Наследие Артура Лейвина

Не прошло и получаса с тех пор, как солнце взошло над городом Эшбер. Как обычно, после завтрака я собирался выйти из дома, пока моя сестра ещё спала. Когда я обувался, в дверях появился отец.

«Ты снова сегодня на тренировку? Знаешь, Рей, может, тебе стоит сделать перерыв. Твоя мать была бы не рада видеть, как ты себя изматываешь, даже не давая себе времени на восстановление…»

С болью в голосе и разочарованием, которое копилось во мне последние несколько месяцев, я ответил:

«Может, если бы я начал тренироваться раньше, она всё ещё была бы здесь».

С этими словами я попрощался с отцом. С тех пор как моя мать погибла в битве при Мэйберне, наши отношения стали натянутыми. Я знаю, что не должен винить его в её смерти. Мой отец никогда не был создан для того, чтобы быть солдатом. Никто в его семье на протяжении нескольких поколений не пробуждал ядро маны. Единственным исключением была моя далёкая прапрапрабабушка, но это было более 400 лет назад.

Моя мать, с другой стороны, происходила из семьи Уайкс, которая годами рождала могущественных магов, так что неудивительно, что к 32 годам она достигла тёмно-серебряного ядра. Один из них, Байрон Уайкс, даже был Копьём во время Первой Великой Войны с Алакрией. Мой дед со стороны матери не одобрял её брак с моим отцом. Он считал, что какой бы богатой ни была семья моего отца, только женщина из семьи Уайкс могла выйти замуж за дворянина равного статуса. Поэтому, когда мои родители полюбили друг друга, им пришлось сбежать, и так они оказались в Эшбере.

. . .

Было 4:11 утра. Мой поезд, который должен был доставить меня на станцию за городом, откуда мне предстоял 40-минутный бег до места, где я обычно тренируюсь, отправлялся через 37 минут. Имея немного свободного времени, я решил отправиться в центр города, к памятнику Герою Первой Великой Войны с Алакрией.

Несмотря на моё горе и продолжающуюся войну с другим континентом, я наслаждался этим мирным моментом, когда город начинал просыпаться. Люди вставали на работу, открывали первые магазины. Конечно, некоторые только заканчивали свою ночь, поэтому я часто сталкивался с пьяными дворянами, которых не беспокоил текущий конфликт, и которые направлялись домой после бурной ночи.

Бегом так быстро, как только мог, я миновал улицу за улицей, переулок за переулком. Моё поле зрения сузилось, когда я сосредоточился на том, чтобы провести как можно больше времени у памятника. Выбегая из последнего узкого переулка, я столкнулся с высоким мужчиной, который вёл под руки двух красивых женщин. От удара мужчина уронил свой напиток, но успел вовремя оттащить женщин в сторону, так что ни капли не пролилось на их одежду. Единственной жертвой стали его чёрные замшевые туфли, теперь покрытые синей жидкостью.

«Эй, щенок! Смотри, куда прёшь! Ты чуть не заставил меня пролить напиток на этих двух прелестных дам!»

Смущённый, я сказал: «Мне очень жаль, сэр! Я так торопился, что не смотрел, куда иду! Пожалуйста, скажите, сколько я вам должен за напиток и туфли. Я верну вам всё до последней серебряной монеты».

Мужчина окинул меня взглядом, начиная с моей тренировочной одежды. Затем его взгляд переместился на мой меч, сосредоточившись на потёртой рукояти. Далее он осмотрел мой помятый нагрудник и, наконец, мои руки, покрытые мозолями, потрескавшейся кожей и ранами от моих попыток охотиться на монстров E и D-класса.

Пока он меня осматривал, я успел рассмотреть его поближе. Мужчина был высоким и хорошо сложенным. Его лицо выглядело молодым, вероятно, от 25 до 30 лет, со смуглым цветом лица. Что больше всего привлекло моё внимание, так это его волосы и глаза. И его зрачки, и волосы на голове, груди и руках были цвета аметиста. Аура, которую он излучал, была гнетущей, как будто он мог стереть меня с лица земли одним движением. Инстинктивно я сделал шаг назад и опустил взгляд.

Мужчина лишь улыбнулся на это и сказал: «Не волнуйся, щенок, у меня достаточно золота, чтобы купить себе новую пару туфель. А что касается напитка, может, это и к лучшему. Мне не следовало пить, когда я должен проводить этих двух прелестных дам до их отеля, ха-ха!»

