Улица красных фонарей
«Ступивший сюда – уже гость, но ещё не жертва»
Юкихо внимательно читала фразу, стоя перед арочными вратами из чернённого дерева с вырезанными демоническими и божественными ликами. Она, облаченная в чёрное кимоно и такую же тёмную вуаль, стояла подле лиса, пытаясь быть сдержанной. В руке она крепко сжимала свой нож, пытаясь скрыть его под длинным рукавом. Хао, зрение которого ещё не вернулось, смиренно ждал, пока смертная возжелает продолжения пути.
— Чего-то стоит бояться?
— Всего. Я бы попросил быть тебя моими глазами, но твой свет может затмить всю тьму, обитающую в нижних частях Рэйкай.
— Я всё равно не хочу слышать тебя, лис. Ещё раз ты назовешь меня Юки и я отрежу твой язык или хвост.
— Смерть – подобна лепестку сакуры. Если кто его и сорвет, то только ты.
— Чего? Опять решил говорить непонятно?
— Нам нужно идти. Врата не будут долго открыты, иначе в Сэйкай проникнет скверна.
— Да-да, уже идём.
Отмахнувшись, Юкихо протянула руку к вратам, но лис бережно отдёрнул её, не позволяя дотронуться до тёмного дерева. Он молча провел пальцами по выпирающей рукояти, заставляя ту пропитаться его энергией. Золото смешивалось с серебром, высвобождая истинный облик Хао, оставляя только смертный лик. Лис тихо простонал. Хвосты мельтешили из стороны в сторону, то и дело слегка задевая смертную.
Врата отворились в лицо Юкихо ударил дикий смрад. Ей захотелось кашлять, но она сдерживалась, ступая следом за лисом. Хао, спрятав руки за спину, аккурат делал каждый шаг, пытаясь вспомнить путь до улицы красных фонарей. Смертная с любопытством оглядывалась, но ничего, кроме пустоты не видела, слегка поникнув и опустив взгляд. Черепицы под ногами хрустели, маленькие искры прокатывались по дороге и исчезали подобно пыли.
С каждым пройденным шагом пространство вокруг них менялось, пока резкая вспышка не заставила смертную прикрыть глаза. Воздух исчез. На короткое мгновение она начала задыхаться, но легкая свежесть нахлынула сразу, позволяя судорожно вдыхать. Из-за вуали Юкихо было плохо видно то, что распростерлось пред ней: длинный каменный мост пересекал широкую реку, позволяя перейти на ту сторону, где то и дело мельтешили тени; старые домики с бумажными стенами подсвечивались витающими свечами, можно было заметить, как появлялись разные силуэты; вдоль каменного моста, где ступала нога вошедшего, были гладкие черепушки, звон которых доносился до центрального квартала улицы.
Множество лавок стояло сразу после моста. Демоны и обезображенные души пытались завлечь к себе каждого жителя Рэйкай, предлагая им диковинку.
— Слёзы детей! Покупай слезы детей!
Доносился хриплый, довольно басистый голос.
— Чай снов. Бери себе чай снов.
Кричал тихий, почти писклявый демон, в руках которого было множество флаконов, наполненных голубоватой жидкостью. Юкихо замерла подле этого демона. Её взгляд был прикован к тому, как среди капель появлялись едва заметные пальцы, пытающиеся сжать стекло. Хао с силой сжал руку смертной, оттягивая её от демона. Тот злобно фыркнул, что-то крича им вслед. Лис тут же выпустил девушку из хватки, стараясь огибать души, не задевая их своими хвостами.
Юкихо видела, как многие замирали, когда видели божество, лицо которого было скрыто под маской. Шёпот эхом разносился по всему центральному рынку, пока улица только удлинялась, открывая больше домов, показывая больше жителей Рэйкай. Бакэнэко, облачённые в разные кимоно, кружили вокруг небольшой площади, держа в смертных руках свечи. Девушка видела кошачьи уши, прижимающиеся к голове, когда кто-то из демонов начинал им кричать. На улице красных фонарей вспыхнул свет.
Тысяча и один фонарь зажглись алым пламенем, позволяя рассмотреть ткань, обрамленную ногтями смертных. Юкихо стало дурно. Спрятав руку под вуалью, она прикрыла рот и нос, пытаясь не дышать подле них. Хао замедлил шаг, позволяя смертной привыкнуть к тому, что происходило в этой части Рэйкай. Он попросил её молчать, дабы не привлекать демонов, не позволяя им ощутить хоть малейшее колебание метки.
Несколько высоких Рокурокуби играли с Бакэнэко в го, а перед ними в небольших чашах плавали глаза. Юкихо поежилась, прикусила губу и пошла дальше, утыкаясь в спину Хао. Она почти открыла рот, чтобы позвать его, но тот отступил вбок, позволяя разглядеть самое страшное.
