Младшая сестра моего друга даже не пытается сдержаться

Настал июль. Благодаря Сумирэ, нам как-то удалось выпросить спортзал после уроков и провести настоящую репетицию на главной сцене. Похоже, всё прошло хорошо, так как качество игры театрального клуба в целом колоссально улучшилось, а Мидори стала немного лучше играть. Сам спектакль тоже принял респектабельную форму. Хотя выиграть конкурс, вероятно, всё равно невозможно, с нашим текущем уровнем мы точно сможем добиться каких-нибудь результатов.

— Я брошу тех парней, кто тебя ранил, на землю!.. Ну как?! Неплохо, да?!

— Да! Президент Мидори очень хороша!

— Видите?! Так и думала!!!

Мидори и другие члены клуба радостно кричали и визжали. Я могу понять, почему они так счастливы прогрессу. Поход вместе к цели приносит огромное удовольствие. Хотя практика уже окончилась, они всё равно продолжали трудиться самостоятельно. И это принесло свои плоды. Прекрасное зрелище, не иначе.

— Благодаря нашему инструктору, мы смогли достичь такого уровня мастерства.

— Большое спасибо, инструктор! С нетерпение ждём завтрашнего дня!

— Угу. Вы все хорошо поработали. Давайте выложимся на все сто перед конкурсом!

Вначале театральный клуб не решался принимать нас, но сейчас всё полностью изменилось: мы наладили с ними дружеские отношения.

Но кое-что не выходило из моей головы…

— …

Болезненное выражение лица Ирохи, когда она смотрела на членов клуба.

***

После уроков.

Когда я зашёл в квартиру и собирался уже войти в спальню, Ироха проскочила мимо меня и забежала туда первой. Сняв гольфы, она отбросила их в сторону, а затем, словно так и должно быть, запрыгнула на мою кровать и начала крутиться.

— Фу-у, устала!

— Почему ты ведёшь себя так, будто это твой дом?

— Из-за частых посещений эта кроватка стала успокаивать меня даже больше, чем домашняя… И, понимаешь, я часто ловлю себя на мысли, что это уже моя кровать! — опять вывалила на меня свою обычную чепуху Ироха.

Её короткая юбка начала мяться, и, если бы она повернулась под правильным углом, я бы смог увидеть кое-что. Меня такое не слишком интересует, но чем больше я пытаюсь об этом не думать, тем плотнее становятся мысли об этом. В аниме и манге угол камеры находится в таком положении, на котором всё видно, заставляя вас неосознанно смотреть на это. Думаю, если бы такое произошло в реальности, вы бы следовали такому же принципу.

— Ня-ха. Сэмпай? Тебе так интересно, что у меня под юбкой? Если ты скажешь: «Я извращенец, которому интересно нижнее бельё младшей сестры его друга. Госпожа Ироха, пожалуйста, покажите мне свои трусики», — то сможешь их увидеть. Ну, что скажешь?

— Да ни в жизнь, идиотка. Меня совершенно не интересует твоё нижнее бельё.

— Ну же, сэмпай, ты же мальчик, потому нет ничего странного, что тебя интересует… Гья-ха! Эй, не распыляй освежитель воздуха лишь потому, что я загнала тебя в угол! Что это за жалкие действия?!

— Это я решаю, распылять мне освежитель воздуха в комнате или нет, поняла? Если тебе что-то не нравится, можешь идти в свою комнату. Мне всё равно.

Положив конец неудобной теме, Ироха надула щёки. Такое происходит тогда, когда начинается второй этап её раздражающей игры, потому я приготовился, но…

— Му-у-у… Ладно, я поняла!

Всё ещё обижаясь, она слезла с кровати и начала поднимать гольфы, которые сняла секунду назад. Такое честное и послушное поведение произвело на меня обратный эффект и наполнило беспокойством.

— Что ты замышляешь?

— Что опять? Когда я со всей своей искренностью начинаю делать то, что ты хочешь, тебе это не нравится. Может, пора уже определиться?

Хотя она сразу же парировала моё замечание, в нём не было резкости.

— Сэмпай, ты, похоже, устал, потому я пойду.

— …Что-то случилось?

— А?

Ироха собиралась уже выйти из комнаты, но внезапно она обернулась и замерла.

— Ну, мне показалось, что у тебя какой-то конфликт с театральным клубом или что-то типа того.

— …Это так очевидно?

