Глава 5: Проблемы, растущие как снежный ком

Глава 5: Проблемы, растущие как снежный ком

Прошла еще одна напряженная неделя. Мамору Ари и Футаро Уэсуги с весьма переменным, если не сказать мизерным, успехом пытались наладить и систематизировать учебный процесс с неуловимыми сестрами Накано. Ёцуба по-прежнему была неиссякаемым источником энтузиазма, ее энергия била ключом, хотя и не всегда направлялась в учебное русло. Мику, после того знакового разговора на крыше и данного Мамору обещания углубиться в историю периода Сэнгоку, стала более-менее регулярно посещать импровизированные занятия, хоть и с видимой, почти ощутимой сдержанностью и молчаливой настороженностью. Ичика и Ицуки, однако, оставались по большей части безучастными к их усилиям, мастерски находя бесчисленные предлоги, чтобы отсутствовать или демонстративно игнорировать репетиторов. Но главной, неразрешимой головной болью, источником постоянного напряжения и саботажа оставалась Нино.

Сегодняшнее занятие, по крайней мере, его начало, проходило в просторной, залитой солнцем гостиной. Мамору, вооружившись новыми знаниями, с энтузиазмом объяснял Мику запутанные особенности тактики Оды Нобунаги, используя для наглядности схемы и заметки, почерпнутые из недавно проштудированных библиотечных книг. Футаро, с выражением мученика на лице, в стотысячный раз пытался втолковать вечно улыбающейся Ёцубе самые основы алгебры.

— Итак, если мы представим непобедимую армию Нобунаги как переменную ‘x’, а силы его коварного противника как неизвестную ‘y’… — начал было Мамору, входя в раж, как вдруг в гостиную, словно разъяренная фурия, сметая все на своем пути, ворвалась Нино.

— Опять вы здесь ошиваетесь? — скрестив руки на груди и окинув их ледяным взглядом, заявила она. — Неужели до вас до сих пор не дошло, что вам тут совершенно не рады? Особенно тебе, — она смерила Футаро особенно презрительным взглядом, — парень с вечно унылым и кислым выражением лица.

— Нино! — тут же возмутилась обычно тихая Мику, ее голос дрогнул от негодования. — Не смей так говорить об Уэсуги! И Ари-сан тоже очень старается для нашего же блага! Ты просто неблагодарная и поверхностная!

— Это я поверхностная? — мгновенно взвилась Нино, ее щеки залил гневный румянец. — Да что ты вообще можешь понимать в стиле и моде, серая мышь в своих дурацких наушниках! Неужели тебя и впрямь привлекают парни с таким тупым и отсутствующим выражением лица, как у него? — она снова метнула ядовитый взгляд в сторону Футаро. — Эти твои обожаемые генералы Сэнгоку, между прочим, хоть одеваться прилично умели, в отличие от некоторых! Причина, по которой ты, — она обратилась непосредственно к Футаро, — постоянно ходишь в этой своей убогой, застиранной одежде, заключается лишь в том, что ты совершенно не заботишься о своей внешности и о том, какое впечатление производишь на окружающих!

Спор стремительно накалялся, грозя вот-вот перерасти в серьезную, полномасштабную ссору. Мамору, чувствуя, как атмосфера сгущается, попытался деликатно вмешаться.

— Девочки, пожалуйста, давайте не будем ссориться. Успокойтесь. — Его голос звучал примирительно. — Нино-сан, поймите, мы здесь исключительно для того, чтобы помочь вам с учебой. Ваш отец очень беспокоится о ваших оценках и будущем.

— Мой отец! — презрительно фыркнула Нино. — Вечно он сует свой длинный нос не в свои дела! А этот дом, между прочим, предназначен для нас пятерых, и только для нас! Здесь нет и не будет места для всяких посторонних вроде вас!

Она решительно подошла к Ёцубе, которая с растерянным видом наблюдала за перепалкой.

— Ёцуба, милая, нашей баскетбольной команде снова срочно нужна твоя помощь. У них сегодня невероятно важная товарищеская игра, а одна из основных девочек, как назло, заболела. Я слышала, что кто-то из пятерых ключевых членов спортивного клуба что-то себе сломал и из-за этого они никак не могут участвовать в предстоящем соревновании. Ты же не можешь просто так бросить людей в беде, правда? Ты же у нас такая добрая, отзывчивая и невероятно спортивная!

