Сегодня я тот, кто хочет побаловать тебя
После ужина. Единственным звуком в гостиной был тихий шелест переворачиваемых страниц. Морского цвета глаза Наги скользили по бумаге сверху вниз.
Иногда она останавливалась, чтобы подумать, подперев подбородок рукой и прищурившись на текст.
«Кстати, у меня есть несколько книг, которые я недавно купила, но ещё не прочитала».
Вот что послужило толчком. Я обожал наше совместное время, и, к счастью, Наги чувствовала то же самое.
Но личное время и хобби тоже важны. Я сказал ей читать, не беспокоясь обо мне.
Я думал, она уйдёт в свою комнату, но она начала читать прямо здесь, в гостиной. Меня, конечно, не волновало, где она читает.
Пока она читала, я быстро сделал кое-какие дела по дому, например, помыл посуду. Когда я вернулся, она похлопала по месту рядом с собой, и я сел.
— …..
Наги продолжала молча читать. Её волосы, казалось, немного отросли, и чёлка лезла в глаза. Она несколько раз меняла позу, пытаясь убрать её.
Я на секунду задумался и посмотрел на стол… Вот она. Её обычная заколка для волос.
Наги, вероятно, не надела её, потому что только что приняла ванну. Она всё равно сняла бы её только перед сном. Но сейчас она была явно нужна, но Наги была так поглощена книгой, что не хотела прерываться, чтобы одеть её.
И тут меня осенило. Смогу ли я? Ну что ж, разберусь по ходу дела.
Я достал телефон, чтобы изучить инструкцию одной рукой, а другой взял заколку.
Я осторожно коснулся пальцами её чёлки, ближе к центру. Никакой реакции. Она действительно была сосредоточена.
Так… закручиваю волосы отсюда… Понятно. Следую за направлением и увожу их назад. Нужно быть осторожным, чтобы не дёрнуть слишком сильно. Это немного отличалось от того, как она обычно носила распущенные волосы, но так ей будет удобнее читать.
Я закрепил заколку сзади и… теперь осталось только убрать пряди за уши.
Готово. Выглядит нормально, наверн…
— …..
Наги всё ещё читала. Или, по крайней мере, она всё ещё держала книгу.
С убранной чёлкой её внешность резко изменилась. Её лоб, обычно скрытый, теперь был полностью открыт. Я ведь не делал ничего плохого; я просто помог, чтобы ей было удобнее читать.
И всё же… что это было за чувство?
Я схватился за грудь, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце, и уставился на неё.
Прошли минуты. Тишину нарушали только тиканье часов, шелест переворачиваемых Наги страниц и стук моего сердца.
— …Фух.
Наги тихо выдохнула и подняла взгляд.
— Спасибо. Я была на очень интересном месте, так что это огромная по… Соута?
Прежде чем я понял, я уже отвернулся.
Успокойся, Соута. Успокойся.
— Ч-Что-то не так? Я была груба, игнорируя тебя во время чтения?
— Н-Нет. Я знал, что ты сосредоточена. Я знал, но…
Я на секунду замешкался и наконец выдавил слова из горла.
— Просто… ты выглядишь по-другому с убранной чёлкой. Это… очень мило.
— …!
Я всегда считал, что Наги милая и красивая. Я старался говорить ей об этом как можно чаще. Но простая смена атмосферы сделала эти слова такими трудными для произнесения.
Моё лицо стало невероятно горячим.
Наги посмотрела на меня и тихо, радостно хихикнула.
— Правда?
— Н-Наги? А как же книга?
— Я дошла до удобного места, так что всё в порядке.
Наги заложила страницу закладкой и положила книгу на стол. Она нежно прижала свою мягкую, белую ладонь к моей щеке.
Она заставила меня посмотреть на неё. Её лицо было прямо перед моим — и…
— Хе-хе.
Она выглядела невероятно счастливой.
— Я так рада.
Она произнесла эти слова вслух, затем взяла руку, которая лежала на моей щеке, и прижала её к своему покрасневшему лицу.
— Даже если это было просто совпадением… тот факт, что ты собственными руками поправил мои волосы и что я кажусь тебе милой… как я могу не радоваться?
Тёплый, нежный свет сиял в её синих глазах. Её рука примяла её собственную щёку, пытаясь скрыть расплывающуюся улыбку.
Затем брови Наги дрогнули.
— О, у меня есть замечательная идея.
Она засунула руку в карман и достала что-то. Это была голубая резинка для волос, такого же цвета, как и её глаза.