— Ты раздражала наполовину меньше, чем обычно. Ну, поэтому я и подумал, что здесь что-то не так.

— А-а-а, похоже, я слишком сильно ослабила свою бдительность… И вообще, как сильно ты зависим от моего раздражения?

Легонько хлопнув меня по лбу, Ироха горько улыбнулась.

— …Боже. Ты сообразителен лишь в такие моменты, сэмпай, — проведя пальцами по своим ярким золотистым волосам, Ироха издала смешок и продолжила. — Знаешь же, что моя мама говорила мне не связываться со шоу-бизнесом?

Да, мне это хорошо известно. Ещё с детства Ироху держали на расстоянии от шоу-бизнеса. У них в доме даже нет телевизора. И само слово «шоу-бизнес» некое табу в их семье.

И всё это продолжается до сегодняшнего дня, потому даже члены «Альянса пятого этажа» не знаю, что она сэйю в нашей игре. Единственный человек, которые знает об этом, кроме меня, — Отои-сан. Она отвечает за запись и заслуживает доверия. Хотя ей можно просто принести оплату или чаевые (высококлассные сладости), и она точно не проболтается.

— Из-за этого я, наверное, немного завидую театральному клубу. Они могут не скрываться, совершенствоваться и показывать результаты на сцене…

— …

— Нет, мне нравится работать актрисой озвучания в игре, и я ощущаю, как от этого мне становится лучше. Но это лишь просто ощущения… Что бы я не делала, ярлык «таинственной бригады актрис X» никуда не денется, — сказала Ироха, вновь присев на кровать и глядя в потолок.

«Таинственная бригада актрис Х». Такой ярлык ходит по социальным сетям, обозначающий группу сэйю «Кричащего ночью чёрного грешника». Так как имена каждого актёра озвучания были скрыты, то начали скапливаться слухи и в итоге образовался такой ярлык. Никто не знает, что вся эта бригада состоит из одного человек.

— Я здесь! Я это делаю! Ничего не могу поделать — мне просто хочется кричать об этом изо всех сил. Если бы я смогла это сделать, — Ироха болезненно улыбнулась. — То стала бы полноправным членом «Альянса пятого этажа».

Да, всё так.

Передо мной Ироха самоутверждается путём раздражения. Должен сказать, она порой заходит слишком далеко, но, если задуматься, в этом есть смысл. У Ирохи нет другого места, где она может заявить о себе. Каждый человек хочет получить похвалу и уверенность в себе.

Даже я.

Тем не менее, если вас будут восхвалять до небес, то в итоге вы много о себе возомните, что приведёт к потере времени и доверия. Такое крайне неэффективно, потому лучше знать меру. Вот почему легко догадаться, как сильно жаждет Ироха, которая обладает эфемерным талантом, которая не может действовать перед другими, и которая вынуждена скрываться из-за какого-то неразумного предлога, столь необходимой похвалы.

Видя такую неэффективность, меня выворачивает.

Наблюдая за Ирохой последние несколько недель, я вновь убедился в её исключительном таланте. И дело здесь не только в голосе. Выражение лица, движение тела, даже самое маленькое отражение чувств на кончиках пальцев — Ироха использует каждую возможную частичку своего тела, она показала мне просто богоподобный уровень игры. Даже если она будет не только озвучивать, но и играть на сцене — эта бестия справится. Кто угодно разозлится, если увидит, как она попусту тратит свой невообразимый талант.

— В таком случае, однажды я открою тебе путь на сцену. Возможно, на аниме-спектакль. И, конечно, ты будешь играть главную роль.

— Э? Но разве это не значит…

— Как думаешь, почему существует «Альянс пятого этажа»? Для того, чтобы создать сцену, где вы все сможете реализовать свой талант без каких-либо ограничений.

Вот какова роль «Альянса пятого этажа». Я продолжил:

— У меня нет и капли актёрского таланта. Если я не смогу это сделать, то попрошу кого-нибудь другого. Однако я вижу всю глубину твоего таланта. И из-за этого в будущем смогу подыскать для тебя ещё больше работы. Хорошего урожая, если можно так выразиться.

— Смогу делать что угодно? Хоть ты так и говоришь, но в действительности тебе просто хочется завалить меня работой, да?

— К сожалению, я чёрная компания. Ты можешь уйти в любое время.

— А-ха-ха. Без сомнений, если кто-то запишет твои слова, в социальных сетях разгорится такое пламя.

