Новый дом

Утро в Алдире началось с низкого гула колоколов. Их звук вплетался в шум просыпающегося города. Сквозь зарешеченное окно палаты Широ видел, как первые лучи солнца пробиваются через серые облака, освещая заснеженные крыши и узкие улочки.

Повозки уже гремели по булыжникам, а голоса торговцев, расхваливающих горячий эль и меховые перчатки, приглушенно доносились за окном.

Дверь палаты скрипнула, и Широ вздрогнул, обернувшись. В комнату вошли две женщины. Первой была Джесс де Лакрейн, её изумрудные волосы были стянуты в высокий хвост, а белый халат, как всегда, расстёгнут. Её взгляд был менее саркастичным, чем вчера, — скорее любопытный, с лёгкой тенью настороженности.

Рядом с ней стояла другая женщина, и её присутствие сразу наполнило палату теплом. У неё была толстая каштановая коса, перекинутая через плечо, и яркие зелёные глаза, которые, казалось, видели больше, чем говорили. На вид она была немного старше Джесс, но в её улыбке было что-то юное, почти детское.

Она была одета в простое черное платье с высоким воротом, поверх которого был накинут тёмный шерстяной плащ, припорошённый снегом. Через плечо у неё была перекинута сумка, в которой что-то лежало.

— Уже пытаешься сбежать? — с легкой насмешкой спросила Джесс. — Не знала, что госпиталь тебе настолько тошен.

Широ покачал головой, его фиолетовые глаза скользнули от Джесс к незнакомке.

— Я просто смотрел, — пробормотал он, сползая с подоконника.

— Ну смотри, пока можешь. Сегодня твой последний день тут. — она отошла немного в сторону. — Знакомься, это Клаудия. Та самая о ком я тебе говорила.

Клаудия шагнула вперёд, её улыбка была тёплой, но в глазах мелькнула искра.

— Здравствуй, Широ, — сказала она, её голос был мягким. — Меня зовут Клаудия Аккарет, заведую сиротским приютом в Алдире. Райот попросил меня взять тебя к нам в приют.

— Приют… — повторил он тихо, словно пробуя слово на вкус. — Это… для тех, у кого никого нет?

— Для тех, кто ищет семью, — поправила Клаудия, её глаза смягчились. — В Алдире многие начинают заново. Приют — это место, где никто не остаётся один. Там есть дети, как ты. Вместе мы большая семья, которая поможет тебе и будет поддерживать.

Широ посмотрел на неё. Его фиолетовые глаза встретились с её зелеными. В её взгляде не было жалости, только искреннее желание помочь. Он кивнул, не зная, что сказать.

— Ладно, хватит лирики, — Джесс хлопнула в ладоши, возвращая всех к реальности. — Широ, переодевайся. Клаудия отведёт тебя в приют, а у меня еще есть дела.

Клаудия достала сложенную одежду из сумки и встала.

— Я подожду за дверью, — сказала она, направляясь к выходу. — Не торопись, Широ. У нас есть время.

Джесс задержалась на секунду, её взгляд смягчился.

— Ты молодец, пацан. Не каждый взрослый, потеряв память, сможет так ровно держаться. — она повернулась и вышла вслед за Клаудией. — Так, а вы двое можете быть свободны. — раздался голос Джесс за дверью и затем последовали шаги от двух людей. Стража, приставленная к Широ, ушла.

Он медленно развернул одежду, проведя пальцами по шерстяной куртке. Она пахла свежей тканью и чем-то ещё — может, лавандой, которой пропитывали бельё в приюте.

Широ переоделся, аккуратно сложив больничную пижаму на кровати. Новая одежда, принесённая Клаудией, сидела почти идеально: тёмно-серая рубаха чуть свободно обхватывала плечи, штаны были удобными, а шерстяная куртка тёплой тяжестью легла на тело. Сапоги, крепкие и слегка потёртые, пахли кожей и воском.

Клаудия ждала за дверью, её холщовая сумка, теперь пустая, висела на плече. Джесс уже ушла. У такой персоны как она уже с утра было много дел.

Джесс жила в соседнем доме от госпиталя. Это нужно было для того, чтобы в экстренных ситуациях она всегда успевала прибывать вовремя. Поэтому дальше восточного района Алдира её можно было редко встретить.

— Готов? — спросила Клаудия, её зеленые глаза мягко светились. Она поправила косу, перекинув её через плечо. — Пойдём. Нам нужно по дороге зайти на рынок.