— Можно я ненадолго прикоснусь к твоим волосам?
— Ага, конечно.
Я почувствовал, как её пальцы зарылись в мою чёлку, а затем последовало лёгкое натяжение.
— Готово.
Наги довольно кивнула. Затем она достала свой телефон и быстро сделала снимок.
— Посмотри, ты такой милый!
Человек на экране — я — держал свою чёлку, собранную в маленький хвостик, с помощью резинки.
— Раз мы оба такие, давай сфоткаемся вместе!
Её глаза спрашивали моего согласия, и я просто кивнул, позволяя ей сделать несколько наших снимков.
— Хе-хе. Правда мило… это весело.
Наги так широко, так искренне улыбалась.
Моё сердце колотилось как барабан. Лицо становилось всё горячее с каждой секундой.
И, в отличие от обычного, моё лицо совсем не было скрыто. Мои уши и, вероятно, даже лоб, скорее всего, ярко покраснели.
Наги снова посмотрела на меня и тихо рассмеялась.
— Мы с тобой под стать друг другу, Соута. Даже если у меня заколка, а у тебя резинка. В том смысле, что ты поправил мои волосы, а я — твои.
Она придвинулась ближе. Меня окутало её тёплое, мягкое присутствие.
— Так. Из-за этого тебя немного плохо слышно… или плохо чувствуется, да?
Я склонил голову, не понимая, и она придвинулась ещё ближе, пока наши тела не соприкоснулись.
— А теперь ты можешь это слышать.
Наги прошептала, и когда я сосредоточился — я действительно смог это услышать. Ритмичное тук-тук её сердца.
— В этом мы тоже под стать друг другу. Моё сердце тоже очень колотится. Вообще-то, оно так колотится с тех пор, как ты прикоснулся к моим волосам.
— П-Прости.
— Всё в порядке. Мне не было неприятно или неловко.
Наши лбы соприкоснулись. Обычно нам мешали бы волосы, но сейчас, когда у обоих чёлка была убрана, между нами ничего не было. Я чувствовал её тепло напрямую.
— Кроме того, мне пришла в голову прекрасная мысль.
— Прекрасная мысль?
— Да.
Наги наконец отстранилась — хотя сказать «наконец» было бы немного грубо по отношению к ней. Дело было не в том, что мне было неприятно. Просто моя ментальная выносливость истощалась с рекордной скоростью.
— Соута, у меня к тебе просьба.
Наги собрала свои длинные, до пояса, волосы в одну руку. Её глаза не отрывались от моих.
— Я хочу, чтобы ты сделал мне причёску, Соута.
Просьба была настолько внезапной и неожиданной, что моя реакция задержалась.
— П-Причесать тебя?
— Да. Я хочу попробовать разные стили и узнать, какие из них тебе нравятся больше всего.
Наги мягко и сияюще улыбнулась.
— Н-Но… я никогда раньше этим не занимался.
— Хе-хе. И тем не менее, у тебя получилось?
Из моего горла вырвался сдавленный звук. Она внезапно перестала использовать вежливые суффиксы, как иногда делала, и моё и без того громкое сердце забилось ещё сильнее.
Глаза Наги метнулись вверх. Было очевидно, что она смотрит на заколку, удерживающую её чёлку.
— Мне очень понравилось… когда ты прикасался ко мне.
— …..
Моё сердце швыряло как корабль в шторм. Она была такой милой, и я был так счастлив, что чувствовал, будто мой мозг плавится. Я сделал глубокий вдох — но каждый раз, когда я вдыхал, цветочный, сладкий аромат её волос щекотал мне нос и мозг.
Я не мог понять, гипервентилирую ли я или задыхаюсь. Как, чёрт возьми, нужно было снова дышать? Я не мог вспомнить.
И тут рука Наги прижалась к моему лбу. Тепло помогло мне медленно вспомнить, как дышать.
— …Наги.
Её синие глаза были полны беспокойства, но в них также мерцала искра радости.
Глядя на непоколебимую улыбку Наги, я на секунду задумался и высказал первую пришедшую в голову мысль.
— Наги, ты с каждым днём становишься всё милее?
— …Фуэ?
— Я не знаю, как ещё это сказать, но я так думаю.
Это было не моё воображение. Подобного раньше никогда не случалось.
Милота Наги буквально заставила меня забыть, как дышать. И не в переносном смысле; я действительно забыл на несколько секунд, может быть, даже на десятки секунд.
— П-Правда?
