Площадь Эвермир
Толпа вокруг него бурлила: человеческие тела теснились и сталкивались, но каким-то чудом расступались ровно настолько, чтобы он мог идти вперед без малейших усилий.
Вдруг сквозь гомон прорезался чей-то голос: — Сюда! Особое предложение, только сегодня!
Слова долетели до него первыми, резкие и звонкие.
Следом в грудь настойчиво ткнулся скомканный обрывок пергамента, брошенный промелькнувшей тенью, которая растворилась в толпе прежде, чем он успел хотя бы вскинуть бровь в знак протеста.
«Ну и морока… А парень чертовски шустрый».
Рувиан выпустил облачко прохладного воздуха, не торопясь разглядывая зажатый в ладони мятый листок.
Сама листовка представляла собой жалкое зрелище.
Чернила местами расплылись, превратившись в серые кляксы.
Почерк казался усердным, но отчаянным, а жирные буквы на самом верху уверенно кричали:
«МАГИЧЕСКАЯ СДЕЛКА ОГРАНИЧЕННОГО ДЕЙСТВИЯ».
Ближе к низу виднелся грубый набросок — то ли фигурка животного, то ли обычный булыжник со штампом «СКИДКА 40%!»,
выведенным ярко-алыми чернилами.
Рувиан сложил листовку и сунул ее во внутренний карман пальто.
— Что ж, бывали листовки и похуже.
Его внимание тут же вернулось к площади, и взгляд Рувиана скользнул по знакомым ориентирам.
— Если память мне не изменя, кузница должна быть сразу за рядом торговцев талисманами.
И едва его глаза привыкли к копошению толпы, взгляд инстинктивно выхватил одну фигуру.
Бледный с головы до пят силуэт, облаченный в темную мантию, которая неестественно колыхалась без малейшего ветра, неподвижно высился посреди бурлящего людского потока.
«Хм?»
Сперва он принял ее за обычного жреца или уличного актера в церемониальном наряде, однако от того, как толпа огибала незнакомку, упорно не желая замечать ее присутствия, у него неприятно потянуло под ложечкой.
Глаза фигуры скрывала темная повязка, а изгиб ее губ невозможно было спутать ни с чем.
Безмятежная улыбка застыла на ее лице слишком широко и надолго, скрытая плотной вуалью.
Очертания ее силуэта расплывались в колеблющемся мареве расстояния, и Рувиана — сам не зная почему — сковал подспудный, леденящий ужас.
Едва инстинкты попытались выудить нечто важное из глубин памяти, как перед ним с хохотом и криками прошла группка горожан, в ту же секунду разорвав эту незримую связь.
Когда дорога снова освободилась, фигура уже исчезла.
«Хм. Клянусь, там кто-то стоял. Это ведь не было плодом моего воображения… верно?»
Рувиан несколько раз моргнул, позволяя наваждению рассеяться.
В любых веб-новеллах, которые он читал прежде, мистика или ужас сперва протягивали герою руку, а затем мертвой хваткой вцеплялись в горло.
Так что нет, он не позволит этому миру проделать с ним подобный трюк.
Что бы это ни было, Рувиан привык полагаться на свой инстинкт выживания, и лезть на рожон там, где он пока еще слишком слаб, парень не собирался.
«Нужно держать ухо востро. Я не могу безоглядно верить каждому встречному, за исключением тех персонажей, о которых говорилось в романе».
У его опасений имелись веские причины.
По правде говоря, со временем этот мир постепенно позабыл о демонах.
Человечество неудержимо шло вперед и еще давным-давно настолько тщательно выкосило их с этих земель, что с тех пор они почти не объявлялись.
Однако, занимаясь вычиткой романа, он прекрасно знал: демоны не были истреблены до конца.
Впрочем, излишне беспокоиться о внезапной встрече с исчадием бездны пока не стоило — по крайней мере, на текущем этапе сюжета.
Если верить автору, этот момент наступит еще нескоро — где-то в районе четвертого тома.
Сейчас история все еще находилась на стадии пролога, а значит, никаких происшествий с демонами происходить не должно.
И все же, кто может поручиться наверняка?
Легко верить в то, что ничего не случится, и слепо полагать, будто опасность вежливо подождет своей очереди лишь потому, что так предписано сюжетом.
Но реальный мир, само собой, никогда не считался с подобными ожиданиями.
В конце концов, эти твари могли скрываться под личиной любого человека, затаившись среди людей.
Более того, автор упоминал, что они начали делать первые шаги ради мести еще до рождения главного героя.
Так что если дело примет крутой оборот, Рувиану просто нужно быть наготове.
Он вздохнул, поправил пальто и продолжил свой путь по площади.
