Первый бой

Цифры на сетчатке глаза лихорадочно мелькали.

Вскоре показатель стабильности пробил отметку в пятьдесят процентов, и ярко-зеленое число мгновенно окрасилось в тревожный алый цвет.

Из-за густых зарослей донесся прерывистый, тяжелый хрип.

А затем – резкие, неприятные звуки, похожие на визг когтей по металлу. Не слишком громко, но от этого шелеста по коже пробежал мороз.

Услышав это, Ланс, как ни странно, почувствовал облегчение.

Так переговаривались гоблины.

В справочнике говорилось, что у этих тварей поразительно острое чутье, и они до безумия падки на запахи крови и гнили.

Видать, липкий сок лозы или свежесобранный мох выдали его местоположение.

Теперь, когда он был начеку, его показатель восприятия, достигший пятерки, сработал как надо.

Взгляд Ланса, острый, как у ястреба, обшарил окрестности и вскоре замер на ближайших кустах.

Там виднелось несколько темно-зеленых теней, которые по цвету никак не вязались с сочной листвой.

Первоочередных задач было две:

Определить численность врага.

И выбрать место для схватки.

«Краткое руководство для новичков» в третьей главе четко гласило: при встрече с группой гоблинов в одиночку нужно немедленно искать выгодную позицию. Нельзя позволять им использовать численное превосходство и окружать себя на открытом месте.

Краем глаза Ланс заметил неподалеку скальный выступ с небольшим углублением.

Без малейших колебаний он вскинул круглый щит и, твердо печатая шаг, начал отступать к этой естественной нише.

Твари в тени, видимо, разгадали его замысел.

Они перестали таиться и с визгом выскочили из травы, оглашая лес истошными воплями.

Это была их излюбленная тактика: поднять как можно больше шума, нагнать страху и заставить жертву ошибиться.

Сквозь прорехи в кронах деревьев Ланс наконец-то воочию увидел тех, о ком слагали легенды.

Ростом они едва доставали взрослому мужчине до пояса. Кожа – болезненно-зеленая, вся в складках и гнойниках.

Длинные острые уши свисали по бокам лысых черепов, глаза отливали мутной желтизной, а изо рта торчали кривые гнилые зубы.

К счастью, отряд состоял всего из четырех особей, а в лапах у них были лишь заточенные колья да грубые костяные дубинки.

Ланс немного успокоился.

Это было пушечное мясо – низшая ступень в иерархии гоблинского отродья.

Видя, что человек продолжает пятиться, не опуская щита, четверка замерла и принялась закидывать его камнями.

Раздались резкие хлопки.

Булыжники размером с кулак со свистом рассекали воздух.

Чутья Ланса вполне хватало, чтобы отслеживать траекторию этих не слишком быстрых снарядов.

Он то слегка уклонялся, то принимал удар на щит.

Камни с глухим стуком бились об обтянутое воловьей кожей дерево, и рука Ланса ощущала неприятную отдачу.

Сил у этих недомерков было куда больше, чем можно было предположить по их хилому виду.

Именно тогда Ланс осознал главный изъян в своем снаряжении.

Ему катастрофически не хватало оружия дальнего боя.

Сказался недостаток опыта: будь у него арбалет или хотя бы пара метательных ножей, он мог бы приструнить врагов в перерывах между бросками камней.

В следующий раз обязательно исправлю, пообещал он себе.

Ланс продолжал методично отступать.

Изначально он хотел выманить их к скале для ближнего боя.

Но вскоре понял, что недооценил хитрость этих созданий.

Они были глупы, но не лишены звериной смекалки.

Гоблины, кажется, сообразили, что тяжелая броня сковывает движения человека, и решили измотать его, закидывая камнями издалека.

Вот только на этот раз им попался непростой противник.

Ланс блокировал удары и следил за дыханием.

С каждым вдохом те крохи выносливости, что он тратил, мгновенно восстанавливались.

Наконец он прижался спиной к твердому камню скалы.

Гоблины, израсходовав кучу камней, так и не смогли даже поцарапать его. Сами же они изрядно выдохлись: стояли, согнувшись в три погибели, и тяжело хрипели, вывалив языки.

Глядя на облаченного в сталь воина, чье лицо скрывало забрало и чье дыхание оставалось ровным, твари ощутили ярость.

В их глазах этот человек превратился в железную черепаху, спрятавшуюся в панцирь.

— Ва-а-ла-а!! — Взвизгнул вожак.

Размахивая своим примитивным оружием, они с воплями бросились в атаку.

Обычно они предпочитали нападать скопом с разных сторон, но теперь Ланс был прикрыт скалой и валунами.

Им не оставалось ничего другого, кроме как переть в лоб.

Ближе. Еще ближе.

Пять метров, три метра.

Ланс, доселе лишь оборонявшийся, внезапно преобразился.

Когда в него полетело первое деревянное копье, он не стал просто закрываться.

Резкий выпад вперед, и круглый щит, набрав инерцию, превратился в таран, сокрушительно ударивший по врагам.

Раздался гулкий удар.

Двое первых гоблинов, не удержавшись на ногах, покатились по земле.

В то же мгновение стальной короткий меч в правой руке Ланса метнулся вперед, словно жалящая змея.

Суть фехтования Кастро заключалась именно в таких яростных и точных уколах в тесноте схватки.

Третий уровень навыка сделал этот выпад стремительным, как молния.

Острие клинка вошло точно в морду ближайшей твари.

Послышался влажный звук, и фонтан вонючей темно-зеленой крови брызнул в стороны.

Гоблин даже не успел пикнуть и рухнул замертво.

Ланс с бесстрастным лицом ударил труп ногой в грудь, высвобождая меч.

И тут же снова ушел в глухую защиту, став практически неуязвимым.

Его хладнокровие пугало.

Второй гоблин, барахтаясь, сумел подняться. Его костяная дубинка дрожала в лапах, а из горла больше не вырывались дерзкие крики.

Они были жестоки, но такая молниеносная расправа выбила у них почву из-под ног.

Бежать? Сейчас или никогда!

Но Ланс знал натуру этих существ. Стоит дать им слабину, и они станут преследовать тебя, как назойливые мухи, дожидаясь момента для удара в спину.

У авантюристов было лишь одно правило: гоблинов нужно истреблять под корень.

Пока оставшаяся троица пребывала в замешательстве, Ланс перешел в наступление.

Короткий, мощный рывок со щитом наперевес.

Край щита с силой отшвырнул мешавшуюся палку.

Затем – выверенный армейский выпад.

Готов второй.

Следом – сокрушительный боковой замах и завершающий удар сверху вниз.

Третий готов.

Ланс настиг последнего, уже пустившегося в бегство гоблина и вогнал меч ему в спину.

Не прошло и десяти секунд.

Тишину лесной поляны теперь нарушал лишь предсмертный хрип последней твари.