Щёки Наги покраснели, как спелое яблоко. Я не хотел, чтобы кто-то ещё видел это выражение её лица. Часть меня хотела оставить его себе.
— Д-Давай вернёмся к теме.
Если бы я не сменил тему, моё сердце поглотила бы вся полнота моих собственных эмоций. Она, вероятно, делала это не специально, и хотя я чувствовал, что она примет меня, даже если я выпущу эти чувства наружу… давай пока отложим это.
— Насчёт причёски. Если ты не против, я хотел бы попробовать.
— …!
— Отчасти мне просто нравится прикасаться к твоим волосам. Но больше того…
Я протянул руку и коснулся заколки в её чёлке. Нежно, чтобы не испортить.
— Звучит весело. Менять причёски. Я хочу увидеть все твои разные образы.
— Да!
Конечно, я также любил «обычную» Наги.
— Тогда давай начнём завтра!
— Ага. Хотя… я не очень хорошо это умею, так что, возможно, не смогу делать это каждый день.
— Всё в порядке. Просто делай, когда захочешь.
«Наверное, это ещё один плюс совместного проживания», — подумал я, и мои щёки наконец расслабились в улыбке.
◆◆◆
В залитой солнцем комнате она напевала какой-то мотив, явно пребывая в приподнятом настроении.
— Эмм, вот так... Наверное...
Не сводя глаз со смартфона, я ласково перебирал её волосы.
— Ну вот, готово… Так нормально?
— Да! Идеально!
Это была причёска, при которой верхняя половина волос собиралась в две секции, скручивалась и завязывалась сзади. Короче говоря, «мальвинка».
— Хотя косы и всё такое мне пока слишком сложны. Было очень просто.
— Ничего страшного. У тебя будет много возможностей попрактиковаться в будущем. К тому же, даже в такой простой прическе, как «мальвинка», есть много вариаций. Давай в следующий раз попробуем косичку из трёх прядей!
— Да. Как-нибудь в другой раз.
Учитывая время, я не мог сделать ничего большего. Может, было бы иначе, если бы мы были дома весь день, но сейчас было время перед школой. Мысль о том, что Наги пойдёт в школу растрёпанной из-за меня, была ужасна.
— Позволишь мне тренироваться дома какое-то время?
— Да! Конечно!
Её радостный ответ заставил меня улыбнуться, моё выражение лица смягчилось при виде её сияющей физиономии.
— Мне идёт?
— Да. Тебе очень идёт, Наги.
Зыыырк.
Несмотря на мой ответ, Наги смотрела на меня в зеркало, как будто говоря, что не это она имела в виду. Я колебался всего секунду.
— Я… Я думаю, ты выглядишь мило. Очень мило.
— Да! Большое спасибо!
Почему, когда меня спрашивают так прямо, мне становится так неловко? Я думал, что прилагаю усилия, чтобы говорить об этом как можно чаще.
Отбросив эту мысль, я снова взглянул на Наги в зеркале.
Наги с «мальвинкой» выглядела совершенно иначе. Это было не просто «красиво»; это подчёркивало какую-то сказочную милоту. Мне захотелось попробовать много всего… но у нас не было времени, так что я оставлю это на другой день.
— Выходим?
— Да! Ты всё взял?
— Ага. Я взял все учебники.
У меня были мои книги и тетради для школы. Я перепроверил всё прошлой ночью, так что проблем не было.
— Что ж, тогда пойдём, Соута?
— Ага. Пошли.
Наги, казалось, была в отличном настроении, её голос был лёгким и радостным, когда она шла. Я точно знал, почему.
Когда мы дошли до прихожей, Наги развернулась ко мне.
— Соута.
При этом движении её волосы мягко колыхнулись, и она убрала выбившуюся прядь за ухо. Затем она закрыла глаза.
Она стояла неподвижно, но её лёгкое нетерпение заставляло меня хотеть обнять её прямо здесь и сейчас.
Пока что я подавил это желание — и наклонился ближе.
Так как был учебный день, она не была накрашена. Но её кожа была белоснежной, а губы — яркого, бледно-персикового цвета.
Я прижал руку к её щеке. Она была гладкой на ощупь, с мягкостью, которая, казалось, прилипала к моей коже. Теперь, зная её, я понимал, сколько усилий она прилагает, чтобы поддерживать такой цвет лица.
Из-за танцев Наги часто приходилось наносить тяжёлый макияж, который мог легко раздражать её кожу. Даже если бы кожа стала немного шершавой, она, вероятно, могла бы это скрыть макияжем, но Наги не из тех, кто пренебрегает уходом.
