Очень приятно, Бог

Юкихо с непониманием смотрела на того, кто только был маленьким лисом. Продолжая крепко удерживать нож, она пятилась, пока в спине не появилась резкая боль. От чёрной кожанки исходили клубни пара, девушка заметно стала краснее, а её мутный взгляд больше не концентрировался на лисе. Юноша сделал шаг, но упрямая Юкихо попятилась, махая головой всё чаще. В её голосе были слышны злобные нотки:

— Не приближайся.

Она не просила, а вкладывала всю силу в голос, дабы тот предательски не задрожал. Лис даже не дрогнул от столь командного тона, совершенно не зная, как на него верно реагировать.

— Ведь боль пронзает тебя подобно тысячи когтей. Отчего ты страшишься меня, смертная?

— Вам нет веры.

Голос всё же дрогнул. Юкихо с трудом опустила голову, прикусила губу, больше не желая говорить с жителем верхнего мира.

— Вам?

Лис склонил голову вбок. Под ярким лунным светом стали видны его серебристые уши. Юкихо пыталась сконцентрироваться хоть на чём-то, лишь бы не ощущать агонию внутри. Тихий звон бубенцов привлек внимание. Девушка, приподняв голову и чуть прищурившись, увидела два бубенчика подле лисьего уха. Они, соединенные алой лентой, поддавались ветряному порыву, постоянно ударяясь друг о друга, создавая удивительно спокойный звон. Ноги Юкихо задрожали, перед глазами появились резкие вспышки, а тело начало пошатываться из стороны в сторону. Резкий порыв ветра принес за её спину того, кто назвал себя Богом. Лис, аккурат дотронувшись до девушки, успел поймать её до того, как та рухнула на пыльные земли. Даже во сне она продолжала с силой сжимать свой нож, изредка дотрагиваясь до одеяния божества.

Хао поначалу не знал куда стоило держать путь. Он был подле смертной долго, точно знал где часто обитала Юкихо, но ступать туда Бог не смел. Нахмурившись и вздохнув, он повернулся лицом к тому месту, где только-только закрылись врата в Макай и выдохнул. Вокруг смертной то и дело кружили демоны, стараясь сомкнуть свои цепкие лапы на её горле. Хао принюхался. На короткий миг ощутив запах озона он оттолкнулся от земли, взмывая в воздух со смертной. В том месте, где он только что был, появились чёрные руки. Тонкие костлявые пальцы тянулись к светлой ауре, стараясь зацепиться своей тьмой за ту, что охотилась на демонов.

Бог приподнял руку. Маленькие светлячки слетались к его ладони, постепенно образуя чёрную сякуха́ти. Приставив верхний конец сякуха́ти к нижней губе, он спокойно выдохнул воздух на утагути. Еле заметные хвосты за спиной помогали мелодии пройти сквозь врата Рэйкай, дабы очистить Сэйкай от демонического смрада. Ветер подхватывал мягкий и стремительный звук, унося его так далеко, как только мог, принося мир и спокойствие в сердца и души смертных. Юкихо расслабилась, утыкаясь лбом в грудь лиса, тот усмехнулся. Кости демоном начали ломаться и восстанавливаться, Хао сильнее напрягся, создавая иллюзорные путы. Одна из рук, спрятавшись в кромешной тьме стен, смогла резко появиться перед божеством, дотягиваясь до ноги Юкихо, с силой выдергивая её из объятий Бога.

Не ожидая такого, Хао потерял бдительность, позволяя существам ударить девушку головой о землю. Она не выронила ножа. Будто сливаясь с металлом, девушка удерживала его в бессознательном состоянии, пока из уголка её рта медленно стекала кровь. Лис нахмурился. Озираясь, он не заметил вблизи смертных и, твердо встав на ноги, отвел руку с сякуха́ти вбок. Лунный свет озарил небольшой квартал, позволяя божественной сущности вырваться в Сэйкай. Пять длинных хвостов кружили за спиной Хао, на лице его появлялась еле заметная серебристая шерсть, уши улавливали любое движение и он знал – сюда совсем скоро придут смертные.