Смущённый его ответом, я покраснел и сказал: «Ч-что ж, в таком случае, я пойду. Я не хочу опоздать на поезд!»

Мужчина удивлённо поднял бровь. «Если я не ошибаюсь, у тебя ещё чуть больше 30 минут до следующего отправления…»

«Ах, да, но перед тем как отправиться, я хотел заглянуть к памятнику Артура Лейвина, поэтому я так спешу», — ответил я, почёсывая затылок.

Мужчина улыбнулся, обнажив зубы. В этот момент я был уверен, что он не человек. Его зубы походили на клыки, как у зверя. Однако его аура сменилась с тяжёлой и гнетущей на тёплую и дружелюбную. Его глаза заблестели. Но что было самым странным, так это то, что я также видел… грусть в этих глазах?

«Ооо! Ты собираешься к памятнику принцессы? Хорошо, в наши дни всё меньше и меньше людей восхищаются этим величественным произведением искусства. Поторопись, парень, не пропусти его!»

Мне стало немного неловко после его комментария, но я кивнул и развернулся, сказав: «В-верно, сэр!»

Через несколько минут бега я достиг памятника в центре города. Эшбер не всегда был таким знаменитым, как сегодня. До Первой Великой Войны с Алакрией это был небольшой городок. Но после того, как Артур Лейвин практически в одиночку выиграл войну и освободил Дикатен из рук клана Вритры и остальных Асур, Совет, состоящий из королевских семей Эленуара, Дарва и Сапина, выделил Эшбер как место рождения величайшего героя континента. Именно поэтому в моём городе была открыта вторая железнодорожная линия, соединяющая его с остальным континентом. Артур Лейвин был против того, чтобы ему ставили статуи, но после его смерти 200 лет назад Сильви Лейвин, его приёмная дочь, заставила Совет по крайней мере установить памятник в Эшбере в честь его жизни.

Памятник был гигантским, около 50 метров в высоту, возвышаясь над всеми домами и зданиями, и лишь несколько небоскрёбов были выше него. Он изображал героя с высоко поднятой рукой, держащего фиолетовый меч, а над его головой левитировала золотая корона. Слева от него находился гигантский волк, почти достигающий его плеча, с шерстью, испускающей фиолетовое пламя. Справа от него был чёрный дракон с золотыми глазами.

Думаю, на пространстве, которое занимает этот памятник, легко можно было бы разместить несколько домов, но это никогда никого не беспокоило. Даже сейчас, спустя более 400 лет после Первой Великой Войны с Алакрией, люди благодарны за шанс на лучшую жизнь, который дал им Артур Лейвин.

Он не только выиграл войну, но и изобрёл Паровой Двигатель! Благодаря ему можно добраться до другой стороны Дикатена всего за полтора дня, и именно из-за него люди могли без проблем путешествовать в Алакрию на протяжении сотен лет.

Однако самой большой загадкой, окружавшей этого героя, была его уникальная магия. По-видимому, во время войны он изобрёл новый вид магии, который не требовал никакой маны, и говорят, что именно эта загадочная сила позволила ему положить конец всем конфликтам.

. . .

Я решил подойти к золотой табличке с надписью, выведенной фиолетовыми буквами: Артур Лейвин - Копьё Годспел - Король Эленуара - Герой Дикатена

Убедившись, что вокруг никого нет, как я делал каждый раз со смерти моей матери, я начал свой монолог:

«Мистер Артур, я снова сегодня отправляюсь на тренировку. Я знаю, очень странно, что я так часто сюда прихожу, но куда ещё мне идти, если не к символу силы этого континента? Вчера я тренировался с 6:30 утра примерно до 9 вечера. Мой прогресс не такой, как я ожидал. Я знаю, что я первый квадра-элементаль со времён вашей жизни, но я даже близко не могу сравниться с вами. Прошло четыре года с тех пор, как я пробудил своё ядро маны, но я всё ещё нахожусь лишь на стадии тёмно-оранжевого ядра. Сегодня также первая годовщина победоносной битвы при Мэйберне, где мы отразили первую волну солдат из Алакрии. Я должен был дать своему телу отдохнуть сегодня, но... я не смог. Зная, что если бы я был сильнее, если бы у меня были большие навыки... как у вас. Может быть, тогда моей матери не пришлось бы жертвовать своей жизнью, чтобы выиграть больше времени для этого континента...»