Лучшей мерой был полноценный сон. Обычно, хотя в последнее время были исключения, она ложилась спать в десять. Раньше это было девять.
Затем её диета. Это была причина, по которой она взяла на себя приготовление пищи; баланс питательных веществ был отличным. И он был не только сбалансирован, но и очень вкусен. Как она выразилась: «Если я не буду есть вкусную еду, у меня накапливается стресс. А стресс — главный враг кожи».
В дополнение к этому она никогда не пропускала тоник или лосьон после ванны. Всё это стало частью повседневной рутины, но для меня это было не чем иным, как плодами её трудов.
Однажды я беспокоился, стоит ли вообще прикасаться к коже, для которой она так старалась.
— …?
Сейчас Наги выглядела так, будто над её головой завис вопросительный знак. Даже это было так красиво и мило, что могло бы сойти за картину.
Раньше, когда она застала меня за переживаниями об этом… она сказала:
«Моя кожа нужна для танцев, да, но она также и для тебя, Соута. Если ты не будешь ко мне прикасаться, мне придётся прийти и заставить тебя».
У меня не было ни единого шанса против неё, когда она так тёрлась щекой о мою руку.
Что ж, я не мог заставлять её ждать вечно.
Я легонько погладил большим пальцем её щёку, и поцеловал её, лишь слегка коснувшись губами.
Даже этого было достаточно, чтобы мой мозг сладко и онемело расплавился от эйфории. Моя рука непроизвольно двинулась дальше, но Наги тут же поймала её. Она переплела наши пальцы, её лицо сияло счастливой улыбкой.
Не отпуская моей руки, Наги сделала лёгкий, подпрыгивающий шаг, закружилась вокруг меня, как вокруг своей оси, пока я не оказался лицом к двери. Затем она потянула меня за руку.
На этот раз Наги прижалась своими губами к моим.
Я рефлекторно сжал её руку, и она ответила тем же.
Пять секунд, десять секунд. В отличие от предыдущего, этот поцелуй длился долго.
— …Ах.
Её губы отстранились с огромным, как казалось, сожалением. Её голубые глаза смотрели в мои, не моргая, мгновение, прежде чем она медленно отпустила меня и раскрыла объятия.
— Эхе-хе.
Пока я обнимал её стройное тело, Наги издала восхищённый звук.
— Я люблю тебя. Я так сильно люблю тебя, Соута.
— Да. Я тоже люблю тебя, Наги.
Наги обняла меня с удивительной силой. Так крепко, что было даже немного больно.
Но мне нравилась эта боль. Такое чувство, будто её чувства передавались мне целиком.
— Потому что ты здесь, я могу стараться изо всех сил сегодня. И завтра тоже.
Она потёрлась лицом о мою грудь. Она выглядела прямо как кошка, трущаяся головой о чью-то руку.
— От тебя пахнет Соутой.
Она счастливо зарылась лицом.
— Ты такой тёплый, Соута.
Прижимаясь ко мне всем телом, Наги рассмеялась.
— Соута здесь. Прямо здесь, прямо сейчас.
Сказав это, Наги внезапно отпустила меня. Я тоже расслабил объятия, и она сделала полшага назад. Она выглядела совершенно удовлетворённой.
— Всё, мои запасы «Соуты» полностью восполнены. Пошли!
Я кивнул на её слова, и в тот момент, когда наши руки соединились, Наги тихо прошептала.
— Соута.
— М?
— Будь осторожен, ладно?
— Ага. Ты тоже, Наги.
— Да!
Я кивнул в ответ, чувствуя новый прилив решимости сделать всё возможное сегодня.
◆◇◆
— Ты сменила причёску? Тебе очень идёт.
Как только я пришла в школу, Хикару заметила это. Я надеялась, что она заметит, но мне всё равно было приятно, когда она это сделала.
— Вообще-то, мне её сделал Соута. Правда мило?
— Вот как? Он довольно ловкий… нет, наверное, он просто очень старался для своей милой девушки?
— Фу-фу, именно. Он очень старался, внимательно всё выискивая.
Одно воспоминание об этом утре заставило мои щёки расслабиться. Я была счастлива уже от того, что Соута прикасался ко мне, но он пошёл на все эти усилия ради меня.
— Вчера, пока я читала книгу, он заколол мне чёлку и… о, точно. Посмотри. Я сделала это вчера с Соутой.
— Ух ты… Наги, я знала, что ты молодец, но ты действительно отлично умеешь фотографировать. Такое качество без фильтров? Наверное, помогает и то, что объект съёмки хорош.
