Город-лабиринт Лартания (1)

Архимаг Хейнкель.

Она была первым архимагом, появившимся среди человечества со времен Забытой Эпохи Богов, а игрокам в Психоделию она была известна как Ведьма Рит. Причина, по которой её называли Ведьмой Рит, была проста. Если вы играли за мага, то встречи с ней было практически не избежать. Хотя она не оказывала прямого влияния на сюжет, предметы, которые можно было получить от неё через определенное время, были невероятно полезны для игроков-магов.

Вот только загвоздка заключалась в её характере. Вопреки своей кукольной внешности, она была крайне раздражительной. Если в попытках раздобыть предмет вы выбирали не тот вариант ответа в диалоге, она убивала вас без малейших колебаний. К третьей встрече вы могли сблизиться настолько, что за неверный выбор она лишь осыпала вас оскорблениями вместо смертного приговора, но при первой и второй пощады ждать не приходилось. Хуже того, если в каком-нибудь подозрительном диалоге вы решали хоть немного заступиться за молоко, она смертельно обижалась и убивала вас на месте. За это она и получила прозвище Молочная Ведьма.

Из-за всего этого Алон изрядно нервничал. Он знал, какие слова и темы ей не по душе, но, учитывая её пресловутый непредсказуемый нрав, случиться могло что угодно. Он даже подготовил кое-какие меры на случай, если всё пойдет наперекосяк.

Однако.

Текущая ситуация оказалась полной неожиданностью.

Алон ошарашенно уставился на архимага Хейнкель, которая смотрела на него с явным испугом. И тут он осознал одну вещь:

«А она действительно крошечная».

Остроконечная шляпа белого мага делала её зрительно выше, но на самом деле она была гораздо ниже Алона. Причем намного.

— Эм… Я бы хотел разгадать вашу загадку…

Поскольку на игровых иллюстрациях она всегда сидела, он никогда не замечал этого факта. Информация не то чтобы полезная, но всё же кое-что новенькое. С этими мыслями Алон наконец обратился к Хейнкель. Чтобы получить предмет, ему нужно было разгадать её первую загадку.

Вот только…

[Я…]

— А?

[Я отдам её тебе… Просто отдам…!]

Внезапно Хейнкель выпалила эти слова и протянула Алону прилетевшую откуда-то шкатулку с драгоценностями, хотя он еще даже не приступил к загадке.

Затем:

[Этого ведь достаточно, правда?]

Для той, кто под лунным светом выглядела столь величественно и высокомерно, сейчас она вела себя как напуганная мышь, нервно поглядывая на Алона.

[Я… я ухожу!]

С этими словами она поспешно развернулась и бросилась наутек, исчезнув во вспышке синей магии. Столь жалкий уход явно не вязался с её эффектным появлением.

— …Э, Хейнкель?

Растерянно окликнул её Алон, но ответа не последовало, словно она и не собиралась возвращаться. Держа в руках шкатулку, Алон стоял в полном недоумении. В конце концов он решил отменить заклинание, которое приготовил на экстренный случай.

*Ш-ш-ш…*

Стоило ему снять печать в кармане, как магическая сила рассеялась подобно пыли.

Постояв так какое-то время, Алон наконец пришел в себя и открыл подаренную шкатулку.

— …Она здесь.

Внутри лежал именно тот предмет, который он планировал получить за разгадку.

«Что вообще происходит?»

Хотя этот предмет полагалось заработать умом, она просто отдала его и скрылась самым неожиданным образом. Прокручивая в голове этот момент, он вспомнил, что она смотрела не прямо на него, а куда-то дальше.

«Она смотрела… мне за спину?»

Он оглянулся через плечо, но не увидел ничего, кроме библиотеки, залитой синим лунным светом.

В итоге Алон получил то, что хотел. Он был рад, что всё обошлось так легко, но в то же время в глубине души зародилось легкое сомнение.

###

Следующие несколько дней Алон посещал магическую конференцию, слушая различные доклады и удовлетворяя свое любопытство. Теории, представленные на конференции, очень помогли Алону, который до этого момента изучал магию самостоятельно.