Ёцуба, которая, как Мамору уже успел неоднократно заметить, действительно совершенно не умела говорить «нет» и отказывать в помощи ("Она из тех редких девушек, что никогда и никому не откажут в помощи, даже в ущерб себе," – пронеслось у него в голове), тут же виновато вскочила со своего места.

— Ох, это правда? Какая жалость! Простите меня, Уэсуги-сан, Ари-сан! Я просто не могу их подвести и бросить в такой ответственный момент! — с этими словами она, подхваченная под руку торжествующей и явно довольной собой Нино, стремительно умчалась из комнаты.

«Она не просто упряма, она настоящий мастер манипуляции», — с досадой подумал Мамору, провожая взглядом удаляющуюся Нино. Мику тяжело вздохнула, ее плечи поникли.

— С Нино нужно всегда быть предельно искренним, Ари-сан, — тихо сказала она, глядя на него своими печальными глазами. — Если будешь с ней честен и открыт, я почти уверена, что она рано или поздно поймет тебя. Но даже так… это невероятно сложно. Боюсь, она что-то серьезное задумала против вас обоих.

Занятие было окончательно и бесповоротно сорвано. Футаро, буквально кипя от сдерживаемой злости и бессилия, решил немедленно уйти. Мамору, чувствуя себя совершенно опустошенным, тоже начал собирать свои вещи. Настроение было безнадежно испорчено.

— Пойдем отсюда, Уэсуги. Сегодня явно не наш день. Удача отвернулась от нас.

Они уже стояли у входной двери, когда Мамору внезапно хлопнул себя по лбу с таким звуком, что Футаро подпрыгнул.

— Черт побери, я же забыл свой блокнот! Тот самый, с моими бесценными заметками по клану Такэда, специально для Мику! Он должен был остаться на журнальном столике в гостиной.

Футаро тоже сокрушенно спохватился:

— А я, кажется, кошелек свой там оставил! Вот же ж незадача!

Пока Футаро с мрачным видом разбирался с незнакомой и явно враждебной ему системой автоматического замка на входной двери («Датчик, ну сработай же ты, пожалуйста! Да что с тобой вообще не так?! Эта дверь определенно сломана!» — бормотал он себе под нос, безуспешно и яростно махая перед ним рукой), Мамору, не желая усложнять ситуацию звонком через домофон (через который Нино наверняка бы съязвила Футаро что-то вроде: "Ты что, не знал об автоматически закрывающихся дверях в наше-то просвещенное время? Просто набери номер нашей квартиры и свяжись с нами, если такой умный!"), решил быстро и незаметно сбегать за своим блокнотом. Он совершенно не хотел, чтобы его кропотливые наработки пропали даром.

Он тихо, стараясь не производить ни малейшего шума, вошел в квартиру. В просторной гостиной, к его облегчению, никого не было. Быстро отыскав свой блокнот на указанном месте, он уже собирался так же тихо удалиться, как вдруг услышал характерный шум льющейся воды из ванной, а затем – приближающиеся шаги. Мамору мгновенно замер, как статуя. Кто-то явно шел по коридору в его сторону, и это, без сомнения, была одна из сестер. Он решил не попадаться никому на глаза, чтобы избежать новых, совершенно ненужных ему сейчас конфликтов, и быстро шагнул за угол, к высоким книжным полкам, надеясь остаться незамеченным.

Из-за угла, окутанная облаком пара, показалась девушка, на которой не было ничего, кроме большого банного полотенца, небрежно обернутого вокруг тела. Ее волосы были мокрыми и растрепанными. Мамору похолодел от ужаса. «Мику?.. Нет, не может быть!» — панически пронеслось у него в голове. Он невольно на долю секунды засмотрелся на изящную, точеную фигурку, но тут же мысленно себя одернул, чувствуя, как его щеки заливает предательский румянец. «Нельзя! Это же его ученица! Да и вообще… это совершенно недопустимо!» Его «староденежное», безупречное воспитание громко вопило о грубейшем нарушении всех мыслимых и немыслимых правил приличия. Он почувствовал, как краска стыда и смущения густо бросается ему в лицо.