Именно поэтому я плохой человек или кто-то похожий на него. «Альянс пятого этажа» — это чёрная компания. У меня нет мозгов, чтобы вести за собой людей, я лишь полагаюсь на одолжения своих участников. Вот почему мне всегда нужно отвечать на их просьбы.

— Если ты чего-то хочешь, я предоставлю. Потому будь готова.

Когда я произнёс эти слова серьёзным тоном, Ироха улыбнулась. А затем удовлетворённо поклонилась.

— …Я поняла!

Болезненное выражение полностью исчезло.

…Теперь всё должно быть хорошо.

— …

Да, наступит время, когда нам придётся столкнуться с матерью Ирохи. И наступит очень скоро. Мы должны подготовиться к тому времени. Ну, подумаем об этом, когда закончим с театральным клубом.

— Эй, Ироха. До конкурса осталось мало времени, так что скоро мы перейдём к важной части. Не расслабляйся.

— Я полна энергии! Городская легенда или же харизматичный инструктор Ироха-тян сделает всё, что в её силах! — с непоколебимой уверенностью она подняла кулак к небу. — Я обязательно осуществлю свою мечту! Да!..

Тем не менее.

Беда всегда приходит в самый неподходящий момент. К нам, кто столкнулся с проблемами театрального клуба, она медленно подкралась сзади, бросив в пучину хаоса.

***

Настал день перед конкурсом. После окончания уроков члены «Альянса пятого этажа» вместе с остальными собрались в спортзале для тренировки. Это была последняя репетиция перед конкурсом.

Вначале ситуация с театральным клубом казалась безнадёжной, но сейчас…

— Отлично. Думаю, мы сможем добиться хороших результатов на конкурсе, если так выступим.

— Ну, такое мы можем показать гостям. Я научила их всему, чему могла, потому сейчас дело за ними.

Одзу и Отои-сан удовлетворённо кивали. Что касается Сумирэ…

— Н-нет… Нельзя улыбаться… Держись… Н-но…

Она отвернулась, дрожа от предвкушения. Её окропило ощущение безопасности от нашей возможной победы.

Эй, ты осознаёшь, что можешь сглазить?

Ну, я понимаю, почему она так расслабилась. Даже у меня есть уверенность, что с нашей текущей игрой мы сможем далеко продвинуться. Хоть сценарий настолько ярок и беспечен, насколько возможно, но он подходит для того, чтобы его сыграли старшеклассники театрального клуба. Благодаря сценической системе Одзу спектакль кажется весьма реалистичным, а под присмотром Отои-сан удалось убрать дефекты в звуке.

И в довершении всего…

— …Разве ты не пойдёшь со мной?

Роль героя осталась на Мидори.

В начале это было самое ненамеренное, монотонное чтение, которое я когда-либо слышал, с жёсткими роботизированными движениями, однако сейчас её игра в неопытных глазах будет смотреться весьма хорошо. И не только она выделяется, игра других участников также теперь находится на другом уровне.

AKI: «Неплохо, да?»

Ироха: «Правда? Всё это заслуга Ирохи-тян!»

Ироха: «Ты можешь меня хвалить сколько угодно! Даже можешь погладить по головке, как таксу!

AKI: «Не увлекайся, идиотка».

Я обменивался сообщениями в LIME с Ирохой, которая наблюдала за всем, прячась за сценой.

Лишь Отои-сан знает, что Ироха связана с «Альянсом пятого этажа», потому мы не можем раскрыть здесь её внешность. С этим ничего не поделаешь.

Ладно, хватит о плохом. В конце концов, благодаря ей нам удалось достичь такого высокого уровня актёрского мастерства — лишь это имеет значение. И игра продолжалась, не падая в качестве…

— …Мы остановим репетицию здесь! Спасибо, что слушали!

По приказу Мидори весь театральный клуб поклонился. Финальная репетиция подошла к концу. Смотря на их свежие и талантливые лица, мы аплодировали им.

— Вот этого я и ожидала от Обоси-куна. Удивительно, что проблемный театральный клуб так вырос.

— Я ничего не сделал. Всё благодаря вашей помощи и усилиям самого клуба.

— С этим мы сможем избежать роспуска… Я должна поблагодарить тебя.

— Не стоит, пока кое-кто будет укладываться в срок и продолжать рисовать иллюстрации.

— П-поняла. Всё поняла.

— К тому же, мы пока не можем ослаблять бдительность. Да, качество игры поднялось, но победа на конкурсе — это другой вопрос. Вот почему я и дальше надеюсь на твои иллюстрации.