Когда я показала ей вчерашнюю фотографию, Хикару осыпала меня похвалами. Мне стало невероятно приятно.
— Боже, опять флиртуете. Я немного волновалась, но, похоже, у вас пока всё в порядке.
— Да! Соута очень внимателен ко мне! Хотя мы только начали.
Всё ещё ощущалось как долгие ночёвки в гостях. Но по мере того, как будут прибавляться повседневные дела вроде выноса мусора и уборки, я уверена, это всё больше начнёт походить на совместное проживание.
— У вас же есть комнаты, где можно побыть одним?
— Да. У нас есть комнаты, которыми мы можем свободно пользоваться, чтобы побыть наедине без стеснения. Так что, даже если мы случайно поссоримся, мы можем пойти туда, чтобы остыть.
— Понятно… тогда, наверное, мне не о чем особо беспокоиться.
Хикару сказала это, словно о чём-то задумавшись, мельком взглянув на меня. Затем она понизила голос.
— Как я уже говорила, если тебе будет трудно говорить с ним о чём-то, приходи ко мне или Кирике. Есть много вещей, которые понимают только девушки.
— …Да, я приду.
— Хорошо. К счастью или к сожалению, я из тех, к кому люди приходят с проблемами. Я, может быть, слишком переживаю, но я бы чувствовала себя ужасно, если бы что-то случилось, потому что никто ничего не сказал.
— Ты всегда так помогаешь. Спасибо тебе, Хикару.
— Пожалуйста.
Она приняла мою благодарность как должное, и моё сердце наполнилось теплом. Это были действительно добрые слова.
— Раз уж мы об этом, можно я узнаю немного больше? О том, каково это — жить вместе.
— Конечно! Вообще-то, я взяла за правило встречать Соуту в фартуке, когда он приходит домой…
— Ух ты, я ждала подкола, но это был прямой правый хук из ниоткуда.
Рассмеявшись над этой внезапно ностальгической фразой, я рассказала ей о вчерашнем и позавчерашнем дне.
Хикару была очень хорошей слушательницей, и я в итоге довольно много рассказала.
◆◇◆
— Как тебе жизнь с девушкой?
— Не начинай с правого хука. Это весело.
В школе. Пока я читал книгу за партой, ко мне подошла знакомая фигура, хлопнула меня по плечу и спросила. Это был, конечно же, Эйджи.
— О, правда? Что-нибудь беспокоит? Ты же знаешь, ты можешь рассказать мне что угодно?
— Пока что… я в порядке.
— Это «в порядке» звучит так, будто у тебя что-то на уме.
Я немного замешкался в конце фразы, и Эйджи, как и ожидалось, уличил меня в этом. Я понял, что важно всё перепроверять, потому что иногда я сам не осознаю, что меня беспокоит, пока не скажу это вслух.
…Всё же, интересно, стоит ли мне советоваться с Эйджи по этому поводу? Ну, я, наверное, всё равно в конце концов это сделаю. Может, проще сдаться и рассказать ему.
— …Вообще-то.
— Вообще-то?
— Понимаешь, Наги просто слишком милая.
— Ты ме… Ладно, мне удалось это проглотить. Что дальше?
— Ну, если хочешь назвать это хвастовством, наверное, так оно и есть.
Эйджи посмотрел на меня остекленевшим взглядом, который кричал: «А я ради тебя старался, проглотил это», но я решил его проигнорировать. Девять из десяти человек, услышав это, наверное, сказали бы: «Это просто хвастовство». Эйджи был тем самым десятым, который действительно выслушает серьёзно.
— Это как… она настолько милая, что это больно… моя рациональность истирается в пыль. Ты понимаешь, о чём я?
— …А, вот оно что. Кажется, я понимаю, что ты имеешь в виду.
Я даже не был уверен, можно ли это назвать «проблемой». Но правда в том, что я задавался вопросом, можно ли с этим что-то сделать.
— Когда я прихожу домой и открываю дверь, меня встречает Наги в фартуке. По утрам Наги в фартуке меня будит… и, видя, сколько усилий она вкладывает в уход за кожей и всё такое, я снова и снова осознаю, как сильно я её люблю. Плюс мы часто физически близки, так что моё сердце постоянно работает на износ.
— ……………Подожди, вы что, уже обогнали нас? Что? Не может быть, правда? Мы вместе уже больше десяти лет, чувак. Наверное, мы просто были слишком медленными… хотя я могу понять, почему.
