Дополнительная экстра 5. Конец

Эта проклятая тигриная кровь!

В тот вечер толпы людей, желавших посмотреть на фейерверк, заполнили дворец и прилегающие улицы. Чтобы никто не пострадал из-за такого скопления народа, во дворце были выделены специальные места для сидения, а на улицах выставлено достаточно стражников для контроля.

Праздник урожая проводился каждый год, но в этом году впервые был устроен фейерверк, поэтому атмосфера была особенно накалённой. Среди простого народа ходил слух, что если посмотреть фейерверк вместе с любимым, то любовь обязательно сбудется, поэтому он пользовался огромной популярностью у влюблённых.

Даже если бы не это, фейерверк, раскрашивающий ночное небо, был зрелищем, которое хотелось увидеть всем, независимо от возраста.

В этот день Бэк Хви, Ын У и их приближённые собрались вместе впервые за долгое время. Кым Ён после замужества покинула дворец, поэтому собраться всем вместе было действительно большой редкостью. Дети, едва встретившись, начали шалить и тут же убежали куда-то, оставив взрослых. Те сидели, закусывая и выпивая, и шумно обсуждали свои дела.

— Ну, ну! В честь нашей встречи я подниму тост за господина!

Гон Пиль, словно решившись на всё, высоко поднял бутылку. «Сейчас нерабочее время. Это собрание — не продолжение работы», — бормотал он про себя, но руки, наливающие вино, сами становились почтительными, а спина сама собой сгибалась.

— Что это с тобой? Ты же вечно пилишь меня, чтобы я поменьше пил?

— Не настолько же я бессердечен, чтобы портить такой день.

Когда Гон Пиль заговорил в своей обычной манере, Бэк Хви усмехнулся и залпом осушил чарку. Только тогда Гон Пиль, словно выполнив свою задачу, переключил внимание на Кым Ён.

— Кстати, учитель, почему вы здесь?

Увидев Чонхо, занявшего одно из мест, Бэк Хви удивлённо спросил.

— Не надо меня путать с этими стариками. Разве я похож на тех, кто будет с ними сидеть?

Хотя он и был членом совета трёх старейшин, он часто ссылался на свой относительно молодой возраст и отбивался от компании. По сравнению с Вонхо и Чехо он действительно был моложе, но среди собравшихся он был самым старшим.

Бэк Хви не стал говорить правду, которая могла бы испортить настроение, и промолчал. Увидев, как его губы кривятся, Ын У тихо рассмеялась.

Дама Мун, молча наблюдавшая за ними, задумалась. Когда она была молодой, она не понимала этого, но с возрастом она всё чаще чувствовала одиночество. Если бы она осталась во дворце, она бы всю жизнь хранила верность королю, но обстоятельства изменились, и глядя на счастливые пары, она не могла не чувствовать себя одинокой.

Чон Хва, заметив, что дама Мун теребит чарку, прищурилась и спросила:

— Уважаемая госпожа, это климакс?

Получив такой неожиданный вопрос, дама Мун вздрогнула.

— Ну, не знаю…

Когда она ответила уклончиво, взгляд Чон Хвы стал ещё настойчивее.

— А может, вам одиноко? Может, я где-нибудь подыщу вам мужа?

— Что?

Дама Мун от неожиданности подпрыгнула, и все взгляды тут же обратились на неё.

— Только скажите. Я принесу вам хорошего мужчину и доставлю прямо к вашим дверям.

— …

Шуткой это было трудно назвать, потому что голос Чон Хвы звучал слишком серьёзно. Все знали, что она способна на такое, и на мгновение в толпе воцарилась тишина.

— Дорогая, люди — это не вещи, их нельзя просто так приносить. Это преступление, — мягко сказал Муён, стоявший рядом с Чон Хвой.

— А что в этом плохого? Женщин можно похищать, а мужчин нельзя?

Чон Хва склонила голову набок, не понимая.

Дама Мун, у которой и без того всё пошло не так, как она хотела, побледнела и, показывая на небо, сказала:

— Хватит спорить о пустяках, давайте лучше посмотрим на небо.

Как только она договорила, в небо взметнулись фейерверки. Ночное небо превратилось в цветущий сад, и все восхищённо вздохнули. Благодаря этому шокирующее заявление Чон Хвы благополучно забылось.

Богатая и беззаботная ночь праздника урожая становилась всё глубже.

***

Шло время, и Хён с Юль достигли совершеннолетия. Для тигра достичь совершеннолетия означало получить право свободно выходить за пределы барьера. Конечно, вся ответственность за это ложилась на них самих.

Для молодых тигров, которые до этого жили под присмотром взрослых ограниченной и размеренной жизнью, это было огромной переменой.

Хён, у которого только что прошёл день рождения, сгорал от нетерпения, желая в полной мере насладиться свободой.

— Юль, тебе разве не интересно, что там, за пределами? Пойдём вместе, а?