В этот момент я стиснул зубы, и слёзы покатились по моим щекам. Воспоминания о том, как Совет объявил Вторую Великую Войну с Алакрией, нахлынули на меня. Это было полтора года назад. По-видимому, причиной стало то, что за последние несколько сотен лет Реликтомбы начали угасать. Самые умные учёные Дикатена говорили, что это из-за ослабления заклинания древних магов, создавшего Реликтомбы, и из-за этого Алакрия впала в экономический кризис. Уровень недовольства среди жителей другого континента был настолько высок, что вспыхнуло восстание. Нынешний Верховный Владыка Сет Денуар умолял Дикатен о помощи в создании новых рабочих мест, разрешив Восходящим охотиться в Звериных Полянах, но их число было слишком велико, чтобы совет мог это позволить. Когда об этом объявили в Алакрии, начались беспорядки, и Владыка был свергнут. На его место был учреждён совет, подобный нашему, и они объявили войну нашему континенту. Их основная цель — завоевать новые земли и монетизировать Звериные Поляны.

Вытирая слёзы с лица, я продолжил: «Через три недели мне исполнится 14 лет. Я надеюсь, что если продолжу совершенствовать своё ядро, то к тому времени смогу достичь сплошной-оранжевой стадии. Тогда я планирую официально вступить в армию. Мой отец постоянно отговаривает меня, в основном из-за семьи моей матери. Мои родители предупреждали меня не раскрывать свои способности. Хотя я не знаю много заклинаний и не очень хорошо владею мечом, они сказали, что если кто-нибудь из семьи Уайкс узнает, что я квадра-элементаль, они захотят забрать меня силой и разлучить с отцом и сестрой, Майлой, чтобы обучить меня и представить миру нового мага, произведённого Уайксами. Я не хочу их покидать; я знаю, что они справляются со смертью мамы гораздо хуже, чем я. Но если отдаление от них — это то, что нужно, чтобы обрести силу для их защиты… тогда я буду готов к тому, что они возненавидят меня за это».

Я ещё раз взглянул на памятник во всём его великолепии — на текстуру и детали, на разноцветные камни, которые были использованы. Говорят, что 30 лучших магов земли — гномов — трудились пять лет, чтобы достичь такого уровня мастерства. Я прочитал в одной из книг в публичной библиотеке, что стоимость этого шедевра могла бы содержать всю страну Эленуар в течение пяти лет. Хех, эльфийское население достаточно мало, чтобы я мог в это поверить. После Первой Великой Войны с Алакрией и полного разрушения страны Асурами, потребовалось 300 лет, чтобы восстановить хотя бы половину первоначального населения. И это также отчасти благодаря Артуру Лейвину. После войны вместе со своей женой, королевой Тессией Лейвин, они 15 лет были лицом кампании, пропагандирующей поддержку эльфов. Они также вместе сажали деревья на выжженной земле, чтобы восстановить сгоревший лес. Говорят, что успех был также обусловлен Артуром Лейвином, который дал бывшему правителю, Вириону, артефакт, помогший омолодить разрушенную почву. Сегодня Эленуар — самая красивая часть всего континента, но говорят, что он всё ещё не вернул того великолепия, которое было до войны. Столица этой страны, Новый Зестир, — самая представительная часть Дикатена. Я никогда там не был, но из того, что я слышал от других и читал в книгах, весь город гармонирует с природой, как будто лучшие художники со всего мира создали его вместе.

Взглянув на часы, я увидел, что до отправления моего поезда осталось меньше 15 минут.

Время прощаться.

«Мистер Артур, мне нужно идти и продолжать тренировки. Я одолжил несколько книг по фехтованию и заклинаниям. Я слышал легенды, которые гласят, что вы тренировались так же, когда были ребёнком. Это действительно тяжело, но раз вы преуспели, я надеюсь, что, усердно работая, я тоже смогу защитить свою страну! Надеюсь, вы смотрите на Дикатен с небес и болеете за нас; мы обязательно защитим ваше наследие!»

Моё внимание от статуи отвлёк звук хлопков.

«А?» — пробормотал я, удивлённый, как ребёнок, которым я всё ещё был. Кто-то сумел подойти ко мне, хотя я постоянно проверял своё окружение через ядро в радиусе 100 метров.

«Прекрасные слова, щенок».

Тот же мужчина, с которым я столкнулся несколько минут назад, стоял позади меня, всего в нескольких метрах.

«К-как давно вы слушаете?» — спросил я, смутившись.