— Мы всё ещё о спектакле говорим?

— Боги всегда наблюдают, верно? Если не хочешь неприятностей на голову, то лучше делать что-то доброе. Потому соблюдай дедлайн.

— …А-а-а! Точно!!! Я должна всё подготовить к завтрашней вечеринке. Обоси-кун и остальные, тоже приходите повеселиться. И я уйду пораньше, мне нужно всё подготовить к ней!

Прикрывшись вечеринкой, Сумирэ вышла из спортзала.

Эта женщина… Думаю, нужно и правда подправить её голову. Как минимум, для себя.

Когда во мне проявилась жажда крови, и я сжал пальцы в кулак, Одзу, стоявший рядом, противоречиво вздохнул.

— Вечеринка, значит. Мы и правда можем участвовать в ней в качестве неофициальных членов?

— Ну, всё должно быть в порядке. Она же сама пригласила.

Хоть это и вечеринка, в действительности мы просто будем пить сок и есть, слушая трёп Мидори, как же все хорошо поработали, бла-бла-бла…

— Вот как, тогда я присоединись, — ответил Одзу.

— И хорошо. Ладно, пойду уберу мусор, а ты можешь пойти в клубную комнату, если хочешь.

— Мне помочь?

— Ты и так много чем помог. Я буду чувствовать себя бесполезным, если хотя бы не помогу с уборкой.

— Я вот думаю, что ты хорошо постарался, объединив всех нас в группу.

В конечном итоге, мне пришлось вытолкнуть Одзу из спортзала. Кстати, Отои-сан уже куда-то испарилась. Ну, помощь с уборкой точно не вписывалась в её «темп», потому здесь нет ничего удивительного.

— …Обоси-кун, у тебя есть минутка?

Когда я убирал пластиковые стулья и мелкий реквизит, меня окликнула Мидори.

— Что-о случилось?

— Ум… Я хотела поблагодарить тебя.

— Поблагодарить?

— …Лишь с твоей помощью нам удалось зайти так далеко. Вначале я думала: «Кто этот парень, и что он от нас хочет?» — но теперь… Теперь же я поняла, как рада, что ты появился. Поэтому…

— Попридержи-ка коней, — остановил я Мидори, подняв руку. — Вам всем удалось зайти так далеко лишь при помощи упорного труда. Потому не стоит благодарить меня, хорошо?

— …Угу.

— И я правда ничего не сделал. Вам давали советы инструктор, а также Одзу с Отои-сан. Поэтому если и нужно кого-то благодарить, то только их. И вообще, не слишком ли рано для такого? Конкурс будет завтра, так что сохрани эти слова до тех пор, пока он не окончится.

— …Угу, ты прав. Завтра я точно сделаю всё возможное!

— Отлично, мы будем наблюдать за тобой до самого конца.

Мидори кивнула, а затем продолжила:

— Однако мои сомнения ещё никуда не ушли! Те вещи с сестрицей Сумирэ… учителем Кагэиси!

— Говорил же, что ты всё неправильно поняла.

— Я не могу в это так просто поверить! Сестрица Сумирэ обладает яркой личностью, и вообще она красавица, потому за ней бегают толпы мужчин!

— Ну, такой вывод вполне логичный.

Это нормально, что ты сейчас назвала её «сестрицей»? Ну, думаю, это прикрытие разрушилось ещё с самой первой встречи.

— И Обоси-кун сейчас был немножечко…

— Немножечко?..

— Не бери в голову! В-в любом случае, не домогайся до сестрицы Сумирэ!

Указав на меня указательным пальцем, Мидори развернулась и ушла.

В последнее время многие девушки выводили меня из колеи таким способом. Ну, сейчас это не имеет значения.

— Она и правда получила такую странность от своей сестры, — пронеслось в моих мыслях.

***

— Кагэиси-сан только что пробежала с ярко-красным лицом. Аки, ты вновь выкинул какую-то странную шутку? — окликнул меня Одзу, когда я вошёл в комнату театрального клуба на четвёртом этаже.

— Не смешно. Может, она просто распереживалась, дожидаясь этой вечеринки?

— Любопытно… А, точно, как у тебя в последнее время с Ирохой? Ранее всё выглядело проблематично, но сейчас уже лучше, да?

— Благодаря тебе. Как, спрашиваешь? Как и всегда. Она вновь стала прокрадываться в мою комнату.