— Нет, я думаю, у вас двоих гораздо больше совместных воспоминаний, чем у нас.
Наша ситуация была просто немного уникальной. Дело было не в том, что «лучше», и даже если бы это было так, у Эйджи и Кирики точно было больше мест, где они побывали, и больше воспоминаний. И кроме того…
— Вы с Кирикой так долго вместе, что вы одновременно и возлюбленные, и лучшие друзья, так ведь? Количество проведённого вместе времени просто несопоставимо.
— …Ну, наверное, это правда. Итак, твоё ментальное состояние разрушается… в хорошем смысле?
— Ага. Когда я не могу больше сдерживаться, я пытаюсь сказать ей это, обнимая её или ещё как… и я знаю, что Наги всё это примет.
— Но ты не хочешь выглядеть некрутым. Даже если она не сочтёт тебя некрутым.
Я кивнул на слова Эйджи. Я хотел показывать Наги только свою крутую сторону. Конечно, я понимал, что слишком сильно напрягаться — это плохо, но всё же.
— В таких случаях нужно просто баловать её до потери пульса.
— В смысле?
— Если она настолько милая, что ты сходишь с ума, просто вложи все свои ресурсы в то, чтобы баловать её. Тогда тебе не придётся показывать свои некрутые стороны, и всё будет хорошо.
— …А что, если вид того, как её балуют, ещё сильнее истощит мою рациональность?
— Тогда вложи это в то, чтобы баловать её дальше. Ты больше похож на того, кто любит баловать, чем на того, кого балуют.
— Не знаю, «больше» ли. Но я понял. Баловать её. Это правда, что Наги в последнее время очень помогает мне… и я знаю о её стараниях больше, чем раньше. Спасибо. Я попробую.
— Давай, попробуй. …Хотя обычно, после того как ты её до смерти избалуешь, она развернётся и сделает то же самое с тобой.
— Хм? Что ты сказал?
— Да нет, ничего. Дай знать, если что-то ещё всплывёт.
Мне показалось, что я упустил что-то из того, что он сказал, но он легко это пропустил мимо ушей.
◆◆◆
На диване. Я держал Наги в своих объятиях. Когда я сказал ей, что хочу её обнять, она сразу согласилась, и вот к чему это привело.
Она обнимала меня, даже не спрашивая причины. Она также целовала меня. …Наверное, потому что бывали моменты, когда Наги чувствовала, что «хочет обнять даже без причины».
— Наги. Можно я коснусь твоей щеки?
— Конечно, можно. …Тебе не обязательно спрашивать разрешения, знаешь? Ты можешь прикасаться ко мне, когда захочешь, Соута. Я почти никогда не откажу. О, но, пожалуйста, спрашивай, когда я готовлю, потому что это опасно. Мне нужно отложить нож или выключить огонь.
— Значит, ты не откажешь. Но делать это без спроса было бы неправильно… поэтому я буду спрашивать.
— Правда? В любом случае, я не откажусь. Пожалуйста, спрашивай в любое время.
Я чуть было снова не поддался темпу Наги, но мне удалось переключить передачу. Когда я коснулся её щеки, она оказалась невероятно гладкой и мягкой, с такой текстурой, что хотелось трогать её вечно.
— …Ты действительно удивительная, Наги.
— …Что именно?
— Во-первых, твой уход за кожей и всё такое. Я думаю, это действительно удивительно — уделять столько времени тонику и лосьону каждый божий день.
— Спасибо. Теперь это вошло в привычку, так что это не так уж и много.
— Я думаю, тот факт, что ты делаешь это достаточно долго, чтобы это вошло в привычку, уже удивителен. Правда.
Каждый день после ванны она занималась уходом за кожей… и это было не всё.
— Ты ещё и на все свои уроки ходишь. Если бы это был я, я бы так устал, что просто пошёл бы спать.
— Это тоже в основном привычка. Сначала было немного в тягость, но теперь это просто часть моей жизни. Хотя последнее время я сократила частоту уроков.
— Даже так, это впечатляет. Нет, даже способность вернуться к прежней частоте после сокращения — это впечатляет.
— Фу-фу, что на тебя нашло? Столько комплиментов внезапно. Мне приятно, но немного смущает.
Наги сказала это со смехом и потёрлась щекой о мою ладонь.
— Я просто снова осознал, насколько ты удивительная, и решил тебя много хвалить. Я думаю, ты заслуживаешь больше похвалы.
— …Мой муж говорит такие прекрасные вещи.