«С самого начала. Должен сказать, это довольно трогательная история. Если бы я умел плакать, я бы, наверное, сейчас лил слёзы, но... я ещё не развил все физиологические рефлексы, как нормальные люди...»

Мужчина ответил с тем же печальным выражением лица, которое я видел ранее. Но одна вещь не давала мне покоя. Как ему удалось подобраться так близко незамеченным?

«Эм, простите, но как вы сюда попали? Я обычно чувствую любого, кто приближается ко мне на 100 метров… Ваша аура тоже другая… Это… магия Вритры?»

Мужчина расхохотался; его лицо и глаза указывали на то, что он мог снова заплакать, но он смеялся над тем, что я только что сказал.

«Вритра? Ха-ха-ха, может я и похотлив, но в этой форме я не рогат!»

Сбитый с толку и неуверенный, я спросил: «Так кто вы? Или что вы такое?»

«О, это будет восхитительно! Скажи мне, щенок, что ты знаешь о Принцессе?»

Смущённый и озадаченный, я поднял бровь и сказал: «Какой принцессе?»

«Ха-ха-ха, я так и знал, что его прозвище не станет общеизвестным. Позволь спросить ещё раз, что ты знаешь об этой мазохистской принцессе? Что ты знаешь об Артуре Лейвине?»

В этот момент я был в ярости. Я знаю, что прошли сотни лет с его смерти. Ещё сотни с его расцвета, но Артур Лейвин был моим символом надежды, моим героем.

«Как вы смеете!!! Артур Лейвин был героем Дикатена! Если бы не он, я подозреваю, этот континент сгорел бы дотла, и я бы даже не родился! Он обеспечил мир и процветание на сотни лет! Он и его фамильяр — Реджис — и связь — дракон из рода Асур — годами сражались за народ этого континента!»

Мужчина улыбнулся и сказал: «Значит, ты ничего не знаешь, раз называешь меня фамильяром. Узри, во всей моей красе, охуенно величественного Реджиса, могучее оружие, дарованное Артуру в землях Асур!»

Что? Этот мужчина — Реджис? Но его форма — это форма волка. Я согласен, тот волк был величественным, но этот парень выглядит как человек. Он изменил форму?

Увидев моё замешательство, предполагаемый Реджис нахмурился, вздохнул и сотворил фиолетовое пламя. Мои глаза расширились от изумления, когда пламя угасло, явив аметистового волка, точь-в-точь как на статуе, стоящей позади меня.

Я немедленно упал на колени, ударился лицом о мостовую и сказал: «Я глубоко извиняюсь за свои слова, Мастер Реджис!!! Я не ожидал встретить вас в таком месте!»

Реджис лишь рассмеялся, возвращаясь в свою человеческую форму: «Ха-ха-ха, без проблем. Но полегче с «мастером», а то я могу подумать, что ты вступил в Орден Джедаев».

«Орден Джедаев?»

«Неважно, всё равно не поймёшь; только Артур понял бы отсылку в этом мире. Просто зови меня Реджис. Была бы ты девчонкой, могла бы звать меня папочкой, но раз ты парень, давай останемся на именах».

Смущённый и поражённый тем, что встретил такую важную фигуру, я поклонился и сказал: «Конечно! Но я не понимаю, почему кто-то столь значительный, как вы, вообще стал бы разговаривать с кем-то столь незначительным, как я…»

Реджис начал идти ко мне. На короткий миг он остановился передо мной и окинул меня взглядом, прежде чем продолжить движение к статуе. Он остановился в нескольких метрах от таблички со всеми титулами Артура Лейвина. Он выдохнул и повернулся ко мне лицом.

«Я спрошу тебя ещё раз, щенок. Что ты знаешь о принцессе? Но, пожалуйста, избавь меня от клише о том, каким он был великим. Расскажи мне, что ты знаешь о том, как он стал легендой?»

«Ну…»

В этот момент я застыл. Я не знал, что сказать. Я приходил сюда последний год, с тех пор как тело моей матери так и не нашли, и, поскольку война бушевала, ей не разрешили устроить настоящую могилу. Я ничего не знал об Артуре Лейвине сверх того, что мог прочитать в книгах или услышать в легендах. Реджис сразу всё понял и начал говорить.

«Артур родился в Эшбере, это ты уж точно знаешь. Он пробудил своё ядро маны в возрасте 3 лет. Как думаешь, сколько ему было, когда он достиг сплошного красного ядра?»

«Раз он пробудил ядро в 3 года, полагаю, он достиг твёрдого красного к 6 годам», — ответил я.