— Рад слышать, что моя младшая сестрёнка вновь счастлива. Но, похоже, Цукиномори-сан в последнее время была яростной в атаке…

— Ну хватит, сколько ещё мне говорить, что мы лишь притворяемся парочкой?..

Ложь начинает больше походить на правду. Сейчас Масиро ведёт себя как моя настоящая девушка, однако я не могу рассказать ему об этом.

— Хм-м-м… Ну и ладненько. Я счастлив, пока у вас такой прекрасный любовный треугольник.

— Не развлекайся при помощи поля боя другого человека. С таким не шутят.

— А-ха-ха. Это моё особое право, как твоей друга. Съел?

— Полегче ты…

Это произошло, когда у нас с Одзу развязался альтруистический диалог.

  — …Огромная проблема!

С огромной скоростью распахнулась дверь, и внутрь забежал член клуба.

— Что такое?

— Ямада-тян упала в обморок по дороге в клуб!

— Повтори?

Первой отреагировала Сумирэ.

Ямада… Эта же та девушка, которая играет роль героини, да?

— Мы отнесли её в медпункт, но… у неё высокая температура. Её семья скоро приедет, чтобы отвезти в больницу, но… — девушка чуть дёрнулась, прежде чем продолжить. — …Медсестра сказала, что лучше ей не участвовать завтра в конкурсе…

— Не может быть!.. — лицо Мидори побледнело.

Ямада-сан, значит. Пару дней назад я видел, что она чувствовала себя не очень хорошо. Но в тот момент я зауважал её стремление, но всё-таки предупредил Мидори, чтобы она проследила за ней. В итоге она больше не выглядела больной, но…

Из-за репетиций и напряжения от приближающегося конкурса её усталость вдарила со всей силы и ослабила тело.

— Мне следовало быть осторожней… Твою мать!.. — выругался я, сжав кулак.

Общее руководство клубом и наблюдение за состоянием его членом — моя работа. Из-за того, что я ослабил бдительность, наша важная героиня потеряла сознание.

— …Всё не так. Это мне следовало внимательней следить за другими членами. Я знала, что она делает всё через силу, но…

— …Хватит об этом. Сейчас не время разбираться в виноватых. Завтра конкурс.

Резкие слова Сумирэ подавили наши сожаления. Серьёзно взглянув на нас, она приложила палец к губам и задумалась. Вылитый учитель — вот, как сейчас выглядела Сумирэ.

Обычно такая черта появляется прямо противоположным образом, однако она всё равно учитель, который дорожит своими учениками. И на неё можно положиться даже в таких ситуациях.

Всё, как и сказала Сумирэ. Сейчас нет смысла выяснять, кто виноват. Правда, меня интересует состояние Ямады-сан, однако пока что оставлю её на попечение медсестры. В этот момент мы должны думать лишь о том, как выйти из такой ситуации. Кто-то должен сыграть завтра героиню.

— Кто-нибудь… кто-нибудь… Прощу, замените Ямаду-тян… — сказала Мидори, смотря на членов клуба.

— Даже… если ты говоришь это…

— Я не смогу запомнить весь сценарий за один день, и мне не хватит духу стать заменой…

И член клуба начал что-то бормотать, не проявляя и капли уверенности.

— Пожалуйста… При таком раскладе мы завтра не сможем участвовать в конкурсе. А затем наш клуб распустят… Нет, все наши усилия пойдут прахом. Это уже слишком!.. — вновь обратилась к ней Мидори дрожащим голосом.

Однако никто не поднимал руки. Все они съёжились. Съёжились из-за внезапного изменения, который театральный клуб испытал за последние недели.

Если бы это был клуб до нашей поддержки, кто-нибудь точно поднял бы руку. Но не сейчас. Они видели, как росла игра Мидори и Ямады-сан. Все понимали, что не смогут оправдать ожиданий.

От полной тишины спина Мидори затряслась.

— Не может быть… После всей нашей тяжёлой работы…

Наблюдая за ней, я задумался. Увидев тогда состояние Ямады-сан, я ожидал, что с вероятностью в двадцать процентов может произойти нечто подобное. И здесь дело не только в ней. Болезнь могла поразить любого члена, потому я смоделировал в голове такие инциденты. И, конечно, нашёл способы их разрешить.

Но в одиночку мне такое не провернуть. Стоя на перекрёстке, театральному клубу во главе с Мидори нужно понять: есть ли у них решимость сделать шаг вперёд на этой развилке.

