Экстра 7

Мы хотим младшего братика или сестричку (2)

— Если заниматься этим слишком часто, то… ну… в общем…

Лекарь, взглянув на выстроившихся в ряд служанок с красными лицами, замялся, стоит ли продолжать.

Проворная дама Мун тут же подала знак.

— Вы пока выйдите.

— Слушаемся, госпожа.

Когда служанки гурьбой вышли, лекарь смущённо почесал щёку и продолжил:

— Если заниматься этим слишком часто, то… мужская сила господина неизбежно ослабеет.

— Быть того не может!

Бэк Хви рявкнул. Его уверенное лицо упрямо говорило, что он ни за что не примет такие слова.

— Д-да, возможно, и не ослабеет, но, так или иначе, для зачатия не лучше ли подходить к этому с умом?

Лекарь поспешил ответить, стараясь не выдать своих истинных мыслей.

Бэк Хви, который не мог просто проигнорировать слова лекаря, издал стон.

— И через какой же промежуток, по-твоему, нужно назначать эти дни?

Он, сделав сто уступок, спросил с недовольным лицом.

— Лучше всего раз в неделю…

— Что?

— Тогда раз в пять дней…

— Раз в пять дней?!

— Кхм, тогда хотя бы с интервалом в три дня… Меньше никак нельзя.

Лекарь, с видом «и какой от этого толк», наконец закончил. Но когда Бэк Хви, поглаживая подбородок, задумался, лекарь про себя цокнул языком.

«Как бы ни был могуч тигр в самом расцвете сил, наш господин, похоже, и вовсе — воплощение мужской силы».

Мысленно обругав Бэк Хви, он с состраданием посмотрел на Ын У и склонил голову.

— Я приложу все усилия, чтобы приготовить для вас наилучший отвар.

— Благодарю.

Ын У ответила, не зная, то ли ей плакать, то ли смеяться. Бэк Хви был так бесстыдно уверен в себе, что ей даже стало не стыдно. Оставалось лишь надеяться, что небеса сжалятся над их желанием и пошлют им ребёнка.

***

— Слышал, наш господин в последнее время очень старается обзавестись наследником?

Гон Пиль поглаживал подбородок со сложным выражением лица, и Чон Хва, сверкнув глазами, сказала:

— Всё это из-за тебя.

— А? Из-за меня?

Глаза Гон Пиля округлились. Он не ожидал, что она обвинит его в проблемах с наследником у господина.

— Да, всё из-за тебя! Кто просил тебя быть таким счастливым?

Чон Хва ворчала без всякой логики.

«Что? При чём тут моё счастье и господин?» Гон Пиль прищурился и посмотрел на Чон Хву. Её лицо было точь-в-точь как у человека, у которого «живот болит от соседской коровы».

— Т-ц, т-ц, завидуешь — так и скажи. А ты других винишь…

Когда Гон Пиль цокнул языком, Чон Хва вскинулась и достала из-за пазухи метательный нож.

— Эй! Ты на друга такое страшное оружие кидаешь? Я сейчас же всё расскажу господину Муёну!

При упоминании имени Муёна рука Чон Хвы дрогнула.

«Этот гад постоянно тычет мне Муёном, чтобы подразнить».

Она уставилась на своего врага-друга. Вдруг ей в голову пришла мысль. А что, если избавиться от этого надоедливого типа? Тогда она сможет жить вместе со своим любимым Муёном и Кым Ён.

«Неплохая идея?»

Глаза Чон Хвы сверкнули, и у Гон Пиля по рукам побежали мурашки. Этот взгляд означал, что свирепая самка задумала что-то безумное.

— Ах, что-то я не о том. Вместо того чтобы тут сидеть, нужно что-то сделать для господина, который так старается.

Он почти что на попятном выскользнул из кабинета. Ему стало жаль, что он всё это время дразнил Чон Хву, прикрываясь Муёном.

«Надо было сказать, что шансы не равны нулю».

Говорят, и на старуху бывает проруха, да и Муён, кажется, был не совсем равнодушен к Чон Хве. Хотя изменения были едва заметны и почти не бросались в глаза.

«Сейчас ли мне об этом думать?»

Гон Пиль, потирая голову, быстро зашагал прочь. Слух о том, что Хён и Юль, увидев его дочь Ён Чжи, попросили королеву родить им братика или сестричку, уже разлетелся по дворцу.

Ён Чжи была существом более милым и очаровательным, чем что-либо на свете, так что ничего удивительного в этом не было, но какая-то доля ответственности всё же чувствовалась.