«Ха! Неверно, только в 8 лет, всего за несколько месяцев до своего 9-го дня рождения, он достиг твёрдого красного!»

Сбитый с толку, я посмотрел на статую: «Что? Серьёзно? Я даже сумел достичь тёмно-оранжевого за четыре года…»

«Артур не мог совершенствовать своё ядро первые несколько лет из-за ассимиляции его звериной воли. Скажи мне, как ты думаешь, сколько времени ему потребовалось, чтобы овладеть мечом?»

«По-видимому, он всему научился сам по книгам, а его технику отточил не кто иной, как Вирион Эралит…»

Мужчина сделал ещё один шаг ко мне и снова расхохотался: «Опять неверно, леди Вера была его наставницей! И ему потребовались годы, чтобы овладеть мечом! Ха-ха-ха, щенок, ты так мало знаешь о своём герое!»

Я никогда не слышал ни о ком по имени леди Вера, и её имя не встречалось мне ни в одной книге. Удивление на моём лице, должно быть, выдало мои мысли, потому что к этому моменту Реджис уже стоял лицом к лицу со мной. Он наклонился так, чтобы наши глаза оказались на одном уровне, и задал последний вопрос:

«А теперь скажи мне самое главное — почему, по-твоему, Артур так яростно сражался против Алакрии? Что им двигало? Почему он хотел стать сильнее?»

Покопавшись в памяти и вспомнив старую запись речи Артура Лейвина, когда его назначили Копьём, я на этот раз твёрдо ответил: «Патриотизм, чувство долга перед народом этого континента, где он вырос».

Реджис повернулся к статуе, улыбнулся и ответил: «И в последний раз — неверно. Артур никогда не сражался за весь континент…»

«Тогда… за что сражался Артур Лейвин?» — неуверенно спросил я, даже не зная, хочу ли я знать ответ.

Реджис повернул голову ко мне и посмотрел мне прямо в глаза. Его взгляд излучал гордость и печаль.

«Артур всегда сражался за самых близких ему людей — за своих родителей, сестру, возлюбленную, наставника, друзей, за людей, которые приняли его в этом мире и заботились о нём. Всё, чего он хотел, — это чтобы эти люди жили в мире, даже если для этого придётся пожертвовать собственной жизнью. То, что я тебе сейчас расскажу, нет ни в одной книге о нём. Но как оружие, выкованное Асурами, моя личность сформирована из личностей Артура, Слуги Уто, Сильви Лейвин и её матери. Прямо сейчас говорит личность Артура. Ты силён для своего возраста, щенок; у тебя потенциал, как ни у кого другого, и твои ценности такие же, как у Артура. Последние два столетия я скитался по этому миру без своего мазохистского хозяина, но теперь все четыре эти личности говорят мне, что я должен помочь тебе защитить твоих близких. Я не могу сражаться без Артура, но я знаю все его техники, будь то фехтование или заклинания. Так скажи мне, щенок, если я помогу тебе, будешь ли ты использовать свои навыки исключительно для защиты тех, кто тебе дорог?»

Слёзы навернулись мне на глаза, и дыхание участилось. Я больше не мог выносить напряжения. Я упал на колени, схватившись за грудь.

«Да, клянусь, я защищу всех, кто мне дорог!»

Реджис оскалил зубы в ухмылке и повернулся к статуе, подняв руку, чтобы указать на фигуру Артура Лейвина. Затем он закричал так громко, что разбудил всех в радиусе нескольких километров.

«Ты слышишь это, Принцесса?! Может, ты и прохлаждаешься в загробной жизни, но я передаю твоё наследие! Тебе лучше смотреть, потому что величественный Реджис и его новый спутник снова принесут мир в этот мир! 2:1, мазохистская ты задница!»

Чувствуя себя неловко, когда люди начали открывать окна и пялиться на нас, я обратился к своему новому учителю: «Эм, Реджис, мы можем теперь пойти? Я знаю, что опоздаю на тот поезд, но люди начинают пялиться…»

Реджис рассмеялся и протянул мне руку, чтобы помочь подняться с колен.

«Ах, да, извини. Я немного перевозбудился. Ты привыкнешь. Скажи мне, щенок, я забыл спросить раньше — как тебя зовут?»

«Рейнольдс, Рейнольдс Хелстиа», — ответил я, смущённый тем, что не представился раньше. Реакция Реджиса была интересной. Он поднял брови и заметил:

«Ах, Судьба снова меня поимела».