Щёки Наги покраснели. Затем она протянула руку и коснулась моей щеки, как и я её.
— Я тоже думаю, что ты удивительный, Соута. Даже когда твоё окружение так внезапно изменилось, ты ни разу не пожаловался… вместо этого ты так заботишься обо мне. Ты муж, которым я горжусь.
Её голубые глаза смотрели прямо в мои. Наконец, рука, лежавшая на моей щеке, переместилась мне на голову, словно желая её погладить…
— Сегодня я тот, кто хочет побаловать тебя, Наги.
— Фу-фу, вот как. Тогда я позволю побаловать себя вдоволь.
Наги быстро убрала руку. Затем, словно желая, чтобы её действительно баловали, она прислонилась ко мне всем своим весом, прижимаясь телом ближе.
— Погладь меня по голове, пожалуйста.
— …Хорошо.
Чувствуя, что таю от её тона, я положил руку на её белоснежные волосы. Её волосы, мягкие, как свежий снег, были восхитительны на ощупь.
И когда моя рука легла ей на голову, выражение лица Наги стало мягким и томным. Глядя на неё такую, мне захотелось гладить её по голове вечно.
— Эхе-хе.
Улыбка сорвалась с её губ, и она снова потёрлась лицом о мою грудь. Серьёзно… она была такой милой, что хотелось вздохнуть.
— Спасибо, что всегда готовишь вкусную еду, Наги.
— Пожалуйста. …Она правда вкусная?
— Очень. Она всегда невероятно вкусная.
— Фу-фу, я знаю. Ты всегда выглядишь так, будто получаешь от еды такое удовольствие.
Её радостные слова щекотали мне уши. Я должен был баловать её, но казалось, что счастливым становился я.
Когда я гладил её волосы, словно расчёсывая, они скользили сквозь пальцы без единого зацепления. Даже эти волосы не были бы такими блестящими, если бы не усилия Наги.
— Тебе весело?
— Да. И не только весело, я счастлив.
Когда я посмотрел вниз, лицо Наги было прямо перед моим. Она была такой красивой, такой милой, и я так сильно её любил, что, казалось, моё лицо вот-вот расплывётся в улыбке от одного взгляда на неё.
— Теперь я знаю о твоих скрытых усилиях. …Не могу сказать, что знаю всё, конечно, но я знаю больше, чем раньше. И это делает меня счастливым.
Я давно хотел узнать о Наги больше, и благодаря увеличенному времени, проведённому вместе, я многое узнал. Я был уверен, что узнаю ещё больше в будущем.
Наги зарылась лицом в меня ещё глубже и тихо рассмеялась.
— Со мной то же самое, Соута.
Она протянула руку, и на этот настала моя очередь почувствовать, как её пальцы щекочут мою щёку.
— Живя с тобой, я узнала о тебе так много нового. Мне даже удалось познакомить тебя со своей учительницей. Я очень счастлива.
— …Да, наверное.
Я расправил её волосы, которые немного растрепались от моих поглаживаний, и выпрямился.
— …Перейдём к следующему этапу?
— К следующему этапу?
— Ага, к следующему.
Диван, на котором мы сидели, был достаточно большим, чтобы на нём можно было лечь. …Так.
Я протянул руку и взял ушную палочку из маленькой коробочки на столе.
— Иди сюда, Наги.
— …! Чистка ушей!
Наги с радостью положила голову мне на колени. …Повернувшись ко мне лицом, без малейшего колебания.
— Эхе-хе. Ты мне ещё не делал ничего подобного, Соута.
— В последнее время баловали меня. Ты даже делала мне такой сюрприз в доме моих родителей. Тебе удобно?
— Пахнет тобой, Соута, так что я чувствую, что могу провалиться в глубокий сон в любую минуту.
Мне стало немного неловко, когда она зарылась лицом в мой живот, но, видя, как ей весело, я просто погладил её по голове.
— Дай мне знать, если будет больно или слишком щекотно.
— Хорошо.
Увидев, как Наги бодро отвечает, я улыбнулся, но крепко сжал ушную палочку, чтобы случайно не поранить её.
— Ладно, начинаю.
Кстати, это был мой первый раз, когда я чистил уши Наги или кому-либо ещё, если на то пошло. Я немного нервничал.
— Мм, фу-фу. Немного щекотно.
— Прости, потерпи немного. Я скоро научусь.
Должно быть, из-за нервов я давил слишком сильно. Мне нужно было расслабиться, прежде чем это сделать. …Мне хотелось увидеть, как Наги выглядит щекотливой, но нужно было сделать всё правильно.