Там, где красный свет не доставал до тьмы, старые дома превращались в скелеты китов, внутри которых кричали души. Дети и взрослые, цепко сжимая кости, вытягивали одну руку в сторону демонов, постоянно подходящих посмеяться. Рваные одежды едва прикрывали иссиня-светлые тела, некоторые дети дрожали и падали, не имея сил стоять. Девушка нахмурилась, вышла вперед и почти направилась в сторону душ, как её руку вновь схватил Хао. Он махнул головой, указывая хвостом на высоких демонов.
Булавы они волочили по земле, с приоткрытой пасти стекала вязкая слюна, а взгляд метался из стороны в сторону. Отчаянные крики менялись на жалобные стоны. Костяная клетка отворилась и несколько беспечных душ было взято за головы. Демоны на светлой стороне смиренно стояли. Они привыкли видеть как те, кто не мог без пропитания смертным, яростно вгрызались в глотки детей, вырывали руки и ноги взрослым. Это были души тех, кто не смог справиться с жизнью на Сэйкай. Юкихо хотела уйти. Яростно вырывала руку, но Хао будто нарочито заставлял её смотреть на эту боль. Хруст костей донесся до чуткого слуха лиса, а смертная, до крови прикусив губу, вытянула руку с ножом, позволяя одному из фонарей озарить острие блеском.
Сквозь огромную толпу шёл юноша, лицо и тело которого были скрыты под плотными одеяниями. Постепенно приближаясь к лису и смертной, юноша ловко присел и, резко дернув нож, устремился как можно дальше. Юкихо не сразу поняла что произошло. Смотря на пустые руки, она ощутила беспомощность и страх. Ещё никогда она не была без этого подарка, даже во сне она сжимала рукоять, боясь встретиться с демонами в любое мгновение. Смертная ринулась за воришкой. Не задевая никого, она то и дело пригибалась или уворачивалась от рогов, когтей или хвостов. Хао остался стоять там на перипетии двух мест, где в одной стороне царила жизнь, а в другой смерть.
Вуаль продолжала мешать, Юкихо слегка приподняла её, заставляя некоторых Бакэнэко обратить на неё внимание. Стены домов шуршали. Хотелось дотронуться до грязной бумаги, ощутить то, какой она была ранее, но смертная махнула головой. Ей было важно вернуть свою вещь любой ценой. Дотянувшись до пояса на одеянии, она аккурат поддела офуда, но горячая хватка остановила её. Хао, прижав смертную к стене палкой, старался прикрыть ауру своей, пока несколько старших демонов прошли мимо.
— Что ты делаешь?
— Оберегаю тебя.
— Отпусти. Слышишь? Ты ещё и палкой прижал меня?
— Тш, они почти прошли. Нужно подождать, Юкихо.
— Кто-то украл мой нож, ты заставил смотреть на то, как едят души смертных, а теперь говоришь мне «жди»?
— Да. Я готов просить тебя сколько угодно. Я обещаю, что верну твой нож.
— Вам нет веры.
— Вам?
Хао усмехнулся. Он желал видеть то, как жестко смотрела на него Юкихо, с какой грустью в глазах она следила за чужой казнью. Хао бы дотронулся до её лица, ощутил бы подушечками пальцев чужой лёд, но не смел.
Наступила тишина и земля более не дрожала от топота старших демонов. Хао выдохнул и откинул палку, позволяя смертной отряхнуться от пыли. Юкихо злилась, но не до конца понимала на кого: на лиса или на воришку, который уже давно мог исчезнуть с рынка, вернуться в Макай или выйти в Сэйкай. Смертная сжала волосы возле ушей, слегка оттянула их, пытаясь сконцентрироваться. Хао, скрестив руки на груди, поднял голову. Пустым взглядом он смотрел на чёрное небо, полностью усеянное алыми звездами.
— Ты желала ответов.
— И потеряла самое ценное, что осталось у меня.
— Я дам ответы, точнее найду тебе сразу две вещи: ответы и того, кто посмел украсть нож перед моим носом.
— Ты что… Знаешь кто это был?
— Догадался. Не думал, что он так решит познакомиться с тобой и встретить меня.
— Мне надоели загадки, наглый лис. Говори или веди куда надо.
— Да, конечно. Только вот сможешь ли ты вновь послушать меня?
— Опять верить?
Усмехнувшись, Юкихо скрестила руки на груди.
— Нет пути назад. Я желаю нож и ответы. А ещё надеюсь, что воришка сможет сбежать быстрее, чем я верну свой нож.
— Не стоит пугать этого кота.
— Кота? Меня что, обокрал Бакэнэко? И куда нам идти?
Хао усмехнулся, пряча руки за спиной. Он точно знал, где всегда мог найти этого кота, но до конца не был уверен в том, стоило ли приводить в то место Юкихо. Но, самое главное: зачем и для кого был украден этот нож?
Го – настольная игра для двух человек, которая предполагает использование доски с девятнадцатью вертикальными и девятнадцатью горизонтальными полосами и камней двух цветов – чёрного и белого.