— …Вот оно что!

Дверь открылась с огромной скорость, и в класс вошёл человек. Солнцезащитные очки закрывали глаза, а на голове красовалась кепка. Увидев этого подозрительного человека, Мидори широко раскрыла глаза.

— …Ироха, — прошептал я имя девушки, чтобы никто не услышал.

Ироха, всё ли нормально? Зачем раскрывать себя? Ты уверена, что сможешь сейчас преодолеть препятствие?

Одзу и Сумирэ уставились на неё, обдумывая, кто же это. Отои-сан, которая всё знала, просто продолжала спокойно посасывать чупадруп.

Ну, в этом есть смысл. Конечно, они ничего не понимают.

— Я буду заменой!

Сняв кепку и солнцезащитные очки — предметы, которые скрывали её личность — перед всеми предстала обычная старшеклассница.

Красивые, яркие золотисто-жёлтые волосы, глаза, наполненные решимость, и улыбка на губах.

— Я покажу вам свои актёрские навыки голливудского уровня, театральный клуб~

Кохината Ироха выставила всем своё раздражающее «я».

— Э…Ты же первогодка… Кохината-сан?

— Разве её характер не отличается от слухов?.. И стоп, получается, нашим инструктором всё время была Кохината-сан?!

Члены клуба зашумели от такого открытия.

— Ироха?..

Конечно же, Одзу не мог подобрать слов. В конце концов, он один из тех, кто не знал о её актёрских навыках. Естественно, даже зная секрет, Одзу не проболтался бы. Однако они жили в одной квартире, потому какая-никакая информация могла бы случайно попасть в уши их матери. Вот почему мы продолжали скрывать талант Ирохи даже от наших товарищей.

Она решила рискнуть, раскрыв себя здесь. Ироха продемонстрировала свою решимость в борьбе с матерью, если до этого дойдёт.

…Ясно. Ироха, ты в итоге приняла решение.

Она сама меня попросила скрывать, что работает актрисой озвучания в «Альянсе пятого этажа». Я лишь исполнил её желание. Тогда она не была уверена, что сможет противостоять матери и сражаться за свою свободу.

Однако помощь театральному клубу подтолкнула её, и она захотела действовать от своего имени. Поразмыслив, Ироха решила, что пора двигаться вперёд.

Хорошо. Если ты готова к этому, я последую за тобой. Будь то твоя мать или некто другой, противостоящий тебе, я выложусь на полную и заставлю их принять твой выдающийся талант!

— Обучая и поддерживая вас, я постоянно наблюдала и многое запоминала. Конечно, это относится и к репликам героини. Потому прошу вас дать эту роль мне.

— Но это проблема театрального клуба… Всё ли нормально? — спросила Мидори, не понимая истинные намерения Ирохи.

В ответ Ироха засмеялась.

— Конечно это и наша проблема! Так вы не сможете показать результат, на который затратили усилия. Получится просто ущербная игра!.. Или что-то в этом роде!

— У-ущербная… Её характер полностью отличается от слухов… Ах, но инструктор была такой…

— Не нужно беспокоиться о мелочах! Я просто не хочу, чтобы ваша работа была потрачена впустую! Ну, и это первый шажок к моей мечте.

— Мечте?..

— Хватит об этом! Так можно мне участвовать или нет?! Есть лишь два ответа! Либо да, либо нет! Мидори-сан, пора отвечать!

 Вопрос Мидори просто выбросили из разговора, когда Ироха выставила ультиматум своим обычным раздражительным поведением. Похоже, что Мидори поняла всю серьёзность слов Ироха, даже если она говорила всё в шутку.

— Кохината-сан… Нет, инструктор! Прошу, помоги нам!

— Оки! Неся на своих плечах чувства Ямады-тян, я приведу вас к победе!

И вот так накануне конкурса роль героини была передана Ирохе.

***

— Значит, это была Ироха. Даже и подумать не мог, что ты скроешь такое от меня.

— Прости, что ничего не говорил.

— Здесь нет твоей вины. Произошёл бы кромешный ад, если бы мама узнала… Но тут же всё не ограничивается театральным клубом, да? Она также работает и с «Альянсом пятого этажа»?

— Да. Я больше не собираюсь это скрывать.

— Понятно. Не думал, что ты настолько важен для Ирохи.

— …Не преувеличивай.

— Будто я могу. У Ирохи есть лишь ты, Аки. Теперь я это точно знаю.