Грейнифра (3)

Гилан, младший брат Филиана, ныне известный как герцог Меркилиан.

Вообще-то, ему полагалось находиться в родовом поместье. Причина, разумеется, заключалась в управлении территорией. Хотя с момента дипломатического инцидента с герцогом Комалоном прошло уже несколько лет и все последствия того времени были полностью устранены, вопрос престолонаследия, решенный в спешке, всё еще давал о себе знать.

Скоропостижная смерть предыдущего герцога не позволила провести процедуру передачи власти должным образом. Гилан так и не смог обрести полноту полномочий; оставались вассалы, которые до сих пор не попали под его влияние. Более того, тот факт, что он был вторым сыном, также служил зацепкой для недоброжелателей. Сколько бы старший брат, Филиан, ни признавал его права, ослабление герцогского дома давало веское политическое оправдание для внешнего вмешательства.

Так или иначе, в силу этих обстоятельств Гилан вел весьма насыщенную жизнь. По идее, сегодня он тоже должен был сражаться с бумагами в герцогстве.

Да. По идее.

— Хм, значит, маркиз Палатио на время уехал?

— Я слышал, он будет отсутствовать больше месяца.

В данный момент герцог Меркилиан находился в поместье маркиза Палатио. Всё потому, что поступил приказ от короля Сталиана V. Приказ, в котором лаконично говорилось: «Подтвердите личность маркиза Палатио».

Любой на его месте ответил бы: «Что это, черт возьми, должно значить?»

Это было распоряжение, граничащее с абсурдом. Никаких дальнейших объяснений не последовало. Поскольку это был королевский указ, у Гилана не оставалось иного выбора, кроме как повиноваться, но с его точки зрения ситуация выглядела крайне нелепо. К тому же Гилан получал постоянную поддержку от Сталиана V еще со времен инцидента с Комалоном. Это делало отказ еще более невозможным, поэтому он в итоге прибыл в маркизат.

И не один. Его сопровождал рыцарь в черном, которого Сталиан V уже какое-то время держал подле себя.

«Что вообще здесь происходит?..»

Гилан, а точнее, герцог Меркилиан, вздохнул, ожидая ответа рыцаря. К его изумлению, Сталиан V также велел ему относиться к этому воину с величайшим почтением.

«…Кто такой этот рыцарь?»

От начала и до конца всё не имело смысла. Рыцарь в черном на мгновение замешкался, прежде чем заговорить.

— Хм… Что ж, давайте подождем еще немного.

Герцог переспросил его:

— Вы намерены ждать?

— Да, раз уж мы здесь, стоит довести дело до конца и во всём убедиться.

В голосе рыцаря слышалось некое веселье. Гилан снова вздохнул — у него просто не было выбора. По правде говоря, с того момента, как он получил приказ Сталиана V, он потерял право принимать самостоятельные решения.

— Очень хорошо, так и поступим.

К этому моменту его любопытство уже невозможно было сдерживать.

— Но могу я кое-что спросить?

— Если я смогу ответить.

— …Приказ состоял в том, чтобы подтвердить личность маркиза Палатио.

— И?

— Возможно ли, что маркиз на самом деле не человек? Например, не может ли он быть представителем другой расы, скрывающим свой облик, или, если на то пошло, монстром…

— Пха-ха-ха-ха-ха!

— …?

Рыцарь разразился громким смехом, будто услышал что-то невообразимо забавное. Герцог Меркилиан слегка нахмурился.

— …Я сказал что-то смешное?

— Ах, прошу прощения. Просто было очень забавно услышать такое вот так внезапно.

Из-под шлема продолжало доноситься приглушенное похихикивание.

— Но, разумеется, будь маркиз представителем другой расы или монстром, мне бы не пришлось сюда являться.

— Тогда кто же такой этот маркиз?

Смех резко оборвался. А затем:

— Бог.

— …Что вы сейчас сказали?

Единственное слово отчетливо прозвучало в воздухе.

— Бог. Я здесь, чтобы подтвердить, является ли маркиз Палатио богом.

При этих словах у герцога Меркилиана отвисла челюсть.

— Маркиз Палатио — это…

Это было похоже на то, как если бы ему только что сообщили нечто совершенно невозможное.

— …Вы только что сказали, что он бог?

— Конечно, это еще не подтверждено. Я лично этого не проверял. Но, скажем так, почти уверен.

Челюсть герцога опустилась еще ниже.

###

Даже без предупреждения Рекона Алон и так догадывался о положении дел. Эльфы по своей природе были крайне враждебны к людям. Во время прохождения «Психоделии», при встрече с Перионом, вскользь упоминалась кое-какая справочная информация об их расе. Хотя точная причина их ненависти к человечеству оставалась неясной, важно было другое — эльфы презирали людей гораздо сильнее, чем можно было ожидать.

И всё же…

— …Вы ждали меня?

Ситуация, в которой оказался Алон, была, мягко говоря, обескураживающей.

— Да. Мы ждали.

Перед ним стоял молодой эльф с кроткой улыбкой. Нет, даже больше чем кроткой — он был предельно вежлив. Эльф, проявляющий такую доброту к человеку?

…Тут явно было что-то не так. Может, они приняли его за кого-то другого? Но даже если и так, Алон был человеком. Не было ни единого шанса, что его могли спутать с другим эльфом…

Пока в голове клубились мысли, он тщетно пытался найти убедительное объяснение. В этот момент эльф заговорил:

— Пожалуйста, сначала пройдемте внутрь. Вас уже ждут.

— Подожди, постой…

Алон взмахнул рукой, останавливая эльфа, который настойчиво пытался увлечь его за собой.

— ?