Едва войдя в главный дворец, Гон Пиль столкнулся с Бэк Хви, лицо которого почему-то сияло.

— Господин, что-то случилось? Неужели…?

«Неужели наконец-то?» — глядя на выражение лица Бэк Хви, Гон Пиль невольно повысил голос.

— Случилось, и ещё какое! Я раздобыл вот это.

Бэк Хви, как человек, которому не терпится похвастаться, достал из-за пазухи пожелтевший лист бумаги.

— А это… что?

Гон Пиль, немного разочарованный тем, что это не новость о беременности, с естественным видом спросил.

— Это знаменитый амулет «Один удар — верная смерть».

— А-а? Вы его раздобыли?

В давние времена среди предков, стоявших у истоков клана тигров, были те, кто владел магией. Их искусство было несравненно более могущественным, чем у нынешних старейшин, и рассказы о них до сих пор передаются как легенды.

Среди оставленных ими вещей были и амулеты, наделённые силой, способной разом исполнить любое желание. Но это были всего лишь легенды, и никто не знал, правда ли это. И вдруг он раздобыл такой амулет? Удивлённый Гон Пиль, не веря и веря, вытянул шею. Всё же ему хотелось взглянуть на эту знаменитую вещь.

— Можно мне взглянуть?

— Смотреть можно. Но если что-то пойдёт не так, будь готов поплатиться жизнью.

Бэк Хви, сказав это страшное, ни разу не моргнув, с видом одолжения протянул амулет Гон Пилю. Раз уж за это можно поплатиться жизнью, приходилось держать его обеими руками.

Гон Пиль, то и дело восхищённо восклицая, осторожно разглядывал амулет. И тут он заметил странность. Материал амулета, который, по легенде, был сделан много веков назад, был слишком хорош.

— Господин, а где вы раздобыли этот амулет?

— А? Один добрый подданный пожертвовал. А что?

— А-а, нет, просто так, завидую.

Гон Пиль с обычной своей скользкой улыбкой вернул амулет. Похоже, в клане тигров было немало желающих, чтобы королева забеременела. Раз столько людей от всей души молятся об этом, то и небеса, наверное, будут благосклонны.

— Сейчас же пойдёте к госпоже королеве?

— Да, я как раз иду, а ты займись делами.

Взяв амулет, Бэк Хви, даже не попрощавшись, ушёл. Глядя ему вслед, Гон Пиль вознёс неожиданно серьёзную молитву о том, чтобы желание его господина непременно сбылось.

А на следующий день этот редкий амулет был пожертвован снова.

— А? Ещё один?

Брови Бэк Хви взметнулись. Теперь уже и вчерашний амулет вызывал сомнения.

«Чёрт, я же вшил его в одежду, столько суеты было, и всё зря». Он-то думал, что амулет настоящий, и надеялся на мощное действие.

Но на следующий день пожертвовали священную нефритовую пластину, потом — книгу тайных искусств, а потом — фамильную реликвию, в которую, якобы, вселилась чудесная сила. Когда же они стали поступать каждый день, соревнуясь друг с другом, волей-неволей пришлось задуматься.

Позже среди пожертвований оказались даже подштанники женщины, родившей десятерых детей.

— Как всё же добры эти люди.

Ын У бережно хранила все, казалось бы, бесполезные вещи. Сама мысль о том, что простые люди, прослышав о её желании, так заботятся, была ей трогательна и приятна.

— Вот именно. Не знаю, кто родится, но это точно будет счастливый ребёнок.

Бэк Хви, обняв Ын У за талию, поцеловал её в лоб. Он часто говорил так уверенно, хотя беременность ещё не подтвердилась. Сначала это её задевало, но теперь, когда он говорил об этом как о решённом деле, она привыкла.

— Я не буду волноваться и подожду, даже если наш малыш немного опоздает.

Когда она улыбнулась, Бэк Хви прижал её к себе, словно испытывая невыносимую боль. Ему так хотелось исполнить всё, что она пожелает, но это было не в его власти, и от этого было тяжело.

Но, вместо того чтобы торопить события, они, улыбаясь друг другу, избавлялись от тяжёлого груза на душе. Всё в порядке. Даже если больше не будет детей, их общее будущее не исчезнет.

***

Прошло три года. Теперь уже никто не заговаривал о беременности. Все боялись, что Ын У будет больно, и молчаливо избегали этой темы.

— Матушка, посмотрите!

Хён, который заметно вырос, прибежал и высыпал на веранду груду слив.

— Вот и настала пора, когда сливы созревают.