Девушка, совершенно не замечая его присутствия, легкомысленно подошла к книжной полке и начала что-то сосредоточенно искать. Она тихонько разговаривала сама с собой, и Мамору с нарастающим ужасом понял, что это пронзительный голос Нино. И говорит она так, будто обращается к находящейся рядом Мику.

— Мику, ты уверена, что тебе это нужно именно сейчас? Я же принимаю ванну, поэтому просто войди и захвати то, что тебе там было нужно… Опять что-то забыла, растяпа? Ну что за неряха… Ты что, до сих пор злишься на меня из-за того, что случилось этим вечером? Да ладно тебе, признаю, я немного перегнула палку, мне и самой теперь немного неловко…

«Она думает, что я — это Мику, которая вернулась за чем-то забытым?» — осенило Мамору. Он также вспомнил, как Мику однажды упоминала очень плохое зрение Нино, и что та обычно носит контактные линзы, но дома часто обходится без них. "Неужели у неё настолько слабое зрение, что она меня совершенно не заметила и не узнала?" — с замиранием сердца подумал он. Видимо, сейчас она действительно была без линз и просто не смогла разглядеть его в полумраке коридора. Мамору застыл, как вкопанный, боясь даже пошевелиться или вздохнуть. Вся его жизнь стремительно пронеслась у него перед глазами. Если Нино его сейчас обнаружит здесь, да еще и в таком виде… грандиозного, вселенского скандала точно не избежать. Его безупречной репутации придет конец. "Моей жизни конец, если это всё сейчас раскроется!" — паническая мысль молнией пронзила его мозг.

Нино, все еще не замечая его, потянулась за чем-то на самой верхней полке. Высокая стопка книг, неосторожно стоявшая на самом краю, угрожающе накренилась. Мамору, забыв обо всем на свете, повинуясь чистому инстинкту, стремительно шагнул вперед, чтобы успеть поймать их и не дать упасть прямо на Нино.

— Осторожно!

Книги с глухим стуком посыпались вниз. Нино испуганно вскрикнула. Мамору, отчаянно пытаясь удержать равновесие на скользком полу и одновременно хоть как-то прикрыть Нино от градом падающих тяжелых томов (среди которых он с ужасом успел заметить что-то вроде «Гордости и Предубеждения» и «Грозового Перевала»), неловко качнулся и… всем своим весом рухнул прямо на нее. Полотенце, не выдержав такого натиска, предательски съехало, открывая взору гораздо больше, чем Мамору когда-либо хотел или даже в страшном сне предполагал увидеть.

Оба на несколько бесконечных секунд замерли в невероятно неловкой и компрометирующей позе. Мамору чувствовал, как его сердце бешено колотится где-то в горле, готовое выпрыгнуть из груди. Нино, наконец, сфокусировала на нем свой близорукий взгляд, и ее глаза сначала медленно расширились от ужаса, а затем вспыхнули неукротимой яростью.

— Ты!!! Что ты здесь делаешь?! И… в таком виде?! Извращенец! Мерзавец!

— Я… я не… я просто… книги! Осторожно! — лепетал Мамору, отчаянно пытаясь как можно быстрее подняться и при этом инстинктивно не смотреть на нее. Его щеки пылали огнем. Это была не просто катастрофа. Это был полный и безоговорочный провал.

В этот самый неподходящий момент входная дверь квартиры с шумом открылась, и на пороге, сияя от любопытства, появилась Ицуки, только что вернувшаяся домой. Она мгновенно окинула профессиональным взглядом разыгравшуюся перед ней сцену: растрепанный, красный как рак Мамору, отчаянно пытающийся подняться с полуголой, пылающей праведным гневом Нино, разбросанные по всему полу книги… Ее глаза сначала изумленно округлились, а затем она с молниеносной скоростью заправского папарацци достала свой смартфон и сделала несколько снимков со вспышкой.

— Невероятно! Какой потрясающий эксклюзив! Это просто сенсация! — с непонятным, почти хищным блеском в глазах произнесла она, предвкушая бурную реакцию.

Мамору Ари в отчаянии закрыл лицо руками. Проблемы не просто накапливались одна за другой. Они обрушились на него все разом, как гигантская снежная лавина, грозя окончательно и бесповоротно похоронить под собой все его благие намерения, его с таким трудом заработанную репутацию и тот хрупкий, едва зародившийся шанс завоевать доверие пяти самых непредсказуемых и сложных учениц в его жизни.

Конец главы