Хён, нетерпеливо ёрзая, приставал к Юль. В детстве, как и сейчас, он всегда был капризным перед ней.

— Не знаю. Мне особенно не интересно. Мне нужно сегодня дочитать эту книгу, так что если хочешь идти, иди один.

Юль, не отрываясь от книги, ответила. Увидев, что она даже не смотрит на него, а погружена в чтение, Хён надул губы. Юль могла, взявшись за книгу, не спать, пока не дочитает её до конца.

— Тьфу, какая ты вредная.

«Тебе совсем на меня наплевать». Хён с обиженным видом пыхтел, но, видя, что Юль всё равно не обращает на него внимания, расстроился.

Сестра была хрупким человеком, но всегда казалась сильнее его. Отец всегда говорил, что он должен защищать мать и сестру, но… хотят ли они, чтобы он их защищал?

Представив себе хрупкую, как Юль, женщину, которая будет смотреть только на него, Хён невольно расплылся в довольной улыбке, но тут же, спохватившись, снова напрягся.

— Потом сколько ни проси, я тебя не возьму.

Фыркнув, он отвернулся. Юль, глядя на него, усмехнулась. Она не любила всё сложное, да и человеческий мир, в котором таилось невесть что, не вызывал у неё особого интереса. Хён сказал, что не возьмёт её, словно сделал сильный ход, но что будет, если она никогда не скажет того, чего он ждёт?

Представив, как он снова надуется и прибежит первым, Юль снова усмехнулась и перевернула страницу. Ей было удивительно, что она так легко находит способ победить его, а он до сих пор не знает, как победить её.

***

Прошло три дня с тех пор, как Хён вышел за барьер. Ын У знала, что уже не нужно волноваться о взрослом сыне, но всё равно не могла сдержать беспокойство. Даже то, что её сын обладал не меньшим мастерством, чем Бэк Хви, не приносило ей утешения.

— Он вернётся целым и невредимым.

Бэк Хви пытался утешить её, но в его голосе не было души. Почувствовав это, Ын У выдохнула. Похоже, во всём этом огромном дворце только она переживала за Хёна.

Солнце уже село. «Похоже, этот парень сегодня тоже не вернётся». Когда лицо Ын У омрачилось, по коридору раздался топот бегущего человека.

— Господин, госпожа королева! Принц вернулся!

Прибежавший Гон Пиль доложил с окаменевшим лицом. Возвращение Хёна должно было быть радостной новостью, но почему у него такое выражение лица? Может, он ранен? Сердце Ын У тревожно забилось.

— Этот неугомонный парень, пусть сейчас же войдёт!

Бэк Хви, следя за выражением лица Ын У, приказал. Но от Гон Пиля не последовало немедленного ответа. Увидев, что он, что на него не похоже, мнётся и не решается, Ын У сказала:

— Что случилось? Говори прямо.

Тогда Гон Пиль вздохнул и ответил:

— Принц пришёл… с женщиной на руках.

— Что?

Удивлённый Бэк Хви вскочил с места. Это было совсем не похоже на его недавнюю беспечность.

— С женщиной? Что это значит…?

Ын У, не веря своим ушам, медленно захлопала глазами.

— Он сказал, что нашёл женщину… с аппетитным лицом…

Услышав это, Бэк Хви и Ын У одновременно опешили.

Гон Пиль отчасти понимал их недоумение, но не полностью. Он был свидетелем всей их истории: любви, свадьбы, рождения детей, воспитания, поэтому был скорее озадачен. Разве это не знакомая картина?

В его голове всплыл тот день, когда Бэк Хви принёс в Инвансан Ын У на руках.

Говорят, кровь гуще воды. Точь-в-точь как отец, как сын. Куда денется своенравная тигриная кровь? Хён был похож на Бэк Хви не только внешне, но и, кажется, характером, и вкусом на женщин.

Вспомнив, что женщина на руках у Хёна была похожа на королеву, Гон Пиль неопределённо улыбнулся.

— Вот же паршивец! Нужно немедленно идти.

Бэк Хви, заметно побледнев, взял Ын У за руку и, пыхтя, направился в главный дворец. Следуя за ними, Гон Пиль подумал:

«Вот оно, воздаяние».

Если подумать о том, что господин вытворял раньше, ничего удивительного в этом не было.

Затем мысли Гон Пиля перекинулись на его собственного ребёнка. Кю Хван был ещё маленький, чистый и наивный, как Кым Ён, но куда денется его кровь?

Вздохнув, Гон Пиль лихорадочно задумался. «Нужно дать ему раннее образование, чтобы он не натворил таких же дел». Но беспокойство не проходило.

Из чего же сделана эта проклятая тигриная кровь? Похоже, в крови тигров есть какой-то ген, заставляющий их творить безобразия.

Подумав о будущем, Гон Пиль мрачно вздохнул и зашагал быстрее.

Даже если их естественные враги исчезли, в клане тигров, видимо, ещё долго будут происходить события, от которых будет болеть голова.

Конец побочных историй.