Она взяла Широ за руку и повела из комнаты. Пройдя по коридору, а затем спустившись по лестнице, они вышли в фойе. Клаудия попрощалась с дежурной медсестрой на входе и открыла дверь.

Холодный воздух ударил в лицо. Город бурлил: крики торговцев сливались с цокотом копыт, звенел детский смех, а где-то неподалёку кузнец бил молотом по наковальне. Небо сегодня было чистым, даже без привычных серых облаков. Дома из камня и тёмного дерева теснились вдоль дороги.

Глаза Широ совсем слегка расширились, а рот приоткрылся, несмотря на его скупые эмоции. Клаудия посмотрела на него и её губы растянулись в мягкой улыбке.

— В сравнении с центральной улицей здесь очень тихо. Ну ладно, пошли. — она потянула Широ за руку.

Клаудия шла уверенно, а её коса двигалась в такт её движениям.

— Да кстати, Широ, — Клаудия остановилась, повернувшись к нему. Её зелёные глаза прищурились, а голос стал чуть строже. — Накинь капюшон. Твои волосы… скажем так, не каждый день в Алдире видят белые волосы. Не хочу, чтобы на тебя пялились.

Широ замер. Его пальцы коснулись края шерстяной куртки. Он медленно натянул капюшон, скрывая волосы, но несколько белых прядей всё равно выбились наружу, контрастируя с тёмной тканью.

—Почему? — спросил он спокойным голосом.

Клаудия улыбнулась, но в её улыбке была лёгкая напряжённость.

—В Алдире любят сплетни, а ты и так загадка. Давай не будем давать им лишний повод шептаться. — Она поправила его капюшон, аккуратно заправив выбившиеся пряди. — Вот, так лучше.

Широ кивнул, его взгляд скользнул по толпе.

— Почему они шепчутся? Из-за волос?

— Скажем так… ты скорее всего не знаешь, раз ничего не помнишь, но у нас есть одна сказка. В ней злой персонаж был с белыми волосами. Да и в нашем мире, в принципе, почти не встречаются люди с белыми волосами.

Широ нахмурился, пытаясь осмыслить её слова.

— Я… не хотел быть странным.

Клаудия рассмеялась, её смех был тёплым, почти материнским.

— Ох, Широ, странность — это не всегда плохо. Иногда это значит, что ты особенный. Но пока давай просто купим хлеба и овощей, хорошо?

Тот молча последовал за ней, мотая головой из стороны в сторону, стараясь рассмотреть каждую деталь. Например, в многих окнах виднелись горшки с цветами.

Она отвела взгляд и достала из внутреннего кармана плаща небольшой железный круг. Нажав на кнопку, верхняя крышка откинулась и показался циферблат. Это были механические часы.

— Так… восемь утра. У нас примерно два часа, когда остальные начнут просыпаться.

Они свернули направо, в центр города. Пройдя дальше перед ними, оказалась главная улица. Она была шире остальных, и на ней царила невероятная суета. По обеим сторонам улицы стояли лавки торговцев, каждый из которых старался перекричать соседа, зазывая покупателей. Она была очень длинной и, хоть это и не было видно, заканчивалась у штаба Каменных рыцарей и центральной площади.

Иногда по центру улицы проезжали повозки, запряженные лошадьми. Возницы громко кричали, чтобы освободить дорогу, а люди поспешно расступались. Рядом с торговцами бегали дети, играя в какую-то игру, их смех и крики добавляли ещё больше жизни и без того оживлённому месту.

— Не отвлекайся, Широ. А то сейчас под повозку попадёшь. — Клаудия слегка потянула его за рукав.

Широ кивнул, его пальцы невольно сжали край куртки.

— Всё такое громкое, — пробормотал он, его голос едва пробивался сквозь шум.

Клаудия рассмеялась.

— Громкое? Это ты ещё не видел рынок в столице. В Элиндоре он раза в три больше, чем здесь. — Она замедлила шаг, посмотрев на него с лёгкой улыбкой. — Что ты ощущаешь, смотря на это? Нравится или пугает?

Широ задумался, его взгляд скользнул по толпе.

— Не знаю. Наверное, и то, и другое, — сказал он ровным тоном. — Всё живое. Но я не знаю, как быть частью этого.

Клаудия остановилась, её зелёные глаза смягчились.

— Быть частью этого — просто. Шаг за шагом. Начнём с малого: купим еды для приюта, а там, глядишь, и ты привыкнешь к этому шуму. — она кивнула на лавку впереди, где толстый торговец с красным лицом выкладывал морковь и репу. — Пойдём, Гарт всегда держит лучшее для нас.