Ын У улыбнулась и взяла одну.

— Вы хотите её съесть?

Дама Мун, удивившись, замахала руками. Сливы, которые принёс Хён, были ещё недозрелыми, едва начавшими краснеть.

— Ничего. Выглядит аппетитно.

Ын У, протерев сливу рукавом, с удовольствием съела. Кислый запах чувствовался даже рядом, но она ела с таким удовольствием! Глаза дамы Мун округлились. Обычно Ын У не любила кислое.

— Спасибо, что так позаботился о матери.

Когда Ын У похвалила Хёна, тот расплылся в довольной улыбке.

Дама Мун, долгие годы служившая Ын У, не могла оставить это без внимания. Она подозвала одну из служанок и что-то тихо ей приказала.

Через несколько часов во дворце поднялся шум. Топот ног, от которого, казалось, дрожали стены, гулко разносился по внутреннему дворцу.

— Нельзя идти быстрее?!

Бэк Хви повысил голос на запыхавшегося лекаря.

Лекарь, который, думая, что от него всё равно не будет толку, тихо жил в безлюдном месте, был схвачен и так быстро доставлен во дворец, что у него не осталось сил даже идти.

«Никакого уважения к старшим!»

Он про себя цокнул языком, но прекрасно понимал, что в данной ситуации хорошо уже то, что его не бьют.

Когда он вошёл в комнату, Ын У, смущённо улыбаясь, почесала щёку.

— Не нужно было поднимать такой шум. Что вы так разволновались?

— Если ничего нет, то ничего и не поделаешь, но если есть хоть какой-то шанс, разве не нужно его проверить?

Бэк Хви, успокаивая её, подал знак лекарю. Осмотри скорее.

— Тогда, прошу прощения.

«Если и на этот раз ничего, как же я взгляну им в глаза?» С тяжёлым сердцем лекарь почтительно поклонился и начал ощупывать пульс Ын У.

Все в комнате затаили дыхание. Под взглядами, которые, казалось, могли прожечь насквозь, лекарь, обливаясь холодным потом, внимательно исследовал пульс. Он чувствовал то же, что и остальные. Он тоже желал, чтобы наконец наступила та самая, долгожданная беременность.

Наконец он убрал руку и молча посмотрел на Бэк Хви. Своенравный, вспыльчивый тигр в этот момент стал кротким, как ягнёнок.

— К-как? Что скажешь?

Голос Бэк Хви дрожал. Все, сглатывая, смотрели только на лекаря.

— Поздравляю. Наконец-то наступила беременность.

— Кья-а-а-а-ах!

В тот же миг раздался радостный визг. Ын У с ошеломлённым видом хлопала глазами. «Неужели я действительно беременна?» Она уже оставила всякую надежду, и тут ребёнок пришёл к ней, как запоздалый подарок.

— Поздравляем!

— Я так и знал!

Пока все шумели, обмениваясь поздравлениями, Бэк Хви, глядя на лекаря, твёрдо произнёс:

— Значит, дело было вовсе не в частоте соитий. Моя мужская сила ничуть не ослабла.

«Да-да, конечно». Лекарь, видя, как Бэк Хви в такой момент настаивает на этом, покачал головой.

«Знал, что он злопамятный, но не до такой же степени».

Теперь, когда дело было сделано, он стал искать способ незаметно улизнуть, но тут его окружили шумные служанки.

— Вы столько сделали!

— Давайте устроим праздник!

Все были такими сильными, что лекаря, переходя из рук в руки, трепали как тряпку.

— В такой день нельзя сидеть сложа руки! Играйте музыку!

Бэк Хви радостно рассмеялся. С того дня, как у королевы после десяти лет наступила беременность, весь клан тигров гулял целых две недели.

А следующей весной, когда распустились цветы, Ын У родила пушистого тигрёнка.

— Поздравляю! Это принцесса.

— Ух ты, у меня сестрёнка!

Хён от радости запрыгал. И был ещё один человек, который, услышав эту новость, очень обрадовался.

— Хорошо. Я сделаю из неё самого лучшего мечника в клане, как я.

Это была Чон Хва, которая только что решила взять новорождённую тигриную принцессу в ученицы.

— Ишь чего захотела! Кто ж тебе доверит мою дочь!

— Упаси небеса от такого несчастья.

Услышавшие её бормотание Бэк Хви и Гон Пиль возмущённо закричали.

Ха-ха-ха-ха! Заливистый смех разнёсся далеко-далеко, смешиваясь с разлетающимися на ветру розовыми лепестками цветов.