«Медлить нельзя. Её метка под лунным покровом привлекает их куда больше», - бегло подумав, Хао отвел ногу в сторону, удобнее обхватил сякуха́ти и топнул.

Первый удар и звук резонировал с бубенцами. По телу бога прошлась теплая волна энергии, постепенно окружающая пространство вокруг квартала. Костлявые лапы продолжали удерживать смертную, изредка приподнимая и ударяя ту о землю, пытаясь выбить нож.

Топнув второй раз Хао дернул корпус вперёд, высвобождая малую часть внутренних сил. Вокруг лап образовывались маленькие офуда. Приняв форму лиса, бумага то и дело воспламенялась, впитывая в себя всё то, что истончал из себя бог.

Третий топот по земле стал ударом хвоста. Пронзив камни, третий из пяти хвостов удлинился в размере и, добравшись до смертной, обвился вокруг её ноги. Боль со смертной перешла на него. Чуть отступившись, Хао нервно прикусил губу, с силой сжимая одну руку в кулак. Прикосновения давались с трудом, принося не только яростную боль, но и нежелательный дискомфорт. Чужая аура проникала в него спешно, вынуждая терять равновесие, сбиваясь с музыкального ритма.

Усталость. Дикая, такая сметающая с ног любого смертного, почти полностью обуяла окрепший разум охотницы на демонов. Хао ощутил легкий страх, когда заметил, как тонкие пальцы медленно разжимались, выпуская рукоять ножа. Демоны, завидев это, только сильнее опутали ноги смертной, оставляя на штанах вязкие отпечатки. Ткань испарялась, стекая безобразной жижей на землю. Тело Юкихо дернулось, когда демонический яд с миазмой дотянулись до кожи.

Хао напрягся. Дернув хвостом как можно сильнее он смог выдернуть смертную из объятий скверны, притягивая Юкихо к себе, стараясь не причинить вреда. Не желая отдавать добычу они́ зарычали, слегка показывая свои рогатые головы. Из широкой пасти потекла миазма. Жидкость моментально испарялась, пытаясь распространиться за пределами возведенного барьера. В воздухе появлялись пустотные глазницы, писк которых неприятно резал слух. Скверна обжигала легкие, принося вред внутренним потокам энергии. Хао отступился. Прикрыв Юкихо хвостами, но стараясь более не задевать её, он подкинул сякуха́ти позволяя той исчезнуть в мерцающих искрах. Широко раскинув руки, божество сделало глубокий вдох и, резко приблизив друг к другу ладони хлопнул. Внутри купола раздался взрыв.

Луна постепенно пряталась за чёрными облаками, лисьи доспехи плотным паром исчезали с бога. Пока тот, тяжело дыша, шёл вдоль длинной тропы. Он, прижимая к себе смертную, старался не оборачиваться. Но предательски хороший слух заставлял слушать скрипы и стоны тех, кого он изничтожил, оставляя исчезать в чёрном пепле. Перед Хао возникла крошечная лиса с розовой шерстью и маленьким колокольчиком на шее. Склонив голову, лиса крутанулась вокруг себя несколько раз, становясь маленьким духом со смертной оболочкой. Длинный белоснежный плащ скрывал её тело, а розовые волосы спадали до самой земли.

— Доброго здравия, господин.

— Коко, что ты здесь делаешь?

— Ощутила колебания Тэнко и решила узнать, кто же из стражей спустился в мир смертных.

— Не одна ты ощутила, верно?

Коко грустно улыбнулась и склонила голову, достаточно медленно кивая.

— Да, господин. Они не очень довольны тем, что произошло в Сэйкай.

— Ничего страшного, Коко.

Тепло улыбнувшись, Хао приблизился к слуге и, спокойно высвободив руку из-под смертной, дотронулся до головы лиса. Бог знал, что Коко всегда доставалось за таких беспечных Тэнко как он, но ничего не мог с собой поделать. Та, что была у него на руках, была мощным магнитом для демонов. И кто-то должен был разобраться с этим. Вздохнув, он удобнее перехватил Юкихо и махнул Коко головой.

— Господин? Вы куда?

— Домой. Нужно изгнать скверну и помочь этой смертной.