Они подошли к прилавку, и торговец, заметив Клаудию, расплылся в широкой улыбке. Его борода, припорошённая снегом, затряслась от энтузиазма.

— Мисс Аккарет! — прогремел он. — Для вашего приюта — только свежайшее! Репа с южных ферм Денмора, сладкая, как мёд! И капуста, только вчера на караване привезли!

Клаудия скрестила руки, её бровь выгнулась в насмешливой улыбке.

— Гарт, твои байки про “вчерашнюю капусту” я слышу каждый раз. Давай без обмана, а? Корзину репы и три кочана капусты. И не вздумай подсунуть вялые, я проверю.

Гарт расхохотался, его смех был громким, как удар молота.

— За кого ты меня держишь, Клаудия? Для тебя — только лучшее! — Он начал складывать овощи в холщовую сумку, но его взгляд скользнул к Широ. — А это кто? Новенький в приюте? Худой, как тростинка! Корми его лучше, а то ветром унесёт.

Широ опустил голову. Он не знал, что ответить. Клаудия бросила на Гарта укоризненный взгляд.

— Гарт, не смущай мальчика. Он и без твоих комментариев справится. Лучше добавь пару морковок за свой длинный язык.

— Ха, договорились! — Гарт подмигнул, кидая в сумку несколько морковей. — Но серьёзно, парень, в приюте у Клаудии не пропадёшь. Она хоть и строгая, но сердце у неё золотое. Верно, мисс Аккарет?

Клаудия фыркнула, но уголки её губ дрогнули.

— Не подлизывайся, Гарт. Сколько с меня?

— Один фракт и пятьдесят флинтов за всё, — сказал торговец, протягивая сумку и корзину.

Клаудия достала из кармана плаща небольшой кошелек и вытащила оттуда несколько монет и отдала их ему.

— Хороших продаж, Гарт. — сказала Клаудия, разворачиваясь от прилавка.

— Ага, спасибо. — Гарт махнул рукой и повернулся к следующему покупателю.

Клаудия взяла сумку, повесив её на плечо и корзинку.

— Так, Широ, помоги мне. — она протянула ему корзину с репами и Широ взял её. — Не тяжело?

— Нет. Нормально.

— Ну и хорошо. — она взяла его за свободную руку. — Теперь идем за хлебом.

Клаудия повела его дальше, к следующей лавке, где старуха с морщинистым лицом выкладывала круглые караваи хлеба, пахнущие тёплым тестом и травами.

— Доброе утро, тётушка Лара! — поздоровалась Клаудия, её голос стал мягче, почти уважительным. — Два ржаных и один с семенами.

Старуха, сгорбленная, но с цепким взглядом, посмотрела на Клаудию, а затем на Широ. Её глаза сузились, и она наклонилась ближе, словно пытаясь разглядеть что-то в его лице.

— Новый мальчик? — спросила она хрипло. — Странный… глаза у него не детские. Откуда он?

Широ напрягся. Он хотел отступить, но Клаудия положила руку ему на плечо, её голос стал твёрже.

— Тётя, не начинайте. Он издалека, потерялся. Теперь он с нами. Хлеб давайте, а сплетни оставьте для базара.

Лара хмыкнула, но не стала спорить. Она завернула два тёмных каравая и один, усыпанный золотистыми семенами, в грубую ткань.

— Один фракт восемьдесят флинтов, — буркнула она, протягивая свёрток. — Но я тебе говорю, Клаудия, этот мальчишка… в нём что-то не так.

Клаудия закатила глаза, но её пальцы на плече Широ слегка сжались.

— Тётушка, попробуй выпить чай из успокаивающих трав. Говорят помогает. Или на крайний случай — сходи в госпиталь.

Она отсчитала монеты, сунула свёрток в сумку и потянула Широ дальше.

— Не слушай её, — сказала она тихо, когда они отошли. — Тётушка Лара любит придумывать страшилки. Но… — она замялась, — всё же держи капюшон. На всякий случай.

Широ кивнул, его взгляд упал на яблоко в руке.

— Они… боятся меня? — спросил он, его голос дрогнул.

Клаудия остановилась, повернувшись к нему. Её зелёные глаза внимательно изучали его лицо.

