперь он явно не знал, что это слово значит.

— Компьютер? Что это?

Я улыбнулась, с трудом подбирая слова, пытаясь представить, как это объяснить ему, когда для него это звучало как нечто из области фантастики.

— Это как... ну, скажем, очень умный инструмент, — начала я, не зная, с чего начать. — Ты можешь на нём делать почти всё, что угодно. Он может хранить информацию, помогать находить ответы на вопросы, играть в игры, показывать фильмы... Он как маленький магический ящик, который может многое. Но он не требует магии. Это просто... наука. Логика. Электричество.

Феликс явно не понимал, но его глаза стали ещё более заинтригованными.

— То есть, ты можешь попросить его что-то сделать, и он выполнит команду?

— Именно, — подтвердила я. — Ты вводишь текст или нажимаешь на кнопки, и он выполняет действия. Это как магия, но не она. Он работает на основе очень сложных вычислений.

Я увидела, как Феликс продолжал слушать, но теперь он, похоже, пытался представить себе этот загадочный объект. Он даже поднёс руку ко рту, задумавшись.

— А он... не может заменить тебя, да? То есть, ты не можешь использовать его, чтобы, например, переместиться или создать что-то материальное, как волшебство?

— Нет, — засмеялась я, — он не может этого. Но ты можешь использовать его, чтобы узнать много информации. Он как кладезь знаний, только ты должен знать, как к нему подойти. Ты можешь найти что угодно — например, рецепты, идеи, научные работы или просто общаться с людьми, которые находятся далеко.

Я заметила, как Феликс теперь пытался понять, как это всё устроено. Я всегда думала, что люди из моего мира воспринимают такие вещи как должное, но здесь... здесь всё было совсем иначе.

— Так ты хочешь сказать, что в твоём мире, вместо того чтобы разговаривать, люди просто... спрашивают этот ящик?

— Ну, не совсем так, — сказала я. — Люди всё равно общаются между собой, но компьютер помогает получить ответы на вопросы, с которыми ты не можешь разобраться сам.

Феликс задумался, его взгляд всё больше наполнялся любопытством и даже восхищением.

— Ты говоришь, как если бы это было что-то почти волшебное, — сказал он. — Но это не магия, а просто... устройство?

— Да, — подтвердила я. — Но ты не поверишь, как оно меняет жизнь. Мы, например, используем его для всего: от работы до развлечений, и даже для того, чтобы узнать, что происходит в других странах.

Феликс, похоже, ещё больше погрузился в раздумья.

— И оно может что-то тебе рассказать, например, о других мирах?

Я на мгновение задумалась.

— Да, теоретически, можно найти информацию о разных мирах, но это всё зависит от того, что известно. Всё, что мы знаем, ограничено тем, что люди собрали в этом "магическом ящике". Это не всегда может рассказать тебе правду. Но если бы у меня был доступ к такому компьютеру, я бы попыталась узнать больше о нашем мире.

Я заметила, как Феликс усмехнулся, словно он нашёл какую-то связь между этим и тем, что я рассказывала.

— Значит, ты хочешь сказать, что этот компьютер может... рассказать тебе больше о твоём мире? Об этом месте?

Я кивнула. Мы замолчали, погружённые в мысли. Мы оба знали, что это разговор о чём-то большем, чем просто странное устройство. Это был первый шаг к тому, чтобы понять, что между нашим миром и этим может быть больше, чем мы могли себе представить.

***

Мы сидели на каменной скамье в саду, поглощённые беседой, которая, казалось, становилась всё более личной и откровенной. В воздухе витал лёгкий аромат цветов, а вокруг нас царила тишина, прерываемая лишь шумом ветра и пением птиц. Это был момент, когда нам было удобно разговаривать о том, о чём обычно не говоришь с людьми.

— Я не знаю, почему, но мне всегда нравились девушки, которые... — сказал Феликс, слегка покраснев, когда осознал, что открылся мне. — как бы сказать... изысканные, утончённые. Мне нравится, когда девушки уверены в себе, когда они знают, чего хотят.

Я посмотрела на него, пытаясь понять, о чём он говорит. Он, конечно, говорил о главной героини, но не знал, что она будет его будущей невестой. Он ещё не осознавал, насколько сильно его жизнь изменится, но в его словах звучала некая неизбежность.

— Так ты просто хочешь, чтобы она была похожа на идеал, который ты сам себе представляешь? — спросила я, немного смущённая, что вдруг оказалась в такой личной беседе.

Феликс слегка улыбнулся, но его взгляд стал серьёзным.

— Да, наверное. Но в какой-то момент я начал задумываться, что всё это — просто попытка найти то, чего мне не хватает. Ведь в конце концов, когда ты встречаешь кого-то, кто действительно тебе подходит, все идеалы исчезают. Ты понимаешь, что тебе нужно что-то большее, чем просто внешность или статус.

Я кивнула, прислушиваясь к его словам, пытаясь разобраться в своих чувствах. Я уже давно осознавала, что Феликс гораздо глубже, чем мог бы показаться на первый взгляд. Он действительно переживал и думал о своём будущем, но одновременно его личные предпочтения не всегда совпадали с реальностью.

— Я думаю, что ты прав, — ответила я, — иногда то, что мы ищем, отличается от того, что мы действительно находим. Люди бывают не такими, как мы их себе представляем.

Он замолчал на мгновение, а потом неожиданно спросил:

— А ты? Какие твои предпочтения? Что ты хочешь в отношениях?

Я замерла. Это был вопрос, который я не ожидала услышать, и, возможно, именно поэтому я не сразу могла найти ответ. Я уже привыкла к тому, что Феликс спрашивает меня о многом, но этот вопрос был другим. Он касался меня самой, и мне было сложно открыться.