Тот выглядел озадаченным. Однако с точки зрения Алона, идти следом за незнакомцем, не задавая вопросов, было верхом безрассудства. Что, если после входа в эльфийское королевство их недоразумение прояснится? Тогда ситуация станет еще сложнее.

«Похоже, у меня нет выбора».

Хотя он и опасался их враждебности, нужно было разрешить это недопонимание в самом начале. Иногда прямой путь — самый короткий.

— Каково имя того, кого вы ждали?

…Их тут не меньше сотни. На всякий случай Алон незаметно сложил магическую печать рукой в кармане. Его мана тонким слоем разошлась в окружающем пространстве, искажая молекулярную структуру ровно настолько, чтобы остаться незамеченной.

Поняв намерение Алона, Эван тоже едва заметно приподнял руки, готовый в любой момент обнажить меч. И тогда эльф произнес:

— Разумеется, это…

Едва он договорил…

— Маркиз Палатио.

— …Что?

Алон невольно расцепил пальцы, разрушая печать. Эван сделал то же самое, даже опустив руки в полном неверии. Он посмотрел на Алона взглядом, который буквально кричал: «Почему ваше имя всплыло здесь?»

— Вы ждали именно меня?

— Да. Мы ждали вас, маркиз.

«Меня? Зачем? По какой причине? Они действительно только что говорили обо мне?»

Бесчисленные вопросы заполнили разум, но прежде чем он успел привести мысли в порядок, эльф снова схватил его за руку.

— Пройдемте внутрь. Вас уже ждут.

С этими загадочными словами эльф повел его за собой.

Оказавшись в карете под конвоем эльфов…

— Маркиз, — негромко прошептал Эван. На сей раз на его лице отразилось искреннее изумление. — Я никогда особо не удивлялся тому, куда вы ходите, что ищете или как расправляетесь с врагами.

— И?

— …Но в этот раз, сколько бы я ни размышлял, я просто в шоке.

— Я шокирован не меньше твоего.

Эван посмотрел на Алона с крайне скептическим выражением лица. Алону стало обидно. Уж в чем в чем, а в этом деле даже он сам не имел ни малейшего понятия, что происходит.

«Я же вообще не играл в DLC».

Прежде чем он успел предаться раздумьям о своей досаде, прозвучало:

— Мы прибыли.

Дверца кареты открылась, и Алон, колеблясь, вышел наружу, внимательно осматривая окрестности.

— …Ох.

Он не смог сдержать восхищенного возгласа. Колоссальное дерево заполняло всё поле его зрения. Не просто большое дерево — оно было настолько массивным, что могло бы легко накрыть собой целое поместье. Пока Алон стоял как громом пораженный, в ушах прошелестел голос:

— С возвращением.

Слова звучали странно, но Алон не ответил. Вместо этого он осознал кое-что еще отчетливее. Что бы ни происходило, они впали в грандиозное заблуждение. Речь шла не о том, что его приняли за кого-то другого. Они знали, что он маркиз Палатио, и обращались к нему соответствующим образом. В чем именно они ошиблись? И как пришли к такому выводу? Он никогда не делал ничего, что могло бы хотя бы отдаленно привести к подобному заблуждению.

— Когда это вы успели посетить Грейнифру?

— …Тебе кажется, что я здесь уже был?

— Ну, нет, не совсем так.

Даже когда он следовал за эльфами в величественный дворец под Мировым Древом, до него долетал шепот:

— Ого…! Это тот самый Первородный эльф…

— Действительно.

Шушуканье о нем не прекращалось.

«…Первородный эльф?»

Именно тогда Алон, до этого момента совершенно не понимавший ситуации, наконец нашел один маленький кусочек пазла. Этого было недостаточно, чтобы полностью восстановить картину, но это дало ему слабую зацепку о природе того самого заблуждения. Пока он стоял, погруженный в раздумья…

«Не может быть».

Он посмотрел на свою руку, вспомнив о посохе, который когда-то принадлежал Первородному эльфу. Не успели мысли оформиться до конца, как раздалось:

— Королева ждет вас.

Его проводили в самое роскошное место. Там его ждала эльфийка. В отличие от любого другого эльфа, которого он видел раньше, она излучала сияние совершенно иного уровня. Захватывающая дух красота, настолько подавляющая, что её можно было описать только как само воплощение изящества.

Королева эльфов.

Прежде чем Алон успел осознать суть ошибки эльфов, его поспешно представили королеве. После недолгих раздумий он медленно заговорил:

— …Прежде чем мы начнем этот разговор, я должен сказать одну вещь.

— Слушаю вас, — ответила королева с кроткой улыбкой.

…По правде говоря, у Алона не было особой нужды говорить это. Скорее, не было смысла говорить вообще что-либо. Потому что он всё еще понятия не имел, почему и как эльфы пришли к такому выводу. Но если он продолжит беседу в том же ключе, неизвестно, когда и как разыграется худший сценарий.

— …Мне жаль это говорить, но, боюсь, вы в чем-то ошибаетесь.

— В чем же?

Он решил сказать правду.

— Похоже, вы приняли меня за Первородного эльфа, но я не являюсь таковым.

Однако…

— Понимаю.

— …?

Ответ был слишком спокойным. Алон, выглядя озадаченным, переспросил:

— …Вы правильно поняли то, что я только что сказал?

— Да. Вы сказали, что не являетесь Первородным эльфом, верно?

— Всё так.

И всё же:

— Хорошо. Будем считать, что у вас сейчас «такое настроение».

— …«Такое настроение»?

— Да, именно так.

— …???

Столкнувшись с её непоколебимо невозмутимой реакцией, Алон отчетливо осознал: в этом разговоре явно что-то идет наперекосяк.