Однако, продолжая, я обнаружил, что довольно легко привык. Видя, как Наги мирно закрыла глаза, я вздохнул с облегчением.
Её уши уже были довольно чистыми, так что это не заняло много времени. Напоследок — мягкой стороной палочки...
— Хе-ня!
— ………Извини. Я должен был предупредить.
— С-Соута. Ты пытаешься не рассмеяться. Это жестоко.
— Прости, прости. Но ты была такой милой.
Я не мог сдержать смех от неожиданного звука, который она издала, поэтому в качестве извинения погладил её по голове.
— Наги, я буду чистить другое ухо.
— Хмпф… пожалуйста, в следующий раз предупреди.
— Ага, в этот раз обязательно предупрежу. Прости.
Наги перевернулась. Теперь она отвернулась от меня, но изогнулась, чтобы прижаться ближе. Затылок прижался к моему животу. Мои щёки уже расслабились, но они, казалось, готовы были растаять ещё больше. Серьёзно.
— Мм… так хорошо.
— Я рад.
Пока я чистил ей ухо, глаза Наги постепенно становились сонными. Она показывала мне свою сонную сторону.
— Ты можешь спать, если устала.
— Мм… ещё нет…
— Понятно. Хорошо.
Глаза Наги казались сонными, но в них всё ещё был ясный свет. Её ответ был немного по-детски, но я решил не дразнить её, опасаясь, что она не позволит мне продолжать.
В любом случае. Раз она явно не хотела спать, вероятно, было нехорошо пытаться заставить её… и поэтому я убрал руку, которую уже собирался протянуть к её голове.
Пока я не закончил чистку ушей, Наги оставалась в сознании, даже если выглядела очень сонной.
— Наги, сейчас я воспользуюсь мягкой стороной палочки. Будет немного щекотно.
— Да. …Ньюх.
Улыбаясь, услышав этот звук, я закончил и убрал ушную палочку.
Затем Наги, выглядевшая довольно ошеломлённой, широко раскрыла объятия.
— Пойдём спать?
— Да, пожалуйста…
— Понял. Держись крепче. Я не уроню тебя, но всё же.
— Хорошо…
Так… мне действительно нужно было отнести её правильно.
Я засунул руки ей под колени и спину, пока она лежала на диване, и поднял её.
— Я… тяжёлая?
— Ты не тяжёлая. Совсем нет. Ты лёгкая как пёрышко.
— Это хорошо… тогда можно мне немного… прибавить в весе…
— …? Ага. Всё будет хорошо.
Я подумал, что это редкость для Наги — говорить такое, но у меня не было проблем с тем, чтобы она ела столько, сколько хотела. У Наги отличная фигура, так что она, возможно, ещё подрастёт, и мне придётся убедиться, что я тоже продолжаю тренироваться.
— Ладно, идём в спальню.
— Хорошо-о-о.
Неся Наги, которая медленно моргала, я направился в спальню.
◆◆◆
— Эхе… обнимашки…
— Ага, обнимашки.
На кровати. Сегодня Наги положила голову мне на грудь и крепко обнимала меня… ну, может, не так уж и крепко.
— Я люблю звук твоего сердцебиения, Соута.
— Слушай сколько хочешь. Если тебе нравится, Наги.
— Тогда я буду слушать его вечно. Отныне я буду той, кто слушает.
— Ага. Только ты, Наги. Всегда была и всегда будешь.
— …Ммм. Мы всегда будем вместе.
Из-за того, что она была очень сонной, она, вероятно, не слишком глубоко задумывалась. Казалось, она просто говорила всё, что приходило ей в голову.
— Спасибо тебе, Наги. Я люблю тебя.
— …И я люблю тебя, Соута. Я была так счастлива… что ты так сильно меня баловал.
Наги сказала с закрытыми глазами. Моё сердце наполнилось теплом и нежностью.
— Я сделаю так, чтобы таких дней было больше. …Спокойной ночи, Наги.
— Спокойной ночи… Соута.
С этими словами Наги начала мирно дышать во сне. Я намеревался баловать её, но в итоге именно я почувствовал себя исцелённым. И всё же, чувство «она настолько милая, что это больно», которое было у меня ещё вчера, смягчилось, так что, думаю, всё прошло успешно. Мои чувства к ней не изменились… просто, похоже, у «любви» много разных векторов.
С сердцем, полным нежности к ней, и чувством счастья, я тоже погрузился в сон.