Однако прежде чем направиться в кузницу, он притормозил у скромного прилавка, отливавшего неброской, но осязаемой угрозой.
На нем тускло поблескивали десятки ножей, выстроенных в безупречном, точно военном порядке:
ножи для чистки овощей, тяжелые тесаки и даже длинные клинки, безмолвно заявлявшие о высоком мастерстве создателя.
Продавец, сгорбившись за прилавком, ястребиным взглядом буравил окрестности, лениво протирая изогнутое лезвие, ловившее солнечные блики.
Рувиан слегка наклонил голову, внимательно изучая выставленное оружие.
Он не собирался ничего покупать, а лишь оценивал обстановку, подмечая кое-какие детали перед важной встречей.
«В конце концов, хорошее первое впечатление — залог успеха».
*****
Сделав небольшой крюк, Рувиан наконец вернулся на намеченный маршрут; нужное заведение притаилось прямо между двумя громадными зданиями.
Его было легко не заметить.
Возможно, оно само стремилось остаться невидимым для посторонних глаз.
Крошечная, неприметная постройка словно вжималась в землю в тени своих величественных соседей.
Деревянная вывеска над дверью уныло поскрипывала, покачиваясь от каждого порыва прохладного ветра.
Рувиан замер перед входом и смерил здание долгим, равнодушным взглядом: «Похоже, пришли».
Парень толкнул дверь, и петли отозвались протяжным, полным драматизма стоном.
Внутри царил полумрак, а уличный свет мгновенно растворился за его спиной.
Стоило Рувиану сделать шаг вперед, как до его слуха донеслось: лязг! Лязг!
Резкий, прерывистый ритм ударов молота по железу разносился из самой глубины мастерской, разрезая тишину с почти ритуальной тяжестью.
«А вот это похоже на настоящую работу».
Он замер у порога, давая звукам утихнуть и позволяя моменту обрести вес.
Постаравшись придать голосу солидности и сделав его чуть ниже, парень небрежно спросил:
— Кхм… Есть кто живой?
Стук молота тут же оборвался, и воцарилась недолгая пауза.
Наконец занавеска за прилавком зашуршала, и наружу вышел какой-то малец.
Точнее, юноша, хотя в чертах его лица все еще угадывалась угловатость, свойственная подросткам.
Он оказался на пару пальцев выше Рувиана, а его крепкое телосложение уже начинало обретать мужественные очертания.
Темно-каштановые волосы парня идеально сочетались со спокойным, ровным цветом его глаз.
Взгляд Рувиана самую малость сузился.
«Хм, сложен недурно, но до красоты Рувиана ему далеко».
Одного мимолетного взгляда хватило, чтобы догадаться: перед ним сын Дэйна Форджвелла.
Пусть в романе отпрыск кузнеца упоминался редко, автор снабдил его весьма четким описанием.
Так что Рувиан не сомневался, что этот парень — преемник мастера, Гаред Форджвелл.
Однако самого Рувиана куда больше интересовал его отец.
Имя Дэйна невозможно было отыскать на страницах исторических хроник.
Он не ковал легендарные мечи для избранных героев и не наделял свои творения силой редких металлов высшего качества.
Нет, он был самым обычным ремесленником.
В мире, помешанном на создании нового, Дэйн Форджвелл выбрал стезю, которую большинство его коллег считали банальной рутиной.
Он не ковал новое оружие, а лишь даровал вторую жизнь старому.
Изъеденные ржавчиной клинки, треснувшие щиты, расколотые нагрудники и хлам, выброшенный другими за ненадобностью, — Дэйн с завидным упорством восстанавливал всё.
В этой работе не было лоска, но искатели приключений, наемники и рыцари с пустыми кошельками толпой шли к нему, стоило их снаряжению прийти в негодность.
Скромный мастер, прославившийся не как великий творец горна, а как невоспетый целитель стали.
Именно такой титул сам Рувиан когда-то предложил дать Дэйну: «…А если подумать, звучит и правда отлично».
Когда эта мысль растаяла, Рувиан моргнул и вернулся к реальности, обнаружив, что Гаред пристально разглядывает его со спокойным, но слишком уж холодным для радушного приема прищуром.
Держался юноша уверенно, без лишней спеси, и выглядел здесь абсолютно гармонично — словно кузница была не просто местом работы, а частью его собственного хребта.
— С чем пожаловал? — спросил он, и между ними повисло затяжное молчание.
— У меня есть заказ, — Рувиан изобразил самую доброжелательную улыбку.
— Хочу заказать одну вещицу по индивидуальному чертежу. Подскажи, я ведь обратился по адресу?