Кроме того, ночные дискуссии о магии с Лиян существенно помогли ему развить свои способности. В отличие от Алона, который глубоко понимал контроль над маной, у неё был талант к созданию магических структур, необходимых для самого воплощения заклизаний. Это вселило в Алона уверенность, что вскоре он сможет опробовать магию четвертого ранга.

Разумеется, магия четвертого ранга требовала так много маны, что её трудно было использовать должным образом даже один раз, поэтому он не планировал практиковать её прямо сейчас.

И вот, на четвертый день пребывания Алона на конференции, до него дошли новости:

— В Лабиринте Лартании появилось Внешнее существо?

— Да. Я слышал, что оно вызвало мутации по всему лабиринту.

Так Алон узнал о появлении Внешнего существа в лабиринте Лартании.

— Сколько времени прошло с тех пор, как его обнаружили?

— Точно неизвестно, но считается, что около пяти дней. Информационная Гильдия предполагает, что с момента его появления прошла примерно неделя.

— Как далеко до Лартании?

— Не слишком много отсюда. Путь должен занять около… пяти дней?

Выслушав прикидки Эвана, Алон ненадолго задумался, после чего быстро взял бумагу и принялся писать письмо. Вскоре он закончил и, как только послание было готово, произнес:

— Отправьте это в Лартанию, я выдвигаюсь немедленно.

— Немедленно?

— Да.

Без лишних колебаний он покинул Центральную Магическую Башню и начал готовиться к путешествию в Лартанию.

###

Попрощавшись с Лиян, которая была расстроена его столь ранним отъездом, и Пенией, чья живая реакция на новость о его скором отбытии всё же таила в себе странные нотки разочарования, Алон направился прямиком в Лартанию.

Прошло пять дней.

Проделав весь путь без остановок на карете, Алон наконец прибыл в город-лабиринт Лартанию.

— Ого… здесь всё сильно изменилось с моего последнего визита. Стало еще более захватывающе.

В голосе Эвана звучало восхищение, и действительно, Лартания производила куда более внушительное впечатление, чем любые другие земли, через которые Алон проезжал до сих пор.

Городские стены, разделявшие Лартанию на внутреннюю и внешнюю части, не отличались особой высотой — они были достаточно низкими, чтобы сквозь них можно было легко разглядеть здания внутри. Большинство построек в городе оказались на редкость роскошными и уникальными, что совершенно не вязалось с образом пристанища наемников и авантюристов.

Создавалось впечатление, будто в одном месте собрали архитектурные стили со всего света. Из-за этого город не вызывал какого-то мистического трепета, а скорее просто выглядел визуально необычно.

«Разве по лору игры люди со всего континента, за исключением Империи, не съезжались сюда и не строили всё, что им вздумается?»

Вспомнив предысторию Лартании, Алон въехал в город.

— Атмосфера здесь какая-то тревожная.

— Да.

Как Алон и ожидал, в городе царила некоторая суматоха. Слухи о Внешнем существе, выбравшемся из лабиринта, уже разлетелись повсюду, и было видно, как некоторые наемники спешно покидают Лартанию.

Пересекая город на карете в направлении южного района, Алон вскоре добрался до места назначения — лавки под названием «Мерде», принадлежащей Рине. Оказавшись на месте, он не смог сдержать изумления.

— …Это действительно «Мерде»?

— Э-э… да, похоже, мы пришли по адресу… — растерянно пробормотал Эван.

Причина была проста — здание оказалось колоссальным. Если говорить точнее, соседние четырех- и пятиэтажные дома на его фоне казались обычными игрушечными избушками.

— Разве это место не должно быть просто лавкой?

— По идее, должно, — ответил Эван.

Алон, хоть и сохранял невозмутимое выражение лица, был явно ошарашен масштабами строения. Оно было настолько массивным, что больше походило на храм, нежели на магазин. Заметив это, Эван добавил:

— Я… я слышал, что лавка большая… но, честно говоря, не ожидал, что она окажется настолько огромной.

Алон согласно кивнул. Он знал, что дела идут исключительно хорошо, но не думал, что до такой степени.

«Подумать только, обычный оценщик магических предметов обладает такой властью… Не потому ли ей удалось развить такое влияние в Лартании?»