Я немного растерялась, подбирая слова. Это было так неожиданно и одновременно так прямолинейно, что я почувствовала, как сердце ёкнуло.

— Я... не знаю, — призналась я, чувствуя, как слова тяжело выходят из моей груди. — Я никогда не думала о таких вещах. Я не уверена, что мне вообще нужно что-то. Иногда мне кажется, что самое важное — это быть рядом с тем, кто понимает тебя, кто может быть собой. Без фальши.

Феликс молчал, и я поняла, что он действительно внимательно слушает. Его глаза были полны какого-то непередаваемого интереса и, возможно, даже какой-то доброй заботы. Это был момент, когда я чувствовала себя уязвимой, но одновременно готовой говорить откровенно.

— Ты когда-нибудь думал, что можно просто быть счастливым без всего, что принято считать важным? — продолжила я, пытаясь прояснить свои мысли. — Иногда кажется, что достаточно просто быть с кем-то, кто рядом, кто делает твою жизнь легче, кто не заставляет себя ломать ради идеалов.

Он задумался и слегка кивнул, будто размышляя над моими словами. А потом с лёгкой улыбкой ответил:

— Ты говоришь, как будто это всё имеет значение только для тебя. Может, тебе стоит больше думать о себе, Анабель.

Я почувствовала, как на щеках появляется лёгкий румянец. Слова Феликса, хотя и простые, проникали глубже, чем я ожидала. Мы не продолжили разговор на эту тему, но между нами словно возникла тишина, наполненная новыми, не выраженными мыслями.

В этот момент я поняла, что не всегда нужно искать чёткие ответы. Иногда важно просто быть в моменте, позволить себе не знать и принимать всё, что приходит.

***

Вечерний ужин был в самом разгаре, и вся семья собралась за длинным столом, покрытым белоснежной скатертью. Ужин был важным событием, на котором обсуждали как важные дела, так и не менее важные семейные вопросы. Генри сидел в главном кресле, рядом с ним была Мэри, а Феликс и я устроились с другой стороны стола. Мы сидели рядом, что было необычным, поскольку обычно для детей было предусмотрено отдельное место. Но в тот вечер всё было немного по-другому. Мэри с улыбкой смотрела на нас, словно для неё это было важным и даже значимым событием.

Феликс тихо шептал мне на ухо, что-то о забавных событиях, которые произошли в библиотеке, когда мы пытались найти книги по мифам. Его голос был едва слышен, и это добавляло какой-то особенности моменту. Я отвечала ему также тихо, стараясь не привлекать внимание старших. Но даже если мы говорили полушёпотом, наши глаза выражали гораздо больше, чем слова.

Мэри заметила, как мы общаемся, и её взгляд стал мягче. Она заметно улыбалась, глядя на нас с Феликсом. Я почувствовала, как она гордится тем, что я подружилась с её новым сыном, и это немного успокоило меня. Я не могла не заметить, как её лицо наполнилось радостью, когда она спросила:

— Анабель, ты так хорошо проводишь время с Феликсом. Разве это не здорово? Я рада, что вы с ним подружились.

Её слова звучали искренне, и я почувствовала, как на сердце становится легче. В её голосе было нечто тёплое, словно она ждала, что это случится. Я кивнула, не зная, что ещё сказать, чтобы не вызвать лишних вопросов. Я не могла ей рассказать о том, как на самом деле всё обстояло, как много за этим стояло. Но её поддержка всё равно была приятной.

Генри сидел напротив нас, и, несмотря на улыбку на лице Мэри, я заметила, как он наблюдает за нами с недовольством. Его глаза, хотя и казались спокойными, излучали нечто холодное. Он, похоже, не одобрял нашего с Феликсом общения. Не знаю, что именно его беспокоило, но его взгляд был пронизан каким-то скрытым осуждением.

В какой-то момент он поднял бровь и сказал:

— Феликс, ты много времени проводишь с Анабель. Не слишком ли ты её балуешь? Я всегда думал, что дети должны учиться, а не развлекаться с друзьями.

Его слова звучали довольно жестко, и я почувствовала, как Феликс немного напрягся. Он, казалось, понимал, что Генри не в восторге от нашей дружбы, но на его лице не было ни смущения, ни страха. Он ответил, чуть улыбнувшись:

— О, я просто показываю Анабель разные вещи. Мы ведь не просто развлекаемся. Это может быть полезно, не так ли?

Генри лишь фыркнул, но не стал углубляться в разговор. Он снова посмотрел на нас с Феликсом, как будто ища что-то, что могло бы его успокоить. Но его взгляд был полон сомнений, а, может, и разочарования. Его тревога была заметна, но, похоже, он не хотел раскрывать свои мысли.

Мэри, видя, что атмосфера на ужине становилась чуть напряжённой, попыталась смягчить ситуацию. Она перевела разговор на менее чувствительные темы, говорила о новых планах по улучшению дома, о приходе гостей, и вскоре разговор вернулся в более спокойное русло. Однако я всё равно чувствовала, как эта лёгкая неловкость остаётся в воздухе, как тень, которая не исчезает.

Феликс, казалось, не переживал по поводу слов Генри, он продолжал болтать со мной, как будто не замечая напряжённости. Но я понимала, что Генри, похоже, воспринимал его как некий элемент, который может повлиять на моё поведение. Он, наверное, думал, что Феликс испортил меня, что заставил меня отвлечься от важных вещей. И я не была уверена, что мне нравится, как он это воспринимает.

Но сейчас, сидя рядом с Феликсом, я понимала, что, возможно, это был лучший момент для меня. В его обществе я чувствовала себя более живой, более настоящей, и что-то внутри меня тянуло быть рядом с ним.

***

Вот так я и провела месяц, весело и задорно, пока спокойствие поместья Мирэди не закончилось.