— Не боятся, — сказала она мягко, но твёрдо. — Просто не понимают. Люди в Алдире привыкли к обычному, а ты… ты необычный. И это нормально. В приюте тоже есть дети, которые выделяются. Ты найдёшь там друзей, поверь.

Клаудия вела его уверенно, её тёмный плащ развевался от ветра.

Они свернули с главной улицы в более узкий переулок, где шум рынка стал тише, а дома из серого камня и тёмного дерева стояли чуть дальше друг от друга. Здесь пахло сыростью и дымом от каминов.

Широ замедлил шаг, его взгляд скользнул по стене одного из домов на котором висело объявление. Надпись на нем гласила:

“Каменные рыцари открывают принятие новых рекрутов с первого числа Месяца Рассвета. При участии в походе на равнины Днарц — выплаты 20 фрактов. Возможны надбавки.”

— Клаудия, а кто такой Райот? — спросил Широ.

Клаудия остановилась, её коса качнулась, когда она повернулась к нему. Её брови слегка приподнялись, но голос остался спокойным.

— Райот? Ну, он мой хороший друг, а также заместитель главы Каменных рыцарей.

— Он уже говорил мне. Но... почему он спас меня?

Вопрос застал Клаудию в врасплох. Она немного задумалась.

— Наверно, ты смог его чем-то заинтересовать. Хотя нет, ты точно его заинтересовал. А ещё, хоть по нему и не скажешь, но он довольно добрый. Райот просто не мог оставить тебя там. — её взгляд стал немного печальнее, будто она что-то вспоминала. — Скорее всего на него до сих пор давят ошибки прошлого.

"Ошибки прошлого? Думаю лучше о таком не спрашивать."

— В общем на то было много причин. Но я скажу тебе так: человек он явно неплохой.

Широ моргнул, его губы дрогнули в слабой улыбке. Он посмотрел на переулок, где двое мальчишек, не старше его, кидали снежки, смеясь так громко, что эхо отскакивало от стен.

— А приют, — начал он, запнувшись. — Какие там дети? Они как я?

Клаудия двинулась дальше, её шаги были лёгкими, но уверенными.

— Не совсем, — ответила она, поправляя сумку. — У каждого своя история. Кто-то потерял родителей из-за монстров, кто-то просто остался один. Но все они — дети, которые хотят найти своё место. Думаю, вы поладите.

Широ кивнул, пытаясь представить этих детей. Его взгляд скользнул к её сумке.

— А что вы делаете в приюте? — спросил он, его голос стал чуть смелее. — Ну… кроме еды и сна?

Клаудия рассмеялась, её смех был тёплым, как солнечный свет.

— Кроме еды и сна? О, у нас весело. Дети учатся читать и писать. Мы готовим вместе, чиним одежду, играем. Иногда Каменные рыцари приходят, рассказывают истории о своих вылазках. — Она бросила на него лукавый взгляд. — Райот, правда, больше хвастается, чем рассказывает. Но дети его обожают. Он любит рассказывать о том, как пробудил Сущность в тринадцать лет.

— Сущность? Что это?

— Это…мм… сложно объяснить такому ребенку как ты. Лучше давай я научу тебя читать, и ты сам прочтешь про неё в нашей маленькой библиотеке. Там есть одна девочка. Если найдешь с ней общий язык, то станете хорошими друзьями. Правда, никому из детей это пока не удалось, так что ты можешь быть первым. — она слегка хихикнула.

Они свернули в ещё один переулок, где дома стали ниже, а улицы шире. Вдалеке виднелся дом.

Здание было построено из тёмного дерева и серого камня, как и большинство домов в городе, но его отличала особая простота и функциональность. Крыша была покрыта черепицей, которая слегка блестела под утренним солнцем, а из небольших окон выглядывали горшки с цветами, добавляя немного жизни и тепла в строгий облик здания.

Приют был двухэтажным, с широкой деревянной дверью, украшенной резными узорами. Над дверью висела вывеска с надписью "Сиротский приют имени Святой Элины", которая слегка покачивалась на ветру. По бокам от двери стояли два каменных фонаря, которые, судя по всему, зажигались по вечерам, чтобы освещать вход.

Вокруг территории был невысокий деревянный забор. К двери вела протоптанная тропинка, усыпанная гравием. На территории росли деревья, но так как была зима ветки были без листьев. По сторонам от тропинки были высажены небольшие кусты, тоже без листьев.

Клаудия повела меня к дому. Дойдя до крыльца, она открыла дверь и повернулась ко мне.

— Добро пожаловать в твой новый дом, Широ!