Алон поймал себя на том, что неосознанно кивает. Он прекрасно знал непреложную истину, справедливую как для его прошлого мира, так и для этого: деньги способны решить любую проблему.

«Это одна из причин, почему я пришел просить об услуге».

Хотя его главной задачей было устранение Внешнего существа, Алон прибыл к оценщице магических предметов Рине именно за тем, чтобы заручиться её влиянием.

— Пойдемте внутрь, — сказал Алон и вместе с Эваном направился к зданию «Мерде». Когда они подошли к массивным парадным дверям…

— У вас назначена встреча? — поинтересовался человек, стоявший у дверей и, судя по всему, выполнявший обязанности администратора.

— …А она необходима? — спросил Алон.

— Если дело срочное, вы можете встретиться с ней прямо сейчас, заплатив взнос.

— Взнос?

— Да, если вы хотите увидеть госпожу Рине без предварительной записи, это обойдется в три тысячи золотых монет.

— Три тысячи золотых?!

Такой суммы хватило бы на покупку роскошного особняка в окрестных землях, если не в самой столице королевства Астерия. Потрясенный Алон недоверчиво переспросил:

— …А если записаться прямо сейчас, сколько придется ждать?

— Если сейчас… дайте посмотреть… около десяти…

— Десяти?

— Примерно десяти месяцев.

От столь ошеломляющего срока у Алона голова пошла кругом. Немного подумав, он продолжил:

— Не могли бы вы хотя бы передать ей послание? Скажите, что прибыл граф Палатио.

— Цыц, как же от тебя много шума. Проваливай уже.

Прежде чем Алон успел договорить, его бесцеремонно прервали. Мужчина, от которого так и веяло богатством — по всей видимости, какой-то аристократ, — посмотрел на него с явным презрением.

— Чего тут вынюхивает этот нищий оборванец?

За спиной незнакомца стояла группа наемников, а сам он изъяснялся с таким грубым высокомерием, будто напрочь был лишен хоть каких-то зачатков ума.

На лице Алона отразилось крайнее недоумение, но мужчина, не обращая на него никакого внимания, подошел к администратору и небрежно швырнул перед ней мешочек с деньгами.

— Открывай, — скомандовал он.

Девушка проверила содержимое, почтительно кивнула и тут же принялась за какие-то манипуляции. С тяжелым грохотом массивные створки дверей начали расходиться.

Прежде чем войти, Мужчина оглянулся на Алона и ухмыльнулся, явно пытаясь его спровоцировать. Его презрение было неприкрытым.

— Жалкий нищеброд, — усмехнулся он.

Мужчина вошел внутрь. Наблюдая за этим, Алон заметил, что следовавшие за ним наемники тоже вовсю глумливо ухмылялись. Они столь открыто демонстрировали свое презрение, даже не зная, кто перед ними стоит, что он невольно нахмурился.

Вскоре Алон сообразил, кем был этот тип.

«Это же сын лорда Лартании».

Хотя имя стерлось из памяти, он отчетливо помнил его внешность по иллюстрациям в Психоделии — расплывшаяся туша с мерзкими усиками, печально известный сынок правителя города-лабиринта. В игре он вел себя как последний мерзавец по отношению к главному герою, но столкнуться с этим лицом к лицу в реальности оказалось еще более возмутительным.

Как раз в тот момент, когда Алон собирался заговорить…

— Внутрь заходить не обязательно.

Из открывшегося проема раздался голос. На пороге появилась Рине, её зеленые глаза загадочно поблескивали.

— О, Рине! Ты вышла встретить меня лично? — Лицо мерзавца расплылось в широкой улыбке, и он направился к ней.

Вот только…

— Проваливай.

Без малейших колебаний Рине бесцеремонно оттолкнула его за плечо. Она прошла прямиком мимо сына лорда Лартании и его наемников, направляясь к выходу. Игнорируя администратора, которая в смущении склонил голову, Рине подошла к Алону.

В отличие от обращения с тем грубияном, с графом Рине говорила с предельным почтением.

— Я ждала вас, Крестный.

Она вежливо склонила голову, и все присутствующие ошарашенно уставились на графа Палатио, не веря собственным глазам.